Когда наступает час, каждая секунда говорит о вечном.
Леонид С. Сухоруков

После этого вопроса наступила тишина. Все замерло, и словно, чувствуя, что происходит даже лес замер в ожидании. Было в этом что-то волнующее. Неотвратимое и в то же время успокаивающее. Скоро все закончится. Каким будет итог? Нам не дано знать, но внутри уже зарождалось новое чувство. Не знаю, возможно, пережитые за эти дни события так повлияли на меня, но с каждым днем я меняюсь. Вернее сказать, я все больше понимаю то, кем я являюсь. Во мне словно открывались новые стороны моего характера. Меня это пугало, и одновременно вызывало волнение. Зло и добро теперь не были просто черным и белым.

Холодные пальцы Эдварда смягчили боль на руке, теперь рана не так болела. Мой вампир наклонился к плечу и с яростью вдохнул запах.

- Он заплатит, что испортил твою кровь. – Глаза Эдварда на мгновение метнулись в сторону Джейкоба. Затем он снова сосредоточился на моей ране. – Сейчас будет немного больно, но затем боль отступит. – Он решительно наклонился и коснулся холодными губами моей кожи. Его губы изогнулись в оскале и приоткрыли ряд белоснежных зубов. Но этот хищный оскал уже не так пугал меня. Я почувствовала холодный язык на ране, а затем ощутила, словно раскаленное железо коснулось моей руки. По крайней мере, теперь я знаю, что такое адское пламя. Я сжала зубы, чтобы не закричать от боли, не хотелось, чтобы посторонние видели мою слабость, бессилие.

Слюна вампиров и оборотней отличается друг от друга, но при соприкосновении возникает реакция. Дети ночи и дети луны не выносят друг друга, их яд тоже. Вот так и сейчас, Эдвард практически дезинфицировал рану. Яд вампиров вначале нейтрализует слюну оборотня, а затем необходимо извлечь его, иначе произойдет обращение человека в вампира. Эдвард, выждав мгновение, снова припал к ранке и втянул ее в себя холодными губами. От этого действия я вздрогнула, это было настолько невероятно. Вначале был пожар, а затем, его холодные губы обхватили кожу. Его язык осторожно касался краев раны, словно выводя невероятные узоры. Я ощущала, что парю в другом мире. Все остальное виделось, словно сквозь туман.

Они были такие забавные. На лице Аро явно читалась неприязнь. Хотя, и на лицах союзников Калленов было неодобрение, но меня это не особо сейчас заботило. Губы Эдварда в очередной раз сомкнулись на ранке. Я снова вздрогнула. Меня словно пронзили судороги, но мне было приятно, и я лишь улыбнулась. Эдвард, подняв на меня глаза, усмехнулся. Кажется, наши отношения понятны только нам двоим, остальным не стоит даже пытаться разгадать что-то, это бесполезно.

- Эдвард. – В голосе Аро сквозило отвращение. Древний вампир с ненавистью смотрел на нас. Сейчас маска равнодушия спала, и все его чувства отразились на его лице. Теперь он вызывал жалость своим видом. Он знал, что победа не на его стороне, но за всю свою жизнь он не сталкивался с подобными ситуациями. И не знал, что такое поражение. Внутри горел огонь, возможно, это от действия яда, а возможно это радость оттого, что я присутствую при падении клана Волтури. Предчувствие неизбежного. Скоро!

Небо заволокли тучи. Солнце исчезло и землю накрыло тьмой. Словно природа приготовилась. Весь мир замер в ожидании.

- Аро, я все еще не услышал твой ответ! – Эдвард говорил тихо, но в тишине его шепот был более пугающим. На губах моего вампира скользнула улыбка. Он насмешливо смотрел на противника. Интересно, что творится в голове Аро. Из присутствующих это известно двоим, Аро и Эдварду.

- Вы не можете забыть о нашем прошлом! Мы вампиры, и нам дана сила, чтобы править этим миром! – Он прервался. – А люди пища. – На его губах появилась улыбка. Он словно, призывал всех присутствующих посмеяться над какой-то шуткой. – Ты скоро насытишься ей и поймешь, что это было лишь одержимостью. Она не вечна. Затем ты будешь сожалеть. – Он развел руками в каком-то странном жесте. – Но я готов понять, что иногда мы не властны над своими инстинктами. У каждого есть свои маленькие слабости, и я готов дать тебе время. – Аро замолчал и с улыбкой посмотрел на Эдварда. Неужели он надеялся на спасение, произнося речь?

- Аро, ты забываешь одну вещь! – Эдвард улыбнулся. – Я никогда ни о чем не жалею. Мы сильные, ты прав, мы правим и это так, но время твоего правления прошло.

- И кто же займет мое место? Ты ведь должен понимать, что последствия будут ужасны? Начнется война!

- Аро, война уже началась!

Эдвард точно сказал, война началась. Все было решено, и отступать поздно. Шаг назад это проявление слабости, цена которой будет слишком высока. Но какова будет цена победы, если она возможна?

Вампиры замерли. Все вокруг словно безмолвные статуи, лишь глаза, наполненные красным блеском, выдавали их.

- Эдвард? – Я вопросительно посмотрела на Эдварда. Не знаю, что меня интересовало. Сложно было в одном слове выразить все, что меня волновало в этот момент, но мой вампир понял.

- Ничто не сможет изменить этого!

- Ты уверен?

- Да. – Он задумчиво посмотрел на меня. – Судьба.

- А может, просто РОК?

В глазах Эдварда было удовольствие. Кажется, ему понравилась мой вариант. Он лишь сжал меня крепче, но затем объятья ослабли. Спустя мгновение, я ощутила холодное прикосновение. Это были чужие руки. Я обернулась. Меня крепко держала Эллис.

- Выбора нет, мы с тобой будем в стороне.

- Но… - Я не знала что сказать. Лишь беспомощно смотрела на центр поляны. Лица вампиров сейчас были по настоящему пугающими, в них не осталось ничего от их человеческой сущности. Их глаза светились ненавистью.

Эдвард и Карлайл стояли рядом друг с другом. Их тела были напряжены. Я неотрывно следила, за ними.

Оборотни первые нарушили тишину. Раздался дикий вой, и он ознаменовал начало, а может конец…

ТЕМА на форуме для отзывов) Буду им очень рада