Каждый миг, проведенный с Беллой, делает мою любовь к ней все сильнее. Она боится, что я оставлю её. Она не знает, что даже мысль о нашей разлуке для меня невыносима.
Из дневника Эдварда Каллена.

На ланч подали салат из неизвестных фруктов и плов из риса и мяса пираньи, которую Маркос выловил этим утром.
После поездки на остров Эдвард отправился к себе в бунгало, чтобы немного поспать, но к полудню он уже был в столовой. Вошла Джоан:
- Эдвард, Белле нездоровится. Кажется, у неё жар.
По дороге в бунгало Эд спросил:
- Вы давали ей что-нибудь?
- Она приняла тайленол.
Белла лежала на кровати под москитной сеткой. Её побледневшее лицо покрылось испариной. Эдвард сел рядом с ней.
- Привет. Что случилось?
- Я никуда не пойду, Эд. – Она говорила медленно и невнятно. – Я больше не хочу смотреть на крокодилов.
- Тебе не нужно никуда ходить. – Он приподнял над кроватью и завязал узлом москитной полог, потом пощупал лоб Беллы. – У тебя жар.
- Мне кажется, я… перегрелась на солнце.
Он повернулся к Джоан:
- Пойдите ко мне в комнату. Я живу в «Вампире», второе бунгало после столовой. Рядом с моей кроватью лежит красная сумка. Принесите её сюда, пожалуйста.
Когда Джоан вернулась с сумкой, он измерил Белле температуру. Термометр показывал тридцать девять градусов.
- У тебя болят суставы? – спросил он.
- Не знаю. У меня болят глаза, - ответила она слабым голосом.
- На тебе есть укусы москитов?
- Есть, - ответила за неё Джоан. – Вчера мы об этом говорили.
- Беллз, какие прививки ты делала перед отъездом?
- От столбняка. От гепатита, - отрывисто произнесла она.
- А прививки против малярии или желтой лихорадки?
- Нам сказали, это необязательно.
- Надеюсь, они всем так говорят, - мрачно заметил Эдвард. – Я сейчас вернусь.
Он вышел и знаком пригласил Джоан следовать за ним.
- Что с ней? – спросила Джоан.
- Я не совсем уверен, но это может быть малярия, желтая лихорадка или лихорадка денге. Скорее всего, последняя. Её переносчики – москиты.
- Это опасно?
- Возможен смертельный исход.
- Нужно везти её в больницу?
- Слишком рискованно, учитывая её состояние.
- Когда мы наверняка узнаем, что с ней?
- В ближайшие день-два. Если она начнет жаловаться на боль в суставах, значит, у неё лихорадка денге.
- Но мы завтра уезжаем.
- Без неё. Нам нужно предотвратить обезвоживание. Сходите в столовую и принесите пару бутылок воды. Вы знаете Хайме?
- Парнишку из приюта?
- Верно. Найдите его и скажите, что я хочу с ним поговорить.
Джоан убежала. Эдвард вернулся в бунгало. Он открыл сумку, вынул тюбик вазелина и смазал пересохшие губы Беллы.
- Не бойся, я с тобой, - сказал он.
Через пять минут Джоан привела встревоженного Хайме. Эд сказал, что останется в приюте, чтобы ухаживать за Беллой, и попросил Хайме вывести группу из джунглей. Он также попросил его позвонить Эммету и Розали и рассказать им о случившимся.
Когда Хайме ушел, Эдвард взял подушку с соседней кровати и положил под голову Беллы. Потом открыл бутылку с водой и поднес к её губам:
- Попей воды, Белла. Тебе необходимо много пить.
Её губы разжались, и он начал медленно, терпеливо поить её. Потом намочил салфетку холодной водой и приложил компресс к её пылающему лбу.
- Эдвард!
- Да?
- Я умру?
- Нет. Но ты очень больна.
- Что со мной?
- Пока не знаю.
- Пожалуйста, не оставляй меня. Мужчины всегда бросают женщин. – По щеке Беллы покатилась слеза.
- Я тебя не оставлю, - тихо сказал Эдвард. Потом наклонился и поцеловал Беллу в лоб. – Обещаю.

Джунгли были черны, и лишь редкие лунные лучи, пробиваясь сквозь пышны кроны, серебрили влажную листву подлеска. В половине четвертого утра члены группы, недовольные тем, что пришлось вставать в такую рань, собрались в столовой. Только так они могли успеть на самолет.
Эдвард спал в одной комнате с Беллой, а Джоан ночевала в его бунгало, чтобы утренними сборами не потревожить больную. Эд проводил группу до причала, а потом вернулся к Белле.
Он потрогал её лоб. Лоб был горячим, но не слишком, поэтому Эдвард лег на соседнюю кровать и уснул. Два часа спустя его разбудило чье-то бормотание. В рассветном полумраке он увидел, как Белла беспокойно ворочается за сеткой.
- Мне нужно позвонить, - говорила она. – Нужно позвонить.
ЭД быстро встал и подошел к ней:
- Кому?
- Кондитеру. Заказать еще эклеров.
- Я позвоню кондитеру, - сказал Эдвард.
- Хорошо. Хорошо. Позвони. – Она успокоилась, дыхание стало не таким частым. Через минуту она позвала: - Джейк!
Эд взял её за руку.
- Джейк, что во мне плохого?
Эдвард погладил её по щеке:
- В тебе нет ничего плохого.
- Тогда почему ты отказался от меня? – Белла начала тихонько всхлипывать. – Куда ты уходишь, папа? Когда ты вернешься?
Эдвард крепко сжал ей руку. Вскоре речь Беллы сделалась бессвязной, и она заснула. Последними её словами были:
- Не оставляй меня.

Через день разразилась буря. Когда тучи заволокли небо и джунгли погрузились во мрак, крики обезьян стали пронзительней и громче. Дождь молотил по крыше, сотни быстрых ручьев устремились с холма к озеру.
Эдвард не отходил от Беллы. Росана приносила им еду и бутылки с водой из холодильника. А еще заваривала крепкий чай из коры хинного дерева. Белла почти ничего не ела, но Эд заставлял её пить. Больше всего он боялся обезвоживания. Вечером она назвала его по имени. Наконец-то она пришла в себя.
- Дождь давно идет? – спросила она.
- Несколько часов. Глаза по-прежнему болят?
Она еле заметно кивнула:
- И спина. Ужасно ломит кости.
Эдвард воспринял эти слова как добрый знак. Они подтверждали, что у Беллы лихорадка денге. По статистике, от неё умирали значительно реже, чем от желтой лихорадки.
- У тебя жар. Это пройдет.
Только на следующее утро Белла поняла, что группа покинула лагерь.
- Мама будет волноваться.
- Розали ей позвонит.
Беллз закрыла глаза. Через несколько минут она спросила:
- Когда я смогу поехать домой?
- Когда окончательно поправишься.
- Ты тоже уедешь из лагеря?
- Без тебя я никуда не уеду. Обещаю.
Она крепко сжала его руку и опять закрыла глаза.
Всю ночь и на следующий день шел дождь. Состояние Беллы было стабильным, хотя несколько раз температура поднималась до сорока градусов. Эдвард смачивал ей лоб и шею прохладной водой. На пятый день её болезни дождь кончился. Хильберто с Маркосом вернулись и сообщили, что группа благополучно вылетела из Пуэрто - Мальдонадо.
Эдвард все это время почти не отходил от Беллы.
На шестую ночь наступил кризис. Эд проснулся, услышав громкие стоны Беллы. Её зубы стучали, лоб и волосы были влажными, ночная рубашка промокла.
Эдвард принес из ванной полотенце и промокнул лицо Беллы, потом осторожно раздел её и вытер тело досуха. Затем он натянул на неё одну из своих рубашек и укрыл одеялом. И сел на стул рядом с её кроватью.
Из-за плотной завесы облаков выглянула луна, её бледный луч упал на лицо Беллы. В медицинском колледже его учили, что врач должен оставаться эмоционально отстраненным от пациента, но в данном случае эта задача оказалась невыполнимой. Он находился рядом с Беллой почти неделю, и с каждым днем она становилась ему все ближе.
- Ты даже не представляешь, какая ты красивая, - шепнул он. – Не представляешь, что делаешь со мной.
Она не двигалась, и Эд нежно поцеловал её в губы. Она чуть слышно вздохнула. Он уткнулся лицом в край её подушки и, обессиленный, уснул.

Солнечный луч заглянул в окно. Белла открыла глаза. Она не сразу поняла, где находится, но, увидев над головой крышу из пальмовых листьев, вспомнила.
Эд спал, положил голову на её кровать. Он был небрит, под глазами темнели круги. Он все время был рядом с ней!
Белла медленно протянула руку и коснулась его волос, его покрытого щетиной лица.
Он тихо застонал во сне, потом открыл глаза и резко выпрямился.
- Привет, - сказала она.
- Привет, - ответил он. – Ты заставила меня поволноваться. Как ты себя чувствуешь?
- Лучше. Сколько дней я здесь пролежала?
- Семь.
- Семь дней, - повторила она. – А сейчас я выздоровела?
- Почти. В три часа ночи у тебя был кризис. Но полностью здоровой ты почувствуешь себя не сразу.
Только теперь она заметила, что на ней клетчатая рубашка Эдварда. Ей смутно припомнилось, как Эдвард раздел её, но она не чувствовала стыда, только благодарность за работу. Она взяла его за руку.
- Ты всё это время был со мной, да?
- Да.
Она крепко сжала его руку и поднесла к щеке.
- Ты не оставил меня…

К вечеру Белла настолько окрепла, что могла обходиться без посторонней помощи. Росана принесла суп и хлеб, и Эдвард обрадовался, увидев, что к Белле вернулся аппетит. Они пообедали вместе. Потом Росана принесла чистые полотенца. Эдвард ушел, чтобы дать Белле возможность помыться. Она приняла душ, вымыла голову, припудрила кожу тальком. Застегивая ремень шортов, она заметила, что сильно похудела.
Эдвард взял из столовой игральные карты, захватил две пачки печенья из собственных запасов и вернулся со всем этим в её бунгало. Белла сидела на застеленной постели. Он положил печенье на кровать и продемонстрировал ей колоду.
- Хочешь сыграть?
- Конечно. Во что?
- Я научу тебя техасскому покеру.
- На что играем?
- Может быть, на печенье? – Эдвард распечатал пачки. – Шоколадные с начинкой пойдут за одну фишку, а имбирные – за пять.
К вечеру Белла выиграла все печенья до одного.
- Выходит, ты карточный шулер, - сказал Эд.
- Ты многого обо мне не знаешь. На прошлой неделе ты знал еще меньше, но все же несколько тайн у меня осталось. – Она взяла шоколадное печенье и положила перед Эдвардом. – Хочешь одно из моих печений?
- Да.
- Но не задаром.
- Что ты за него просишь?
Она лукаво взглянула на него:
- Свидание.
- Куда же мне тебя повести?
- Покатай на лодке.
- Пошли.
Эдвард прихватил карманный фонарик, и они направились к причалу. Белла еще недостаточно окрепла и после недолгой прогулки по склону запыхалась. Посмотрев на крутые ступени, вырубленные в земле, она закусила губу:
- Боюсь, что не смогу спуститься.
Эдвард встал не ступеньку ниже.
- Обними меня за шею.
- Ты хочешь нести меня на руках? Я не такая легонькая, как тебе кажется.
- Я ходил по Тропе инков с рюкзаками, которые весили больше, чем ты.
Она обвила руками шею Эдварда. Он подхватил её на руки и стал осторожно спускаться. Потом помог ей сесть в каноэ, сам сел позади неё и отвязал лодку. И под мерные взмахи весла каноэ заскользило по атласно-черной глади озера.
Когда берег остался вдали, Эд перестал грести.
- Откинься назад, - посоветовал он Белле.
Белла улеглась, положив голову ему на колени, и стала смотреть вверх, в чистое, испещренное звездами небо. Лодка мерно покачивалась, а влажное, горячее дыхание джунглей согревало их.
- Трудно поверить, что скоро Рождество, - сказала Белла. – Я даже не знаю, какое сегодня число.
- Пятнадцатое.
- Еще десять дней можно ходить по магазинам и выбирать подарки друзьям, - заметила она. – А как ты готовишься к Рождеству?
- Если бы не мои беспризорные мальчишки, я предпочел бы этот праздник пропустить.
- Ты скряга.
- У меня свои причины.
Эдвард провел ладонью по её щеке, затем по волосам, откинул их назад. Она закрыла глаза и таяла от удовольствия.
- Почему ты приехал в Перу? – вдруг спросила она.
Эд долго смотрел на неё, не отвечая.
- Примерно потому же, что и ты.
- Что, Джейк и тебе дал отставку?
Они рассмеялись. Затем он глубоко вздохнул.
- Это случилось в ночь под Рождество. Я работал врачом неотложной помощи. В больнице творилось что-то невероятное. Нас дежурило всего двое, и другой врач пытался спасти женщину, у которой во время родов случился сердечный приступ. Доставили ребенка. Он проглотил игрушку. – Эдвард вытащил из-за ворота рубахи солдатика. – Вот эту.
Белла видела солдатика и раньше, но сейчас внимательнее посмотрела на него. Затем заглянула в лицо Эдварда. Она заметила, что голос его изменился, и поняла, что сейчас он расскажет что-то такое, о чем предпочитает не вспоминать.
- Я пытался спасти мальчика, и тут привезли мужчину. С инфарктом. Я сделал все, что смог. Но оба скончались. – Эдвард стал говорить медленнее. – Мальчику было всего четыре года. Мужчине – чуть больше сорока, у него осталась жена и пятеро детей. Это был самый ужасный день в моей жизни. Но этим дело не кончилось.
Белла смотрела на Эдварда, ожидая объяснений.
- В Америке, если случается несчастье, люди считают, что за это кто-то должен заплатить. Мать мальчика была убеждена, что я убил её сына. Вдова умершего мужчины считала, что в его смерти виноват тоже я. Обе семьи подали в суд.
- В суд на тебя?
- Такие вещи случаются постоянно. Я знал, что по закону все преимущества на моей стороне. И думал, что сумею пережить судебный процесс, что это будет не трудно. Я ведь все делал по инструкции. Коллеги поддержали меня. Сотрудники «скорой помощи» были на моей стороне. И я выиграл оба дела. Во время судебного процесса я виделся с другом – психиатром. Он сказал мне, что, согласно статистике, у врача, пережившего процесс о преступной небрежности, гораздо больше шансов расстаться с жизнью, чем у обитателя камеры смертников.
- В результате самоубийства? – спросила Белла.
- Самоубийства, сбоя иммунной системы или, быть может, недостаточной быстрой реакции, когда уворачиваешься от приближающегося прицела. Воля к жизни или её отсутствие – это мощный фактор. В тот год осенью состоялась моя помолвка. Мы собирались пожениться на следующий год в июне. Но наши отношения осложнились. Сначала мы отложили свадьбу, надеясь, что все придет в норму. Я попытался вернуться к работу, но из этого ничего хорошего не вышло. Я перестал доверять собственной интуиции. Спустя какое-то время я понял, что не могу этого вынести. Я сказал своей невесте, что оставляю медицине. Наивный! – Эдвард покачал головой. – Я полагал, что любовь выдержит все испытания, но я ошибся. Она надеялась стать женой успешного врача.
Эдвард заглянул в глаза Беллы:
- Я понял что поговорка «Мужчины женятся на женщинах, а женщины выходят замуж за положение» верна.
Белла мочала.
- Я был в отчаянии. Мне хотелось разом все кончить. Вместо этого я купил рюкзак и билет в Бразилию. Я проехал всю Южную Америку, останавливался на ночлег в туристических лагерях или просто спал под открытым небом. Отрастил длинные волосы. Где-то по дороге доктор Кук перестал существовать. Затем, возвращаясь поездом из Мачу-Пикчу, я оказался рядом с группой подростков, которые приехали в Перу с благотворительной миссией. Они рассказали мне о сиротском приюте, в котором работали. И с тех пор меня почему-то не оставляла мысль об этом приюте. Как только мы приехали в Куско, я на попутных машинах добрался до «Подсолнуха». Сначала я собирался остаться там всего на несколько дней. Но работа с детьми увлекла меня. Каждый день я говорил себе, что уеду на следующей недели, но оставался. Затем, в один прекрасный день, полицейский, руководивший «Подсолнухом», получил уведомление о переводе в Лиму. Заменить его было некем. Нужно было либо браться за эту работу, либо выгонять детей обратно на улицу. Как видишь, я до сих пор с ними. Но знаешь, теперь я наконец обрел то, что искал.
- Что же?
- Покой. – Он помолчал минутку. – Хотя бы на время.
Белла недоуменно посмотрела на него:
- Что ты хочешь сказать?
- Хочу сказать, что через неделю ты вернешься в Дейтон, а я буду помнить тебя всю оставшуюся жизнь.
Она какое-то время пристально смотрела на него. Затем потянулась к нему, прижалась губами к его губам, и они опустились на дно лодки. Когда же их тела, наконец, разъединились, она положила голову ему грудь, прислушиваясь к биению его сердца.
- Поедем со мной, - сказала она.
Эдвард долго молчал.
- А дети?
Она еще крепче обняла его, и лодка, покачиваясь на волнах, уносила их в новую жизнь под ясным звездным небом.

Бела проснулась незадолго до полудня. Ей было слышно, как Эдвард, Хильберто и Маркос громко переговариваются за окном. Она знала, что им пора уезжать. Белла встала, приняла душ. Когда она укладывала вещи, вошел Эдвард, неся в руке пластиковый контейнер.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил он.
- Намного лучше. – Она подошла и обняла его, они поцеловались. – Последняя ночь была как сон.
- Через неделю все это приключение будет казаться сном. – Он отдал ей контейнер. – Я принес завтрак. Тебе нужно набираться сил.
Она села на кровать и сняла с контейнера крышку. Внутри была салфетка, йогурт, какой-то тропический фрукт и булочка.
- Спасибо. Я страшно голодна.
- Ты и должна быть голодна. Ты не ела целую неделю.
- Лихорадка денге как способ похудеть, - сказала она и откусила кусок от булочки. – Когда мы уезжаем?
- Через час. Нам нужно вернуться в Пуэрто засветло.
- А что потом?
- Завтра мы полетим в Куско и встретимся с Эмметом и Роуз. Потом ты полетишь в Лиму, а оттуда домой.
- А ты?
- А я вернусь в «Подсолнух».
- И все? «Приятно познакомиться, я люблю вас, до свидания?»
- Тебе приходит в голову конец получше?
- А тебе нет?
Он засунул руки в карманы:
- Приходит. Но я не мог просить тебя об этом.
- Почему?
- Потому что ты не останешься.
Белла заглянула ему в глаза. И вдруг поняла, почему он не просил её – потому что заранее знал ответ. «Мужчины женятся на женщинах, женщины выходят замуж за положение». Она не знала, что тут можно сказать. Во время этой недолгой паузы пространство между ними, казалось, сделалось плотными.
Эдвард первым нарушил молчание:
- Я вернусь за твоим багажом.
Дверь за ним захлопнулась. После его ухода Белла почувствовала, как в ней вскипает обида. Она уложила оставшиеся вещи и уселась на крыльцо. Эдвард пришел за багажом.
- Потом отнесу тебя вниз.
- Я могу дойти сама, - холодно сказала она.
Он пожал плечами:
- Ладно.
Хильберто и Маркос уже поджидали их в каноэ. Когда лодка отчалила от берега, Белла оглянулась: Леонидас и Росана махали им с причала, а крыши «Макисапы» становились все дальше, пока не исчезли из виду. Они с Эдвардом не разговаривали.
Через час они доплыли до тропы, ведущей вглубь джунглей, и надели резиновые сапоги. Эдвард взвалил на плечи свой рюкзак и рюкзак Беллы. Они углубились в лес, но на этот раз Белла шагала уверенно, она чувствовала, что стала другой: от женщины, шедшей по этой тропе неделю назад, в ней мало что осталось.
Через час вдали заблестела река. Они отплыли сразу же. Эд и Беллз лежали на лавках друг напротив друга. Ветер и брызги становились все сильнее, и Эдвард, не говоря ни слова, вытащил из рюкзака плед и накинул на Беллу. Их молчание становилось для неё невыносимым. Эдвард не сводил с неё глаз, но его взгляд был печален. Что она надеялась прочесть в этом взгляде: понимание, прощение, любовь? В конце концов Белла закрыла глаза и попыталась уснуть. Спустя полчаса она снова открыла глаза. Эдвард все так же смотрел на неё.
Он слегка улыбнулся, и его улыбка была для неё как солнце, пробившееся из-за туч.
- Эдвард, мне очень жаль. Я…
- Не надо, - сказал он. – Я понимаю.
- Но.. я люблю тебя. – Она вздохнула. – У нас осталось так мало времени. Я больше не тратить его зря.
Эдвард, печально улыбаясь, раскрыл ей объятия:
- Иди сюда.
Она кинулась к нему, и он обнял её, а она пыталась поверить в то, что это плавание никогда не кончится.

Эд разбудил Беллу, когда она подплывали к пристани Лаберинто. Вокруг было множество кораблей и лодок, и Хильберто, умело маневрируя, подвел судно к пристани.
- Здесь мы попрощаемся, - сказал Эдвард, вставая. – Маркос и Хильберто отведут судно в док.
Белла поблагодарила своих спутников.
- Я просто умираю от голода, - сообщил Эдвард. – А ты?
- Пожалуй, я бы сейчас и от куй не отказалась, - ответила Белла.
Эдвард рассмеялся. Они зашли в кафе. Эд заказал жареную курицу, сладкий картофель и апельсиновую фанту.
- Ты готова вернуться домой? – спросил он.
Белла кивнула:
- Я соскучилась по маме. И надеюсь, мой начальник не нашел мне замены.
- Представь, какие истории ты будешь рассказывать на работе, - сказал Эд. – Я пришлю тебе фотографию, на которой ты держишь крокодила.
- Надо позвонить Розали.
- Конечно.
Он достал мобильный телефон. Набрал номер.
- Hola, amigo. – Он заулыбался и посмотрел на Беллу. – Да, она нас напугала. Но все хорошо. Похудела немножко, но с ней в порядке. Она хотела поговорить с Роуз. – Он кивнул. – Ничего страшного. Мы позвоним позже.
- Можно мне поговорить с Эмметом? - спросила Белла.
Эд передал ей телефон.
- Белла! Восставшая из мертвых!
- Кто бы говорил. Как ты?
- Чтобы остановить Кувалду, нужно кое-что побольше, чем гора. Конечно, когда рядом доктора, болезни отступают.
Белла оглянулась на Эдварда.
- Я понимаю, о чем ты говоришь. А где Розали?
- Ей стало скучно, и она бегает по магазинам. У неё для тебя важные новости.
- Какие?
- Она убьет меня, если я проболтаюсь. Завтра увидимся.
Белла нажала кнопку отбоя и вернула мобильник Эдварду.
- Эммет говорит, у Розали какие-то важные новости.
- Какие?
- Он не сказал.

Когда такси привезло их к отелю «Дон Карлос», уже почти стемнело. Эд зарегистрировался, потом отнес багаж в их номера. Вернувшись, он спросил:
- Как ты себя чувствуешь?
- Устала. Может быть, выпьем кофе?
- Здесь неподалеку есть кафе.
В южном ночном небе ослепительно сиял тонкий лунный серп. Белла и Эдвард шли по дороге, держась за руки.
- Когда мы завтра вылетаем?
- Обычно вылет около восьми. Как жаль, что у нас совсем не осталось времени. Я еще столько хотел показать тебе.
- Это путешествие и так дало мне очень много.
- Ну да. Лихорадка денге…
- Любовь. – Она подняла на него глаза. – Скажи, что мне делать, Эдвард.
- Не могу.
Белла печально вздохнула:
- Я знаю.
Они вошли в кафе, хозяин подвел их к столику и зажег свечу. Белла посмотрела на Эдварда, и тяжесть предстоящей разлуки показалась невыносимой.
- Не хочу, чтобы этот день кончался.
Тут зазвонил мобильный. Эд посмотрел на высветившийся номер.
- Это Розали.
- Не отвечай.
Эд взглянул на неё. Потом выключил телефон и снова положил его в карман. Хозяин принес заказ. Белла отпила кофе, потом тихо произнесла:
- Попроси меня остаться.
- Не могу. Мне кажется, ты не будешь здесь счастлива.
- Не знаю, буду ли я счастлива где-нибудь в другом месте. Но точно знаю, что без тебя я буду несчастна.
Эдвард долго смотрел на мерцающее пламя свечи, затем сказал:
- Выходи за меня замуж. – Он взял её за руку. – Белла, я ждал всю жизнь, чтобы появился кто-то, кого бы я мог полюбить, как тебя. Ты не представляешь себе, что ты со мной сделала. У меня дыхание перехватывает, когда я думаю о том, что потеряю тебя.
Белла сидела потупившись, на её глазах были слезы. Когда она снова посмотрела на него, на лице её медленно расцветала улыбка.
- А как же обручальное кольцо?
- Так, значит, ты согласна?
Белла улыбнулась еще лучезарнее:
- Да.
Эдвард стянул с пальца простое колечко:
- Пока подойдет?
Она протянула руку:
- Прекрасно.
Дрожащей рукой он надел ей кольцо на палец. Оно оказалось слишком велико.
- Ну что ж, почти в самый раз, - сказала Белла. – Что, если я пока буду носить его на большом пальце?
Он надел ей кольцо на большой палец, потом нежно сжал её руку:
- Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была счастлива.
- Ты уже сделал, любимый.

От автора:
Дорогие читатели! К сожалению мой рассказ подходит к концу. Эта глава - предпоследняя. Осталась одна глава и эпилог. И конец. Поэтому, пожалуйста, оставляйте свои комментария. Мне очень это важно. Тем более что в следующей главе вас ждет большой сюрприз, которого вы даже представеть себе не можете!
ОдинокаяБелла...