Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1694]
Из жизни актеров [1631]
Мини-фанфики [2626]
Кроссовер [691]
Конкурсные работы [25]
Конкурсные работы (НЦ) [3]
Свободное творчество [4824]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2397]
Все люди [15176]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14477]
Альтернатива [9043]
СЛЭШ и НЦ [9082]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4392]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей мая
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав за май

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Задай вопрос специалисту
Авторы! Если по ходу сюжета у вас возникает вопрос, а специалиста, способного дать консультацию, нет среди знакомых, вы всегда можете обратиться в тему, где вам помогут профессионалы!
Профессионалы и специалисты всех профессий, нужна ваша помощь, авторы ждут ответов на вопросы!

Искусство после пяти/Art After 5
До встречи с шестнадцатилетним Эдвардом Калленом жизнь Беллы Свон была разложена по полочкам. Но проходит несколько месяцев - и благодаря впечатляющей эмоциональной связи с новым знакомым она вдруг оказывается на пути к принятию самой себя, параллельно ставя под сомнение всё, что раньше казалось ей прописной истиной.
В переводе команды TwilightRussia
Перевод завершен

Одиночка
Эдвард Каллен – одиночка, изгой. Он ненавидит всех, включая самого себя. Он не является хорошим человеком. Так почему же меня так тянет к нему? И откуда это сумасшедшее чувство, что он чувствует то же самое?

Любовь. Ненависть. Свобода.
Когда-то она влюбилась в него. Когда-то она не понимала, что означают их встречи. Когда-то ей было на всё и всех наплевать, но теперь... Теперь она хочет все изменить и она это сделает.

Сделка с судьбой
Каждому из этих троих была уготована смерть. Однако высшие силы предложили им сделку – отсрочка гибельного конца в обмен на спасение чужой жизни. Чем обернется для каждого сделка с судьбой?

Вампир в подвале / The Vampire in The Basement
Во время охоты, Каллены натыкаются на то, что сначала принимают за труп. Когда они выясняют, что это серьёзно повреждённый вампир, то относят его к себе домой, чтобы оказать посильную помощь. Но, конечно же, у судьбы есть свои планы на этого мужчину.

Серебряные озёра
В этих местах не идет снег. Точнее, Эммет ни разу не видел, когда бы он шел. Не видел, как падают и кружатся снежинки, но по утрам сугробы опять были пушисты, свежи и манящи, будто за те несколько часов, что он спал, прошел мощный снегопад.

Semper Fidelis (Всегда верен)
2007 г. Восемнадцатилетняя Изабелла Свон из маленького городка Форкс завербовалась в Корпус морской пехоты США, чтобы начать новую жизнь. Но военные не принимают женщин всерьёз: над её мечтой стать снайпером все смеются, и громче всех - лейтенант Эдвард Каллен. Новая глава от 06.07!



А вы знаете?

...что у нас на сайте есть собственная Студия звукозаписи TRAudio? Где можно озвучить ваши фанфики, а также изложить нам свои предложения и пожелания?
Заинтересовало? Кликни СЮДА.

...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в ЭТОЙ теме? Условия вхождения в группу указаны в шапке темы.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Робстен. Пиар или реальность?
1. Роб и Крис вместе
2. Это просто пиар
Всего ответов: 6705
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений


КОНКУРС МИНИ-ФИКОВ "КРУТО ТЫ ПОПАЛ!"



Дорогие друзья!
Пришло время размять пальчики и поучаствовать в новом, весенне-летнем конкурсе фанфикшена!

Тема для обсуждения здесь:

ОРГАНИЗАЦИОННАЯ ТЕМА


Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Кукловод. Глава 46

2020-7-9
47
0
Глава 46. Dance Macabre


Я стою на балконе, сжимая ладони на кованной решетке. Помнится, несколько лет назад именно отсюда я едва не свалилась. Тогда ты спас меня, уберег.

- Вновь планируешь прыгнуть? - я вздрагиваю, услышав твой голос. Ты подходишь абсолютно бесшумно, облокачиваешься на решетку спиной и пристально смотришь на мой профиль, освещенный бледно-желтым сиянием луны.

- Я еще не решила, - пожав плечами отвечаю я. Нет ни слез, ни боли. Ничего. Скорее всего, я просто очень устала. Никогда у нас не будет спокойной жизни, ты слишком долго существовал, чересчур много скелетов у тебя в шкафу.

- Ты злишься? - ты приподнимаешь мой подбородок указательным пальцем, заставляя смотреть тебе в глаза.

- Нет, Клаус. На тебя злится твоя семья. Я их понимаю, честно говоря. Я не злюсь. Просто удивлена немного, - я старательно подбираю слова, пытаясь определить, какие именно эмоции сейчас бушуют во мне. Но вся буря, которую можно было бы ожидать, ощущается где-то глубоко, на самом краешке сознания, как будто укутаная слоем ваты, сквозь которую не может проникнуть, чтобы затопить всю меня ощущениями.

- Мне стоило рассказать раньше.

- Нет. Зачем? Я бы не хотела знать, Клаус. Я многое хотела бы забыть, стереть из жизни. Знаешь, наверное, я бы и этот город хотела забыть. Слишком много боли здесь, - в ответ на эти слова ты почему-то усмехаешься. Грустно и, кажется, чуточку насмешливо. Гладишь большим пальцем мою нижнюю губу, проводишь по уголку рта и едва слышно произносишь:

- Посмотри мне в глаза, - и я смотрю, чувствую, как шевелятся твои губы, но не слышу ничего. Зато перед глазами проносятся картинки пятилетней давности: я сижу на твоих коленях - испуганная и заплаканная - и умоляю не забирать мои воспоминания о доме. Ты возвращаешь мне память о той далекой ночи в Париже, в самом начале нашего пути.

Я непроизвольно дергаюсь, отстраняясь. Дышать становится сложно до боли, и я втягиваю прохладный воздух раскрытым ртом. Ты ничего не говоришь, стойко выдерживая мой осуждающий взгляд. Только спустя минуту я нахожу в себе силы спросить.

- Таких моментов еще много? Сколько эпизодов из нашей жизни я не помню?

- Больше ничего нет. Про остальное мое внушение ты всегда знала, - меня злит твой равнодушный голос. Хочется ужалить тебя побольнее, сорвать с тебя маску равнодушия. Черт возьми, Клаус, семья тебя вновь ненавидит, а внизу сидит ваша мать, которую ты убил собственными руками, а ты все так же продолжаешь играть в ледяного принца?! Просто сумасшедший!

- Да, точно. Это когда я убивала по твоему указу? Помню-помню, - я задумчиво цокаю языком, отворачиваясь от тебя. Все спокойствие и умиротворение смывает, как песочный замок приливной волной. Иногда мне кажется, что это все атмосфера Мистик Фолс - тяжелая и гнетущая - заставляет нас становиться друг другу почти чужими, хотя, наверное, это всего лишь оправдание. Проблема не в месте, где мы находимся, а в нас самих.

- Не начинай. Я сейчас не в состоянии слышать твои упреки. Мать устраивает прием. Уже завтра. Спокойной ночи, - ты уходишь, громко хлопнув дверью. Я же, не сдержавшись, сжимаю пальцы на кованной решетке балкона. Бронза рассыпается пылью в моих руках с противным скрежетом.

***

Я долго не могу заснуть, прокручивая в голове новые факты. Твоя мать жива, а семья в ярости. Ты же, вместо того, чтобы принять поддержку, которую я, наверное, смогла бы тебе оказать, отдалился и ушел. Возможно, тебе и легче сейчас одному, но подумал ли ты, каково мне? Я ведь тоже боюсь этих изменений, мне тяжело сейчас находиться в одиночестве. Знаю, что можно пойти к Элайдже, и он обязательно найдет слова, которые помогут мне восстановить душевное равновесие, но это в данной ситуации кажется слишком эгоистичным. Твой брат, конечно, сильная личность, но и он потрясен мистическим воскрешением вашей матери не меньше остальных, поэтому заставлять его выслушивать сейчас о наших с тобой личных проблемах просто-напросто жестоко.

С Эстер я не говорила, конечно. Это было несвоевременно, учитывая тот скандал, который устроила Ребекка. Твою сестру я не осуждаю, сложно принять, что ты, тот, кого она любит больше всего, убил вашу мать. Наверное, мне стоит прийти в ужас от этого известия, но я почему-то удивительно спокойна. Несмотря на то, что Эстер "милостиво" простила тебя и попросила поступить так же всех остальных, она мне не нравится. Быть может из-за того, что я до сих пор не знаю, каким образом она выжила и смогла выбраться из заточения своего гроба именно сейчас, а может это очередные игры моей разбушевавшейся интуиции, которая все продолжает вопить об опасности.

Кроме того, меня невероятно напрягает эта идея с приемом. И пусть в этот раз я уверена, что не допущу подобных ошибок, как в прошлый раз, когда поддалась действию последних отголосков детской влюбленности и согласилась на встречу с Деймоном. Но все же видеть бывших друзей мне совершенно не хочется, они вновь будут смотреть осуждающе и испуганно. Если бы здесь был Стефан...

Я не успеваю даже подумать, но мобильный, который ты теперь позволил мне иметь, оказывается у меня в руке, и я дрожащими пальцами набираю заветный номер. В Шотландии сейчас раннее утро и, учитывая распорядок тамошней жизни, Стефан уже не должен спать.

- Привет, Кэр, - голос кажется глухим, напоминая о разделяющем нас расстоянии.

- Стефан, как ты? Не разбудила?

- Нет, что ты? Я теперь настоящий деревенский житель и встаю на рассвете, - он смеется, но потом резко становится серьезным и добавляет: - Все хорошо? - я не знаю, что сказать. Мне плохо. И от того, что я в Мистик Фолс, который так хочу забыть, и от того, что ты вновь принялся за строительство стены, которая разделит нас с тобой. Мне просто очень больно.

- Я в Мистик Фолс.

- Что произошло? - Стефан всегда умеет задать самый правильный вопрос и точно определить суть.

- Долго рассказывать. Что ты знаешь о матери Клауса?

- Хм... От него самого ничего. Ребекка рассказывала больше, она всегда скучала по ней. Почему ты спрашиваешь?

- Потому что она жива. У нас тут "теплая" семейная встреча, - по моим интонациям легко понять, что я думаю обо всей этой "теплоте", за которой скрыто все что угодно, но никак не семейная любовь. Стефан молчит несколько долгих минут. Я его понимаю, новость явно кажется полнейшим абсурдом и требует тщательного осмысления. Лишь когда выносить молчание становится невозможным, я тихо произношу: - Стефан?

- Да, Кэр, я слышу. Я прилечу ближайшим рейсом, - на другом конце провода слышится какой-то посторонний шум. Не удивлюсь, если Стефан уже начал собирать вещи.

- Нет, это совершенно необязательно! Мне просто нужно было с кем-то поговорить. Тебе не стоит срываться с места из-за меня, - конечно, мне хочется, чтобы рядом был еще один друг. Но заставлять его наблюдать за Еленой, которая сейчас с Деймоном, слишком жестоко. Как-то отстраненно я ловлю себя на мысли, что я-то сама совершенно не ревную старшего Сальваторе. Я наконец-то свободна от былой зависимости и вполне искренне могу пожелать Деймону счастья. Если бы еще это счастье не строилось на разрушенных мечтах Стефана...

- Не спорь, - Стефан прерывает мои раздумия, - мне давно пора вернуться и окончательно расставить все точки. А пока держись. Ты не одна.

- Спасибо тебе, - у меня дрожит голос, поэтому, не дождавшись ответа, я сбрасываю вызов. "Держаться" не так легко, как хотелось бы, но я буду пытаться.

Взглянув на часы, которые показывали уже два ночи, я с грустью признаю, что тебя ждать уже не стоит. Согнувшись в клубок и обняв соседнюю подушку, я быстро проваливаюсь в тяжелый сон без сновидений.

***

За окном только-только начинает заниматься рассвет. Я спала всего лишь несколько часов, но нервное напряжение дает о себе знать: я резко распахиваю глаза, как будто меня окатили ушатом ледянной воды, мигом согнав всю сонливость. А еще через секунду я понимаю, что не одна.

Во сне ты напоминаешь совсем мальчишку: расслабленное лицо, приоткрытые губы и длинные тени на щеках, отбрасываемые ресницами. Не сдержав порыв, я провожу пальцем по скуле, а потом уголку рта. Ты все же вернулся... Эта мысль согревает, поэтому я аккуратно устраиваю голову у тебя на плече и закрываю глаза. И пусть сон больше не вернется, зато я впервые за последние сутки согрелась и чувствую себя в безопасности. Ты никогда и никому не позволишь причинить мне боль. Я знаю.

Наверное, я все же уснула, потому что когда меня будит легкое касание теплых губ ко лбу, за окном уже ярко светит осеннее солнце. Я открываю глаза и, обняв тебя за шею, подставляю под поцелуй губы.

- Доброе утро, - тихо произносишь ты и целуешь меня. Впрочем, отстраняешься ты довольно быстро и, сощурив глаза, интересуешься: - Это значит, что я прощен?

- Хм... Не знаю-не знаю, - мне нравится дразнить тебя, поэтому я задумчиво прикусываю губу, поглаживая твою шею. - Может и прощу, если расскажешь, где был полночи.

- Разговаривал с мамой, - всю игривость и кокетство сразу смывает, я хмурюсь и, подтянув одеяло на груди, сажусь прямо.

- И как? Все хорошо?

- Да. Она меня простила. Удивительно, - твой голос задумчивый и тихий. Ты действительно потрясен благородством и всепрощением Эстер, а мне хочется вопить "не верю!" Я помню, как она смотрела вчера. Она холодная и пустая, в ней нет той материнской теплоты, которую вы ищете. Ну как ты не замечаешь, Клаус?

- Кто ее вообще выпустил? Где был гроб? Я ведь его не видела никогда.

- Это длинная история. Честно говоря, я и сам еще не разобрался, но если передавать лишь краткую суть, то, действительно, твои друзья наделали в штаны, думая, что приезд моей семьи знак, что и мы с тобой вскоре присоединимся к жителям этого милого городка. Решив во что бы ни стало воспрепятствовать этому, они и начали рыть носами землю. Обнаружили гроб, открыли, а дальше тебе известно. Наверное, они думали, что мать отомстит и убьет меня, но, как видишь, все сложилось совершенно иначе. Она меня простила, и, надеюсь, что и остальные тоже простят.

Я не могу сдержать слез. Как же мне больно за тебя! Ты любишь мать и настолько ослеплен, что и не замечаешь, как трещит по швам вся эта логическая цепочка. Что-то упорно не сходится, а ты и не видишь.

- Клаус, тебе не кажется, что это странно? Она простила тебе убийство и годы заточения? Что с ней было все это время, где она находилась? Что она знает о тебе?

- Знаешь, - он издевательски кривит губы и отстраняется, - не суди по себе. Да, я убил ее. Да, я чудовище. Но, наверное, она достаточно сильно любит меня, чтобы принять любым, - ты не говоришь это жуткое "в отличие от тебя", но я-то знаю, что именно об этом ты думаешь. Глупый ты, Клаус! Только лицемер или безумный может любить абсолютное зло, которым тебя, я уверена, считает Эстер. Я бы никогда не полюбила тебя, если бы в тебе не было ничего светлого. Но оно есть, и это позволяет мне оправдывать все твои поступки. Как же Эстер оправдывает твою жестокость, не видя твоей доброты? Я не знаю.

- Надеюсь, ты прав, - мне больше нечего сказать, поэтому я быстро встаю и направляюсь к ванной комнате. Мне необходимо еще раз увидеть твою мать. А вдруг я действительно неправа? Ведь, в конце концов, это может быть банальная ревность к еще одному значимому человеку в твоей судьбе.

***

Я громко кашлянула, и теперь жду, когда же наконец-то Эстер обратит на меня внимание.

- Ох, Кэролайн, доброе утро! - подняв голову от какой-то толстой книги, произносит твоя мать. На ее лице улыбка, но, как по мне, это больше напоминает гримасу. Я быстро отдергиваю себя, ведь я пообещала, что не буду относиться к Эстер предвзято.

- Доброе утро, - я чувствую себя неловко и так, но смущение вдвойне увеличивается, когда меня подхватывают под локоть и усаживают на диван.

- Это хорошо, что ты сама меня нашла. Я очень хотела поговорить с тобой, Кэролайн!

- Серьезно? О чем же? - я имитирую заинтересованность, хотя на деле больше наблюдаю за мимикой и жестами Эстер. У нее холодные глаза. Ничего не могу поделать с первичной неприязнью, хотя и стараюсь.

- О Клаусе.

Мне хочется хмыкнуть. Какая неожиданность, ей-Богу. Но я сдерживаюсь и, сложив руки на коленях, киваю, произнося:

- Я слушаю.

- Знаю, что ты с ним не по своей воле, - Эстер смотрит на меня изучающе, я же огромными усилиями сохраняю нейтральное выражение лица. Облегчать ей задачу я не планирую. - Ты еще совсем молода, Кэролайн. Понимаю, насколько тебе сложно быть оторванной от близких и родных мест. Мне искренне хотелось бы тебе помочь.

- Каким образом? - как бы я не старалась, в вопросе все равно прорезаются металлические нотки. Видимо, Эстер не сообщили, что все мои близкие - это ты, твоя семья и Стефан с Никки. Все остальные не прошли испытаний трудностями, которые бывают в любой дружбе.

- Знаешь, я тебе позже расскажу, - Эстер улыбается, но в этот раз откровенно неохотно. Видимо, ей не понравилось, что я не проявила должного энтузиазма относительно ее предложения. - А сейчас, с твоего позволения, я удалюсь. Нужно готовиться к приему.

- Да, конечно, - я киваю, как заведенная игрушка, и позволяю себе снять с лица маску идиотского восторга, лишь когда твоя мать выходит в коридор. Черта с два я ей поверю! Она двулична. В этом я теперь уверена.

***

Я стою на пороге своего дома, не решаясь войти внутрь. Все покрыто слоем пыли и в солнечном свете пылинки медленно танцуют, потревоженные легким ветром, ворвавшимся сквозь открытую дверь. Ты отпустил меня одну. Я больше не кукла, просто теперь я привязана к тебе не нитями, словно марионетка к кукловоду, а железными цепями самого прекрасного и страшного одновременно чувства - любовью. Хотя, возможно, такая уступка с твоей стороны не следствие полного доверия, а просто небрежность, ведь сейчас ты слишком занят общением с матерью.

Я тяжело вздыхаю и медленно вхожу. Шаги откликаются гулким эхом, свойственным давно заброшенным домам. Ноги сами несут в комнату мамы, где ничего не изменилось. Удивительно, но даже косметика и сережки лежат на столике, как и годы назад. Лишь запаха больше нет, он первый ушел, изгнанный временем. А раньше здесь пахло фиалками - мамины любимые цветы.

Я несколько минут поглаживаю зеркало, смотря на свое отражение. Говорят, что мы с ней похожи. А я так и не узнала, правда это или нет. Так мало знала о ней, считала, что времени много. В моем случае - вечность. А в ее...

Я не плачу. Дом пуст, мамы здесь нет. Ни в качестве приведения, ни просто по ощущениям, поэтому я еду туда, где смогу просто выговориться. И плевать, что она мне не ответит. Она выслушает, я верю.

***

Я медленно иду по дорожке, вымощенной брусчаткой. Ветер шумит в кронах деревьев едва слышно, в остальном же здесь совершенно спокойно и умиротворенно, и тишину ничего не нарушает. Я не боюсь ни кладбищ, ни мертвых людей. Я и сама мертва, поэтому, наверное, подобные места не вызывают у меня суеверного ужаса, как это бывает у живых.

Возле одной из могил я останавливаюсь. Дженна... Я медленно кладу две розы, купленные заранее, на гранитную плиту с ее инициалами.

- Прости его. И меня прости. Это должна была быть я, Дженна. Не ты. Мне жаль, очень-очень.

Слезы наполняют глаза, поэтому я быстро иду дальше. Мне больше нечего сказать. Ничего не вернет жизнь мертвым, сколько бы слов не было произнесено. Возле маминой могилы я падаю на колени. Чувствую, как острые камешки вспарывают кожу на коленях. Плевать, даже если я залью весь асфальт алым. Я кладу цветы и маме, глажу буквы ее имени.

- Здравствуй, мама. Я сегодня одна к тебе пришла, - слезы срываются с ресниц, стягивают кожу на щеках, и я жалко всхлипываю. Будь проклят мой подростковый максимализм, который помешал мне сказать, как же я ее люблю, когда у меня еще была такая возможность. - Я соскучилась.

Резкий порыв ветра путает мне волосы и заставляет слезиться глаза еще сильнее. Хочется верить, что это знак того, что мама где-то рядом и прощает меня.

- Знаешь, мне плохо в этом городе. Здесь я чужая теперь. Я боюсь. Кажется, что смерть где-то рядом, за спиной. Мама, что мне делать? Как уберечь тех, кого я люблю?

Я, наверное, слишком эмоциональна, но мне действительно кажется, что кто-то заключает меня в теплые и успокаивающие объятия. Быть может, это и безумие, но разве грешно верить, что близкие люди, словно ангелы-хранители, сопровождают тебя и берегут? Мне хочется в это верить.

- Спасибо. Я тебя люблю, - я улыбаюсь сквозь слезы и перевожу взгляд на небо. Странно, уже закат. Ярко-алый. Как разводы крови на воде.

***

Черт, все же стоило вернуться раньше! Весь первый этаж уже украшен свечами и букетами экзотических цветов, а до прихода гостей осталось меньше часа. Ребекка, с которой я пересеклась в холле, пригрозила мне, что если я сейчас не начну собираться, она начнет одевать меня лично.

Вот теперь я перебираю платья и корю себя, что почти не привезла багаж из Франции. Ничего из одежды совершенно не подходит для этого чертового приема. Может не идти? А что, мысль заманчивая!

- Как ты? - я испуганно вскрикиваю, ощутив руки на талии, но почти мгновенно успокаиваюсь. Пора бы привыкнуть к твоей привычке подкрадываться бесшумно.

- Нормально, если не считать того, что мне нечего надеть. Может я не пойду? Ты извинишься за меня перед матерью? - я разворачиваюсь к тебе лицом, кладу ладони на грудь, уже обтянутую тканью элегантного фрака, и делаю умоляющий взгляд.

- Нет, Кэролайн. Мы пойдем. Платье на кровати, - я перевожу взгляд в указанном тобой направлении. Действительно, на белоснежных простынях красный шелк наряда выглядит роскошно.

- Красное? Помнится, ты говорил недавно Ребекке, что это цвет дешевых проституток.

- В том платье у Ребекки вываливалось все, что только можно. Это же вполне приличное, - ты улыбаешься и, легко хлопнув меня по ягодицам, подталкиваешь к кровати. - Поспеши.

- Стараюсь, - произношу я ворчливо, на ходу стягивая футболку и откидывая ее в кресло. - Когда ты его купил?

- Мы днем ездили по магазинам. Матери необходимо было подобрать более современный гардероб. Я так и знал, что ты не успеешь ничего купить, поэтому перестраховался, - напоминание об Эстер воскрешает в моей памяти наш утренний разговор, и мое настроение еще сильнее ухудшается. Впрочем, не буду сейчас играть в обиду, я чувствую, что нам нужно держаться вместе и не позволять никому и ничему нас поссорить. Особенно твоей матери.

- Ясно. Ладно, помоги застегнуть, - я перекидываю волосы вперед, обнажая спину. Чувствую, как ловко твои пальцы справляются с россыпью пуговок, иногда касаясь кожи. Каждое прикосновение посылают по телу нервный импульс, а в животе скручивается желание. Я бы, честно говоря, с огромным удовольствием сейчас бы сняла все эти тряпки и набросилась на тебя с поцелуями, но, увы, это невозможно.

- Готово.

- Спасибо.

- Я зайду за тобой через полчаса. Ничего не бойся, - ты шутливо щелкаешь меня по носу, целуешь так медленно и сладко и, резко отстранившись, уходишь.

***

- Готова? - мы стоим на самой верхушке лестницы. Ты держишь меня под руку, а я стараюсь перебороть чувство дежа вю. Так уже было.

- Да, - я киваю, распрямляю плечи и делаю первый шаг. Мы вместе, а значит со всем справимся, все переживем.

В этот раз я не отвожу взгляда от знакомых, стоящих в холле. Наоборот приподнимаю подбородок, распрямляю плечи и расплываюсь в лучезарной улыбке. Это благодаря тебе я научилась чувствовать себя уверенно. Теперь я уже не та мисс Мистик Фолс, которая считала себя недостойной этого звания, втайне восторгаясь Еленой, которую все любили. Которую любил Деймон, как бы я не пыталась привлечь его внимание. Это ты научил меня верить в саму себя. Я знаю, что ты поддержишь меня, даже если я оступлюсь.

А потом следует череда долгих приветствий, фальшивой радости и однообразных вопросов. И я справляюсь с ролью радушной хозяйки на ура, до тех пор, пока к нам с тобой не подходит Бонни под руку с Джереми.

- Кэролайн, привет! Рад видеть тебя!

- Привет, Джер! Как же ты вырос, - я целую брата Елены в щеку. Не могу испытывать по отношению к нему злость, ведь помню его еще маленьким мальчиком. Перевожу взгляд на Бонни. Интересно, что она испытывает после того, как едва не убила меня? Наверное, лишь сожалеет, что я все еще жива. - Здравствуй, Бонни.

- Привет, Кэролайн, - тихо произносит она. Чувствую себя неловко и инстинктивно придвигаюсь поближе к тебе. Ты обхватываешь меня за талию - крепко и властно, что-то говоришь Джереми, но я не прислушиваюсь, рассеянно осматривая зал. Говорить с малознакомыми людьми легче, чем с теми, кого я любила, поэтому я не участвую в беседе.

А спустя мгновение вижу их. Деймон обнимает Елену за талию и, склонившись совсем близко, что-то шепчет ей на ухо. Они кажутся напряженными, им явно не по себе. Как-то мельком отмечаю, что Деймон совершенно не изменился, а вот Елена кажется уже совсем взрослой: вся подростковая угловатость исчезла, теперь она еще более красива. Возможно, мне стоит ревновать. Не Деймона, уже нет. Просто по-женски, по инерции, как когда-то в прошлом. Но ничего подобного я не ощущаю. Единственные чувства, которые я испытываю, смотря на них - любопытство, легкая щемящая тоска и обида за Стефана, который еще, вполне возможно, любит Елену.

- Подойдем? - я улыбаюсь, услышав твой голос. Немного поворачиваю голову: Бонни и Джереми как раз отошли. Интересно, какой ответ ты ждешь? В прошлый раз ты ревновал и тогда имел на то все основания. Я ведь действительно поступила импульсивно, за что поплатилась. В этот раз глупостей я не наделаю.

- Да. Нужно ведь поздороваться, - я пожимаю плечами.

- Пошли, - ты киваешь, обхватываешь меня под локоть, и мы ловко обходим гостей, направляясь к стоящей в стороне паре.

- Деймон, Елена, рады видеть вас сегодня! - твой голос абсолютно спокоен, нужно очень хорошо знать тебя, чтобы уловить легкие нотки сарказма. Елена вздрагивает, Деймон же растягивает губы в улыбке и пожимает протянутую тобой руку.

- А мы-то как рады! Привет, Кэролайн, - я киваю головой и перевожу взгляд на Елену. Она упрямо не хочет смотреть нам в глаза. Да уж, что-то странное здесь происходит. Знать бы еще, что именно.

Ты перебрасываешься еще несколькими общими фразами с Деймоном, а потом извиняешься и отходишь, обняв меня за талию.

- Все хорошо?

- Да, просто... Тебе не кажется, что они все какие-то странные. Напряженные что ли, - невнятно пытаюсь объяснить я, принимая от тебя бокал шампанского и делая небольшой глоток.

- Я не думаю, что им здесь комфортно. Не бери в голову. Подаришь мне танец? - ты протягиваешь мне руку и ведешь в центр зала. Я тяжело вздыхаю. Наверное, ты прав, просто это я стала слишком подозрительной и нервной.

***

- Потанцуем? - я медленно оборачиваюсь и встречаюсь с внимательным взглядом Деймона. Первый порыв - отказать и отойти как можно дальше. Ты сейчас стоишь рядом с матерью и легко можешь заметить нас. Но я быстро беру себя в руки. Танец - это ведь всего лишь танец. Я знаю, что могу себе позволить и хочу верить, что ты поймешь все правильно и не осудишь.

- Хорошо, - я вкладываю свою ладонь в протянутую руку Деймона.

- Как ты, Кэролайн? - спрашивает он, когда начинают звучать первые звуки вальса, и мы начинаем медленно кружиться по залу.

- Хорошо, спасибо. А ты? - спрашиваю больше ради вежливости. Моя тревога все не проходит, концентрироваться на былых чувствах к Деймону и анализировать свое нынешнее отношение к нему у меня нет никакого желания.

- Тоже неплохо. Вы решили пожить здесь?

- Не знаю, возможно, - уклончиво отвечаю я, пытаясь отыскаться тебя взглядом. Куда же ты ушел? Я чувствую себя неуютно, как будто одна в стане врага.

- Кэролайн, я, наверное, должен объяснить свое поведение в прошлый раз, - медленно начинает Деймон, но я отрицательно качаю головой, перебивая его. Есть то, что вспоминать совершенно не хочется.

- Деймон, не нужно. Все хорошо, ты же видишь. Мы не навредим вам, мы здесь не для этого. Я понимаю, что вам сложно терпеть Клауса после того, что произошло с Еленой, но все же мне хочется верить, что вы будете благоразумны, - Деймон смотрит на меня как-то очень задумчиво. Несколько мгновений мы молчим, а потом он все же произносит:

- Мы благоразумны. Мы чудесно знаем, как стоит себя вести, - музыка стихает, и Деймон отводит меня к стене. Вежливо склоняет голову и отходит, оставляя меня в растерянности и недоумении. Уж слишком неоднозначный ответ он мне дал. Я обхватываю себя руками за плечи, и делаю глубокий вздох. Ничего не произойдет. Я должна в это верить.

***

- Устала? - ты обнимаешь меня за талию и целуешь прохладными губами шею. Я и правда сбежала в ванную, чтобы немного побыть в тишине и одиночестве. От фальшивых улыбок уже сводит скулы. Но твое присутствие не напрягает, а наоборот добавляет сил.

- Немного. Все хорошо? Как Эстер? - тихо спрашиваю я, смотря в твои глаза в отражении зеркала.

- Хорошо. Она счастлива. Как танец с Сальваторе? - ты прикусываешь кожу на обнаженном плече. Сильно. Несколько тонких струек крови стекают вниз и впитываются в красное платье. Интересно, ты специально купил красное?

- Клаус, ты же не будешь ревновать? Мне казалось, что мы уже прошли ту стадию, - приглушенно шепчу я, наблюдая, как ты слизываешь кровь. Вот теперь мне вновь придется кусать тебя. Это больно, но и одновременно это определенный знак единения. Одна кровь на двоих.

- Я всегда буду ревновать, куколка. Просто в данный период времени я тебе доверяю достаточно, чтобы сдерживаться.

- Как мило, Клаус, - я немного поворачиваю голову, чувствую, как ты запускаешь пальцы мне в волосы и целуешь. Я ощущаю собственную кровь на губах, но сейчас это неважно. Это даже возбуждает сильнее. Наверное, я просто очень сильно перенервничала, сейчас мне хочется хоть как-то выместить всю свою панику.

- Ну, так все же? О чем вы говорили? - тихо произносишь ты мне в губы, одновременно с этим поворачивая к себе лицом и усаживая на край раковины.

- Я посоветовала им всем быть благоразумными. Он ответил, что они так и поступают, - медленно отвечаю я. Сосредоточиться на разговоре все сложнее и сложнее. Твои руки гладят меня по бедрам, и я инстинктивно поддаюсь еще ближе, вновь ловлю твои губы в поцелуе.

- Хм, хорошая девочка, - выдыхаешь ты, медленно поднимая ткань платья вверх, пока оно не собирается складками на талии.

- Клаус, если кто-то зайдет? В доме же полно людей, - я перевожу взгляд на дверь. Замечательно, мы даже не заперлись.

- Ну и что? Это даже возбуждает сильнее, - ты усмехаешься, заставляя обхватить тебя ногами за талию. Кожу покалывает от контакта с тканью твоих брюк, и я ерзаю, пытаясь удобнее усесться на холодном фаянсе.

Понимаю, что это полнейшее безумие, но, в конце концов, ты прав. Это возбуждает, а я уже давно враг для своих бывших друзей. Даже если они увидят, что мы занимаемся сексом в ванной комнате - их мнение не станет хуже. Хуже просто некуда.

- Угу, особенно возбуждающе будет, если сюда зайдет твоя мать или сестра, - я не сдерживаюсь от сарказма, морщась, когда ты вновь вонзаешь в меня клыки. На этот раз в предплечье. Ранки жутко жжет, но и возбуждение растекается по венам вместе с твоим ядом. Наверное, в этом и есть вся прелесть вампирского существования - не сдерживать себя, позволяя любое безумие, уметь получать удовольствие смешанное с болью. Ты дергаешь бретельки платья вниз, обнажая грудь. Холодный воздух обжигает разгоряченную кожу, заставляя рвано выдохнуть сквозь сжатые зубы.

- Плевать, пусть хоть всей толпой сюда завалятся. Хочу тебя, - я усмехаюсь. А знаешь, Клаус, я верю, что даже чье-то присутствие тебя не остановит. И мне нравится, что ты не оглядываешься на мнение окружающих и меня учишь тому же.

Я утыкаюсь носом тебе в шею, позволяя скользить ладонями по обнаженной спине. Увы, у нас мало времени, все равно необходимо выйти к гостям, поэтому ты не медлишь и не осторожничаешь. У меня темнеет перед глазами, и я кусаю тебя за шею, глотая теплую кровь и таким образом сдерживая крики и стоны. Если бы я тогда знала, что ждет нас совсем скоро, то многое произнесла бы. Я бы сказала, что люблю тебя.

***

- Это ужасно, - я безуспешно пытаюсь разгладить измятое платье. Волосы разметались, губы искусаны, а на коже все еще алеют мазки то ли моей, то ли твоей крови.

- Ты выглядишь... удовлетворенной, - ты хмыкаешь, пытаясь заправить рубашку в брюки.

- Очень смешно. Сразу видно, чем мы занимались, Клаус! Как школьники, ей-богу! - я вздыхаю, шутливо пихая тебя в бок.

- Да какая разница? Это наш дом, что хотим, то и делаем. Можем вообще не возвращаться в зал. Ребекка и сама справится со всем. А мы тем временем... - ты легко проводишь языком по венке у меня на шее, я же прикусываю губу. Как же все-таки это заманчиво...

Но "да" я не успеваю произнести. Дверь резко распахивается. Элайджа выглядит так, как будто пробежал марафон. Непривычно, и от этого жутко пугающе.

- Никлаус, ты нужен в зале. Кэролайн, иди в комнату!

- Что случилось? Элайджа! - я кричу вдогонку, но твой брат ничего не отвечает.

- Ты его слышала. В комнату.

- Клаус, я не пойду! - ты дергаешь меня за волосы, смотришь просто в глаза, и я уже не могу сопротивляться твоей воле. Внутри меня разрывает от противоречий, от желания понять, что происходит, но ноги сами несут к боковой лестнице. В комнате я оседаю просто на пол и прокусываю себе запястье, чтобы не заорать. Если что-то случится, а я из-за тебя, Клаус, просижу все это время в безопасности, как последняя трусливая тварь, я не смогу простить тебя. Я и себя не смогу простить.


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/198-36912-1
Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: ღSensibleღ (21.12.2016) | Автор: Mia_Levis
Просмотров: 317


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Всего комментариев: 0


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]