Круг замкнулся

Прошло более полугода. За сезоном великой засухи последовал сезон больших дождей, утолявших жажду земли, словно путника в пустыне. Она впитывала в себя всю влагу как сухая губка. И вновь наполнились водоемы, ручьи и реки, зазеленела трава, зашумели густой листвой деревья. Стада стали возвращаться. А с ними и прежняя сытная жизнь.
Львицы ходили на охоту так, как было заведено при Муфасе. Симба величественно обходил свои владения, строго следя за тем, чтобы изгнанные гиены не беспокоили границ. С ним часто следовала Нала. И все ждали, когда же у неё, наконец, появится «огонек в глазах». Однажды такая благая весть облетела все Земли Прайда. Последующие месяцы пролетели как один. И вот долгожданный день настал. Скрывшись в глубине пещеры от посторонних глаз, Нала стала матерью.
Весть о рождении сына и будущего наследника мгновенно облетела все закоулки Земель Прайда. Некоторые говорили, что неплохо было бы провести церемонию сразу же, но Рафики напомнил о традиции представления в день, когда у малыша впервые полностью раскроются глаза. Ведь не только его, но и он должен был видеть своих будущих подданных. Как они приносят ему первые знаки уважения, так и он показывает всем свой королевский взор будущей мудрости и силы.
Свет утреннего солнца отражался в глазах королевы. Симба посмотрел в их сияние и прошептал: «Любимая». Она улыбнулась, прижалась к нему и поцеловала только что открывшего глаза новорожденного сына.
Вместе с ними этот рассвет встречала вся саванна. Она была заполнена изящными антилопами, статными леопардами, величественными слонами, жирафами, пестрыми зебрами. Все стояли бок о бок, и никто не обнажил клыка, не выпустил когтя. Они пришли славить рождение нового принца. В этот день по закону было запрещено охотиться и убивать кого-бы то ни было во всей земле. Смерть не должна была омрачать сей день. Считалось, что гибель кого-либо при рождении будущего Короля – плохое предзнаменование. И потому те, к кому она все-таки она постучалась в гости, покидали Земли Прайда, чтобы встретить её во внешних землях. Зная про это, гиены уже с ночи патрулировали границу, выискивая таких путешественников. И таким образом рождение нового принца для них тоже оборачивалось праздником жизни.
Через толпу пробирался Рафики. Собравшиеся расступались перед ним, освобождая путь, он же осенял их, касаясь как самых молодых, так и самых старых своим посохом.
Перебравшись через валуны у подножия Скалы Прайда, он поднимался по извилистой тропинке, пока не добрался до основания выступа скалы. Толпа затаила дыхание, когда шаман вскарабкался на выступ и приблизился к Нале. Симба лапой пододвинул к нему маленького львенка и торжественно кивнул.
– Какой нежный и пушистый! – воскликнул Рафики, нежно беря его на руки. Затем почтительно спросил: – Прям как отец. И его ждет славное будущее. Как соизволите назвать принца, Ваше Величество?
– Мы хотим назвать его Танаби, – ответил Симба.
– Отличное имя, – Рафики уже собрался вынести львенка к публике, но тут вмешалась Нала:
– У меня есть идея получше. Пусть он будет носить имя в честь пушистого отца, которого я очень люблю. Флаффи.
– Флаффи?! – мандрил вопросительно посмотрел на короля.
– Что ж, – улыбнулся Симба, – пусть будет Флаффи.
Рафики посыпал Флаффи порошком альбы и помазал миром его чело. Затем он взял маленькое сокровище, поднял над головой и показал толпе, чей рев в экстазе заглушил все вокруг. Луч света прорвался сквозь утренние облака и озарил малыша. Симба мог поклясться, как и многие, что в этот момент слышали голос Муфасы с небес: «Отлично, сын!». Дитя, рожденное в любви, смотрело на восхищенную толпу, затем на спускавшийся сверху пух, и вдруг попыталось поймать одну пушинку. Стоявшие на выступе с краю Тимон и Пумба залились слезами, хоть и давали зарок этого не делать.
В этот торжественный момент бледный Зазу подошел к Симбе:
– Дурные вести, сир. На западной границе лежат тела двух зебр. И это не гиены….
Щека Симбы задрожала от гнева. Он порывался немедленно уйти, но его остановила Нала:
– Нет, Симба, прошу тебя. Ты не можешь уйти сейчас, что бы ни произошло. Флаффи этого не заслуживает. Рафики должен закончить….
Но мандрил не слышал их. Взяв снова малыша на руки, он поцеловал его:
– Великий Круг Жизни замкнулся и начинает новый бег. Пусть солнце всегда ярко освещает твой путь, пусть любой ветер будет попутным, пусть Бог полюбит тебя.
Слеза радости скатилась по его щеке. Но когда он отдавал Флаффи обратно родителям, то заметил, насколько нервным стал Симба и печальной Нала. От радости не осталось и следа.
– Что случилось?
– Убийство, – процедил Симба.
– О-ох, – опустил голову Рафики.