2026-2-1

16

0

0

Я пытаюсь собраться с мыслями, растянувшись в шезлонге на задней террасе, когда слышу, как машина Джаса въезжает на нашу подъездную дорожку. И даже не даю себе труда встать. Он много раз бывал в доме моих родителей, поэтому знает, что можно не звонить у входной двери. Минуту спустя я вижу его кудрявую белокурую шевелюру на лестнице.

- Доброе утро! Чёрт возьми, ты дерьмово выглядишь. Что случилось?

- Отстань, чувак. Ты не поверишь, если я скажу, какую ночь я только что провёл и как плохо выспался.

- Вот как? Навёрстывал упущенное с будущей миссис Каллен, насколько я понимаю? – с ухмылкой откликается Джас.

Я закатываю глаза вместо ответа. Будущая миссис Каллен? Пффф. Подобные высказывания заставляют меня жалеть, что эти слова относятся не к красотке с копной каштановых волос, а к действительной будущей миссис Каллен.

Господи, я в такой заднице.

В конце концов я всё-таки отвечаю:
- Хотел бы я, - а потом внутренне усмехаюсь от иронии этой реплики.

- Лаааадно… а нельзя ли поподробнее?

- Этой ночью я был не с Тори.

- А тогда почему ты сейчас выглядишь выжатым как лимон?

- Не спал до поздней ночи и слишком рано проснулся, только не с Тори… с Беллой.

Джаспер выпячивает подбородок, а потом изумлённо открывает рот:
- ТЫ СПАЛ С БЕЛЛОЙ?

- Расслабься! И да, с ней, но только не так, как ты думаешь. Мы спали рядом, но не вместе… ну, понимаешь… не то чтобы такая мысль не приходила мне в голову, потому что, можешь мне поверить, она приходила.

- Подожди, подожди, подожди… чёрт, дай задний ход… как вы с Беллой очутились в одной постели?

- Я остался в баре после закрытия, чтобы провести инвентаризацию для праздничного уикенда. Она обычно занимает пару часов, поэтому я смирился и приступил, когда ушли последние посетители. Ещё через двадцать минут рядом со мной появилась Белла, которая держала в руках старое фото, где мы с ней были засняты вместе, и требовала ответов о нашем прошлом. Она зацепилась ногой за чёртов дверной стопор, и дверь погреба захлопнулась, а мы оказались запертыми внутри на остаток ночи… ну, практически на всё раннее утро… и вышли оттуда примерно… - я сделал паузу, чтобы взглянуть на часы, - тридцать пять минут назад. Так что, отвечая на твой вопрос, мы очутились вместе не в постели, а на жутко холодном и твёрдом бетонном полу, имея под собой только тонкое шерстяное одеяло… Жаль, что дело было не в номере «Четырёх морей».

- Твою. Мать. И вы никому не могли позвонить?

- Нет, умник! Ни у меня, ни у неё не было с собой мобильного телефона. Только кое-какая одежда на задницах, что применительно к Белле означало недопустимо малое количество материи, если хочешь знать, и мы застряли там на следующие пять часов, до того момента, когда утром повара открыли ресторан.

- Святый Боже! Неужели все, что с тобой происходит в последнее время, превращается в настоящее шапито?

- Похоже на то. Кофе? – предлагаю я, показывая на свою кружку.

- Да, пожалуй… Нужно засыпать новую порцию?

- Не-а, всё в порядке. Я налил себе только одну чашку за минуту до твоего появления. А что ты мне принёс? – я тянусь к коробке с надписью «Dunkin Donuts»* и приподнимаю крышку, открывая спрятанное под ней сахарное великолепие.

Джас кричит мне с кухни:
- Желейные пончики, разумеется. Думаешь, у меня хватило бы смелости появиться здесь без них? Слава Богу, у них были и посыпанные сахарным песком. Я же знаю, что тебе нельзя приносить пончики с сахарной пудрой. ХА! Я больше никогда не допущу такой ошибки. Больше того, я привёз и вторые твои любимые…

- Бостонские с кремом? – кричу я в ответ, округлив глаза. И слышу, как Джаспер довольно похохатывает.

- Чёрт, да, ты сделал это! Мужик! – я протягиваю руку и ударяю кулаком о подставленный кулак Джаса, а он устраивается в шезлонге возле складного стола.

- И пусть кто-нибудь посмеет сказать, что я не пойду на всё ради моего лучшего друга… даже если он на редкость круто облажался.

Я вызывающе улыбаюсь, набив рот сладким мягким пончиком, и желе извергается у меня во рту. Мои глаза закатываются от удовольствия. Ммммм… Блаженство.

Его реплику о моей пропащей жизни я предпочитаю игнорировать. И вообще не позволяю сыплющимся на мою голову неприятностям отвлечь меня от пончикового оргазма, который я сейчас испытываю.

- Итак…

- Шшо «итак»? – приподняв брови, переспрашиваю я с набитым ртом, отчаянно пытаясь не выронить ни крошки вкуснятины.

- Поговори со мной, Гусь.** Как, чёрт побери, всё это покатилось под откос?

Я отпиваю немного кофе, чтобы проглотить то, что у меня во рту.
- Тебе сокращённый вариант? – интересуюсь я, предполагая, что мы не собираемся превратиться в двух девчонок, которые способны устроить из подобного разговора трехчасовую сессию психоанализа и исследовать каждую деталь.

Джаспер делает большой глоток из своей кружки и, кивнув, поднимает руку ладонью вверх, давая мне знак продолжать.

- Белла появилась в баре в пятницу перед Днём Поминовения. И вообще меня не узнала. Я разозлился, но всё-таки попытался не принимать этого близко к сердцу.

- Успешно? – перебивает меня Джас. Я отвечаю ему взглядом, говорящим: «А как, чёрт возьми, ты думаешь?»

- Через неделю увидел её снова. Она опять вела себя дружелюбно, а я – как придурок… опять. И всё же я попытался жить дальше, - я потянулся за пончиком номер два. – Однако ещё через несколько дней она не только явилась в «Четыре Моря», чтобы заказать нам обслуживание поминальной церемонии её тёти, но и оказалась той самой новой официанткой, которую нанял Джеймс.

Джас снова открывает рот, но я быстро заставил его замолчать, сказав:
- Ох, подожди, будет ещё круче!

В ответ он качает головой, сердито выдохнув, а я продолжаю:
- Она пригласила Джея на кофе, и они начали встречаться. – В ответ на эту крупицу информации Джас шлёпает себя ладонью по лбу.

- Вот так мы и стали работать бок о бок почти ежедневно, и меня буквально распирало от безумного сексуального напряжения и замешательства. Она недоумевала, почему я веду себя с ней как полный козёл, а меня всё это время чертовски раздражало то, что она как будто совершенно меня не помнит! Перенесёмся вперёд к вечеру воскресенья – после поминальной церемонии она всё мне рассказала: и об автокатастрофе, и о своей семье, и о своём чёртовом мёртвом муже, и об амнезии.

- Господи.

- Вот видишь? Поэтому я почувствовал себя полным мерзавцем из-за того, что так обращался с ней. И вдобавок меня всё ещё колбасило из-за её отношений с Джеймсом! – я замолкаю и отхлёбываю маленький глоток кофе, чтобы попробовать успокоиться хоть на минуту. – И тогда, словно для того, чтобы окончательно взорвать мой мозг, как по команде появляется Тори – без предупреждения, на четыре дня раньше срока.

- Что ж, это ведь хорошо, разве нет? – в тоне Джаса явно звучит намерение заставить меня поверить, что полупустой стакан наполовину полон.

- Да, наверное… если бы я смог хоть на одну проклятую секунду выкинуть из головы Беллу! – Джас устремляет взгляд в океан, как будто там может найтись мудрый совет, который он предложит мне. – О, и теперь лучшая часть всего этого! Мало того, что Белла несколько дней назад порвала с Джеймсом, так ещё и Тори объявила мне за ужином, что она не хочет возвращаться сюда, в Джерси, по окончании съёмок в конце лета. Она желает переехать навсегда в Лос-Анджелес… говорит, что собирается открыть там собственный салон, а я должен поехать с ней в Калифорнию и начать там всё с нуля – бар и ресторан.

- ЧТО?

- Вот именно! Я чертовски разозлился на неё. Мы поссорились и с тех пор едва ли обменялись парой слов.

- Так она сейчас у родителей?

- Нет. Насколько я знаю, она проводила уикенд в Филадельфии со своими подругами из клуба.

- Ох уж этот клуб… – Джас хмыкает.

- Прошу, не провоцируй. Похоже, Голливуд ударил ей в голову, и она хочет проводить свободное время в обществе лишь нескольких своих подружек, с которыми давно не встречалась и которые теперь ей подходят. Я думал, что избавился от этой чёртовой кастовой системы и всего подобного дерьма, когда ушёл из «Фландерса». Мне даром не нужна вся эта ерунда, я сыт ею по горло, - бурно высказываюсь я, чувствуя, что всё больше горячусь.

- Да, но, по крайней мере, теперь ты знаешь, что Белла не такая. Ну, больше не такая, как минимум. Я имею в виду, что припоминаю некоторые из тех возмутительных историй, которые ты рассказывал мне о ней… В те годы я думал, что ты влюблён в самого Антихриста во плоти. Боже, я даже не могу поверить, что мы говорим о той же самой девушке.

- Вот именно, я тоже! Почему я вообще позволяю ей сейчас быть мигающей точкой на моём радаре? Как могу игнорировать всё то дерьмо, через которое мне тогда пришлось пройти по её милости, - моё раздражение теперь кристально ясно и подтверждается тем, что я с силой прижимаю нижние края ладоней к глазам.

- Ээ, если память мне не изменяет, это ты через пару недель после вашего разрыва совершил чрезвычайно тупой манёвр, спутавшись с…

Я перестаю терзать свои глаза на время, достаточное для того, чтобы в тысячный раз высказаться в свою защиту:

- Эй, я не горжусь тем, что сделал. Не приставай ко мне с этим снова, приятель. Я действовал с идиотской логикой семнадцатилетнего парня. И имей в виду, прежде чем начнешь вдаваться в подробности, это не была одна из подруг её матери. Ты вечно говоришь с таким подтекстом, словно я был какой-то платной игрушкой этой охотницы за молодыми парнями. Кажется, она была другом семьи, но как бы то ни было… всё это только вопрос терминологии. Я пошёл на это, чтобы облегчить нам с Беллой разрыв, к которому нас принудила её мать.

- Ну да, доктор Фил***, ты сделал чёртову уйму добра. Она была ребёнком, а ты разбил ей сердце, засранец! И в результате она несколько лет обращалась с тобой как со вчерашним мусором… не говоря уже о том, что после этого «инцидента», – он пальцами изображает в воздухе кавычки, потому что мы оба знаем, что произошло на самом деле, - она оказалась в объятиях давно ожидавшего удобного случая «лучшего из бойфрендов», я прав?

- Да… того самого ублюдка, который стал потом её мужем… её ныне покойным мужем. «Мелроуз Плэйс»****. Я чувствую себя как чёртов герой этого сериала, дружище. Мой отец вечно смеялся над мамой за то, что она смотрела эту ерунду, когда я был ребёнком, и вот, пожалуйста, я сам оказываюсь в центре отличного сюжета. Аарон Спеллинг от зависти просто в гробу перевернётся.

Наша горячая и шумная беседа внезапно с визгом тормозит до полной остановки. Мы оба понимаем, что ситуация чертовски запутанная.

- Господи. Нам нужно посоветоваться с девочками. Я не знаю, что тебе сказать, Э. Да и что тут скажешь?

- ХА! Понятия не имею. Ты имеешь право рассказывать мне о той автокатастрофе?

- Ну, я не могу вдаваться в какие-то сумасшедшие подробности, поскольку: а) это было почти четыре года назад, и я не помню всех показателей артериального давления или хронологии назначения ей процедур, но, что ещё важнее, б) отношения врач-пациент строго конфиденциальны, и закон запрещает мне сообщать тебе что-нибудь без согласия Беллы. Кроме того, я не знаю, есть ли что-то, чего она тебе ещё не открыла. Я был её врачом. Её тётя мне доверяла. Я внимательно наблюдал за её случаем, пока она не превратилась из «случая» в друга, который нуждается в помощи. И имей в виду, Белла, которая очнулась в 2008 году – единственная, кого я знаю лично. Не то чтобы я тебе не верил, просто истории, которые ты рассказывал мне о своей Изабелле из «Фландерса», настолько выходят за рамки того, что могла бы делать или говорить нынешняя Белла… в общем, трудно принять факт, что это одно и то же лицо.

- И теперь ты понимаешь, почему я так плохо с ней обращался, пока она не рассказала, что с ней случилось! Боже, я думал, что она замужем и пытается одновременно крутить интрижку с моим братом. УФФ!

Я наклоняюсь в своём шезлонге и упираюсь локтями в колени, растирая пальцами виски, чтобы избежать разрыва аневризмы, от которого наверняка должен вот-вот упасть без сознания.
- Мне нужна помощь, чувак. Посоветуй, что мне делать, чёрт возьми. Я не могу обсуждать это с Джеймсом… это было бы слишком странно теперь, когда Белла только что дала ему отставку.

- Ладно. Отдышись, - Джаспер пытается успокоить меня. – Могу я задать тебе вопрос, который не имеет отношения к Белле?

- Давай.

- Что происходит у вас с Тори? И не забудь, что Белла здесь ни при чём. Готов ли ты к длинному пути с Тори? Потому что если нет, то ты должен прекратить это как можно быстрее. И, пожалуйста, не надо делать это перед целой толпой зрителей во время официальной помолвки… раз уж ты упомянул о «Мелроуз Плэйс».

Я начинаю яростно тереть лицо ладонями, словно избавление от пары слоёв кожи поможет мне обрести ясное мышление и получить необходимые ответы.

- Не знаю, Джас. Но я не могу покинуть Джерси. Это мой дом, моя жизнь. Я построил здесь надёжный фундамент для нас с Джеймсом. Он рассчитывает на меня и не ожидает, что я наплюю на него и сбегу на другой конец страны. Мы с Тори уже давно планировали наше будущее… и все эти планы были связаны с Лонг-Бич Айленд! Я был готов создать здесь мою собственную семью. А теперь она говорит мне, что я ей по-прежнему нужен, но на её новых условиях. Она ведёт себя абсолютно эгоцентрично и меняет наш план игры безо всякого обсуждения со мной. И, честно говоря, похоже, она уже приняла решение. Я не хочу расставаться со всем, для чего так усердно работал здесь. Но мысль о том, что я могу потерять Тори, тоже не слишком меня устраивает.

- Хорошо, я сейчас скажу кое-что… сыграю своего рода адвоката дьявола, вначале для одной стороны, потом для другой, так что потерпи.

Я приподнимаю брови, ожидая, пока Джаспер нанесёт удар.

- Разве ты уже не потерял Тори? - Я открываю рот, чтобы возразить Джасу, но он жестом останавливает меня. - Послушай меня секундочку. Дай высказать то, что у меня на уме, а потом я предоставлю тебе слово для ответа.

Я киваю и снова откидываюсь на спинку шезлонга.

- Вам с Тори пришлось расстаться… вы уже довольно долго живёте каждый своей жизнью. И всё же ты обручился с ней полгода назад… зачем?

- Это казалось логичным шагом. Мы были вместе уже больше двух лет, когда она воспользовалась возможностью поездить по миру и перебраться западнее. Вместе нам комфортно, мы понимаем друг друга. Я люблю её, я… кажется, мне трудно представить своё будущее без неё.

- Только трудно? Я имею в виду, ты сказал, что вам комфортно, вы понимаете друг друга, но…

- Ладно, я понял! Ты заставляешь меня произнести вслух всё это, чтобы я услышал, как неубедительно это звучит. ЧЁРТ! И что, что ты хочешь сказать? Что мне нужно бросить её и двигаться дальше с Беллой?

- Нет, чёрт возьми. Я не собираюсь говорить этого. Всего лишь хочу, чтобы ты попытался посмотреть на ситуацию со стороны. Пытаюсь изложить всё словами… и, кстати, уже просил тебя не вовлекать сюда Беллу.

- Это невозможно, Джас. Она сейчас занимает все мои чёртовы мысли. У меня в голове полная неразбериха, будь я проклят, а ведь осталось меньше недели до моей помолвки с другой девушкой.

- Послушай. Я не могу сказать тебе, кого ты должен выбрать, Тори или Беллу, но я готов поделиться с тобой… Мне комфортно с Элис. И мы хорошо понимаем друг друга – как правило, - добавляет он с улыбкой. - …Но это потому, что мы женаты уже почти шесть лет. И это замечательные качества, их определённо стоит искать и держать в уме, когда ты думаешь о человеке, с которым собираешься прожить до самой смерти. Но не заблуждайся на мой счёт: я ещё и безумно люблю её. Не могу представить себе жизни без неё. Мы смеёмся, мы плачем, мы ссоримся и миримся, и я хочу, чтобы всё это было в моей жизни всегда. И если Элли когда-нибудь скажет мне, что она хочет переехать на другой конец страны, чтобы основать там фирму по заточке карандашей или осуществить любой другой примитивный или невероятный план, который может появиться в её коварном мозгу, я сейчас же предупрежу Куперовский центр о своём уходе и начну подыскивать работу в другом городе – по соседству с будущим бизнесом Элис. Без раздумий и колебаний. Потому что я просто не могу без неё жить.

Наступает моя очередь смотреть на океан в надежде на то, что ответ прикатится на его волне… а может быть, это уже произошло.

- Прости, если это не помогло… или мне, скорее, следует извиниться, если помогло. Я просто не хочу видеть тебя несчастным, дружище. И знаю, что значит для тебя Лонг-Бич Айленд и то, что ты здесь сделал. Мне жаль, что Тори не хочет быть частью этого. Но ты не можешь принять это решение из-за Беллы. Не перекладывай это на неё. Ей и так есть с чем разбираться в своей жизни. Не делай её ответственной ещё и за разрыв твоих отношений.

Мудрые слова Джаспера медленно просачиваются в мое сознание, пока я провожу руками по волосам.

- Могу я спросить тебя ещё об одном? – и он продолжает, не дожидаясь ответа: – Было ли что-нибудь у вас с Беллой этой ночью?

- Я поцеловал её. Знаю, что совершил ошибку, но, чёрт возьми, тогда мне всё казалось таким правильным. Это произошло сразу после того, как мы оказались запертыми. Она первой отстранилась, и остаток ночи мы вели себя в режиме «старых друзей». По крайней мере, я старался. Я рассказал ей сколько мог о начале наших отношений и о том, как весело мы проводили время вместе. Довёл нашу историю до того момента, когда нам пришлось официально расстаться. Я не был готов вывалить на нее все подробности того, что случилось потом.

- И когда ты планируешь рассказать ей остальное? О том, что ты сделал, что сделала она, как вы оба вели себя рядом друг с другом в следующие несколько лет? О том вечере, когда эти подонки чуть не продали её тому, кто заплатил подороже? Чёрт, даже о той ночи в ваше последнее лето, когда…

- Да, я знаю, Джас, - перебиваю я его, потому что мой мозг готов взорваться от крутящихся в нём отчаянных мыслей. – Знаю, что придётся рассказать ей всё. ПРОКЛЯТЬЕ! – кричу я в небо. – Может быть, она не относилась бы ко мне так ужасно в те годы, если бы узнала правду раньше.

- Думаешь?

В ответ на это скептическое замечание я зло смотрю на друга.

- Мне даже снился тот вечер, когда я спас её от тех негодяев. Она подумает, что её родители были чёртовыми психами, если дали согласие на её брак с этим говнюком. Как я могу осквернить этим их могилы? У неё больше нет семьи, чёрт возьми! Кем надо быть, чтобы открыть ей правду – что отец с матерью и при жизни не слишком о ней заботились?

Джаспер сердито фыркает и поднимает лицо к небу, возможно, наконец-то осознав, насколько неприятна эта ситуация на самом деле.

- Ей будет нужна поддержка, чувак. Не знаю, примет ли Белла её от меня. Вам с Элли и Розали с Эмметом придётся быть рядом, чтобы помочь ей. Я расскажу ей всё и попытаюсь подставить плечо, если она захочет в него поплакать… но я не знаю, как быть предельно честным с ней и не разбить при этом её сердце. Однажды, несколько лет назад, я уже сделал это… и никогда в жизни не чувствовал себя более погано. Я не хочу сломать её снова. И сам не хочу снова собирать себя по кусочкам. Это чертовски больно.

- Мы поможем, если это будет ей нужно. Просто держи меня в курсе и сообщи, когда решишься поговорить с Беллой. Я подготовлю Элис, Эммета и Розали к возможным негативным последствиям. У неё есть только мы. И мы должны будем смягчить для неё этот удар.

Я встаю со своего шезлонга, прохожу через террасу и прислоняюсь к перилам, глядя на пляж внизу.
- ТВОЮ ММААААТЬ! – кричу я в направлении Атлантического океана. – Это отстой. Настоящая жизнь иногда такой отстой, согласен? Мне не верится, что всё это свалилось на меня именно сейчас. Такое ощущение, что вселенная взрывается.

- Эй, Леннон знал, о чём говорил, когда сказал: «Жизнь – это то, что происходит с тобой, пока ты занят составлением других планов». Правильно? Всё утрясётся, дружище. Я в это верю. Просто делай всё постепенно, - Джаспер встаёт и берёт ключи от своей машины. – Мне пора. Я обещал Тристану день на пляже – с песчаными дворцами и пэдлболом*****.

Я возвращаюсь к столу, чтобы напоследок удариться с Джасом кулаком о кулак, но после этого он притягивает меня к себе и хлопает по спине.

- Спасибо, что выслушал. Я ценю это, друг, - говорю я на прощанье.

- Эй, в любое время. Жаль, что больница отнимает столько времени и мы не можем тусоваться вместе почаще. Но давай сыграем в гольф на этой неделе?

- Да, конечно. Я только сверю наши с Джеймсом графики и дам тебе знать, когда буду свободен.

- Договорились. Пока, братец. Держись, - он ещё раз похлопывает меня по спине и поворачивается к лестнице.

- Спасибо.

Я смотрю, как Джас сбегает по ступеням и исчезает из виду, а потом захожу в дом и поднимаюсь в спальню, чтобы рухнуть в постель и проспать следующие несколько часов.

Но уснуть мне не удается.

Мой мозг напряжённо работает, а на сердце тяжело, поскольку я знаю, что фактически держу в руках судьбы двух женщин, хоть и очень по-разному.

Я не хочу причинить боль ни одной из них, ведь я совсем не такой человек. Однако отец всегда повторял, что правду говорить трудно, но умалчивать – ещё труднее. Мне придётся высказать то, что я думаю. Полностью открыться, а потом попытаться собрать все кусочки, какие останутся.

Если бетонный пол в винном погребе ночью состарил меня на тридцать лет, то этот мысленный любовный треугольник из Тори, Эдварда и Беллы в дополнение к смеси запутанных чувств, сексуального напряжения и невыполненных обещаний убивает меня с пугающей скоростью.

---

* - Данкин Донатс – международная сеть кофеен с пончиками;
** - Поговори со мной, Гусь (Talk to me Goose!) – расхожая фраза из культового американского кинофильма «Top Gun» режиссёра Тони Скотта (1986 г.). Часто используется в телефонной переписке в виде аббревиатуры TTMG, которая означает, что собеседника не устраивает перебрасывание сообщениями и он хочет поговорить;
*** - Фи́ллип Кэ́лвин «Фил» Макгро́у (англ. Phillip Calvin "Phil" McGraw) – американский психолог, писатель, ведущий телевизионной программы «Доктор Фил»;
**** - «Мелроуз Плэйс» (англ. Melrose Place) – американская прайм-тайм мыльная опера, продюсер Аарон Спеллинг, автор идеи – Даррен Стар. С 1992 по 1999 гг. сериал еженедельно выходил на американском телеканале FOX. Создателям сериала удавалось привлечь телевизионную аудиторию, удачно сочетая мелодраму и секс с чёрным юмором, насилием, шокирующими и абсурдными сюжетными ходами.
***** - paddleball – пляжный теннис.