Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1639]
Из жизни актеров [1610]
Мини-фанфики [2404]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [37]
Конкурсные работы (НЦ) [3]
Свободное творчество [4630]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2358]
Все люди [14739]
Отдельные персонажи [1449]
Наши переводы [14123]
Альтернатива [8941]
СЛЭШ и НЦ [8635]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [153]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4124]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Топ новостей января
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 16-31 января

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Клуб Критиков открывает свои двери!
Самый сварливый и вредный коллектив сайта заскучал в своем тесном кружке и жаждет свежей крови!

Нам необходимы увлекающиеся фанфикшеном пользователи, которые не стесняются авторов не только похвалить, но и, когда это нужно, поругать – в максимальном количестве!

И это не шутки! Если мы не получим желаемое до полуночи, то начнем убивать авторов, т.е. заложников!

С Днём Рождения, Джейкоб!
«Затмение». Элис, желая сгладить острые углы между Эдвардом и Джейкобом, а так же подарить Белле возможность проводить время с другом, но под бдительным оком вампиров, хватается за возможность пригласить оборотня в гости. Совершенно случайно узнав, что у пса день рождения, Каллены в скором порядке готовят ему подарки.

Звездный путь, или То, что осталось за кадром
Обучение Джеймса Тибериуса Кирка в Академии Звездного Флота до момента назначения его капитаном «Энтерпрайза NCC-1701».

Любовь на массажном столе
Хорошо – она продолжит и сегодня играть свою роль, а он свою. А после они расстанутся навсегда, так и не узнав ничего друг о друге. Разница в возрасте не в её пользу и всё такое. Ведь для него это была всего лишь работа, а для неё… Впрочем, не важно, чем для неё…

Остров Каллена
Белла приглашена провести Рождество со своей подругой Элис и её семьей на Исла-де-Каллен – острове, который принадлежит Эдварду Каллену. С самого начала становится понятно то, что у Эдварда и Беллы много общего. Например, эротические фотографии, общение с Джаспером Хейлом и потребность отличаться от других. Что произойдёт с ними за две недели?

Слушайте вместе с нами. TRAudio
Для тех, кто любит не только читать истории, но и слушать их!

Затянувшийся отпуск
В результате авиакатастрофы шестнадцать пассажиров самолета и пять членов экипажа оказались на острове в Тихом океане. Большинство из них были между собой не знакомы.

Любовь в Сопротивлении
Белла встречается с плохим парнем и живет жизнью, которую больше не желает. Она оказывается в ловушке, пока тот, кто должен ограничивать ее свободу – ее телохранитель, – не оказывается тем, кто может освободить ее.



А вы знаете?

... что можете заказать комплект в профиль для себя или своего друга в ЭТОЙ теме?



...что у нас на сайте есть собственная Студия звукозаписи TRAudio? Где можно озвучить ваши фанфики, а также изложить нам свои предложения и пожелания?
Заинтересовало? Кликни СЮДА.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Любимый женский персонаж саги?
1. Элис Каллен
2. Белла Свон
3. Розали Хейл
4. Ренесми Каллен
5. Эсми Каллен
6. Виктория
7. Другой
Всего ответов: 13005
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

За гранью времен. Глава 30. О Страхе и Судьбе

2018-2-19
18
0
Beyond Time / За гранью времен
Глава 30. О Страхе и Судьбе


«Прошлое — лишь начало начал, а все, что есть и что было, — лишь сумерки перед рассветом».
Герберт Уэллс, «Открытие будущего» (1901)


Глава 30. О Страхе и Судьбе

Бывали дни, когда действительно казалось, что я принадлежу тысяча девятьсот восемнадцатому году.
Странно, но иногда были такие моменты, когда моя прежняя жизнь в Форксе становилась похожа на тусклое воспоминание. Словно приготовление кофе в старомодном кофейнике не казалось столь устаревшим. Или когда я брала телефон, чтобы заказать разговор с кем бы то ни было через оператора, не испытывая при этом мучительной тоски по электронной почте или сотовым. Или когда мы с Эдвардом полностью забывали о чем-либо в пылу страсти, а на задворках моего сознания периодически всплывал образ вампира, которого я когда-то знала.
И такие моменты происходили все чаще, неизбежно сопровождаясь не менее тревожными моментами вины. Вины за семью и друзей, покинутых мной. Вины за Эдварда, которого я оставила… хотя, технически, он бросил меня первым.
Логически я понимала, что вполне естественно приспособиться к своему окружению… ведь, чтобы сохранить здравомыслие, мне нужно принять это как реальность и оставить позади прежнюю жизнь.
Но в моем сердце все еще шла борьба, и я пыталась справиться с этим, как могла. Старалась сосредоточиться на радостях своей новой жизни и не ворошить прошлое.
Не всегда это было успешно, но я старалась.
Погружение с головой в теперешнее, так, чтобы я забыла, что прошлое было действительностью, помогало не сидеть без дела. Или что-то в этом роде.
Наутро после нашей большой ссоры, Эдвард и я говорили за завтраком о том, как я буду добираться до своей новой работы. Решение проблемы с транспортом оказалось относительно простым. Я была не нужна в Нормальной школе до окончания обеда, поэтому мы решили, что по утрам я буду ездить в О-Клэр с Эдвардом. До тех пор, пока мне не нужно будет идти на работу, я проведу какое-то время в библиотеке, книжном магазине или кафе, а после школы для учителей просто подожду, пока муж не заберет меня, чтобы вместе отправиться домой. В любом случае, такой график хорош только на пару недель, пока у Эдварда не начнутся занятия. В течение последующих дней мы оба должны быть в О-Клэр примерно в одно и то же время, поэтому, как только занятия Эдварда в Алтуне закончатся, мы быстро пообедаем дома и вместе отправимся по своим рабочим местам. Эдвард подтолкнул меня записаться на курс английского языка и литературы, который проходил во второй половине дня, когда рабочий день уже заканчивался. Эдварду приходилось ждать меня около двадцати минут после того, как его смена завершится. Он заверил, что счастлив это делать.
С каждым днем я влюблялась в него все больше.
Конечно, он не был идеальным. Эдвард все еще мог быть упрямым и самоуверенным… но я была не лучше, если не хуже. Мы вместе учились больше разговаривать и меньше кричать. Не то чтобы мы до сих пор не спорили, потому что именно этим и занимались. На самом деле, у меня было смутное подозрение, что, возможно, Эдвард затевал иногда ссору, может две, после того, как узнал о примирительном сексе.
У меня не было никаких доказательств, только предчувствие. Но я не жаловалась.
Моя жизнь стала приятной рутиной. Работа в Нормальной школе не была чрезвычайно сложной, но мне это и нравилось. Люди, с которыми я работала, были хорошими, а Лидия казалась терпеливой и ободряющей начальницей. Я подружилась с Джозефом Мэбри – владельцем книжного магазина в О-Клэр, и он казался рад, позволяя мне проводить время в его магазине за чтением книг или общаясь с ним в перерывах между покупателями. Иногда к Джозефу заходила его жена Элейн с их маленьким мальчиком Джоуи-младшим. Она была очень веселой, а маленький Джоуи очаровательным. Он часто сидел со мной, болтая о своей собаке, или об игрушечном грузовике, или что ел на обед, и я находила его улыбку восхитительной.
Джордж, кузен Джозефа, был учителем английского языка на курсах, которые я буду посещать, и Джозеф часто шутил, что когда они были помоложе, кузен никогда не листал книг, предпочитая проводить время на рыбалке или дразнить соседских девочек. Я опять же завела себе новых друзей и создала еще одну новую жизнь.
По большей части, Эдвард и я жили в ослепительном пузыре новобрачных – тут царили нежные прикосновения, поцелуи и жаркие ночи.
И утра. Также было несколько жарких ранних пробуждений.
И все было бы замечательно, если бы не две вещи – все приближающаяся эпидемия и возвращение моих кошмаров.
Мои сны были довольно приятными после свадьбы, но вскоре, после нашего переезда в Алтуну, они вновь ухудшились. И по мере того, как проходили дни и недели, кошмары стали учащаться, становясь все более тревожными.
Я вижу Эдварда в длинном туннеле, где он стоит спиной ко мне. Я начинаю двигаться в его сторону, увеличивая темп до бега, поскольку понимаю, что только отдаляюсь от него. Зову мужа, но ни единого звука не слетает с моих губ. Шаги становятся вялыми, словно я увязла в бетоне или зыбучих песках, едва переставляя ноги. В конце концов, туннель удлиняется, заставляя высокую фигуру Эдварда уменьшиться в моем поле зрения, отдаляя его все дальше и дальше, пока он просто не исчезает.
Некоторые сны были без буквальных подробностей – просто вспышки из моей прошлой и теперешней жизни, столкнувшиеся друг с другом во тьме… укоризненные или злые глаза, светящиеся в темноте… крики боли и страха… мучительные рыдания или страдающие вопли.
Еще один сон стал преследовать меня все чаще: Эдвард, стоящий в пустом доме своих родителей. Там было холодно, темно и тихо, и почему-то я знала, что миссис и мистер Мейсен мертвы. Эдвард обернулся в мою сторону, и в его взгляде я увидела осуждение. Прерывисто дыша, он произнес только одно слово: «Почему?»
Я подошла к нему, и он отстранился, разбивая мое сердце на миллион маленьких осколков.
Проснулась я в слезах, и Эдвард притянул меня к себе, уверяя, что это был всего лишь сон.
Проблема же состояла в том, что я не была в этом до конца уверена.
По крайней мере, я частично знала, почему родители Эдварда так тяжело воздействовали на мои мысли. Дело, над которым работал его отец, по-прежнему шло с торможением, и они постоянно откладывали свой визит в Алтуну.
Шли дни, и я беспокоилась все больше и больше, на ежедневной основе ворчливо взывая к Эдварду, чтобы он позвонил им и попросил приехать.
– Я пытался, Белла! – наконец, Эдвард сорвался в один прекрасный день после моего длительного нажима. – Отец говорит, что не может уехать ранее, чем в конце недели.
– Но август подходит к концу, - умоляла я. – У них мало времени.
На этом Эдвард сверкнул на меня глазами.
Я рассказывала ему об эпидемии, но он, на самом деле, ни разу не спрашивал о судьбе его родителей, а я никогда добровольно не предоставляла информацию. Словно он не был уверен, хочет ли действительно знать правду… и, честно говоря, я тоже. Казалось, мой муж на мгновение взвешивал что-то в своей голове, и я тщательно за ним наблюдала, кусая губу в напряжении.
Он посмотрел мне в глаза так, словно заглянул мне в душу.
– Они… они не выживут, не так ли? – тихо спросил он.
Я задохнулась во всхлипе и схватилась руками за голову, отчего Эдвард получил ответ.
Он отошел от меня за пределы стоянки для машин Нормальной школы, а затем резко вернулся.
– Я должен поехать в Чикаго, - сказал он.
– Что? – меня охватила паника. – Нет! Нет, Эдвард, ты не можешь!
Он вмиг оказался рядом со мной, мягко оборачивая руки вокруг моих плеч.
– Белла, я не могу прятаться здесь, когда они в опасности. Может, если вернусь домой, смогу убедить их приехать.
Я несколько раз моргнула и полностью потеряла над собой контроль. Меня не волновало, что я находилась в общественном месте. Не волновало, что была эгоистичной и незрелой. Не волновало, что устроила сцену, и слезы полились по щекам.
Я умоляла. Цеплялась за него и просила остаться.
– Пожалуйста, Эдвард. Ты не можешь вернуться в Чикаго. Ты умрешь… умрешь, и я останусь одна, - истерически рыдала я. – Не сейчас… не после того, как ты заставил меня заново полюбить. Не после того, как я, наконец, нашла тебя… теперь, когда у меня, наконец, есть ты. Ты не можешь оставить меня… не можешь!
Он взглянул на мое несчастное лицо и сцепил меня в крепкие объятья, пока я плакала в его рубашку.
– Шшш… - пробормотал он. – Нет, Белла… не плачь…
– Пожалуйста… прошу… - я не могла даже сформулировать связную мысль, пока отчаянно крутила рубашку мужа в своих дрожащих руках.
– Все хорошо, - прошептал он в мои волосы. – Я не поеду.
Я отстранилась, чтобы посмотреть на него сквозь слезы.
– Не поедешь?
Он протянул руку, чтобы убрать волосы с моего лба.
– Я продолжу звонить… каждый день, если нужно. Попытаюсь их как-то убедить. Но я не брошу тебя.
Мое сердце наполнилось смесью облегчения и сожаления. И тогда я поняла, что эгоистично было его просить выбирать между спасением себя, и спасением его родителей… в сущности, просить выбрать между мной и ими.
– Прости, - я всхлипнула. Я сожалела, что причиняю ему вред. Сожалела, что заставила его выбирать. Сожалела о его потере, которая, боюсь, неизбежно случится.
– Все в порядке, моя любовь. Не извиняйся, - сказал Эдвард с маленькой улыбкой, склоняясь, чтобы оставить мягкий поцелуй на моих губах. – Разве не понимаешь, что я все для тебя сделаю? Ты теперь моя жизнь.
Я поперхнулась на знакомых словах… словах, которые он однажды сказал, когда я вынуждена была оставить его… когда Джеймс шел по нашему следу, а он отослал меня для моей же собственной защиты.
– Знаю… я должна быть храброй. Просто не могу вынести мысли, что могу потерять тебя.
Эдвард смахнул мои слезы.
– Ты никогда не потеряешь меня.
Он снова схватил меня в объятья, и я вдохнула знакомый аромат… погружаясь в его сильную теплоту… и молилась, чтобы он оказался прав.
**_**

Август растворился в сентябре, и мы с Эдвардом приступили к нашим занятиям. Верный своему слову, он ежедневно звонил родителям, используя каждый возможный аргумент, чтобы заставить их приехать в Алтуну. Он говорил им, что мы нуждались в их помощи с домом… что я устала, и мне нужен был отдых… даже, что семейная жизнь оказалась борьбой, думая, что они могли бы приехать и помочь нам разобраться в семейном горе. Однако его мать уверила, что они приедут, когда смогут… скорее всего, к концу месяца. И мое сердце сжалось, поскольку я стала более уверенной, что будет слишком поздно.
Эдвард поведал мне, что, наконец, отчаялся, и рассказал им об эпидемии. Сказал, что они никогда бы не поверили, что я знала будущее, поэтому придумал историю о хорошо уважаемом докторе из О-Клэр, который предупредил о надвигающейся чуме. Его родители были обеспокоены, но просто сказали, что ничего нельзя было сделать, пока отец не закончит со своим делом. Эдвард все-таки получил обещание от матери, что при первых признаках эпидемии она сделает все возможное, чтобы вытащить отца из города.
Напряженность негативно сказывалась на Эдварде. Иногда я находила его сидящим в одиночестве на заднем крыльце, глядя во двор, и знала, что он думал о родителях… беспокоился о них. Но затем он бы заметил меня, и линия между бровями ослабилась, и он бы улыбнулся, словно уверяя, что все будет хорошо.
Знала, что он не винит меня. Эдвард говорил мне это несколько раз. Однако мое сердце разрывалось, и я не знала, чем могла помочь.
Мои кошмары продолжались, увеличиваясь в частоте и интенсивности. Однажды ночью в середине сентября мне приснился сон, который я не могла просто списать на продукт моей подсознательной вины и беспокойства.
Сначала это не пугало. Я была на кухне Мэгги, и мы готовили шоколадное печенье. Пока я смазывала маслом противни для выпечки, Мэгги смешивала тесто и слегка напевала, конечно же, мотивы Синди Лопер. Солнечный свет струился в окна, проливая на кухню божественное свечение.
Внезапно небо потемнело, и раскат грома встряхнул окна. Мэгги подошла к задней двери, глядя во двор.
– Грядет большая буря, - пробормотала она, как только я присоединилась к ней у открытой двери. Мы вместе вышли на заднее крыльцо, затем ветер начал хлестать по растениям в саду и яростно раскачивать кресло-качалку, установленную позади меня. Под внушением какой-то невидимой силы я спустилась по ступенькам крыльца к скамейке, где Эдвард и я провели так много времени. Обводя решетку, обнаружила его сидящим там и разглядывающим проскальзывающие тучи над головой.
– Эдвард? – внезапный вой ветра поглотил мой голос. Я прочистила горло, говоря громче. – Эдвард?
Его пристальный взгляд медленно опустился ко мне, и я была потрясена той болью, которую увидела в его изумрудной глубине.
– Что случилось? – спросила я, дотягиваясь к нему дрожащей рукой, и тут начался дождь.
Без предупреждения Эдвард упал на колени, его руки были прижаты в области живота, а лицо исказилось в муке. Потрясенная, я наблюдала, как он рухнул на влажную траву, извиваясь и корчась от стона, срывающегося с его уст. Я опустилась вниз, и дождь потоком обрушился на нас. Я нежно прикоснулась к его лбу, но этот жест вызвал у Эдварда крик, от которого кровь стынет в жилах.
– Белла! – позвала меня Мэгги с заднего крыльца.
Я повернулась к ней.
– Что с ним? – кричала я сквозь ливень, пока воющий ветер сдувал мои влажные волосы с лица.
– Пришло время! – крикнула она в ответ.
Я моргнула, и внезапно вместо Мэгги материализовалась Элис.
– Время для чего? – спросила я, горло болело от усилий быть услышанной в буре. Теперь Эдвард изворачивался в грязной траве рядом со мной, его дыхание терялось в тяжелых рыданиях.
Элис только грустно покачала головой.
– Пора, Белла.
И она исчезла. Я обернулась к Эдварду, и он тоже пропал, единственным намеком на его недавнее присутствие были измельченные листья сорванной травы.
– Нет! – закричала я, и тут же сверкнула молния.
Я проснулась в холодном поту, и, сидя прямо в постели, с моих уст все еще слетал крик. Я задыхалась, и, повернувшись к Эдварду, мое сердце замерло, когда не нашла его рядом с собой.
– Эдвард? – крикнула я в истерике. – Эдвард?
Дверь распахнулась, и Эдвард бросился ко мне, хватая растрепанную меня в объятья.
– Что случилось? С тобой все хорошо?
– Эдвард, - я рыдала, отчаянно за него цепляясь. – Я проснулась… а тебя нет… думала… я не знала…
– Шшш, - прошептал он, потирая мою спину руками. – Мне не спалось, поэтому я решил почитать и пошел в другую комнату, чтобы не тревожить тебя.
Волна облегчения прошла сквозь меня, как только тепло его тела прогнало озноб. Я расслабилась в его успокаивающих объятьях.
– Я так рада, что ты здесь.
Эдвард погладил мои волосы и нежно поцеловал в лоб.
– Конечно, здесь. Любимая, я никуда не уйду.
Он сместился на кровати так, чтобы облокотиться на подушки, притягивая мою голову к своей груди, и продолжал нежно гладить. Утешал и бормотал о любви в мои волосы, время от времени сопровождая свои слова сладким поцелуем. Эдвард не спросил о сне, вместо этого он убаюкивал меня в приятном тепле.
Я вернулась ко сну в его объятьях, а ужасные картинки из кошмара были забыты.
Почти.
**_**

Следующим утром я пыталась избавиться от остатков тревожной ночи. Эдвард, наконец, поинтересовался о моем сне за завтраком, но, не желая беспокоить его и не зная, что все равно это значит, я сказала, что ничего не помню.
Не думала, что Эдвард поверил мне, но он закрыл тему и неистово поцеловал, прежде чем отправиться в школу.
Утро я провела, занимаясь стиркой, поскольку небо было ясным и казалось, я могла развесить одежду, не волнуясь о дожде. Когда Эдвард вернулся, мы разделили легкий обед из овощного супа и булочек, оставшихся с ужина, а затем направились в О-Клэр.
По привычке, я зашла в книжный магазин, чтобы пообщаться с Джозефом и проверить газеты, которые он держал под рукой за любые новости о гриппе.
Он выглянул из-за прилавка, как только я вошла внутрь, и колокольчики над головой объявили о моем прибытии. И тут же улыбнулся, кивая в мою сторону.
– Добрый день, Белла.
– Здравствуй, Джозеф, - ответила я, подходя к нему. Я мельком взглянула на книгу, лежащую на прилавке. – Что сегодня читаешь?
– Ах, это классика, - ответил он, подмигнув, и поднял обложку, чтобы я могла ее увидеть. Я сдержалась, когда поняла, что читал он «Машину времени» Герберта Уэллса.
– Никогда бы не подумала, что вы любитель научной фантастики, - сухо прокомментировала я. В прошлом Джозеф всегда читал документальную литературу, а историческая и научная были особенными фаворитами.
– Ну, Герберт Уэллс действительно привносил язвительную общественную критику в своих работах, - ответил он. – В частности, «Машина времени», которая была социальной критикой классовой системы Англии.
– Правда? Всегда думала, что это история о путешествии во времени, - невозмутимо произнесла я.
Джозеф хмыкнул.
– Ну, и это тоже. Не могу сказать, что не считаю ее интересной или поучительной.
Не удержавшись, я внимательно взглянула на Джозефа.
– Так… думаете, это возможно? Путешествовать во времени?
Признаться, Джозеф не смеялся, а просто помолчал мгновение в раздумьях.
– Не существует разницы между временем и любым из трех пространственных измерений, кроме одного: наше сознание движется вдоль него, - произнес он, наконец.
– Интересная точка зрения, - сказала я уклончиво.
– Ну, жаль, не могу сказать, что она моя, - выпалил он, пожимая плечами, и снова поднял книгу. – Я вообще-то процитировал Уэллса.
Я закатила глаза и решила поупорствовать.
– Так, если бы это было возможно… Если бы вы смогли путешествовать во времени, что бы вы сделали? Попытались изменить что-нибудь?
– Что-нибудь изменить? – повторился он.
– Вернуться и исправить свои ошибки, - объяснила я. – Или попытаться исправить ошибку другого?
Джозеф наклонился на прилавок, в раздумьях потирая рукой подбородок.
– Нет, - твердо сказал он.
– Нет?
– Нет.
– Вот так просто? Нет? – повторила я. – Неужели нет ничего, что бы вы могли сделать иначе?
Джозеф просто пожал плечами.
– Мне весьма нравится моя жизнь. Если бы я изменил ошибку прошлого, возможно, я бы не оказался здесь. Благодаря моим ошибкам, я стал тем, кем стал. Кроме того, правда, не думаю, что это возможно.
– Путешествия во времени?
– Ну, да, путешествия во времени, но это не то, о чем я говорил, - объяснил Джозеф. – Я имел в виду, даже если бы мы могли вернуться назад во времени, не думаю, что было бы возможно реально что-либо изменить. Я верю, что всему есть причина.
– Судьба, - произнесла я категорически.
– Называй, как хочешь, - сказал он.
– Но парень в «Машине времени» изменил ход событий. Он уничтожил морлоков и защитил элоев, - отметила я.
– Ах, - проговорил Джозеф, указывая на меня пальцем, - А это было в будущем, не в прошлом. Возможно, это всегда было его судьбой.
– Это как-то грустно, - заявила я. – Думать, что мы не имеем никакого контроля над нашими жизнями.
– Ну, я не говорил этого, - пошел Джозеф на попятную. – Полагаю, у нас есть выбор… мы выбираем наш путь. Но этот выбор – отражение того, кем мы являемся… так что, действительно, наш путь предопределен.
Мгновение я обдумывала это.
– Это словно если я ненавижу ваниль, но люблю шоколад… и кто-то предлагает мне выбрать между шоколадным и ванильным мороженым. У меня есть выбор, но из-за того, кто я есть, я уже выбрала шоколад, даже прежде, чем на самом деле возьму его, - частично для себя пробормотала я.
– Точно.
– Таким образом, все мои решения уже приняты, просто потому, что я – это я?
Джозеф снова пожал плечами.
– Это просто мое мнение.
Я закусила губу, исходя из этого. Печально думать, что, возможно, мой путь был предопределен моей индивидуальностью или прошлым опытом… то, что сделало меня тем, кем я была. В то же время, это было довольно ободряюще. Если я, правда, не имею контроля над событиями, это сняло бы немного напряжения. Может, в конце концов, судьба всех не лежала на моих плечах. Кто знал? Я предполагала, что это возможно.
В конце концов, у меня же не было руководства. В отличие от «Машины времени».
Голос Джозефа вырвал меня из мыслей.
– Я положил для тебя газеты на стол, - сказал он, указывая через комнату. Взглянув на часы-медальон, увидела, что у меня было всего около двадцати минут, прежде чем мне нужно быть на работе, поэтому я улыбнулась ему и присела за стол.
Я быстро просмотрела местную газету, затем приступила к ежедневной утренней газете «The Milwaukee Sentinel». Мои глаза пробежались по мелкому шрифту в поиске каких-либо ключевых слов, что я боялась найти.
Я увидела их внизу третьей страницы. Всего лишь несколько пунктов, которые проскользнули мимо, если бы не промелькнуло перед глазами слово «эпидемия». Я схватила газету ближе и прочитала ее дважды. Быстро встала, и мой стул заскрежетал по полу, что и привлекло внимание Джозефа.
– Белла? Все хорошо?
Я испуганно обернулась к нему и заставила себя идти спокойно.
– Да. Да, конечно, все в порядке, - глубоко вздохнув, ответила я. – Джозеф, у вас случайно нет телефона, которым я могла бы воспользоваться?
Джозеф с опаской посмотрел на меня, видимо, не уверенный в том, что я вообще была в порядке.
– Да, - произнес он медленно. – Он там, сзади. – Я последовала за ним в небольшой офис за занавеской. Джозеф отклонил мое предложение об оплате, сказав, что могу воспользоваться тем временем, которое мне было нужно, и покинул комнату.
Я подошла к столу и взяла телефон.
– Чикаго, - сказала я дрожащим голосом. – Доктор Карлайл Каллен… пять пять семь четыре. – Телефон щелкнул несколько раз, прежде чем я услышала дребезжащий звон. Я шепотом молилась, чтобы мне ответили, и, наконец, была вознаграждена.
– Здравствуйте?
– Карлайл? Это Белла, - сказала я в спешке.
– Белла? Все в порядке?
– Не знаю, - ответила я, всхлипнув. – Просто увидела оповещение из Бостона.
Я слышала, как Карлайл вздохнул на другом конце линии.
– Да. Я сам только услышал об этом.
– Что ты знаешь? – быстро спросила я. – В газете просто сказано, что там была эпидемия… и врач предупреждал, что она может перейти от военных к гражданскому населению. Это началось, Карлайл.
– Белла, - спокойно произнес Карлайл. – Мы знали, что это произойдет.
И теперь мы это получили. Но, тем не менее, почему-то увидев это в печати… увидев все перед глазами на дрожащей газетной странице… все воплотилось в жизнь.
– Белла?
– Я здесь. Извини. Просто… это немного шокировало, понимаешь? – тихо сказала я.
– С тобой все будет хорошо? – спросил он с беспокойством в голосе.
Я вздохнула.
– Со мной все будет хорошо. Но родители Эдварда… они продолжают задерживать свой визит. Боюсь, у них мало времени. – Я рассказала Карлайлу о наших длительных усилиях вытащить Мэйсенов из Чикаго, но все безрезультатно.
Карлайл на мгновение заколебался.
– Прости за прямоту, Белла, но, возможно, их все равно не спасти. Может им не суждено остаться в живых.
Я потерла руками глаза.
– Что не так, почему все сегодня говорят о судьбе? – пробормотала я.
– Прошу прощения?
– Ничего, - со вздохом произнесла я. – Знаю, что ты прав, Карлайл. Я не могу заставить их приехать… но от этого не легче.
– Возможно, эта новость поможет, - предложил он. – Может, этого достаточно, чтобы они послушались вас.
– Может, - сказала я с сомнением.
Я попрощалась с Карлайлом, и он в очередной раз пообещал передать любую информацию, с которой столкнется. Однако я не могла бороться с тяжелым предчувствием, что, возможно, Карлайл и Джозеф были правы. Что может некоторые вещи просто нельзя изменить.
Я расправила плечи и поблагодарила Джозефа, прежде чем вышла из книжного магазина и направилась на работу.
Судьба это или не судьба, я не собиралась сдаваться.
**_**

После того дня новости появлялись быстро.
Девятнадцатого сентября газета «The Philadelphia Inquirer» сообщила о шестистах моряках и морских пехотинцах, которых госпитализировали с опасным штаммом гриппа.
Двадцать третьего сентября «The Capital Times» сообщила о четырех тысячах пятистах случаях болезни и более ста смертях в районе Великих озер в военно-морской тренировочной станции к северу от Чикаго… Четыреста случаев в Кэмп-Гранте, что около Рокфорда… Восемьдесят пять новых случаев в Нью-Йорке… Двадцать смертей в Бостоне. Это продолжалось снова и снова.
Двадцать пятого сентября я прочла об Эдварде Вагнере, человеке из Сан-Франциско, который заразился от человека из Чикаго. В тот же день письмо Карлайла подтвердило тринадцать случаев в его больнице.
Новости об эпидемии начали прокладывать себе путь также в письмах от Саманты и Мэгги. Саманта пошла в школу медсестер, и она написала, что если эпидемия разрастется, есть вероятность того, что даже студенты будут призваны на помощь в местные больницы. Она была рада возможности помочь другим, но, конечно, новости испугали и взволновали меня.
Что касается Мэгги, она ни разу не упомянула в письме о предупреждении, которое я оставила для нее. Точно не знала почему, но предполагала, она поняла, что я бы рассказала ей все, что могла. Несмотря на то, что у нее имелись «небольшие внутренние предчувствия», Мэгги была реалистом, из ответственного типа людей, и я верила, что когда придет время, она прислушается к моему совету. А пока она не хотела зацикливаться и быть одержимой тем, что могло случиться.
Я хотела бы последовать ее примеру.
Когда грипп, наконец, поразил Чикаго, Мэгги с помощью писем, по-своему пыталась успокоить меня. Она бы обязательно заверила, что все было хорошо… что, в основном, они держались поближе к дому и избегали общественных мест, как предложили городские лидеры. Из-за своего дара Мэгги осознавала вину и давление, которое приходило со знанием, и я думала, что она старалась держать меня в курсе дел, не нагромождая мои плечи дополнительными заботами.
Эдвард продолжал ежедневно звонить в Чикаго, используя информацию, что я собрала, чтобы попытаться заставить его родителей покинуть город. Они были упрямо оптимистичны, уверяя, что с ними все будет в порядке… что их доктор сказал, даже если они заразятся, будет лучше остаться рядом с домом, где они получат самый лучший уход. Эдвард и я впали в отчаяние, понимая, что наши усилия не увенчались успехом.
Однако он никогда не упоминал, что собирается в Чикаго в попытке их забрать. К концу месяца Эдвард звонил несколько раз, но никто не ответил, и он боялся, что родители стали избегать его.
Первого октября «The Philadelphia Inquirer» сообщила о шестистах двадцати пяти новых гражданских случаях заражения и ста семнадцати смертях. Каждая газета писала о вспышке заражения. Каждая кофейня была пронизана соответствующими разговорами. Люди стали носить медицинские маски, когда находились на улице, да и везде… везде люди наблюдали, переживали и ждали, когда это закончится.
Появилась даже новая крылатая фраза: «Прикрывай каждый кашель и чих, от болезни спасешь всех других».
И, тем не менее, она распространилась.
До сих пор эпидемия обходила стороной Алтуну и О-Клэр, и каждый день я просыпалась в надежде, что все еще в безопасности… что Эдвард был в безопасности. Что каким-то образом, его родители и все, кого мы любили, будут в порядке, и эпидемия закончится.
Затем, вечером третьего октября, мои надежды рухнули.
Мы вместе были на диване в гостиной перед низко горящим огнем. Эдвард лежал головой на моих коленях и читал «Две тысячи лье под водой». Мы только добрались до описания гигантского кальмара, свалившегося на Наутилус, как раздался стук в дверь.
Эдвард поднялся и положил книгу на стол лицевой стороной вверх, прежде чем прошел к двери. Я с любопытством последовала за ним, потому как у нас вообще редко были гости, и уж тем более ночью. Я была удивлена увидеть Горация, владельца продуктового магазина, стоящего на нашем крыльце.
Он кратко кивнул, плотно сжимая шляпу в руках.
– Мистер Мэйсен, миссис Мэйсен. Извините, что беспокою, но я получил срочный телефонный звонок, и он был адресован вам.
Мое сердце сжалось. Прежде чем он сказал хоть слово, я знала, что за этим последует.
– Это была ваша мать, мистер Мэйсен, - проговорил Гораций. – Она просила, чтобы вы тут же ей перезвонили. Конечно, вы можете воспользоваться телефоном в магазине.
Эдвард пробормотал «спасибо» и потянулся за своим пальто. Я также быстро закуталась, и мы поспешили выйти за порог.
– Моя мать не говорила в чем суть? – спросил Эдвард. Я знала. Мы оба знали. Но он все равно должен был спросить.
– Нет, сэр. Простите. Она не говорила, - ответил Гораций, открывая черный ход магазина и пропуская нас внутрь. Он оставил нас наедине, кивнув головой, прежде чем направился в переднюю часть здания. Я крепко держала руку Эдварда, когда мы добрались до телефона, и муж поднял трубку, говоря с оператором в приглушенном тоне и ожидая ответа от матери.
Его глаза были прикованы к моим.
Я же взглядом говорила «сожалею».
– Да, мама… это Эдвард. – Его пристальный взгляд оторвался, когда он, наконец, заговорил в трубку. – Да… - он пропустил руку сквозь волосы, слушая, затем закрыл глаза, и волна боли прошлась по его лицу. – Нет… нет, - тихо шептал он. Его глаза распахнулись, и когда взглянул на меня, я увидела блеск слез, вырвавшихся наружу. – Конечно, - сказал он, и его голос слегка сломался. – Да… первым делом с утра… Все в порядке, мам, не волнуйся. – Я сжала его руку, и он мягко сжал в ответ мою. – Да... да, я скажу ему. Хорошо… До свидания, мама.
Эдвард положил трубку на подставку, и его рука зависла на мгновение, прежде чем он потянул меня к черному ходу. Гораций ждал и кивнул нам еще раз, когда мы поблагодарили его.
Мы молчали по дороге домой, словно оба боялись признать то, что происходило. Словно наше молчание могло утаить правду.
Наконец, когда мы пихнули нашу старую закрытую дверь и встали лицом к лицу в гостиной нашего прекрасного небольшого дома, я посмотрела на Эдварда, и слезы уже текли по моим щекам.
– Твой отец, - молвила я.
Эдвард кивнул, тяжело глотая.
– Все произошло быстро. Он сейчас в больнице.
Я глубоко вздохнула, признавая его слова.
– Она хочет, чтобы ты приехал, - добавила я.
Он снова кивнул.
– Прости, Белла.
– Эдвард, пожалуйста… - начала я, но он прервал меня.
– Белла, знаю, как ты к этому относишься, - произнес он, поднимая руки, чтобы обхватить мое лицо, и вытирая большими пальцами слезы с моих щек. – Знаю, ты не хочешь, чтобы я ехал. Знаю, ты напугана тем, что может случиться, если я так поступлю.
Он наклонился вперед и нежно поцеловал, прежде чем потянулся обратно, вглядываясь в мои глаза.
– Но они – мои родители, Белла. Мой отец… ну, из того, что ты сказала мне, он умирает… и моя мать вполне могла быть следующей.
Его голос слегка сломался, и Эдвард откашлялся, прежде чем продолжить, его глаза были полны непролитых слез.
- Когда мне было десять, у меня была корь, - спокойно сказал Эдвард, отпустил меня и сделал несколько шагов, вглядываясь вдаль и вспоминая прошлое. – Мне было плохо. Я чуть не умер. Мать сидела у моей кровати каждую минуту. Она ставила холодный компресс на лоб, кормила меня супом… спала на тюфяке у подножия моей кровати, чтобы слышать меня ночью. Мой отец был тем, кто подхватывал меня и выносил на террасу, заправляя вокруг одеяло так, чтобы я мог подышать свежим воздухом. Он играл для меня на фортепьяно. Он единственный, кто действительно вдохновил меня учиться, - изрек мой муж с кривой ухмылкой. Я улыбнулась в ответ.
Эдвард подошел ко мне, взял мои руки в свои, медленно потирая большими пальцами.
– Когда я сказал им, что хочу жениться на тебе… Ну, они, конечно, волновались, - проговорил Эдвард, добавив с улыбкой, - но даже если они подумали, что ты забеременела… что я испортил тебя… они все равно сказали, что меня любят. Родители заверили, что помогут нам любым доступным способом. Они всегда меня поддерживали… всегда, - сказал он искренне. – И теперь, впервые, они нуждаются во мне.
Я отвела взгляд, но Эдвард повернул свою голову так, чтобы снова поймать мои глаза.
– Знаю, ты боишься, - сказал он спокойно. – Но прошу тебя… умоляю… не проси повернуться к ним спиной. Пожалуйста, Белла. Не проси меня об этом.
Каждой клеточкой своего тела я хотела умолять его остаться… манипулировать им… сказать, если он, правда, меня любил, то не поехал бы в Чикаго. Мои руки действительно дрожали от напряжения схватить его и закрыть в спальне для его же безопасности. Я готова была сделать все, что угодно, чтобы удержать его… проигнорировать звонок его семьи, чтобы он остался со мной.
Но я просто не могла так поступить.
Я взглянула в его мерцающие зеленые глаза и знала, что если бы попросила, он бы остался. Что он бы повернулся спиной к своим родителям… для меня. Что готов на все ради меня.
Но в душе я также знала, что это уничтожит его.
И вместо этого я промолчала, но обернула руками его талию и притянула к себе.
Через мгновение Эдвард сделал судорожный вдох.
– Я хочу, чтобы ты осталась здесь, - произнес он осторожно.
– Что? – Мои глаза расширились, как только я отстранилась от него, и внутри все сжалось лишь при одной мысли. - Остаться здесь? Нет! Категорически нет!
Эдвард откашлялся, слегка приподнимая подбородок в попытке убедить меня.
– У тебя нет причин рисковать.
– Нет. Черт. Возьми, - зарычала я. Эдвард ахнул в шоке от моего заявления, а я продолжила низким и твердым голосом: – Если ты поедешь в Чикаго, я поеду тоже. Нет ни малейшего шанса, что ты поедешь без меня, так что можешь прямо сейчас отказаться от этой нелепой идеи.
Эдвард просто уставился на меня, и я задалась вопросом, собирался ли он противостоять, но вместо этого просто притянул меня в свои объятья.
– Хорошо, - пробормотал он в мои волосы. – Мы поедем вместе.
– Вместе, - согласилась я.
Через какое-то время мы шли в спальню, взявшись за руки и выключая свет по пути. Мы находились на противоположных сторонах кровати, буравя свою половинку взглядом. Одежда без внимания падала на пол. Взобравшись коленями на кровать и встретившись в центре мягкого матраса, наши руки стали ласкать кожу друг друга.
Рука Эдварда продвигалась вдоль моей шеи и под волосами, когда он соединил наши губы в легком порыве страсти, надежды и тоски. Мы вцепились друг в друга, как только наш поцелуй углубился, и страх сменился желанием. В конце концов, Эдвард медленно опустил меня на спину, не прекращая ласковых прикосновений пальцами и языком.
– Я люблю тебя, Белла, - бормотал он. – Всегда и навеки.
Я чувствовала, как слезы щипали мои глаза, и притянула Эдварда ближе, обхватывая ногами его бедра, как только он медленно соединился со мной… ощущение ноющей наполненности тронуло мое сердце… нежный ритм нагрел мою кровь.
– Эдвард, - выкрикнула я, и слезы потекли ручьем от попытки в тот момент сдержаться. Он тоже казался столь отчаянным, охватывая меня руками в железные тиски, словно пытался соединить нас в одно тело… одну душу.
И мы были. Одним целым.
И когда наши поцелуи стали безумными… дыхание тяжелым… и мышцы напряглись в кульминации, всплеск удовольствия метался от меня к нему… и наоборот, я в рыданиях выкрикнула его имя, и оно эхом отразилось от стен. Я поняла, что его слезы смешались с моими на нашей влажной наволочке, и я крепко прижала Эдварда, наши сердца бились в медленной и спокойной гармонии.
Наконец, он скатился в сторону, беря меня с собой, и тут же набросил простыню с одеялом на нашу охлажденную потом кожу. Я чувствовала его теплое дыхание над головой, он держал наши переплетенные руки в области сердца.
Я не могла потерять его. Не могла потерять надежду.
Из того, что я знала, Эдвард и его семья заразились вместе. Возможно, я уже победила болезнь, перевезя его в Алтуну. Может, я все еще могла его защитить, даже когда мы вернемся в Чикаго.
– Я собираюсь быть настоящей занозой в заднице, - сказала я ему, как только он вывел круг пальцем на моей руке. – Я буду преследовать тебя, чтобы ты носил маску все время… мыл руки каждые десять минут. Ты не сможешь этому противостоять, Эдвард.
Я почувствовала щекой, как он хихикнул.
– Даже и не думал об этом.
Я подняла голову, чтобы взглянуть ему в глаза.
– Я серьезно, Эдвард. Если мы возвращаемся туда, тебе придется принять меры предосторожности.
Он поднял руку, чтобы провести пальцем по моей щеке, и его лицо стало серьезным.
– Обещаю. Я сделаю все, что ты скажешь.
Я кивнула, еще раз опустив голову на его твердую грудь.
Может, судьбе нельзя помешать. Может, я ничего не могла изменить. Но я, безусловно, попытаюсь.
– Обещай, что никогда не оставишь меня, - тихо умоляла я в темноте.
Я почувствовала его мягкий поцелуй у себя на макушке, а затем он прижал меня к себе.
– Белла, куда я могу уйти? – ответил он.
Он всегда так мне отвечал… такой ответ я и ожидала… вопрос подразумевался как заверение… обещание вечности.
Но, впервые, я боялась, что это ложь.

Примечания:
— Машина времени ГэрбертаУэллса — роман Герберта Уэллса, его первое крупное научно-фантастическое произведение. «Машина времени» стала одним из первых литературных произведений, в которых описывается путешествие человека во времени с помощью техники (до этого известен рассказ Э. Митчелла «Часы, которые шли назад», опубликованный в 1881 году). Основная часть этого сравнительно небольшого по объёму произведения описывает мир будущего (802 701 год), в который отправляется Путешественник во Времени. Этот мир представляет собой своеобразную антиутопию — научный прогресс и социальное неравенство привели и к деградации человечества. В книге описаны два вида существ, в которые превратился человеческий вид — морлоки и элои.
— «The Milwaukee Sentinel» — ежедневная утренняя газета. Издаётся в Милуоки (штат Висконсин).
— «The Philadelphia Inquirer» — популярная американская газета. Газета занимает 11 место в стране по тиражу и 18 раз была лауреатом престижной Пулицеровской премии..

Автор: tkegl
Переводчик: Satellite_Heart
Бета: LanaLuna11
Почтовый голубь: Nicole__R


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/112-16853-13
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: Satellite_Heart (18.11.2017) | Автор: Перевод Satellite_Heart
Просмотров: 920 | Комментарии: 17


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 17
0
17 MissElen   (04.01.2018 22:16)
От судьбы не уйдешь, не спрячешься...

+1
16 natik359   (26.11.2017 23:04)
Конечно этого следовало ожидать, правда, что мать попросила сына приехать во время эпидемии??? Немного странно, но что поделать.

+2
15 Svetlana♥Z   (26.11.2017 03:07)
Ну, наконец-то. А я уже думала, Белла проживёт свою жизнь в прошлом веке.
В общем-то, она получила больше, чем могла бы рассчитывать: узнала Эдварда-человека, познакомилась с родителями Эдварда и не взирая ни на что, вышла за него замуж с благословения родителей. Возможно, именно Белла посоветует матери Эдварда обратиться к Карлайлу. Даже интересно, скажет ли она Эдварду, что он должен будет ждать её 100 лет и сможет ли Эдвард признать в Карлайле отца?
Спасибо за продолжение и жду проду. happy wink

0
14 prokofieva   (25.11.2017 22:46)
Спасибо за продолжение .

0
13 Alin@   (25.11.2017 22:14)
Случилась беда, что же настигло. Больно переживаю. Сможете ведь Карлайл чем-то помочь. Никогда не поздно верить, есть ещё надежда

0
12 kotЯ   (21.11.2017 20:33)
Разные пути-дорожки, выбирай любую... всё равно придёшь туда, куда определенО матушкой-судьбой.

0
11 Latiko   (20.11.2017 01:05)
Из разговора с Джозефом Белла сделала вывод, что ей было предрешено попасть сюда - в прошлое ради спасения Эдварда. Я поняла его слова так, что прошлое не изменить...
Неужели Мейсонов вчё-таки не спасти... и Эдварда тоже.

0
10 mamamis   (19.11.2017 11:33)
большое спасибо за продолжение

0
9 Манник   (19.11.2017 07:59)
Великолепный перевод, Satellite_Heart

0
8 Маш7386   (19.11.2017 01:07)
Сможет ли Белла изменить судьбу? Большое спасибо за продолжение!

0
7 Korsak   (18.11.2017 21:59)
Спасибо за долгожданный перевод главы!!!
Все движется к неумолимому совершению событий...Но что же дальше будет с Беллой?!

0
6 kaktus6126   (18.11.2017 21:49)
Все говорит о том, что от судьбы не убежишь, и Эдвард всё-таки заболеет. Интересно, что тогда случится и как Белла вернётся в свое время. И ещё, узнает ли ее Карлайл в новой жизни? Любопытство гложет. Спасибо за главу, девушки!

0
5 Alice_Ad   (18.11.2017 21:11)
Спасибо за главу! Неужели все предопределено и мейсенам не спастись? И все таки надежда умирает последней.

0
4 pola_gre   (18.11.2017 17:28)
Цитата Текст статьи ()
– Мы поедем вместе.
cry
Да уж, одной оставаться - терять последние дни вместе...

Спасибо за продолжение перевода!

0
3 Ялло   (18.11.2017 17:13)
Вся глава пропитана отчаянием.Спасибо за главу.

0
2 Schumina   (18.11.2017 16:12)
Спасибо за главу!

0
1 Addochka   (18.11.2017 14:11)
Спасибо за главу! Что ж... С самого начала было понятно, что даже если она увезет его, он не бросит родителей, а поэтому все снова сведется к испанке. Интересно, написана ли хоть одна альтернатива с таким сюжетом, в которой удалось бы спасти Эдварда?

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]