14 сентября Гермиона сидела в своем офисе и разбирала бумаги. Дел было столько, что она не успела даже позавтракать. К ней постоянно кто-то заходил, но она выставляла всех за дверь небрежным взмахом палочки.

Но игнорировать сову невозможно. Через несколько минут беспрерывного стука в окно Гермиона сдалась. Встала, потянувшись, и пошла впускать настойчивого почтальона. Это был Сычик Рона.

…он должен вернуться не раньше, чем через неделю. Что-то случилось…

Она отвязала письмо и быстро отдернула руку, пока Сычик не укусил её. Кинула ему печенье, чтобы он, наконец, замолчал.

Письмо состояло всего из одного предложения.



… что?…

Гермиона кинула письмо на стол. От него отделился лист и упал на пол. Это была страничка из Пророка. «Упивающийся Смертью выходит из Азкабана» - гласили огромные буквы. А под ними колдография Драко в его последний перед заключением день.

… я приеду сегодня, вдруг ему придет в голову явиться…

… он не придет…

Гермиона почувствовала… разочарование. Она точно знала, что Драко не придет в чужой теперь дом. Но вот понятным это стало только сейчас.

Куда он пойдет? Оставило ли ему Министерство хоть что-нибудь? Если нет, то достаточно ли у него верные друзья, чтобы принять его у себя?

Гермиона бросилась к столу и выдвинула нижний ящик. Там, под ворохом бумаг лежал список осужденных Упивающихся. Она быстро пробежала его глазами, хотя знала чуть ли не наизусть, и отбросила в сторону. Фамилии Забини в списке не было. Может, он? А может быть, у Драко были друзья вне Хогвартса?

Гермиона усмехнулась. Подумать только, она сидит и размышляет над тем, хороший ли Малфой друг.

Вернуться к работе у неё больше не получалось и, дождавшись обеденного перерыва, Гермиона пошла к Гарри.

- Гарри? Можно? – она заглянула в приоткрытую дверь.

- О, Гермиона! Заходи, конечно! Хотя нет, подожди, я страшно голоден, идем перекусим? – он поднялся со стула.

- С удовольствием!

- Как твоя работа? – спросил Гарри, пока они спускались в Атриум, - Джинни всегда утаскивает тебя куда-нибудь, я даже не успеваю спросить, чем ты занимаешься!

- Полный завал, Гарри, на работе полный завал. Я разбираю списки книг из библиотек осужденных Упивающихся. Представляешь, год прошел, а этим никто не занимался! А там ведь куча работы! Определить степени опасности книг, найти некоторым из них новое место… Кстати о времени… Рон сегодня вернется – прислал утром сову.

- У него же сезон в полном разгаре!

- Да. Он из-за… Малфоя.

- О! – Гарри хлопнул ладонью по лбу, - Точно! Но вообще он зря беспокоится. Малфой будет сидеть тише воды, ниже травы, вряд ли ему хочется обратно в Азкабан.

Получить подтверждение своих мыслей из уст друга было ошеломляюще неприятно.

- Я хочу кое-что узнать насчет Малфоя, ты наверняка в курсе…

- Давай чуть позже, Гермиона? Я умираю с голоду, это очень серьезно.

С этими словами Гарри потянул её в небольшое кафе, где они часто собирались с Роном и Джинни.

Отпив кофе, Гарри взглянул на Гермиону.

- Ну, спрашивай.

- Визенгамот забрал у Малфоев все? Все состояние целиком?

- Да.

- То есть… - Гермиона нервно поправила выбившуюся прядь, - когда Малфой выйдет, у него ничего не будет? И пойти ему будет некуда?

- О… видимо, да… я даже не задумывался об этом… - он выглядел растерянным.

- Но как же так можно, Гарри?

Гермиона была слишком возмущена и расстроена. Она поняла это по расширившимся глазам Гарри. Нужно было исправляться.

- Ну сам посуди: человека осудили, свое наказание он отбыл. И выходит в абсолютную пустоту, точнее - даже не так, не в пустоту. Он уничтожен. Его лишили всего, что раньше было его миром – семья, статус, деньги. Такая свобода убьет его, и очень быстро.

- Возможно, расчет был именно на это.

- И ты не собираешься с этим ничего делать? – изумилась она.

- А что я могу? Имущество Малфоев роздано – и это окончательно. Отсудить что-то назад невозможно.

- Но… можно было бы назначить какое-нибудь пособие…

- Я поговорю с Министром.

- Спасибо, Гарри!

- А теперь скажи мне, Гермиона, - он обхватил её лицо ладонями и заставил смотреть на себя, - Почему тебя это так волнует?

Сердце пропустило удар.

- Не люблю несправедливость.

Гарри вздохнул и отпустил её.

- Это не все, я чувствую, но все твои причины когда-нибудь выплывут наружу. Я подожду.



Гермиона была уверена, что Рон будет нервничать весь вечер и крыть Малфоя на чем свет стоит, но она оказалась неправа. Он был собран и спокоен. Они сидели в гостиной и болтали, пока у Гермионы не начали слипаться глаза. Тогда она ушла спать, а Рон отправился на улицу проверить границы Охранных чар.

Утром, торопясь на работу, Гермиона нашла его спящим в кресле в гостиной. Набросала записку и попросила Минни передать её Рону, когда он проснется.

Так, тихо-мирно, они прожили 3 дня, и Гермиона уговорила Рона вернуться к команде, тем более, на следующий день должна была состояться важная игра.

Как только он аппарировал, она бросилась в комнату Драко, захватив с собой Пророк за 15 сентября. Бросила газету на тумбочку, стянула халат и нырнула под одеяло. Потянулась, чувствуя, как холодный шелк скользит по коже. Притянула одеяло к лицу, глубоко вдохнула запах и закрыла глаза.

… Мерлин…

Она пролежала так некоторое время, жадно дыша и чувствуя, как быстро согревается постель, потом перевернулась на живот и взяла газету.
При Роне она не смогла даже взглянуть на колдографию. Боялась своей реакции.

Драко было нелегко узнать. Он сильно похудел, его костюм, сидевший на нем как влитой до Азкабана, теперь казался размера на два больше. Волосы отросли, потеряли свой блеск и были просто серыми. Черты лица заострились, глаза запали. Он был почти страшен.

Гермиона провела по колдографии рукой. Очертила скулы, провела пальцем по обветренным губам, спустилась к ямочке между худыми ключицами, виднеющимися в расстегнутом вороте рубашке. Ей нестерпимо захотелось прижаться губами к вене на шее, почувствовать вкус его кожи и пульсацию крови.

Гермиона вскочила с кровати, стянула простынь и обмотала вокруг себя. Заскочила к себе, взяла кусок пергамента и чернила, потом пошла, почти побежала в совятню. Аккуратно подошла к черному филину Драко.

- Я хочу, чтобы ты отнес письмо своему хозяину. Сделаешь это для него?

Филин не сводил с неё глаз. Через пару мучительно-медленных мгновений он протянул лапу.

- Подожди одну секундочку.

Руки тряслись, мысли путались. Гермиона глубоко вдохнула и резко выдохнула, прогоняя из легких застрявший там дурманящий аромат. Склонилась над столом и начала писать.

«Хочу отдать тебе кое-какие вещи отца. Интересует?»