Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1699]
Из жизни актеров [1631]
Мини-фанфики [2721]
Кроссовер [701]
Конкурсные работы [5]
Конкурсные работы (НЦ) [1]
Свободное творчество [4858]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2403]
Все люди [15255]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14610]
Альтернатива [9071]
СЛЭШ и НЦ [9132]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4487]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав март

Обсуждаемое сейчас
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Кристофф
Розали, без преувеличений, лучшая кандидатура эскорт-агентства. А Кристофф Койновски привык брать самое лучшее.

Счастье в подарок
Физическое превосходство не принесло ей счастья. Единственное, чего она отчаянно желала, и что, разумеется, никак не могла получить – это Стива Тревора, летчика, погибшего несколько десятилетий назад. Она заплатила за свою силу и красоту слишком большую цену.

Цвет завтрашнего дня
Что может связывать безобидную девушку и мутанта, обладающего сверхъестественными способностями? Что если девушка давно чувствует, будто с ее жизнью что-то не так? Какие тайны она узнает, когда решится вернуть потерянные воспоминания?
Фантастика/Романтика/Экшен

Растопи лед в моем сердце
Способна ли мимолетная встреча с незнакомцем всё изменить? Не позволяя себе ничего чувствовать, я словно застыла во времени, как бы замерзнув внутри прозрачного ледника…

Chances/Шансы
Вернувшись домой, Белла вступает в борьбу с последствиями прошлых ошибок и пытается реализовать свой последний шанс на счастье. История грубая и реалистичная. События разворачиваются через восемь лет после свадьбы в «Рассвете».

Dreamcatcher (Ловец снов)
Эдвард — вор, забравшийся в дом к Белле накануне Рождества. Но охотится он не за обычными ценностями…

Смотритель маяка
Я являлся смотрителем маяка уже более трех лет. Признаюсь, мне нравилось одиночество...

Miss awesome
Бонни и компания продолжают свои похождения. Что их ждет на этот раз? Свадьба? Приключения? Увольнение? Все может быть...



А вы знаете?

... что можете заказать обложку к своей истории в ЭТОЙ теме?



... что можете оставить заявку ЗДЕСЬ, и у вашего фанфика появится Почтовый голубок, помогающий вам оповещать читателей о новых главах?


Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Ваш любимый сумеречный актер? (кроме Роба)
1. Келлан Латс
2. Джексон Рэтбоун
3. Питер Фачинелли
4. Тейлор Лотнер
5. Джейми Кэмпбелл Бауэр
Всего ответов: 490
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

С винтовкой под кроватью. Глава 16

2021-4-12
18
0
Гамбург - Нью-Йорк

30.03.08


Гамбург – город мостов. Здесь их больше двух с половиной тысяч. Но для меня мосты существуют только в воображении. Сожженные, порушенные. И не мосты даже, а так, кучки серого пепла. Пепел и тлен. Всё тленно. Особенно остро понимаешь это во время болезни. Боль, она такой же мост. Переправа между разумом и чем-то ещё, плохо поддающимся рациональному объяснению. Я иду по своей переправе, а моё тело между тем лежит на жесткой постели в гостинице. Через пару дней в рейс, но сейчас можно и пройтись по мостику над пропастью.
Тлен. Что останется от меня? Что, кроме могил на разных кладбищах мира? Ничего. У меня даже детей нет. Дети? Зачем? Вот после Джейка и Роз останется кучка детей, и что же? Один конец для всех.
Ох уж этот Джейк и эта Рози. То ненавидели друг друга, то вдруг воспылали любовью. Тьфу! Не хватает только свадьбы и букетика невесты. Я все понимаю: Блэк один раз спас Розали, пару раз навестил в больнице - очень значимые и благородные поступки, но не настолько значимые, чтобы резко менять свое отношение к человеку. Так быстро прыгать на шею друг другу не стоит. А сама-то? Эй, Белла, а сама-то ты лучше? Вечно мечешься от ненависти к любви.
Перекатываюсь по кровати, хватаю телефон, набираю номер Карлайла. Десять минут глупо слушаю гудки и пытаюсь успокоиться. Нет, это уже не смешно. Неужели с ним что-то случилось? Господи, да эти наркоманы такие уязвимые. Они и через дорогу-то самостоятельно перейти не могут. А вдруг Карлайла сбил автобус? Или, скажем, он упал с лестницы? Идиотка! Тупица! Нельзя думать о плохом, иначе это рано или поздно может случиться.
Разбивает мрачные мысли тихий стук в дверь. Кого это там принесла нелёгкая? Учитывая, что в гостинице останавливаются только члены экипажей, то это кто-то - один из моих «любимых» коллег. В свою очередь, из коллег это может быть только Аро, потому что остальным искать встречи со мной незачем.
- Войдите, – ору с кровати, убирая мобильный – внезапно он стал действовать мне на нервы.
В комнату медленно вплывает фигура второго пилота. Да что фигура? Лицо-то какое! Вы только гляньте на эту маску трагика из Древней Греции. Не иначе Аро отца родного схоронил утром. Или ему банально не уступили место на скамеечке в парке?
- Вольтури, ты что? Помирать собрался? Отложи хотя бы до возвращения.
- Белла… – голос Аро срывается. Поддерживать шутливый тон он не намерен, напротив – решил поныть. По морщинистым щекам пилота текут крупные слёзы. Могу сказать от себя - слёзы искренние. И подобное поведение Вольтури ставит в тупик ещё больше. Неужели одну из любимых инструкций Аро отменили? Или не отменили, а он её не выучил и теперь облажался?
- И что происходит? – осторожно вставая с постели, спрашиваю я у ветерана авиации. Как-то вдруг стало стыдно валяться в присутствии старичка.
- Я был у врача.
- Проблемы? Или ходил к венерологу?
- Нет, – Аро трясёт головой. Похоже, он даже не замечает злой иронии моих слов. – Проблемы с желудком. Запрещено летать, - слова падают, как гири с небес.
- Послушай, Аро, ты и так уже давно за штурвалом, - начинаю я издалека. - У тебя наверняка больше двадцати тысяч часов налёта. А для многих это всё равно что мечта. Я не уверена, смогу ли сама когда-нибудь провести столько в небе, – набираю побольше воздуха. Со вступлением закончено, переходим к основной части. – Но человек создан на земле, и сколько бы ты ни летал, сколько бы мы все ни летали, мы должны будем покинуть Небо и вернуться вниз.
- Я не хочу доживать свой век, перебирая бумажки в аэропорту!
Кто бы мог подумать! Любитель законов и уставов не хочет проводить жизнь в пыльных душных кабинетах в обществе своих любимых канцелярских принадлежностей и толстенных томов лётных руководств.
- Но мы не можем парить в горних высях вечно. Небо для молодых и здоровых, – мне почти искренне жаль Аро. А что я могу поделать? Его участь рано или поздно ждёт каждого пилота. Старость жестока, но старость лётчика жестока вдвойне. Мы ж не просто лишаемся красоты или здоровья, мы лишаемся Мечты. Мечты Полёта.
- Врачи сказали, что с этим жить можно. Они, конечно, правы, но…
- Будем надеяться на лучшее.
Но мне ли не знать, что все надежды тщетны. Они тлен. Поэтому ты можешь сколько угодно надеяться, жизнь всё равно всё сделает по-своему.
Итак, с этой секунды Аро Вольтури остается в прошлом авиации.

***

Справа от меня садится уже другой пилот. Какой-то… ааа… чёрт, забыла… как же его? Джон, Джим? А, нет. Твою мать, я же записывала. Где моя бумажка? Так, ага, Джеймс. Ну, посмотрим, что ещё за Джеймс. Судя по виду, ничего хорошего этот Джеймс мне не принесёт – жёсткое лицо, тонкие губы и взгляд хищника. Личность. Ненавижу личностей в своём экипаже. Тут только одна личность – Я. Я Командир Экипажа, все остальные в моей тени и в моём подчинении.
Но главное - тупо долететь до Нью-Йорка. Джеймс здесь временно, и мне нужно его перетерпеть. Как боль в руке. Всего лишь, делов-то! Один перелет. Но интересно было бы узнать - руководство специально вызвало для меня именно этого козла? Или Джеймс случайно вытянул свой несчастливый билет? С одной стороны, любого пилота могут вызвать - существуют так называемые штрафные дни, когда тебя выдергивают из-за стола с неоткрытой бутылкой виски, из-под любовника или с грядок и неожиданно отправляют в Гондурас. Но с другой стороны – слишком уж неудачную замену подобрали Аро. Такая подлость не бывает случайностью.
- Эта, капитан, мы хотели извиниться, - вползает во время полёта в кабину один из певцов. Тот самый, что раньше был в парике с косами, а сейчас как бы приоделся – его украшают длинные красные патлы до середины спины. Мать моя!
- Считайте, что извинились.
- Мы, эта, спросили… ну у этого… этого вашего второго. Он говорит, что и правда самолёт, ну типа, развалиться может при посадке. Ну, всё, короче, как вы сказали, эта, да.
- А вы мне, значит, не поверили?
И правильно сделали. Это был блеф. Причем не самый удачный, а рассчитанный исключительно на низкий умственный уровень певцов. Не умею я разрушать Боинги по заказу. Я и приблизительно понятия не имею, куда, как и сколько. Можно банально грохнуть самолёт на полосу, но где гарантия, что погибнут только пассажиры? Любое отклонение - и погибнуть могут все. Я врала и не краснела. А эти придурки, значит, решили уточнить у Аро. Молодец, Вольтури, поддержал командира экипажа. Соврал. Пошёл на должностное нарушение ради меня. Ну да, ведь он больше не пилот и не связан инструкциями, чего ему и не соврать. А всё равно мне теперь будет жалко, что этот старый хер уходит.
- Ну, эта, не все поверили. Джей говорит, что это всё фуфло, так типа быть не может. Что типа самолёт прочнее воздуха. Так вы в натуре простите нас?
- Прощаю.
- О, класс! А можно, я тут… ну с вами, эта, посижу? Я ничего трогать не буду, – он демонстративно поднимает руки. – Я Эмбри.
- Белла, а это Джесси, – указываю на пунцовеющего Джеймса – ему почему-то не понравилось быть Джесси. А мне вот греет душу - звучит как собачья кличка.
- О, а это что, вот это? Можно? – Эмбри тычет пальцами в бумаги у меня на коленях.
- Метеосводки. Пилоты должны знать все о погоде, чтобы успеть принять решение о снижении или смене курса, уходе на запасной аэродром. Бывает так, что из-за плохих погодных условий приходится садиться вообще чёрт знает где - в любом подходящем открытом аэропорту. А это контрольная карта - список вопросов, на которые экипаж обязан ответить при взлёте. Мы громко зачитываем их в эфир, даём ответы. Если всё нормально, взлетаем. А вот здесь информация об аэропорте прибытия. Состояние полос, покрытие, сведения о проводимом ремонте, много всего. В общем-то, в эту сводку включается всё, что может оказаться полезным пилотам. Например, однажды в сводке содержалась информация об идущей параллельно ВПП автомобильной магистрали. Дело в том, что в ночное время магистраль освещалась лучше, чем взлётное поле, и пилоты могли перепутать автодорогу с полосой. Так что информация бывает самая разная.
- Я не считаю, что вы вправе выбалтывать постороннему подобные вещи, – резко замечает Джесси. Он думает, что мне мстит.
- Если мне не изменяет память, то о наказании за разглашение подобной информации нигде не говорится. Почитайте Руководство внимательней.
- Как вы его! – восхищается попсовый певец. – Не будет лезть в разговор умных людей.
- Не будет, – соглашаюсь я. Но, думаю, проблем я себе нажила, и нажила прилично – злой взгляд второго пилота буквально буравит меня.
- Зато посторонние в кабину не допускаются, - шипит Джесси. Вспомнил, наконец, что мы тут не просто так болтаем, а в присутствии черного ящика. И при расшифровке всем будет лучше, если некоторые слова останутся за кадром или с пометкой «говорит неразборчиво».
И все равно этот козел Джесси меня так разозлил, что я сделала одну вещь, которую не совершала уже Бог знает сколько лет. Я посадила самолёт не на знаки.

***

- Белла, почему ты не хотела поговорить со мной по телефону? – нудит над ухом Чарли. – Думала, что не приеду сюда? Или вообще забыла, кто тебя устроил на эту грёбанную работу? Белла, ты меня слушаешь?
- Слушаю. Может, скажешь мне что-то новое, а то я всё это уже знаю. И, честно говоря, мне это надоело до чертей, – кидаю сумку с вещами в багажник. Появись Чарли на пару минут позже, и я бы успела уехать из аэропорта. Но мой отец отнюдь не глуп - всё просчитал и подловил меня на парковке.
- Знать-то знаешь, – продолжает буйствовать мэр Свон. - Тебе что, лицензия больше не нужна? Или, может, ты захотела поиграть в крутую?
- Захотела. Сомневаешься? – оборачиваюсь к отцу. Он, конечно же, не видит моих глаз за тёмными очками, но, уверяю вас, убойность взгляда чувствуется даже через стекло. Однако Чарли не тушуется – ему на посту мэра и не с такими отморозками приходилось говорить. И где это вообще видано - бояться собственной дочери! Её нужно усмирить и поставить на место. Чарли запоздало берётся за моё перевоспитание.
- Можешь играть сколь угодно долго, но у меня найдётся способ поставить тебя на место. Заткни-ка лучше пасть и послушай меня. Если не хочешь неприятностей.
- Говори.
- Вернёшься к Эдварду. А все свои выкрутасы с Карлайлом бросай. Так будет лучше для вас обоих.
- Так будет лучше для вас обоих: тебя и отца Карлайла.
- Белла, я же предупредил, не нарывайся на неприятности. Я не просто лишу тебя лицензии, я создам тебе миллион проблем похуже.
- Создай! Ну же! Давай, Чарли. Но не жди, что я буду безропотно сносить все твои попытки. Ожидай ответных действий.
- Ответные действия, - мэр Свон усмехается. - Даю тебе неделю на раздумья.
- Мне не нужна неделя. Мой ответ прежний. Нет.
- Тогда я немедленно звоню твоему руководству. Начинай прощаться с работой.
- Пошёл к чёрту! – наконец-то сажусь в машину и раздражённо хлопаю дверцей перед самым носом у отца. И вроде последнее слово осталось за мной. Это да. Но последнее дело осталось за Чарли. Блять, этот урод лишит меня работы. Точнее, он лишит меня лицензии. Не проблема достать поддельные документы, проблема - найти с ними хорошую работенку.
Это только кажется, что на рынке авиаперевозок трудится куча авиакомпаний. На самом деле, есть парочка гигантов (в которые меня теперь уж точно не возьмут), окруженная морем мелкой шушеры. Заштатные перевозчики с рейсами из Чикаго в Сиэтл и Феникс. Но мне легче сдохнуть, чем вкалывать за пару центов в год.
Опять набираю Карлайла, и опять он не отвечает. Сколько можно? Хотела поговорить, твою мать, по душам! У меня нет уже сил. Я вымотана - и душевно и физически. Я не знаю, что мне делать в первую очередь: спасать Карлайла, убегать от Чарли, бояться дружков Деметрия? Я как зверь в клетке. Раненный зверь, а рядом только враги и наркоманы.
Я не еду домой – нет желания. Вместо этого бросаю машину на первой же парковке и бесцельно шатаюсь по Бруклину. Ноги сами выносят меня к воротам кладбища. Ну а почему бы и нет? Тут, по крайней мере, спокойно. Да и кладбище это отнюдь не похоже на типичный мрачный чертог смерти. Больше смахивает на парк – раскидистые кроны деревьев, четыре пруда в которых раньше работали фонтаны. Хоть устраивай пикники среди могил, подыскивая местечко и для себя. Уверена, что упокоиться здесь так же престижно, как заиметь квартиру на Пятой Авеню.
Хожу, рассматриваю надгробья, стараюсь ни о чём не думать. Нужно дать мозгам отпуск. В окружении могил сделать это не так-то и сложно. Умиротворение и покой напитали местный воздух. Не хочется суетиться, нет сил думать о мелких проблемах жизни. Царство великой Смерти. Жизнь отступает, она ждёт за кладбищенской стеной.
Памятники разнообразны. Каждый не просто оборванная жизнь, каждый - история. Люди, не успевшие многого. Роза на гранитной плите – юная девушка. Усечённая колонна - молодой человек, колос – почтенный старик. Мёртвые говорят с нами, но мы их не умеем слушать.
Устав ходить, сажусь на одну из скамеечек возле пруда. Наблюдаю за пушистыми облаками в небе. В моём Небе. Небе, которое у меня отняли… и слёзы наворачиваются на глаза.
- Наконец-то я тебя нагнал, – рядом садится Майк Ньютон. И его появление больше всего напоминает контрольный выстрел в голову. Судьба, практически за один день, на мне отыгралась за все.
- Плохо догонял, – утираю слёзы рукавом. – Я давно здесь сижу. Чего тебе надо, Майки?
- Я хочу поговорить еще раз, - бывший мнется в нерешительности.
- Как мило. Того раза тебе было мало? Я думала, достаточно. По крайней мере, ты надолго пропал.
- Я уже понял, что в этой жизни тебе никто не дорог. Это ведь я убил Анж, - внезапно меняет тему Майк.
- Я знаю. И мне всё равно, - мне теперь все до лампочки.
- Ты даже не пришла на её похороны.
- И что дальше? По логике вещей, ты теперь должен убить меня. Ведь это я виновата во всех твоих бедах, – не даю ему возразить. – Ты выбрал удачное место, и время тоже хорошее выбрал. Не знаю, ещё вчера я, может, и поборолась бы с тобой за жизнь, но сегодня не буду трепыхаться.
- Тебе не кажется, что мы как-то странно себя ведём? Сидим на кладбище, говорим о смерти? – мямлит Майк.
- А о чем еще тут говорить? – зло бросаю я.
- Ведь мы не чужие друг другу, нашли бы, о чем поговорить. Но я всего-то хотел предложить смену обстановки.
- Ну, хорошо. Куда пойдём?
- Тут есть недалеко греческий ресторанчик, - Майк неуверенно смотрит на меня. Я молча встаю и иду к выходу. Мне же всё равно.

***

Ресторанчиком Майк назвал едва ли не самый роскошный в городе ресторан. Правда, если он думал этим меня поразить, то жестоко просчитался. Я равнодушна ко всякой показухе, меня волнуют вещи, скрытые в глубине и не видные за позолотой и дорогими фасадами. НЕ всегда волнуют, но сегодня почему-то именно они меня и колышут.
Я с презрением ковыряю ни в чём не повинные листья салата и гоняю по тарелке помидорчики черри. Мне самой уже жалко дурацкие овощи.
- Да сколько можно? Белла, хватит, – не выдерживает Майк.
- Пошёл ты, – огрызаюсь я, продолжая своё увлекательное занятие.
- Белла, ты невыносима. Посмотри же вокруг. Сегодня такой прекрасный день, - Майк задумывается, но подходящих слов так и не находит, поэтому роняет банальное: - Солнышко светит.
- Майки, довожу до твоего сведения, что солнышко светит каждый день, и в этом нет ничего особенного или красивого.
- Как же нет? Про одни закаты написано тысячи стихотворений.
- Только сейчас не закат, – горестно вздыхаю я и отодвигаю тарелку с истерзанным салатом. На смену ему приходит второе блюдо. – Чё это такое? – болтая ложкой в буром бульоне, спрашиваю у Ньютона. – Хрень какая-то, – я резко отталкиваю чашку и корчу гримасу отвращения.
- Ты сюда есть пришла или на жизнь жаловаться?
- Я пришла говорить с тобой, - но чувство у меня такое, будто мы готовы с Майком обсуждать все что угодно, лишь не то, что нужно. – Ладно, – я примиряюще вскидываю руки. – Будем просто есть.
Воцаряется молчание. Майк принимается за свой супец, я же придвигаю очередную тарелку, заношу вилку, но рука моя вздрагивает. Нет, не могу это есть.
- Майки, что это? А?
- Арнаки псито1.
- Ладно, псито так псито. Ты меня успокоил, – с плохо сдерживаемой издёвкой цежу я бывшему. – Официант!
К столику тут же припархивает миниатюрная девчушка в белом греческом хитончике и сандалиях на босу ногу. Золотые локоны, как и следовало ожидать, венчает лавровый венок.
– Пиши: водка, чинзано и хлеб с сыром.
- Простите, но у нас только греческая кухня, – бледнеет нимфа.
- Принесите нам узо и сыр, – вмешивается Майк, спасая девицу от дальнейших препирательств, ничего хорошего не сулящих. Девушка с радостью кидается выполнять заказ.
- Что за узо? Предупреждаю, я херню пить не буду.
- Виноградная водка, вот что это. Белла, неужели ты поесть нормально не можешь?
- Нет, я могу, – горячо заверяю я этого долбанного «гурмана». – Но только в том случае, если мне принесут нормальную еду, а не всякие хринезмы-кретинизмы! Тогда я буду есть.
- Чем же тебе «хирино критико» не нравится?
- Всем. Неужели я прошу чего-то оригинального?
На это Майк ничего не отвечает, лишь вздыхает, словно лошадь, прошедшая много миль в упряжке и дорвавшаяся до кормушки с овсом. А мы все так же далеки от важного разговора, продолжаем препираться и спорить о мелочах. В конце концов, нас никогда не интересовали гастрономические пристрастия друг друга.
Наконец приносят виноградную водку и сыр. Я немедленно умолкаю и спешу наполнить стаканы.
- Послушай, Белла, мы не можем вечно бегать от проблем.
- Мы всю жизнь только и делаем, что бегаем.
- Я хочу, чтобы мы были вместе. Хочу всё вернуть. Я до сих пор люблю тебя.
- Нельзя ничего вернуть. Ты туп, как и мой отец. Попробовали, с первого раза не получилось, так почему бы не попробовать еще? Так вы считаете, а это неверно. Мы останемся бывшими супругами, и этого не изменишь, как ты ни старайся.
После ресторана возвращаемся на кладбище. К этому времени у нас появляется план. Мы созрели для решения возникших проблем.
Майк садится все на ту же лавочку и достает из кармана пальто револьвер.
- Какая пошлость. Русская рулетка, – фыркаю я. Мне не очень хочется стреляться, это отдает театральщиной, но иного способа избавиться от Майка, похоже, нет. И мы уже обо всем договорились – выжить должен один.
- Кто первый стреляется? – усмехаюсь, а у самой внезапно ком встаёт в горле. Нет, я не боюсь умереть. Избавиться от всех проблем разом – это не страшно, это приятно. Но почему-то ладони потеют, а сердце начинает биться с удвоенной силой. Это древние инстинкты самосохранения выступают против самоубийства.
Майк заряжает револьвер и потягивает его мне рукояткой вперёд. Обычный Кольт King Cobra с шестью патронами. Кручу барабан и не думая приставляю к виску - почти уверенная в том, что мозги мне не вынесет. Я ведь удачливая, когда не нужно. Слышу сухой щёлчок прямо у себя в голове. Никаких эмоций. Ни страха, ни облегчения.
Опять сухой недовольный треск. Майку тоже повезло, и он вставляет в барабан еще один патрон.
Моя очередь играть со смертью. Лихо кручу… Висок… Холод… Щелчок.
- Твоя очередь, – протягиваю кольт Ньютону.
Руки у Майка дрожат, но он послушно принимает револьвер. Медлит. Боится умереть. Крутит. Нерешительно. В глазах тоска. Смертная тоска. Его слова, сказанные перед игрой в русскую рулетку, оказываются просто красивой мишурой.
Напряжение разбивается о еще одну тщетную попытку. Эх, жалко. Выхватываю оружие из дергающихся пальцев бывшего, быстренько заряжаю ещё один патрон.
- Была не была, – подмигиваю Майку.
Но, похоже, все боги удачи сегодня покинули насиженные места в храмах-казино и следят за нашей с Майки игрой. Я заинтригована. Теперь мы играем по-настоящему. Один патрон в барабане – это, согласитесь, для слабаков и неудачников. По сути, один к шести означает, что шансы умереть ничтожно малы. То ли дело половина на половину.
Бледный и мокрый от волнения Майк берёт револьвер. Он уже не рад, совсем не рад, и вся его бравада испаряется вместе с потом, как снег весной. Сейчас он близок к тому чтобы нарушить правила собственной же игры и, плюнув на всё, уйти. Что ж, я не буду против. Я его даже убивать не буду - ведь именно Майк скрасил моё одиночество, подарил столько минут незабываемого наслаждения. Он вернул мне вкус к жизни. Жалко, что поблагодарить Майки я не успеваю. Ньютон приставляет дуло к виску, а в следующую секунду ему сносит половину башки.

***


Автор: Bad_Day_48 (не забываем говорить спасибо автору)


Арнаки псито1 - блюдо греческой кухни.






Источник: http://twilightrussia.ru/forum/37-9495-1
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: Штирлиц (02.11.2012) | Автор: Bad_Day_48
Просмотров: 952 | Комментарии: 3


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА






Всего комментариев: 3
0
3 Natavoropa   (22.07.2015 15:25) [Материал]
Проблема с Майклом решена, больше он Беллу не побеспокоит.

0
2 FaNATKA3178   (06.05.2014 22:36) [Материал]
Крутое решение проблемы...

0
1 Tanya21   (17.07.2013 14:58) [Материал]
Спасибо за главу.



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]