Форма входа

Категории раздела
Наши таланты [37]
Гид по кинопрокату [17]
Нереальная реальность [10]
Welcome to OUR World [18]
Месть интеллекта искусству [4]
Рассказы TR Review [7]
И Стефани создала легенду [1]
Глаза в глаза [1]
Путешествуя по миру [19]
Impossible nothing [7]
TR представляет [159]
Жизнь сайта [31]
За чашкой чая [8]
Личное дело жителя N [9]
Волшебники пера [11]
Книгообзор от TR [14]
Меломания [17]
Уголок поэзии [11]
Клыкастая мифология [4]
Горячие новости
Топ новостей апреля
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 мая

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Абсолютная несовместимость
Не знала Белла, чем закончится ее внезапная поездка куда глаза глядят... вернее, куда ведет 101 шоссе. Иначе, вероятно, хорошенько подумала бы, прежде чем пускаться в путь в этот непогожий канун Хэллоуина.
Новая альтернатива от O_Q
Главы выходят раз в неделю.

Темный путь
В ней сокрыта мощная Сила, о которой она ничего не знает. Он хочет переманить ее на свою сторону. Хочет сделать ее такой же темной, как он сам. Так получится ли у него соблазнить ее тьмой?

Бывшие
Роман о жизни Беллы, Эдварда и их дочери Ренесми спустя 16 лет после их свадьбы и пять - после развода.
Новая история на сайте / все люди.
Новые 6 и 7 главы.

"Сказочная" страна
Сборник мини-истори и драбблов по фандому "Однажды в сказке".
Крюк/Эмма Свон.

Сумеречный фанфик-фест
Дорогие авторы!
Художники нашего сайта создали 75 удивительных и красивых обложек к сюжетам, придуманным обычными пользователями!
Порадуйте ваших читателей и самих себя, написав на эти обложки не менее удивительные истории!
Срок приема историй продлен до 4 июня!

Борьба
Она – немного ненормальная девушка. Она дала обещание самой себе и не сможет жить, пока его не выполнит. Она уже давно решила про себя, что в жизни надо бороться. Он – избалованный женским вниманием «эгоистичный нарцисс». Его положение в обществе и жизнь диктуют такое поведение.
Что сможет соединить их жизни, души и сердца?
Она – Изабелла Свон.
Он – Эдвард Каллен.
И вот...

Ковен Знамений
Скандал в прошлом Эдварда. Полигамная религиозная община. Проповеди со змеями. Две разгневанные женщины, способные всё разрушить. Смогут ли Эдвард и Белла преодолеть препятствия, стоящие у них на пути, и быть вместе? Несмотря на убийство, несмотря на общество, где они живут, несмотря на обстоятельства.

Far Away Flame | Далекое пламя
Их прошлое для нее подобно калейдоскопу горьких и радостных воспоминаний. Когда Белла годы спустя наконец найдет в себе смелость отправиться за тем, чего всегда хотела, не окажется ли, что уже слишком поздно?
Новый перевод от O_Q



А вы знаете?

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме вы можете увидеть рекомендации к прочтению фанфиков от бывалых пользователей сайта?

вы можете рассказать о себе и своих произведениях немного больше, создав Личную Страничку на сайте? Правила публикации читайте в специальной ТЕМЕ.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Фанфики каких фандомов вас интересуют больше всего?
1. Сумеречная сага
2. Гарри поттер
3. Другие
4. Дневники вампира
5. Голодные игры
6. Сверхъестественное
7. Академия вампиров
8. Игра престолов
9. Гостья
Всего ответов: 508
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Журнал TR Review » Рассказы TR Review

Заметки ресторанного критика

2017-5-29
31
0


Приятная прохлада укрывает тонкой тесьмой вечереющий город. Легкий мотив поющего ветра успокаивает раскалившиеся за день каменные стены домов, баюкает их, отправляя в мир грез. Только здесь улочки не пустеют, принимая в свои объятия новых гостей. Только здесь, за окном, бликуют на фоне темнеющего неба прожектора, освещающие центральный район. Фонари вдоль заполненной пешеходной дорожки чуть мерцают от высокого напряжения. И все пространство кажется сюрреалистичным, сказочным, фантазийным.

По другую же сторону прозрачного стекла атмосфера совершенно иная.

Теплый отсвет диковинных ламп, расставленных по периметру зала; размеренный темп, в котором по мраморному полу почти бесшумно передвигаются люди в одинаковых форменных нарядах. Тихая музыка перемежается с чуть механическим звуком современной аппаратуры, через которую подается приятный голос давно забытой всеми певицы, легким нежным тембром напевающей что-то душевное в винтажный ретро-микрофон. За роялем молодой паренек, и влюбленные взгляды этого аккомпаниатора в сторону бывшей примадонны говорят красноречивее слов.

Расторопная метрдотель в скромном изящном платье скользит незаметной тенью меж столов, провожая новых гостей к свободным столикам, одаривает каждого натянутой, но все же искренней улыбкой, украдкой бросая полные надежды и с капелькой отчаяния взгляды на дисплей новомодного телефона. Но не получает ответа. Официант в накрахмаленной рубашке снует от дверей в дальнем конце зала, ведущих в святая святых любого предприятия общественного питания — в кухню, — к своим клиентам, виртуозно балансируя сразу с четырьмя подносами яств для шумной компании друзей, скрытой за тонкими перегородками закрытой кабинки в левом крыле. Ему немного за сорок, и он явно слишком стар для этой работы. И гордо очерченный подбородок, с упрямым профилем, и твердый взгляд оставляют место для размышлений о поворотах в его судьбе.

Джентльмен с сигарой и новым выпуском новостной газеты, потягивающий из тумблера дорогой алкоголь, шуршит страницами и похмыкивает. Девушка у бара, играющая с зонтиком от коктейля, нет-нет да окинет зал кокетливым взглядом. Женщина средних лет с двумя детьми, сидящая в самом уголке, кажется измотанной, уставшей, словно бы из последних сил борющейся за новую минуту. И все же она улыбается, снисходительным взглядом окидывая не по возрасту серьезных мальчишек.

И каждый посетитель красивого ресторана «Bohemian House» — достойный герой чьего-то рассказа, тянущий на своих плечах историю своей жизни. Как и один его особенный гость…


— Время тишины, — подумал про себя Джек. С виду — мужчина лет шестидесяти с яркими и лучистыми глазами цвета аквамарина. В глазах — мудрость далеких даже для него поколений. В чуть сгорбленной осанке — тяжесть этих знаний.

Она отражается в тихой грусти о прожитых годах и людях, уже явно покинувших его жизнь. О той единственной, мысли о которой не покидают его голову с первой встречи, до последнего вздоха и по сей день. О той, которая когда-то, уже довольно много лет назад, точно также смотря на сумеречное небо, окрашенное неизвестным художником в самые разнообразные цвета от пастельно-розового, до сапфирового, нежно улыбнулась в последней раз и, едва прикрыв веки, умолкала, стараясь, наполниться спокойной и размеренной тишиной. О той, с которой он сам погрузился в долгую, нескончаемую тишину.

Скучал ли он о ней? Пожалуй, да. Тосковал, скорбел, оплакивал и безумно скучал. Но за те несколько лет, что он пробыл в одиночестве, ни один из его знакомых не услышал и слова об утрате. Это боль — только его. Эти воспоминания — только его. Тяжелые и легкие, грустные и веселые, огорчающие и радующие, но его и только его, сокровенные.

В уголках его глаз залегли морщинки, чем-то напоминающие гусиные лапки, веки отяжелели, слегка нависнув складками над ресницами. Но в его взгляде всё так же играют задорные искринки — те самые, что загорелись от легкой вспышки, когда он впервые столкнулся взглядом с ней. И лишь на краткое мгновение, находясь в полном покое и безмятежности, когда глаза недоступны ни одной живой душе, он позволяет себе окунуться в прошлое, и тогда они чуть тускнеют, проваливаясь в червоточину тоски и отчаяния. И все же, даже в беспросветной темноте, потеряв единственный источник света и тепла, на потрескавшихся от времени губах продолжает играть улыбка. Несмотря ни на что…

Вот так и сейчас он с улыбкой наблюдал за вошедшей в ресторанчик молодой парой. Они странным, но ностальгичным образом напоминали хорошо знакомую ему пару. Одной ее половинки уже нет на этом свете, но вторую он каждый день видел в отражении зеркала, стоявшего в прихожей. Чуть постаревшая, но все такая же статная фигура очень напоминала вошедшего молодого паренька. Только вот волевые черты его лица исказились в недовольной гримасе. Невольно взгляд переместился к явному источнику разочарования, что шла бок о бок со своим спутником: миниатюрная, едва ли достающая ему до подбородка своей макушкой; с яркими зелеными глазами — такими насыщенными, что видно было даже издалека, — и погрустневшим взглядом.

«Поругались», — констатируя факт, подумал про себя мужчина.

Поникшие, осунувшиеся, идущие на небольшом, но заметном расстоянии друг от друга, с едва надутыми губками — у нее, и наоборот, плотно сжатыми в узкую линию — у него. Отчего-то даже их мимика казалось такой знакомой, что невольная улыбка расцвела на постаревшем лице.

Стоило паре присесть за свободный столик, по счастливой случайности оказавшийся прямо напротив и дающий полный обзор, как к ним подошёл официант и устало, хотя и не без любезности улыбнулся, приняв у обоих заказ, и исчез в стороне кухни. Порядка двадцати минут, пока за железными, с круглыми прорезями-окнами дверьми готовились блюда, Джек с интересом наблюдал за не проронившими и слова молодыми людьми и гадал, что могло произойти между двумя влюбленными, чтобы они даже в глаза друг другу не смотрели? Вариантов была уйма: устали от общества друг друга, сказался чей-то неудачный день, поссорились — но все не то. Что-то знакомое вертелось в голове, но никак не хотело вставать на место. Пока… пока официант не вернулся к столику с готовым ужином.

Перед пареньком по мановению ловкой руки нарисовалось полноценное блюдо, где, чуть поблескивая маслом в оранжевом свете люстр, лежал с пылу жару пожаренный картофель и свиная отбивная, украшенная веточкой укропа. А на сторону его спутницы официант не без легкого сочувствия на лице — адресованного, впрочем, не девушке — поставил овощную корзинку, которая, даже искусно оформленная листьями салата и прочей диетической зеленью, выглядела сиротливо и горестно на фоне второй половины стола.

Теперь скрыть улыбку уже не получалось — Джек, чуть ли не лыбясь в тридцать два зуба, с иронией взирал на очевидных близнецов, посланных ему свыше, чтобы напомнить о моментах, которые он сам неоднократно переживал со своей Элизабет.

«Диета», — заключил он, так и слыша в голове мелодичный перезвон знакомого смеха.

— Опять, — вздохнул паренек, вновь пробуждая внимание своего зрителя и наконец произнося хоть что-то.

— Ох и зря, как же зря, сынок, — пробормотал Джек себе под нос, но внутренне весь встрепенулся, наперед выстраивая в голове будущий диалог. Но продолжение его удивило — девушка промолчала, хотя мысленно явно пару раз приложила горе-ухажера головой в его же ужин. Гневными отблесками в зеленых — или, уместнее сказать, салатовых — глазах можно было сжигать заживо. Когда-то и Джека «казнили» подобным образом…

Парень тяжело вздохнул, вдобавок покачав головой, чем запустил «механизм» в действие.

— Я на диете – я тебе уже говорила! — прорычало это маленькое создание, чем еще больше напомнило Лиз в ее праведном гневе. И точно так же, чтобы парень явно видел ее страдания, которые он лишний раз подогревает, со слезами в бездонных глазах запихнула в рот очередную вилку, с нанизанным на нее ломтиком очищенного огурца.

Мысленно мужчина аплодировал сам себе — опыт. Как же всё это похоже. Столько лет прошло, столько изменилось, а молодежь все такая же и проблемы — те же.

— И что это за диета такая?! Для травоядных?! — отодвинув тарелку с блюдом и впирая недоуменный взгляд в свою любимую, едва ли не рявкнул паренек. Со стороны могло показаться, что кому-то стоило бы научиться манерам, но нет — жгучая обида и непонимание к таким жертвам толкало и будет толкать мужчин на гнев, но гнев этот всегда будет направлен на модную индустрию, на общество, решившее, что женщинам нужны параметры в рамках «90-60-90» и никак не больше, на глупых диетологов и тренеров, наживающихся на подобных этой девчушке экземплярах, летающих от ветра по воздуху и верящих, что они толстые… но никак не на тех, кого они любят. И в глазах объекта своего внимания Джек видел те же чувства, которые заставляли его собственное сердце стучать быстрее, едва он бросал взгляд на свою любимую.

И все же он шутливо насмехался над пареньком, припоминая свои молодые годы:

«Глупый, не надо было ругаться — хуже будет! Съел бы немного этого бедного салатика сам, да и дело с концом», — размышлял он, тут же посмеиваясь, но уже над собой — сам Джек за все годы так ни разу и не попробовал этой дряни. Лишь научился с годами поддразнивать свою Лиззи и шутливо выходить из ситуации. И к концу ужина они всегда делили поровну его блюдо, бросая через разделяющую их деревянную поверхность, укрытую скатертью, полные нежности взгляды.

А эти двое, хоть и были так похожи на них с Элизабет, все же являлись детьми нового поколения. Слишком гордые, чтобы признаться хотя бы себе: он — что ему не все равно, когда она считает необходимым скинуть еще и еще, но плевать, как она выглядит, потому что любит ее не за красивую фигуру, которая не изменилась в его глазах ни после тортика прошлой субботой, ни месяцем ранее, когда их приглашали на поздравительную вечеринку общего друга; а она — что ее уже тошнит от омерзительного на вкус (а если совсем откровенно — безвкусного) салата и овощей и дело совсем не в лишнем миллиметре на талии, а в глупой Синтии с его работы, которая так и пожирает его глазами, стоит ему появиться в поле ее зрения. Неразумные, совсем еще дети, но чувствующие уже как взрослые. Эта парочка казалась ему новой версией их собственных отношений — другое воспитание, другое место действия, и все те же, знакомые «от» и «до» проблемы влюбленных. Мир не меняется — он совершенствуется, оставаясь прекрасным в своей первозданной красоте, красоте, создающей любовь…

— Сэр, могу я забрать это? — голос милой официантки выдернул Джека из тягучести мыслей. Он немного заторможено перевел на нее взгляд и кивнул, все еще не отойдя до конца от собственных размышлений. — Может, принести Вам меню? Сегодня у шефа получаются особенно отменные десерты – по секрету Вам скажу, что в «мирные» дни с женой его настроение как никогда хорошо сказывается на сладких блюдах, — смеется она, доверительно наклоняясь к его лицу.

— Нет, милая, десерт я попробую как-нибудь в другой раз, — улыбаясь в ответ на ее откровенность, покачал он головой. — Если тебя не затруднит, лучше сделай мне одолжение, — продолжил он, что-то черкая перьевой ручкой в раритетном блокноте с черным кожаным переплетом, пожелтевшими от времени, наполовину исписанные страницами. — Когда я уйду, передай это приятной паре за столиком напротив, отдай молодому человеку, пожалуйста.

Если девушка и удивилась странной просьбе, то виду не подала, а все так же тепло улыбнулась, кивнула и спрятала до момента Х в кармашке на передничке переданную записку.

— Что-нибудь еще, сэр? — любезно спросила она.

— Да, я хочу сделать заказ на вынос…

Щелкает выключатель при входной двери, брякает отброшенная на чуть накренившийся от старости комод связка ключей, царапая и без того шершавую поверхность. В остальной части небольшой квартирки темно, застоявшийся за день с наглухо закрытыми окнами воздух в квартире не раздражает. Наоборот — кажется, словно он воскресил из давнего времени запахи былых дней и событий.

У трюмо в спальне пахнет жасмином — как духи, что были привезены из Парижа в одну из рабочих командировок. Старый диван в гостиной отдает легким ароматом детской присыпки, просыпанной на него десятилетием позже, когда сюда впервые внесли маленького ребенка. А по кухне витает едва уловимый аромат крепкого кофе — раньше его пила хозяйка по утрам. Теперь же остатки покрылись плесенью, но все еще стоят в шкафчике над чайником — он тоже не работает и давно заменен электрическим, но все равно занимает место на стойке, напоминая…

Так пахнет жизнь — она соткана не из реально ощутимых неуловимых частниц, растворенных в воздухе, а из воспоминаний и событий, отраженных в памяти, выжженных на витиеватых извилинах и впечатанных в сознание образом, мимикой, прикосновением…

Она запоминается не морозным запахом клубничного мороженного, не первым глотком морского воздуха в долгожданный отпуск и даже не терпким ароматом мужского одеколона — вся она держится цепкой хваткой за чуть леденящий пальцы рожок, которые после согреет теплое дыхание с уловимыми нотками той самой клубники; за поцелуй теплых, чуть влажных губ, которые тут же иссушаются легким бризом; за оставшийся на коже после крепких объятий влажный след, который заявляет: «Моя!». И за действительно безвкусный салат, который вдруг становится самым лакомым блюдом, потому что после, на десерт, кто-то получает полный благодарности взгляд и нежное прикосновение к щеке, а кто-то возвращается на десятилетия назад, воссоединяясь с той, которая ответ: «Мой!»…

Ресторанный критик: Джек Ф.


Течение жизни наблюдали Shantanel и Виточка специально для TR Review



СОДЕРЖАНИЕ
Категория: Рассказы TR Review | Добавил: Shantanel (13.06.2016)
Просмотров: 341 | Комментарии: 2


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 2
0
2 Deruddy   (21.06.2016 10:16)
Так нежно, лирично и чуточку надрывно... Столько горько-сладких воспоминаний и надежд на будущее...
Не зря ведь говорят, что история имеет свойство двигаться по спирали, и давно пережитые ситуации повторяются вновь, пусть и не с нам самими, но с кем-то очень похожим на нас smile

0
1 ♥ღАврораღ♥   (14.06.2016 08:40)
Какая красивая история. Я прям представили себя, сидящей в кафе, напротив меня ругается парочка, но я точно знаю, что все у них будет хорошо, помирятся, мне некуда спешит, я смакую каждое блюдо и просто наслаждаюсь отдыхом. Спасибо большое, прочла на одном дыхании wink

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]