«Нет, я останусь» - мысленно взмолилась я, наблюдая за рваным танцем огня. Давать сейчас прочитать ему мои мысли было более, чем рискованно, но другой возможности не представлялось. Я неотрывно смотрела на огонь с безразличным выражением лица, но в душе полыхал пожар. Надо быть сильной, даже не смотря на то, что больше всего хочется быть слабой. Мне было страшно отпускать Эдварда, и еще страшнее просить остаться, и все-таки я зло добавила про себя. – «Бывало и хуже. Уезжай. Мы договорились».

- Понятно, - резко произнес Эдвард, подхватил ее за талию и поднял на ноги, она оказалась совсем близко, так, что он смог бы коснуться губами ее волос, пахнущих весенним дождем. Вампир глубоко вдохнул и потянулся к пряжке ее ремня. – А теперь снимай одежду.

Белла удивленно на него взглянула, оттолкнув его руки.

- Ты говорил, чтобы я перед тобой не раздевалась, - процедила она.

- Я со своим, как ты выразилась, ледяным безразличием понимаю, куда больше, чем ты. Ты ему уже все рассказала о себе? И как он отреагировал? Ему понравилось? Может быть, он поддержал твои милые увлечения? Ждать, пока ты наиграешься со своими шансами не стану, говори, что хотела и закончим разговор.

Его сердце застыло навсегда, и в этом заключалась его вечность. Вечность без ритма. Только холодные минуты, отсчитывающие лед времени. Пустые крупицы, у которых нет хозяина, неуемные спутники тоски. Бесконечное количество никому ненужных единиц, между которыми нет ничего, кроме безразличия.

Где-то у самого края, когда нет сил ждать, когда желание штормовым прибоем бьется внутри, я ощущаю его в себе. Наши взгляды встречаются, звучание набирает обороты, воплощаясь в резких сильных пассажах. Аllegro non troppo.

Она снова перевернулась на спину и, запрокинув голову назад, посмотрела на него в перевернутом виде.

- Ты их всегда убиваешь, после проведенной совместной ночи? - безразлично уточнила девушка.

- Всегда.

- Улыбайся! - его голос перестал быть мягким и бархатным, наполняясь железными интонациями, но каждый последующий звук становился все менее понятным для ее слуха. Эдвард встряхнул Беллу, от чего она ударилось спиной о дверь. Наконец, ее губы растянулись в слабой улыбке, больше похожей на оскал, и тут же хватка его пальцев ослабла.
- Вот так хорошо, - кивнул он. - Тебе так больше идет. Может быть, хочешь уйти?

А потом были поцелуи. Горячие. Требовательные. Ненасытные. Мы срывали друг с друга одежду, так и не добравшись ни до одной спальни. Настойчиво, в одном страстном порыве, не сдерживая себя. Ни ограничивая. Были заломленные назад руки и зацелованные запястья. Тишина и робкие раскаты грозы вдалеке. Прикосновения, от которых с губ срывался крик, нежные и в то же время стальные объятия.

- Ошибаешься. – его голос наполнился глубиной и мягкими ласкающими интонациями, которые не предвещали ничего хорошего. Он быстро поднялся, скинул рубашку и в два шага оказался возле нее. Белла попыталась увернуться, но Эдвард тут же поймал ее за ногу и подхватил за талию. Удерживая одной рукой ее запястья, а другой, сорвав полотенце, он перевернул ее на спину и прижал сверху своим телом к кровати. Она попыталась перевернуться и освободиться, но под тяжестью его веса ей не удалось даже пошевелиться.

Эдвард не ответил, притягивая к себе. Его пальцы путались в моих волосах, скользили по вискам, скулам, опускались к шее, выписывали невообразимые узоры, пропитанные нежностью и благоговением. Всю оставшуюся дорогу он ни разу не разомкнул кольца рук, не позволил отодвинуться или даже пошевелиться. Он, наверное, не знал, что на данный момент, никакая сила не заставила бы меня это сделать.

Я перевела взгляд на свои руки, сложенные на коленях, минуту смотрела на тонкое обручальное кольцо, покрутила его и сняла. А потом, вложила в руку Эдварда и сжала в кулак его пальцы. Он не повернулся, лишь задержав мою ладонь в своих руках, осторожно коснулся запястья.

- Это все? – уточнил он.

- Да, - тихо произнесла я.

С того времени, как он появился в моей жизни, я постоянно к чему то стремилась, но добиваясь своего, не знала, что с этим делать. Я убегала, но убежав, возвращалась. Обманывала себя, но была не в силах поверить в собственную ложь, неверно расставляла приоритеты, не слушала собственного сердца.

- Хорошо, - раздраженно кивнул он. - Давай оговорим все сразу, как только ты окажешься в моей машине, забудь о слезах, истериках, жалобах и прочей женской ерунде. Я не буду тратить время и нервы на то, чтобы тебя успокоить. Я не буду спрашивать твоего мнения и уточнять твои желания. И когда ты мне надоешь — отправишься на все четыре стороны, и разговора, как сегодня не состоится. Завтра, с утра приходи сюда же... И будь готова.

Ровная линия на приборе послушно подскакивала при каждом ударе электрошока, но сердце никак не хотело начать биться самостоятельно. Из ее груди вырвался сдавленный хрип, с губ потекла розоватая пена. Она вдруг открыла глаза и выгнулась в дуге. Писк продолжал разрывать тишину.

- Хочешь знать мое мнение?

- Да.

- Он слишком глубоко пустил тебя в свое сердце, настолько глубоко, что любое неверное движение причиняет невыносимую боль.

- Зачем? Ты не хотел возвращаться, пусть все так и остается.

- Я все делаю не так, - помедлив, ответил он.

- Я тоже, поэтому дай нам время, чтобы не наделать новых ошибок.

- Это значит – нет? – ровно выговорил Эдвард, чеканя каждый слог, и я услышала, едва заметную горькую усмешку в его голосе.

Мой взгляд беспристрастно скользнул по нему, отмечая, что выглядит он, как всегда безупречно. Светлая рубашка, расстегнутая на несколько пуговиц, отлично гармонировала с бледным цветом кожи, темные волосы в беспорядке спадали на высокий лоб, подчеркивая глаза темного золота.

Слова застыли у меня на языке, улыбка слетела с лица. На улице, небрежно прислонившись к капоту машины, стоял Эдвард.

- Приятно видеть свою жену довольной и улыбающейся, - усмехнулся он и перевел взгляд на появившегося за моей спиной Майка.

- Не дергайся, Белла, - раздался спокойный голос у самого уха. – Я тебя сейчас отпущу, а ты, не делая резких движений, обернешься. Поняла?

Я быстро замотала головой в знак согласия и почувствовала, как его рука медленно отпускает мое лицо.

- Последний раз, когда мы с ним виделись, он был особенно нежен, настойчив, и как никогда просил передумать и остаться с ним. Его слова бьют в самое сердце, заставляя поддаться на уговоры. Он умеет читать мысли и прекрасно пользуется своим даром. И отвечая на твой вопрос, я скажу, что не знаю, чтобы выбрала бы для себя.

- Отпусти, - сквозь зубы выговариваю я, он отпускает, и я тут же хватаю свою куртку и направляюсь на выход. – Пошел ты к черту!
Он в одно мгновение опережает меня, и перегораживает рукой дверь.
- Куда-то собралась? – его глаза темнеют, а челюсти сжимаются. Его взгляд опаляет меня, и я делаю шаг назад.

Это еще ничего… Я ничего от тебя не требую, я просто отпускаю. У тебя есть шанс начать все с начала и придушить свои воспоминания. Ты осталась собой, и хоть теперь для тебя все изменилось, ты не должна оправдывать меня. Ты вправе считать меня зверем и искренне ненавидеть. Испытывать острое чувство ненависти тоже, тоже в какой-то мере, подарок судьбы. Ты будешь помнить меня и надеяться, что никогда больше со мной не встретишься. Для тебя все закончилось гораздо лучше, чем для меня. Уж, поверь мне и прости.

- Сними здесь номер, никуда не выходи и жди меня. Деньги есть?
Я кивнула.
- Хорошо. А я пока устрою нам праздник. Наше знакомство не мешало бы отметить.
Я не имела понятия, о чем она говорит, поэтому поспешила уточнить:
- Что за праздник?
- Тебе понравится.

Когда я убегала прочь от заправки, то в полной мере смогла почувствовать возможности своей скорости. Нет, окружающие деревья не сливались для меня в сплошное серое пятно, но километры послушно и миролюбиво ложились под ноги, исчисляясь сотнями. Я остановилась только тогда, когда вдохнув, уловила знакомые древесные запахи без примеси сладкого аромата крови человека.

- Кто из нас ошибся? – неслышно поинтересовалась я. Сильно клонило в сон, слабость волнами разливалась по телу. Я ощущала, как соскальзываю в темноту, но до последнего старалась не упустить его из виду.
- Вместе.
- Жаль.

Он ответил почти сразу.
- Да.
Это все. Холодно. Ровно. И без грамма эмоций. А чего я ждала? Тревоги?
Его голос перевернул все внутри меня и, казалось, туже натянул пружину в районе солнечного сплетения. Я сглотнула.

Утром я проснулась в гордом одиночестве. Редкое утро начиналось без Эдварда. Как правило, за минуту до того, как я проснусь, он начинал покрывать мое тело нежными поцелуями, от чего процесс пробуждения становился невыносимо приятным и наше, уже совместное нахождение в постели, затягивалось на неопределенное время.

Я добежала до машины и дрожащими пальцами открыла дверь. Без сил опустившись на сиденье, я закрыла лицо руками и прислонилась лбом к рулю.

- Ложь, - в ярости повторяла я. – Ложь. Ложь. Ложь.

Не смотря на то, что семья Калленов встретилась с довольно редким явлением на земле – ангелом, ее членов интересовало не это. Основной вопрос, который их объединял, хоть и звучал, у каждого по разному был – КАК спокойному, уравновешенному Эдварду достался сумасшедший, эксцентричный ангел? А еще ЗА ЧТО?

- Просыпайся Спящая Красавица. Приехали, - раздался его низкий голос совсем близко, и я почувствовала обжигающее дыхание на шее. Я потянулась к Эдварду за поцелуем, его руки скользнули мне на талию, прижав к себе.

- Уже? – выдохнула я, запуская пальцы в его волосы и выгибаясь навстречу.

- Да, - промурлыкал он, и легко поцеловав, строго произнес. – И лучше тебе не испытывать мое терпение. Выходи.

- Тебе не стоит за это переживать, - он коротким жестом подозвал к себе, но я не двинулась с места.

Переживать действительно не хотелось, ни по этому поводу, ни по какому либо другому. Хотелось ему доверять и рассказать о своих опасениях, но едва ли он сможет понять мой страх перед его сестрой и ее парнем.