Торт просто чудесный: двухъярусный белый бисквит, украшенный кремовыми цветами и милыми бабочками - Ренесми будет визжать от восторга. Хотя ей был важен не сам торт - как и всех детей ее больше интересовал ритуал задувания свечей. Завораживающее колыхание пламени свечи, легкий дымок, подымающийся вверх и мысли о тайном желании, исполнение которого передавалось в руки этого волшебного огонька. Вот она магия детской мечты и веры!

Я была права: в группе все вертелись вокруг Ренесми, и среди этой мелкой толпы выделялся только один Джейкоб, который пытался своим телом огородить именинницу от излишнего внимания и лести. Дочь была самой маленькой и что касалось роста и что касалось возраста (от чего всегда у всех возникало стремление защищать и оберегать ее), но, тем не менее самой желанной. Светлые густые волосы, которые слегка вились от природы и мягкими локонами ниспадали на хрупкие плечи, яркие зеленые глаза, курносый носик, приветливая улыбка, образующая ямочки на ее прелестных щечках (эта милая особенность ей досталось от меня). Я была уверена, в будущем она будет сводить всех мужчин с ума. Ренесми была копией папы, и меня это не огорчало – она взяла от родителей только лучшие качества и олицетворяла собой само совершенство. Видимо Господь подарил мне одного из своих ангелов, и каждый день я делала все, чтобы отблагодарить за этот дар.

Вспоминаю первый день Несси в садике. Это уменьшенное имя образовалось как-то случайно, и хоть у всех оно и ассоциируется с Лох-несским чудовищем, у его обладателя оно вызывало лишь улыбку. Ее страх и интерес в глазах, которые пристально изучали и оценивали все вокруг. Она так сильно тогда схватилась за мои ноги, что я переживала о появлении синяков. Она всех сторонилась, реагируя только на меня и мои слова. Лишь один парень как-то смог завоевать ее доверие. Это был Джейк. Джейкоб не сводил с нее глаз и первым занял свободное место возле нее и соответственно в ее сердце – с тех пор они были неразлучны. Он был отличным малышом: смуглявый с волевым характером, всегда защищавший интересы моей дочери и помогающий ее во всем. Было очень мило наблюдать, как он помогал Ренесим, пока она полностью не овладела столовыми приборами, одевал ее, ходил за ней тенью – я думаю, Несси это нравилось. Все называли их женихом и невестой, и моя дочь это не отрицала, хотя обладала довольно упрямым характером, и могла возразить и постоять за себя. Я не против, если бы из этой дружбы возникло что-то прочное в будущем.

- Несси, милая, собирайся на свой праздник! – пыталась я перекричать малышню.

- Мамочка, - и сердце вмиг окатило приятным теплом. Несси пробивалась через толпу, попутно общаясь с подружками. Оказавшись у моих ног, дочь крепко обняла их и направила свои изумрудные глаза на меня.

- Мне столько всего подарили - ты не поверишь, а Джейк… - Несси остановила свою тираду, видимо обдумывая, что говорить дальше, если вообще говорить и спустя пару секунд набрала полную грудь воздуха - … Джейк меня поцеловал, - последние слова Ренесми сказала едва уловимым шепотом и мгновенно ее щечки поменяли свой нежный цвет на яркий румянец. Она пыталась скрыть свое личико в моем платье – это было так мило и так… по-Нессиному.

Искренняя улыбка на моем лице, успокоила ребенка, который уже показался из-под своего «укрытия», но румянец не покинул милого лица.

Боже, у моего ребенка первый поцелуй!!! В четыре года!!!! В моем сердце не было злости или тревоги – лишь огромная и всепоглощающая радость. Вот оно - одно из самых ярких впечатлений, которые она будет вспоминать всю свою жизнь! Я решила обговорить это потом, при более удобном случае.

- Это замечательно, милая. Ты не забыла, что тебя еще ждет маленький праздник? - я решила, что сейчас лучше сменить тему.

Лицо дочери ослепила искренняя улыбка:

- Да, да, да!

- Тогда быстренько со всеми попрощайся и пойдем, - ответила я усмехаясь и забирая ее вещи из шкафчика.

Несси вихрем заскочила в группу, попутно одеваясь:

- Всем пока, - и тем же вихрем выскользнула из группы. Краем глаза я заметила, что Джейк не сводил с нее глаз, может, ожидая чего-то. Возможно, реакцию на его сегодняшний поступок. Но Несси не заметила его или не хотела замечать. Бедный Джейкоб! Сколько еще разбитых сердец будет в списке моей принцессы.

По дороге домой, Несси пыталась всеми честными и нечестными способами заглянуть ко мне в пакет, дабы рассмотреть его содержание. Моя прекрасная девочка была так же нетерпелива, как и ее мать.

Возле подъезда нас поджидал Питер. Судя по пакету в руке, подарок он не забыл. Хоть в этом молодец.

- Папа! – и дочь бросилась в его объятья.

- Привет, Питер, - как можно приветливее сказала я, приближаясь к нему на безопасное расстояние.

- Привет, Белла, отлично выглядишь! Как дела? – и его скользкий взгляд начал свою игру по моему телу, медленно и мучительно.

Я знала, вопрос был с подвохом – просто он хотел услышать, как же сильно я «страдаю» без него.

- Все отлично. А ты как? Как дела на работе? – я старалась быть приветливой и затоптать свое негодование поглубже.

- Хорошо, очень хорошо. Мы начали строительство «Heaven»… - и Питер замолчал, ожидая моей реакции.

- О, Питер, вы все-таки подписали договор? Я за тебя очень рада! – я искренне радовалась за него, ведь этот проект обеспечивал его работой минимум на три года. – А как личный фронт? Наблюдается атака поклонниц? – но поязвить немного можно. Иначе я не Белла Свон.

- Ты шутишь? Ты же знаешь, что мне никто не нужен кроме тебя… - и взгляд стал таким «щенячьим».

- Питер, не начинай… - перебила я его, опять он затевает этот разговор. - Хотя бы сегодня, в день рождения дочери! – стараясь успокоиться, я начало глубоко дышать. - Пойдем наверх, - сказала я из вежливости, ведь я всем сердцем не хотела произносить эти слова. Но будет не справедливо и по отношению к дочери и по отношению к Питеру, если мы просто примет от него подарок и культурно попросим удалиться. Я просто не могла так поступить с дочерью… Поэтому скрепив зубы, позволила Питеру подняться к нам.

Он опустил плечи, потупил глаза, тяжело вздохнул – сдал позиции, интересно надолго?

Войдя в квартиру, Ренесми первым делом закричала:

- Мамочка, когда торт? – и светлая головка завертелась на все триста шестьдесят градусов.

- Умой ручки, переоденься, и он будет ждать тебя на столе, - разувшись, я протянула Питеру тапочки.

Несси засияла и побежала выполнять повседневные ритуалы. Мы же с Питером проследовали на кухню, где должна была проходить основная часть праздника. Я старалась все делать как можно скорее и при этом аккуратнее. Ведь я знала, какой нетерпеливой и непредсказуемой может быть Несси! Бережно достала торт, распаковала свечи и дала их Питеру вместе со спичками. Думаю, с этим он справиться! Не теряя времени даром, вихрем побежала в комнату, чтобы оставить там подарки. Особого места для них я не нашла, вроде елки на Новый год, поэтому просто оставила их на кровати именинницы.

Не прошло и полминуты, как ангел вбежал на кухню, ища глазами торт.

- Любимая, с днем рождения тебя! - сказала я, отступая в сторону, и открывая, дочери, взор на ее праздничный торт с уже зажженной свечой.

- С четырехлетием! - сказал Питер, подвигая торт ближе к имениннице, при этом смотря на меня.
Но все внимание Несси было уже далеко от наших слов - она тихо села и обвила торт своими тонкими ручками, затаила дыхание и просто смотрела на свечу. Прошла минута, две, три… Она так мило выглядела, что не возможно было отвести глаз. Я любовалась собственной дочерью! Но пора возвращать и ее и себя на землю.

- Милая, пора задувать ее! Желание загадала? – прошептала я, дотрагиваясь до ее плеча.
Ренесми моргнула, словно до этого спала и начала жадно вдыхать как можно больше кислорода. Когда ее ангельское личико приобрело сиреневый оттенок, она с нескрываемым облегчением начала выпускать накопившееся в ней воздух. Свеча была погашена, и легкий дымок начинал окутывать все вокруг.

- Скажешь, что загадала? – задала я ежегодный вопрос.

Ренесми с невинной улыбкой твердо покачала головой.

- Мам, оно же тогда не сбудется!!! - С этим не поспоришь.

Я старалась запечатлеть каждый шаг Несси на протяжении всей ее, пока еще не долгой, жизни и день рождение было под особым прицелом, ведь оно уже не повториться. Каждое событие пополняло без того уже огромный фотоальбом. Свое сумасшедшее отношение к фотопамяти Ренесми я объясняла тем, что мои фотовоспоминания были ничтожно малы. Мои родители не старались запомнить каждый мой день, каждое мое достижение – и как следствие моих детских фото было чудовищно мало, чтобы воспроизвести в памяти те счастливые и беззаботные времена, которых я практически не помнила. Это было связано не с тем, что у нас не было фотоаппарата или денег, просто в то нестабильное время, когда власть менялась практически каждый день, у людей были другие ценности. Все думали о завтрашнем дне, каким он будет и настанет ли, и радовались жизни здесь и сейчас! Я плохо помню тот период, но наслышана о нем от бабушек и из книг по новой истории. Единственным ярким воспоминанием была кукла Барби, которая была единственной моей игрушкой и от того самой ценной. Только позднее я узнала, что Барби в то время была в дефиците и насчитывала всего пару десятков штук в мире. С ней я рассталась в возрасте пятнадцати лет. Изначально в глубине души я злилась на родителей за такое трудное детство – и лишь повзрослев и узнав всю правду о тех временах, я смогла объективно оценить все то, что они для меня сделали. Слава Богу, сейчас положение в стране было стабильным, и поэтому я старалась дать моему ребенку всё, все, что не получала я в свое время от родителей.
Оставшийся вечер ребенок разбирал и играл со своими подарками в комнате, пока родители вели взрослую беседу на кухне. Удобная планировка квартиры позволяла Несси быть в поле моего зрения, пока я могла свободно находиться в другой комнате.

- Белз, может, ты мне позволишь сегодня задержаться и… - Питер опять начинал этот длинный разговор, при этом его правая рука медленно стала достигать моей щеки.

Я решила его прервать, пока он только начал - и резко отдернула приближающуюся руку.

- Питер, как тебе объяснить, что все кончено? – чуть ли криком сказала я. - Я уже начала новую жизнь и тебе советую - двигайся дальше. То, что у нас ребенок не значит, что мы прикованы друг к другу навечно. У нее есть и отец и мать и не важно, что они живут не вместе. Необходимое внимание и любовь она получает! Пожалуйста, давай больше не будем подымать этот разговор – я не изменю своего решения, и чувства уже не вернутся. И оставаться ты больше не будешь ни в этой в квартире ни в моей жизни, ни под каким предлогом!... - мой монолог был прерван.

- У тебя кто-то есть? – спросил Питер с нотками злости и отчаяния в голосе.

- Нет! С чего ты взял? – жаль, что я не могу сказать обратного, я говорила правду, которая была горькой лишь для меня. - И вообще, тебя это больше не касается! Осознай ты это, наконец, и повзрослей. Стань самостоятельным мужчиной, а не кое-кем при женщине! - я никогда не хотела его обижать или тем более унижать, но пора ему понять, как он выглядит со стороны.
Мои слова достигли его разума – сейчас он казался просто тенью случайно здесь оставленной кем-то, все его тело кричало о душевной боли - я это видела и ощущала, но ему нужно испытать эту боль самому, прочувствовать ее до конца. Конечно же, мне было жаль видеть, кем он стал, наши отношения полностью изменили нас: но если меня они только сделали сильнее, то с ним все было наоборот - он стал, зависим от меня и связывавших нас, когда-то чувств. Я уже давно его отпустила, но проблема была в том, что ему не нужна была эта свобода. Моим долгом было убедить его в правильности и преимуществе нашего разрыва. Показать ему перспективы, которые открывались перед ним.

Вспоминаю наше знакомство, какой юной и такой наивной я тогда была. Тогда он казался мне воплощением всех моих надежд и желаний, прекрасным принцем, который спасет меня от серых будней.