Форкс. Маленький городок на северо-востоке штата Вашингтон. Население всего 3 120 человек. Климат здесь особо не радует: огромное количество осадков, такое, какого нет на всей территории Соединенных Штатов; холодный, пронизывающий ветер; практически полное отсутствие солнца, и даже если оно выглядывает ненадолго из-за вечных туч, оно не греет. Всё в этом городке будто замерло навечно. Здесь нет той суеты, что царит во всем мире, людям не плевать, что происходит с их соседями, здесь всё устроено иначе.
В этот город я попала совершенно случайно: не глядя, просто ткнула пальцем в карту. Глупо? Да, глупо и безответственно, но зато легко. Не надо думать, не надо анализировать, просто живешь по воле случая, полагаясь на судьбу. Ведь что самое худшее, что может произойти? Смерть? Я её давно не боюсь – я о ней мечтаю. Никому даже в голову не придет, что каждый день, ложась в свою «холодную» постель в одиноком доме, я молю Бога лишь об одном – о смерти. Умереть и не жить в том аду, в котором я нахожусь, не ощущать каждое мгновение эту острую невыносимую боль в сердце, которого у меня давно нет.
Но я живу: каждый день я встаю с постели, выхожу на улицу, встречаю других людей, чувствую их радость, их любовь, их счастье, и меня охватывает жгучее желание быть ими. Любить и быть любимой, радоваться жизни, что я когда-то и делала, но теперь… всё иначе. Я стала другой, и больше нет человека, который мог разделить со мной эту радость, любил меня, заботился обо мне, который был для меня всем.
Я никогда не забуду день, когда его не стало, час, когда все полетело к чертям, миг, когда в его сердце воткнули нож. В моей памяти навсегда останутся его последние слова, мучительный хриплый вздох, его кровь на моих дрожащих руках, стеклянный взгляд его, когда-то смеющихся, глаз…
И я никогда не забуду тех, кто убил его, кто причинил боль стольким людям, кто виновен во всем, что происходило в течение последнего века. И я отомщу им, когда придет время…
- Мисс, мы приехали, – вырвал меня из этих пессимистических мыслей грубый мужской голос. Что ж, вот я и здесь. В своем очередном новом доме…
Я вышла из такси, бросив водителю крупную купюру, забрала свои вещи и медленно пошла в сторону дома. Это было здание среднего размера, обитое деревянными панелями, покрашенными белой краской, с крупной верандой, на которой стояла небольшая скамейка, усыпанная засохшими листьями. Этот дом выглядел таким заброшенным и одиноким посреди бескрайнего леса. Вокруг не было ни души…
Входная дверь открылась с едва слышимым скрипом. Я поставила вещи у порога и решила осмотреть весь дом. Вся мебель была покрыта когда-то белыми простынями, лишь что-то большое в одном из углов гостиной было накрыто новой тканью, которая сильно выделялась на фоне остальных. Я медленно подошла, и, взяв уголок материи, резко сдернула её. Белоснежный рояль, вот что крылось под этой невзрачной тканью. Инструмент был привезен всего пару дней назад, не больше. Поверхность была идеально отполирована, клавиши, казалось, поддаются едва заметному прикосновению. Я не играла уже почти десять лет, однако рояль это самое ценное, что есть в моей жизни. С ним связано столько воспоминаний как веселых, так и печальных. Пусть я выгляжу сентиментальной дурой, но без него я не могу жить.
После того, как я отнесла вещи наверх, в спальню, я решила начать уборку. У этого дома явно давно не было хозяина. Когда я срывала простыни со всего, что попадалось на моем пути, моему взору открывалась безупречная мебель девятнадцатого века. Все было подобрано идеально: и светлый мягкий диван, и камин с деревянной отделкой, и светильники на небольших столиках. Даже рояль прекрасно вписался в обстановку. Все это болезненно напоминало мой родной дом, в котором я выросла, в котором все началось. Но я всегда была мазохисткой…
Когда, наконец, я закончила уборку, было далеко за полночь, однако это того стоило: дом выглядел как новый. Теперь здесь можно жить…
Уснуть мне в эту ночь так и не удалось: начался дождь, который безумно барабанил по крыше, но создавалось впечатление, будто он стучит по моим мозгам. Поэтому я встала с помятой постели, как только начало светать. Торопиться было не куда (до школы еще три часа), поэтому я решила не спеша принять душ. Прохладные струйки воды приятно согревали мою кожу, в очередной раз напоминая о том, что мое тело холоднее льда. Выйдя из душевой кабины и обмотавшись мягким пушистым полотенцем, я подошла к большому зеркалу с золотыми узорами и облокотилась на раковину. Посмотрев исподлобья на свое отображение, я в очередной раз стала сама себе противна. И дело было отнюдь не в уродстве или чем-то плохом, наоборот, всё было идеально просто до тошноты: гладкая бледная кожа, плавные изгибы, чёрные длинные волосы, ярко-голубые глаза в оправе длинных ресниц. Ненавижу…
Наконец, пришло время ехать на учебу. Нет ничего хуже, чем старшая школа с её слишком сильными чувствами и эмоциями. Для кого-то это место, где можно встретить свою первую любовь, найти друзей, похвастаться собственной машиной или новой кофточкой, а для кого-то, например, как для меня, это источник вечных страданий. Все эти чужие радости и победы, обиды и проигрыши сильно влияли на мою психику. Они настолько переполняли мой мозг, что к концу дня голова просто раскалывалась. Единственным моим спасением всегда был и будет плеер, в котором вечно играла оглушительная музыка. Только он ограждает меня от этих глупых и ненужных эмоций. С ним мне легче…
На стоянку, к моему большому раздражению, я въехала довольно эффектно: с оглушительным ревом, на мотоцикле. Я ненавижу внимание, однако сейчас всё оно было направлено на меня. Я нахожусь здесь всего несколько секунд, а голова уже просто разрывалась от переизбытка чужих эмоций. Со всех сторон либо жгучий интерес парней и надежда на знакомство, либо лютая ненависть и желание девушек, чтобы я провалилась сквозь землю, или, в крайнем случае, оказалась уродиной. Увы, не могу порадовать ни тех, ни других. Мне вообще было бы плевать на них, если бы не их эмоции и такой притягательный запах крови. Я слишком долго была в изоляции от мира…
Когда я слезла с мотоцикла и сняла шлем, то только тогда поняла, что мне предстоит путь через всю парковку: административный корпус располагался совершенно в другой стороне. Проходя под пристальными взглядами учеников и мысленно моля их идти по своим делам, а не пялиться на меня, почти у самого здания я увидела небольшую, но довольно странную компанию возле серебристого Вольво. Их было пятеро, и они были абсолютно разные, но, если присмотреться, то можно было заметить некоторые сходства: поразительная красота, очень бледная кожа, золотые пронзительные глаза и фиолетовые синяки под ними. Только у одного парня они были темно-карими, практически чёрными. Именно он и привлек мое внимание: высокий, слегка мускулистый, с бронзовыми запутавшимися волосами. Он был необычайно красив, однако что-то в нем было не то, и я даже догадываюсь, что именно. Грусть в глазах, маска безразличия, напускное спокойствие и абсолютный пофигизм – кому, как не мне, знать, что всё это - лишь обманчивая внешность …
Они стояли практически у самого административного корпуса, поэтому мне предстояло пройти всего в паре метров то них. Не то, чтоб это меня пугало, просто было как-то не по себе. И когда я почти это сделала, что-то необъяснимое заставило меня посмотреть в сторону того парня. И какого же было мое удивление, когда я поняла, что он также наблюдает за мной. А когда мы встретились взглядами, все вокруг потеряло значение. Его глаза, пронзительные, темно-коричневые, практически чёрные, такие знакомые, такие родные. И что-то странное зашевелилось в моем сердце, как будто оно снова ожило, будто оно снова могло что-либо чувствовать, будто это снова была я, веселая, неунывающая, способная на любые безумства, душа любой компании. Но это было лишь мгновение, и вскоре я, как последний трус, уже входила в административное здание.
Как только я вошла в помещение, моему взору открылся небольшой коридор всего с пятью дверями. Мне нужна была вторая: кабинет канцелярии. Открыв простую деревянную дверь, я увидела небольшую обычную комнату: множество стеллажей, полок, повсюду какие-то бумаги и книги, у дальней стены стоял рабочий стол, за которым сидела темноволосая женщина лет сорока и что-то писала. Довольно приятная на вид, с добрыми карими глазами. Когда-то у меня были такие же…
- Здравствуйте, – поздоровалась я, подходя к ней. Она улыбнулась искренней теплой улыбкой, при этом немного удивленно разглядывая меня.
- Здравствуйте, чем могу Вам помочь? – вежливо спросила она.
- Эм…Я Изабелла Свон, новая ученица… - мне стало как-то не по себе от ее пристального, но дружелюбного взгляда.
- Ах, Изабелла… Мы Вас ждали, у Вас такие успехи в учебе. Добро пожаловать в Форкс, – воодушевленно сказала она.
- Да, спасибо, – мне стало как-то неловко. Я не училась в школе уже десять лет, а показатели по всем предметам подделать не составило труда.
- Вот Ваше расписание и формуляр. Дадите его всем учителям и принесите мне в конце дня. И… - она замялась – удачи Вам, Изабелла, на новом месте. Нелегко жить без родителей. Я сочувствую, – ей и правда было очень жаль, однако она думает, что я все еще скорблю по отцу и матери, которые якобы погибли в автокатастрофе. Но на самом деле, их смерть я давно пережила, теперь я потеряла другого человека, не менее важного для меня.
До нужного корпуса, где у меня проходил первый урок тригонометрии, мне пришлось бежать, чтобы сильно не промокнуть: на улице снова лил дождь. Зайдя в класс, я вновь почувствовала пристальное внимание со стороны своих новых одноклассников. Слишком много эмоций, слишком много чувств, слишком много людей с бегущей кровью по их молодым венам.
Я подошла к столу учителя, мистера Кросбера, и отдала ему формуляр. Получив в ответ несколько слов приветствия, пару новых учебников и формуляр, с уже заполненной первой графой, я села на первое, попавшееся мне на глаза место, которое, к моей глубочайшей радости, находилось в конце класса, за последней партой. Я подошла к столу и бросила на него свою сумку. Сев, быстро нашла в кармане наушники и сразу же включила плеер.
Как только прозвенел звонок, за мою парту кто-то сел. Я слегка повернула голову в сторону своего нового соседа и увидела девушку в мини-юбке, обтягивающей кофте, с крашенными светлыми волосами. Запах дешевых духов сразу же заполнил пространство вокруг меня настолько, что больше я ничего не могла различить. Что ж, так даже легче…
- Я Лорен Меллори. Ты новенькая? – услышала я слащавый голос своей новой соседки.
- Да. Изабелла Свон. Приятно познакомиться, – я решила не обращать на нее особого внимание, поэтому снова принялась вырисовывать в тетради непонятные даже мне узоры.
- Мне тоже, – видимо, ей хотелось получить хоть какую-то реакцию, но нужного эффекта она не добилась, поэтому порывисто отвернулась и стала стоить глазки какому-то парню с соседнего ряда.
До звонка с урока оставалось всего несколько минут, когда я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Оторвавшись от разрисовывания тетради, я оглядела весь класс и заметила на третьем ряду одного парня из той странной пятерки у Вольво. Это был темноволосый качок, при первом взгляде на которого сразу приходит в голову образ гризли, однако он был отнюдь не злой, а, наоборот, производил впечатление довольно позитивного человека. Вот и сейчас, как только он встретился со мной глазами, весело подмигнул и повернулся обратно к доске. Не знаю, что он хотел этим сказать, но мне было плевать в любом случае. Плевать, кто он, что он хотел этим сказать и что ему от меня нужно. Ведь он всего лишь подросток, как и все вокруг, со своими переживаниями, эмоциями и проблемами. У меня этих проблем намного больше…. Принцип по жизни «Забыть и идти дальше» - мое спасение. Еще бы научиться следовать этому принципу...