Глава 7. Следы. Часть 2.

Я представлял, как Белла вышла из нашей палатки прохладным утром, нетвердо стоящая на ногах, дезориентированная после спокойного сна ночью. Ее длинные волосы, волнами ниспадающие на спину, блестели в лучах восходящего солнца. И именно волосы в моем представлении были ее полным бедствием. Непреодолимым, великолепным, хаотическим беспорядком. Я слегка улыбнулся, думая о том времени, которое нам, возможно, придется провести вместе, как только это сражение будет закончено, как только мы сыграем свадьбу. Как только Джейкоба больше не будет рядом. Джейкоба…

***

Вдруг я услышал низкий гул мыслей, его устойчивое глубокое дыхание и тяжелый топот; он бежал. Мои глаза распахнулись. Нет! Он быстро несся вверх по склону горы. Я тут же дернулся с места, снова двигаясь им навстречу. Черт возьми, Джейкоб. Почему он так опрометчиво бежал с Беллой на руках? Она так легко могла упасть…

Тревога вновь начала терзать меня. Я снова сделал яростный шаг вперед. Как он мог так беспечно пытаться произвести на нее впечатление? Естественно, она испугана! Управление своими порывами – было одно, а управление его нестабильным, хоть и измененным человечеством, было другое…

Постепенно низкий гул стал более различимым. Порывы влажного холодного ветра становились все агрессивнее. Палатка грохотала в ответ. Вдруг до меня донесся его всепоглощающий мерзкий запах. Я сделал резкий глубокий вдох, чтобы как можно меньше чувствовать его вонь, но рецепторы различили частицы аромата Беллы.

Ах… он ударил по мне слишком быстро. За это время я успел утратить чувствительность. Запах ее крови был ничем по сравнению с ее ароматом. Я никогда не заблуждался в мыслях, что полностью смогу расправиться с тягой к ее крови, но было намного легче, когда я мечтал об этом. Сейчас я ждал предсказуемого появления бассейна яда, с которым быстро справился, сглотнув два раза. Победа. Легкая победа.

…Если я… пиявка… даже не посмеет… думать о ней… просто тупой… идиот, кровопийца… почему он… почему она верит, что… - размышлял Джейкоб.

Я не видел изображений, но урывками мог собираться мыслями, так же как радио, пытающееся поймать нужную волну. За последние несколько месяцев голос волка стал звучать намного яснее. Я мог слышать его теперь на гораздо большем расстоянии, что, конечно, не стало для меня приятным умением. Он постоянно думал о Белле. Его мысли колебались от близких сексуальных изображений до воспоминаний о моментах нежности. Я пытался сосредоточиться, стараясь заметить хоть малейшие намеки на тему их разговора, надеясь, что он потерял самообладание.

Я продолжал нервно ходить, стараясь унять лихорадочно суетящиеся руки, и дышать. Успокаивало одно - они приближаются. Как только Белла окажется рядом, я снова почувствую себя цельным, смогу расслабиться, зная, что она в безопасности, вдали от сражения, от Виктории, от Джейкоба… со мной.

Мы почти на месте, он должен был успеть все подготовить. Эта буря не будет легкой. Придется обратиться. Я сделал большую часть этой чертовски тяжелой работы и не получу за это никакой благодарности. Но, по крайней мере, она будет в безопасности, хотя… почему бы мне не придумать способа, которым Белла могла бы отблагодарить меня…

Я заблокировал его. Не хотелось слушать ничего из этого бреда. В его мыслях я не слышал того, что подсказывало бы, есть ли у них сейчас какие-нибудь проблемы. Нет отказа, нет тревоги, нет отчаяния…

Я обвел взглядом небольшую подготовленную площадку, окончательно проверяя, все ли в порядке. Я знал, что Белла будет здесь в самое ближайшее время, и моя тревога сменилась ожиданием. Сильный, быстрый порыв ветра с северо-запада принес с собой первый снег. Я чувствовал, что температура опустилась еще на градус. Нужно, чтобы Белла оказалась здесь… как можно быстрее.

И снова я почувствовал их запах; они были очень близко. Его мысли были мирными, в данный момент он полностью сконцентрировался на своей задаче. Спасибо, Джейкоб.

Я возобновил ходьбу. От безделья начал наблюдать за приближающимся ненастьем. Тучи были набухшими и фиолетовыми. На короткий момент я онемел от невероятной красоты приближающейся бури. Казалось, свет уступает, прячется на небе за облаками, занимающими намеченное положение. Это было более чем символично, - размышлял я.

В лицо ударил еще один порыв ветра, и я заметил, что температура опустилась еще немного. Теперь уже сильный ветер постоянно сопровождали крупинки снега. Новый стремительный порыв затряс палатку. Я сразу бросился осматривать ее целостность. Палатка была крепкой. С нами все будет хорошо.

Хм. Кровь кровоса… она бы хорошо смотрелась на снегу, отличный фон… Эй, пиявка! Я знаю, ты слышишь меня. Мы уже близко… – думал Джейкоб.

Я увидел их, они быстро приближались.

- Белла! – закричал я, беспокойство и напряжение ударило в голову.

Ее лицо было скрыто на его груди. Как только услышала мой голос, она повернулась в сторону звука. Я мельком увидел, как ее великолепная розовая щечка дрожала от порыва ветра. Потом все, что я мог замечать, это ее маленькую фигурку, сжавшуюся в объятиях Джейкоба. Я был ревнив. Тут же просканировав его мысли, я с облегчением вздохнул: в них были только тишина и волнение.

Он шел слишком медленно. Я старался быть терпеливым, но больше не мог бороться с желанием быть рядом с Беллой. В мгновение ока я оказался рядом с ними. Пес съежился от моей скорости и запаха.

…тьфу… как вы неестественно передвигаетесь… только посмотри на это, пиявка… нам не нужны ошибки…

Я заблокировал его. Мнение пса было понятно. Он не доверял мне, а я не доверял ему. Белла смотрела на меня, явно потрясенная холодом и ветром. Замерзшие и незащищенные от ветра, ее щеки пылали, но сейчас было неподходящее время, чтобы любоваться их цветом. Новый порыв ветра встретил нас, и я сдвинулся в сторону, чтобы прикрыть от него Беллу. Она дрожала. Крепко обняв ее, я на секунду закрыл глаза, превознося молитву тому, кто мог услышать, благодаря, что она в безопасности, здесь со мной. Джейкоб отправился вперед, принюхиваясь к запаху ветра.

Истощенный беспокойством, заботами, страхами, мучительными мыслями, я внезапно почувствовал, что испытываю нечто большее, чем благодарность. Признательность за то, что Белла была здесь, что он не потерял самообладание, что она в безопасности благодаря ему.

… эта буря будет крайне неприятной… Интересно, что если…

- Джейкоб… - прервал я его размышления.

Он повернулся, с подозрением встретив мой взгляд, но ничего не сказал. Я попытался задержать его глаза, но это заставило почувствовать дискомфорт. Его ненависть ко мне укоренилась слишком глубоко, недоверие в иначе функционирующем сердце. Он отвернулся и посмотрел на небо. Его мысли были пусты, и я приложил все усилия, чтобы передать всю глубину своей признательности.

- Спасибо, что пришел быстрее, чем я ожидал. Я действительно ценю это. – Несмотря на пережитую за последние часы страшную тревогу, я был правдив в каждом своем слове.

… да, да… я делал это не для тебя… но обращайся, если что…

Белла повернулась к нему, все еще стоя в моих объятиях, и он, пожав плечами, криво улыбнулся. Между ними только что что-то произошло? Она тут же повернула голову и снова спрятала лицо в моем пальто. Она дрожала. Я исследовал его мысли, но нашел только беспокойство.

- Тащи ее внутрь. Будет плохо – у меня волосы встают дыбом. Палатка укреплена надежно? – спросил он, наблюдая за небом.

- Я прикрепил ее к скале, - ответил я.

О палатке нечего было беспокоиться, но я не предусмотрел резкое понижение температуры. Белла снова начала дрожать.

- Хорошо… - пробормотал Джейкоб.

Я положил руку на поясницу Беллы, чтобы отвести ее в палатку. Мне просто хотелось прикоснуться к ней, держать ее рядом с собой. Оглянувшись назад, я увидел, что Джейкоб замер на краю площадки. С ним что-то происходило. Он что-то скрывал? Дрожь Беллы привлекла мое внимание. Я мягко подтолкнул ее, стараясь немного ускорить человеческий темп.

Расстегнув молнию палатки, я порадовался, что внутри было значительно теплее, чем снаружи. Конечно, и здесь температура опустилась по сравнению с тем, какой была поначалу.

Я изменюсь… мне нужно услышать мысли стаи… я вернусь… – подумал Джейкоб.

Не торопись. Я повернулся к Белле, собираясь рассказать ей, что происходит, и, поймав ее взгляд, заметил, что цвет ее лица уже не был восхитительно розовым. Щеки, нос и тонкие губы стали ярко-красными. Я наклонился, желая дотронуться до ее лица, и она вздрогнула от моего прикосновения. В странном свечении палатки, я увидел, как сильно различаются мои белые руки и ее раскрасневшаяся кожа. Если бы я мог вздрагивать от неожиданности, то несомненно сделал бы это. Словно ощутив, что со мной что-то происходит, Белла отвернулась и начала рассматривать палатку. Я не мог отвести от нее взгляда. О чем она думала?

- Джейкоб сейчас изменяется, Белла, - прошептал я, мысленно моля ее обернуться.

Она взглянула на меня, нахмурившись. И мне показалось, что я увидел в ее глазах страх – страх за Джейкоба. Она снова отвернулась.

- Спасибо, - сказала Белла. – Это действительно приятно, Эдвард. Спасибо.

- Думаю, что этого будет недостаточно, Белла. Температура снижается. Тебе нужно забраться в спальный мешок.

На этот раз взгляд отвел я, в качестве предлога используя поиск мешка. Почему Белла хмурится? У них была перепалка, следов которой я не обнаружил? Неужели он настолько умеет управлять своими мыслями, что я и не заподозрил? Я недооценил его? Мысленно я просмотрел каждый миг, ведь в момент их возвращения мог что-то пропустить, не заметить в языке тел. Это было связано с Джейкобом. Я чувствовал, что что-то упустил.

Присев перед девушкой, я держал в руках спальный мешок так, словно она должна была его примерить. Белла усмехнулась, и дрожь снова пробежала через ее тело.

- Это чей спальный мешок? – с любопытством поинтересовалась она. Ее ротик слегка изогнулся в удивлении.

- Сейчас он твой. Мы купили его несколько лет назад, и естественно, ты первая будешь пользоваться им. - А потом с усмешкой добавил: - Но будь осторожна с ним. Меня мучает подозрение, что это… - я взял ткань за углы пальцами, - не поможет твоему ужасному чувству равновесия. Я встряхнул брезент, пытаясь сделать его более очаровательным.

- Ох, замолчи… - выкрикнула она, притворившись оскорбленной. Белла знала, что это правда.

Я держал его перед ней, пока она, сделав два неуверенных шага, не забралась внутрь. Белла хихикнула, когда я застегнул молнию. Мешок был ростом почти с Беллу – верх доставал до подбородка. Тут же я поблагодарил Элис за предусмотрительность. Что бы я без нее делал? Возможно, ее подарок не был таким уж случайным…

Я не мог не отвлекаться на Беллу, когда она начала уютнее кутаться в мешок, чтобы согреться, делая маленькие шажки. Она описала круг, и я засмеялся.

Белла сердито взглянула на меня, но не могла запугать меня. Я заметил, что она сияла.

- Не смейся надо мной, Эдвард! – в ее тоне ясно прослушивался ложный авторитет. – Это стандартный способ…

Я наклонился к ней, многозначительно приподнимая бровь:

- О да. Ты настоящий эксперт выживания. Жених – вампир, а друг – оборотень.

Произнося слово жених, я испытал трепет. Возможно, другим этого было не понять, но я чувствовал себя таким счастливым от осознания этого.

Перемена темы. Белла негодующе смотрела на меня из мешка. И выглядела при этом крайне восхитительно. Я улыбнулся, пытаясь ослепить ее. В тот момент мне неожиданно на ум пришла мысль о ее способности влиять на мое часто меняющееся настроение. Утро разрывало меня, отчаявшегося, на части, но рядом с нею я чувствовал себя цельным и полным. Я чувствовал себя… счастливым.

Эдвард-Белла, 1:1… это была связь…

Я снова усмехнулся.

Она закатила глаза, отворачиваясь, чтобы продолжить согревающие движения. Завершив два успешных прыжка, Белла повернулась ко мне и приподняла бровь. Она была впечатлена своей устойчивостью. Ее зубы стучали, а стены палатки покачивались из-за резких порывов ветра. Я обеспокоенно следил за девушкой, но она показала мне язык. Белла наслаждалась. Решившись, она сделала два аккуратных прыжка к кровати, которую я организовал для нее.

Белла попыталась наклониться и лечь, но чуть не упала на бок. Я закатил глаза. Быстро подхватив, медленно опустил на импровизированное ложе.

- Белла… серьезно…

- Что? – улыбнулась она. – Признаться, это было довольно мило, Эдвард!

Я пытался сдержаться, но рассмеялся. Ее глаза сияли почти детским светом, а я бесстыдно восхищался ею. Белла была полностью окутана спальным мешком. И, улыбнувшись ей уже не так весело, я понял, что еще никогда она не выглядела настолько красивой и настолько хрупкой, как теперь.

Белла вздохнула, укладываясь удобнее, в более комфортное положение. Мгновенно ее запах окружил меня. Подкатившая слюна осталась едва заметной для меня, с едва ощутимой болью от ожога, оставленного ядом.

Именно в тот момент громко застонавший сильный ветер с небывалой свирепостью встряхнул палатку. Белла посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. А потом почти немедленно температура в палатке опустилась еще на несколько градусов. Я взглянул вниз на худенькое тельце Беллы, укутанное в мешок, и впервые почувствовал испуг, что буря может оказаться для девушки невыносимым испытанием. Возможно, в спешке мы не предусмотрели всех вариантов сложившихся обстоятельств. Не забрались ли мы слишком высоко? Возможно, стоило организовать пристанище пониже?

Ветер свистел. Я оторвал взгляд от Беллы и слушал шум усиливающегося ненастья. Температура понижалась медленно, но неуклонно. Пройдет не так много времени, и она опустится ниже сорока градусов.

- Мы справимся, Эдвард… - заверила Белла, заметив мое беспокойство.

В стремлении выглядеть мужественной она улыбалась мне, понимая, что я никогда не услышу ее мыслей. Ветер завывал все сильнее. Новый резкий порыв так встряхнул палатку, что она застонала, угрожая сорваться с места. Температура стала еще ниже. На этот раз шум напугал Беллу. Хрупкое тельце дернулось, а потом его охватила неконтролируемая дрожь.