Гнев и ярость клокотали внутри меня. Я не сдерживал их. И не хотел.

Поначалу прошлый «Я» слабо сопротивлялся, пытался остаться на стороне света, побороть тьму внутри – ради Эммы, и ради себя. Но он был настолько слаб, что я с легкостью затолкал его подальше в себя и запер на замок. Больше он не выйдет. Отныне я другой.

Темный.

Я не смог сдержать улыбки и не отметить шутку судьбы. Когда-то я ненавидел Темного всей душой, и целью моей жизни было убить его, но теперь я сам стал таким же, как он. Всемогущим темным магом, которого никто не сможет победить. Только вот я сильнее, чем Крокодил.

При мысли о Голде ярость во мне снова подняла свою уродливую голову. Она нашептывала мне, чтобы я как можно скорее разработал план своей мести, чтобы я наконец-то смог расплатиться с ним за все свои беды.

Было довольно забавно наблюдать, как образ всех темных в виде Крокодила сам помогал мне разрабатывать план по убийству самого себя. Но ведь я хотел отомстить не только ему. У меня на примете была еще одна цель.

Эмма.

Она должна ответить мне за свое предательство. Ее обман больно ударил по мне. Еще никогда мне не было так больно. Я раскрылся перед ней, положил к ее ногам свое сердце, которое она безжалостно растоптала в пыль.

И она поплатится за это. Заплатит мне сполна.



Позже, наблюдая, как Мерида наставляет на безвольную Эмму свой лук, что-то внутри меня поднялось, и я одним движением руки отбросил юную Королеву горцев подальше. На пару секунд я замешкался и осознал, что безвольная тряпка, Киллиан Джонс, снова пытается вырваться и спасти свою любовь.
Эмма смотрела на меня с какой-то затаенной надеждой, будто надеялась, что ее верная собачка на привязи вернется и снова будет преданно смотреть ей в глаза, и радоваться любой подачке, что хозяйка соизволит ей дать.

Внутри меня и правда происходила битва. При виде этой блондинки во мне вновь просыпались былые чувства, которые я старался запихнуть очень глубоко, надеясь, что они никогда не вырвутся. Я старался, но они были сильны.

Воскресив в памяти недавние события и вспомнив ее предательство, мне удалось справиться с чувствами, которые отравляли меня изнутри. Делали слабым и безвольным. Но я больше никогда не собирался вновь становится таким. Ни за что.

Я выплеснул немало яда на нее, наговорил множество обидных слов. И даже не испытывал вины за это. Мне было все равно. Просто все равно. Я был рад, что причинил ей боль. Хотя я надеялся, что это хоть немного утихомирит мою. Но облегчения это не принесло.

И сейчас, стоя около «нашего» с ней дома, я старался справиться с собой. Чертов Киллиан Джонс никак не хотел сидеть тихо и пытался выбраться наружу. Но я ему не позволю. Я должен избавиться от этих чувств, что отправляют меня. Должен найти способ. Я больше никогда и никому не позволю так с собой поступить. Никакого доверия. Никаких разбитых сердец.

Никогда.