Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1647]
Из жизни актеров [1615]
Мини-фанфики [2463]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [4]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4673]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2368]
Все люди [14873]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14184]
Альтернатива [8953]
СЛЭШ и НЦ [8715]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4231]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей мая
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (01-31 мая)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

АРТ-дуэли
Творческие дуэли - для людей, которые владеют Adobe Photoshop или любым подходящим для создания артов, обложек или комплектов графическим редактором и могут доказать это, сразившись с другим человеком в честной дуэли. АРТ-дуэль - это соревнование между двумя фотошоперами. Принять участие в дуэли может любой желающий.

Семь апрельских дней
Они не изменились, да и суть их проблем осталась прежней.
Гермиона Г.|Драко М.
Angst|Romance


От команды переводчиков ТР, ЗАВЕРШЕН

Almost Perfect, Almost Yours
Семья чистокровных волшебников похитила Гермиону, когда она только родилась. В мире красоты и богатства она - девушка мечты Драко Малфоя. Что произойдет, если он узнает, что ее кровь не так чиста, как он думал?..
История "Почти идеальна, почти твоя..." от команды переводчиков TwilightRussia
Работа над переводом ЗАВЕРШЕНА!

Porno for Pixelated People
Скучная жизнь, скучная работа, скучный парень... Скучный секс! Сможет ли случайный спам в электронном ящике изменить ее жизнь?

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Требуется Помощник!
Белла Свон проходит собеседование на должность личного ассистента к грубой, высокомерной и восходящей звезде Голливуда - Эдварду Каллену. Сможет ли она заниматься работой, не допуская к ней своих чувств?

Развод
Белла намеренна развестись и двигаться дальше, если сможет убедить Эдварда.

Литературные дуэли
Мы приглашаем вас к барьеру!
Вы можете вызвать на дуэль любого автора, новичка или мастера пера, анонимно или открыто, выбрав любой жанр или фандом - куда вас только не заведет фантазия. Сюжет - только на ваше усмотрение! Принять участие в дуэли может любой желающий.
Также мы ждем читателей! Хотите обсудить выложенные истории или предстоящие поединки? Тогда мы ждем вас здесь!



А вы знаете?

...что можете помочь авторам рекламировать их истории, став рекламным агентом в ЭТОЙ теме.





... что победителей всех конкурсов по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в ЭТОЙ теме?




Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Как Вы нас нашли?
1. Через поисковую систему
2. Случайно
3. Через группу vkontakte
4. По приглашению друзей
5. Через баннеры на других сайтах
Всего ответов: 9824
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

За гранью времен. Альтернативный Конец. О Дневниках и Назначении

2018-6-22
18
0
Beyond Time / За гранью времен
Глава 36. Альтернативный Конец. О Дневниках и Назначении


От автора: Повествование относится к середине 32 главы. Белла пожертвовала свою кровь Эдварду и его матери, надеясь, что переливание ее привитой крови окажется в состоянии спасти их. Она несколько дней просидела у их больничных коек в ожидании какого-нибудь знака, что переливание сработало. По настоянию Саманты она вышла подышать свежим воздухом и оказалась в церкви, где попала на первую встречу Чикагской женской Ассоциации. Начало — отрывок из 32 главы, просто чтобы сориентироваться, откуда мы начинаем…

«Наше назначение распоряжается нами, даже когда мы еще не знаем его; будущее управляет нашим сегодняшним днем».
Фридрих Ницше


«Пожалуйста...
Пожалуйста, не забирай его. Я не знаю, как жить без него.
Я не знаю, кто я без него».

У меня было не так много опыта в молитвах, но я подумала, что Богу нужны какие-то доказательства моей искренности.
«Я не знаю, чего ты хочешь от меня, — призналась я, блуждая взглядом по мерцающей древесине, — но я сделаю все, что угодно. Я нуждаюсь в нем», — из меня вырвался сдавленный всхлип, и я поняла, что мои щеки влажны от слез.
«Не могу поверить, что ты послал меня сюда только для того, чтобы я увидела, как он умирает. Пожалуйста... пожалуйста, пусть он вернется ко мне.
Он – это все, что мне нужно. Пожалуйста...»

Я услышала приглушенный ропот, и мне потребовалось пару минут, чтобы понять, что я слышу собственный голос. Я все повторяла: «Пожалуйста... пожалуйста... пожалуйста...», — снова и снова.

Я резко пришла в себя и оглянулась, но никто, казалось, не услышал моего бессвязного бормотания. Все они были поглощены каждый своей молитвой. Мой взгляд вернулся к кресту, и я выпрямилась, расправив плечи.
— Ладно, — решила я, преклонив колени. — Я сделала все, что могла.
Я развернулась, чтобы выйти из церкви и искренне надеясь, что была услышана.

Я поспешила обратно в больницу, ненадолго остановившись, чтобы перехватить бисквита и немного ветчины, которые купила по пути. Я целеустремленно пробиралась к комнате ожидания, не в состоянии побороть странное чувство, накатившее на меня. Никак не могу понять, в чем дело. Было ли это опасение? Надежда? Смирение?
Всё, что я знала, это что что-то… что-то изменилось. Этому странному ощущению не было никакого объяснения, но я уже отказалась от попыток хоть как-то разобраться в своей жизни. Вместо этого я поспешила в палату, ненадолго остановившись, когда увидела Карлайла и Саманту, стоящих рядом с койкой Эдварда. Желудок сжался, когда в голове замелькало жуткое слайд-шоу моего худшего страха: Эдвард умер… я одна… надежды нет… будущего нет…

Жизни нет.

Но Карлайл поднял голову, и мне понадобилось время, чтобы понять выражение его лица своим затуманенным сознанием.
Он… улыбался.
— Что случилось? — отчаянно спросила я, бросаясь к койке Эдварда и сжимая его безвольную руку. — Что такое?
— Белла. — Голос Саманты привлек мое внимание, и я наткнулась на солнечную улыбку, озаряющую ее черты. — Это чудо.
Мое сердце пропустило удар, прежде чем снова начать размеренное биение.
— Что… что вы имеете в виду?
— Еще слишком рано говорить наверняка, — сказал Карлайл, бросая на Саманту осуждающий взгляд, но от собственной улыбки избавиться не смог, — но лихорадка Эдварда… похоже, отступает.
Я рухнула в кресло, боясь разгорающегося в груди проблеска надежды, стремительно превращающегося в полноценное пламя.
— Вы говорите, что переливание… сработало? — озадаченно спросила я.
Карлайл присел на корточки, чтобы заглянуть мне в глаза, взгляд его золотистых глаз встретился с моим.
— Он всё еще не вышел из критического состояния, Белла. Всё еще есть шанс, что это лишь временная передышка и может случиться рецидив. — В ответ на мой удрученный взгляд он быстро добавил: — Но это хороший знак… очень хороший знак.
Слезы навернулись на глаза, я посмотрела вверх и увидела, что взгляд Саманты тоже увлажнился.
— Белла, с ним всё будет в порядке, — пробормотала она мне на ухо. — Я просто знаю это.
Всё, на что я была способна, это просто кивнуть; слова застряли в горле, поэтому я просто обняла ее.
Я сидела у койки Эдварда, внимательно наблюдая за ним. Глаза высматривали что-то… хоть что-нибудь… что подсказывало бы, что он вернется ко мне.

Его дыхание становилось глубже? Его веки просто подрагивали? Я почувствовала, как он сжал мою ладонь?

Состояние его матери было практически без изменений, и это беспокоило меня, но Карлайл сказал, что это тоже хорошо. Ей было хуже, чем Эдварду, когда сделали переливание, поэтому логично, что нужно больше времени, чтобы заметить улучшение ее состояния.
Если улучшения вообще будут.
Большое такое Если. Вот что управляет сейчас моей жизнью.
Если Эдвард поправится…
Если его мать тоже выздоровеет…
Если, когда всё будет сказано и сделано, мне разрешит остаться в тысяча девятьсот восемнадцатом та сила, что закинула меня сюда ранее…
Если мы сможем найти способ создать совместную жизнь с новым, неизвестным будущим…

Тогда…

Я даже представить себе не могу, что тогда будет. Но я всё никак не могла сдержать надежду, крепчающую с каждым часом. Что-то внутри меня… не знаю, было ли это озарением или же просто наивная вера в желаемое, но что-то подсказывало, что Эдвард возвращается ко мне. Было ощущение, словно я связана с Эдвардом, запертом в его ослабевшем теле, и он сопротивлялся, чтобы вырваться.
Я поднялась и потянулась, чтобы размять затекшие мышцы, затем взяла в руки миску и кусок ткани, которые использовала, чтобы делать компрессы миссис Мэйсен. Отжав ткань, я поглаживала ее бледный лоб, слегка задевая кожу пальцами.
Я замерла? Ее кожа стала прохладней? Или я снова принимаю желаемое за действительное?
Я наспех швырнула кусок ткани в миску, отчего на тумбочку расплескалось немного воды. Задержав дыхание, я приложила ладонь к ее лбу, поначалу решив, что это из-за воды на коже лоб женщины мог казаться прохладным.
Но чем дольше я стояла, склонившись над ее неподвижной фигурой, тем больше понимала, что это не от воды. Ее лихорадка определенно шла на спад. От возбуждения у меня даже стало покалывать кожу.
— Белла?
Понадобилось время, чтобы голос прорвался сквозь всплеск моего восторга.
— Белла? Что случилось?
Потрясенная, я повертела головой и увидела Эдварда, испуганно наблюдающего за мной.
— Эдвард?
Он на мгновение прикрыл глаза.
— С моей матерью… всё в порядке? — едва слышно спросил он.
— Эдвард! — я упала на колени рядом с ним, протягивая к нему руки и не зная, что делать. — Тебе больно? Тебе что-нибудь нужно?
Не отрывая головы от подушки, он повернул ко мне лицо и слегка улыбнулся.
— Пить хочется, — хрипло выдавил он.
— Да… конечно! — я потянулась к кувшину на тумбочке. Мои руки дрожали, когда я налила в стакан немного воды и поднесла его к губам Эдварда, поддерживая его голову другой рукой. Он сделал три глотка и опустил голову обратно на подушку.
— Боже, Эдвард… — слезы навернулись на глаза, когда я уселась обратно в кресло у его койки и коснулась ладонью его лба. Я улыбнулась, чувствуя прохладу кожи, а затем запустила пальцы в его волосы, опустившись щекой на его грудь. Его сердце билось сильно и ровно, и через мгновение Эдвард поднял руку, чтобы положить ее мне на голову. Я посмотрела на него и почувствовала прилив облегчения, видя, как краски возвращаются на его красивое лицо. В тот момент я поняла, что с ним всё будет в порядке.
— Я думала, что потеряла тебя. Думала, что ты… — Слова утонули в рыданиях. Я плакала на груди Эдварда, а он успокаивающе гладил мои волосы, просто позволяя мне лить слёзы.

Из дневника Изабеллы Мэйсен
21 декабря 1918 года


Я никогда не вела дневник. Никогда не думала, что мне будет интересно записывать собственные мысли, не говоря уже о том, чтобы вернуться к ним когда-нибудь и прочитать. Тем не менее, учитывая мои довольно необычные обстоятельства, я решила, что это может оказаться неплохой идеей: создать запись моего опыта. Думаю, если уж Карлайл, который помнит всё, считает ценным хранить газетные вырезки, то вести дневник не так уж глупо.
Эдварда уже два месяца как выписали из больницы, и теперь он дома, с каждым днём всё больше набирается сил. Поначалу для него это было тяжело. Выздоровление заняло больше времени, чем он рассчитывал или же хватало его терпения. Легкие нагрузки выматывали его, а иные — хм… скажем так, «требующие большого напряжения или усилий» — и вовсе не были доступны на некоторое время.

Я быстро узнала, каким нетерпеливым может быть Эдвард. Собственно, как и я. Нам обоим было непросто не быть вместе так долго. К счастью, эти дни позади.
Мы вернулись обратно в дом родителей Эдварда. Никто из нас не хотел оставлять его мать одну, даже несмотря на то, что она была уже достаточно здорова, чтобы позаботиться о себе. Она шла на поправку даже медленнее, чем Эдвард — отчасти из-за того, я уверена, что горевала, справляясь с утратой мужа. Для нее это было нелегко, но я считаю, что наше присутствие помогало.
С тех пор, как они вернулись домой, Карлайл носился с вакциной от гриппа, как собака с костью. Он всё время просил у меня образцы крови — ирония, которая не оставила меня, уверяю тебя.
Он говорит, что всё это оказывает огромную помощь в его исследованиях, хотя он говорит, что потребуются десятилетия, если не больше, чтобы дублировать вакцину. К счастью, эпидемия идет на спад, я знаю, что она почти закончилась.
Эдвард устроился на работу в почтовом отделении и планирует весной поступить в колледж. Он снова начал поднимать шумиху насчет вступления в армию, но убедить его в обратном было нетрудно. Мать нуждалась в нём… и чуть более, чем через месяц, война закончится; в любом случае, всё это было спорно. В одиннадцать часов одиннадцатого числа одиннадцатого месяца военные действия между Антантой и Германией прекратились; и было довольно круто знать, что уже через год я стану свидетелем празднования самого первого Дня ветеранов, также известного как День перемирия
[прим. пер.: Великобритания и страны Британского Содружества, Канада, Франция отмечают это день, как «День памяти павших»].

Удивительно быть частью такой истории, если честно. Время от времени моя другая жизнь кажется такой далекой, почти как сон. Мне всё еще жаль родителей и друзей, и мне интересно, как они справляются с тем, что со мной случилось. Но в основном я стараюсь жить день за днем… потому что на самом деле я не контролирую ничего из этого. И я не смогу смотреть в будущее с Эдвардом, если всё время буду оплакивать прошлое.
Это не всегда было легко, но это единственный выбор, который у меня был.
Казалось, моих опасений насчет возвращения назад в будущее с каждым проведенным здесь днем становилось всё меньше. Я действительно верила, что поступила так, как должна была… что я заработала свою жизнь с Эдвардом, свой второй шанс.
Тем не менее, оставалось большое опасение, отравляющее мое счастье. То, о чём я даже не упоминала при Эдварде, хотя рассказала ему всё остальное о своей сумасшедшей жизни.
Но этот страх — реальная причина, по которой я решила вести этот дневник… чтобы вернуться и записать всё, что случилось со мной с самого первого дня, когда я встретила на уроке биологии Эдварда Каллена.
Я спасла Эдварда. Он никогда не станет вампиром.
И это значит… что я его не встречу.
И если я никогда с ним не встречалась, то не вернулся в тысяча девятьсот восемнадцатый год, чтобы спасти его.
Да, от этого у меня голова кругом идет. Но после хождения вокруг да около я пришла к выводу, что это единственное логичное завершение.
Однажды Карлайл отправит меня обратно… возможно, с небольшой помощью…


— Что ты делаешь? — Эдвард вошел в нашу спальню, пересек комнату и встал позади стола, за которым я сидела. Мягко сжав ладонями мои плечи, он взглянул на стол. — Начала вести дневник?
— Только что, — утвердительно кивнула я. — Как твоя мама?
— Спит. Прием гостей действительно утомил ее.
К нам заглянули несколько друзей на рождественский ужин. Мать Эдварда светилась (такой я ее еще не видела с тех пор, как умер ее муж), она даже настаивала на том, чтобы приготовить особый гоголь-моголь. Было замечательно видеть улыбку на ее лице.
— Рада, что ты хорошо провел время, — сказала я отвлеченно, похлопала Эдварда по руке и тяжело вздохнула, когда взглянула на дневник.
— Сомневаешься в чем-то? — спросил Эдвард. Проницателен, как всегда.
Я тихо рассмеялась.
— Можно и так сказать. Я знаю, что мне нужно всё записать, но не совсем уверена, с чего начать.
Эдвард наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку, прежде чем развернуться и пересечь комнату, расстегивая рубашку.
— Ну, ты же знаешь, как говорят. Начни с начала. — Он подмигнул мне, и я слегка хмыкнула.
— Ну, намного легче сказать, чем сделать. В этом конкретном случае, — я закрыла журнал, повернувшись лицом к Эдварду. Знакомый жар разгорелся в животе, когда Эдвард спустил с плеч подтяжки, избавится от рубашки, а затем от майки, обнажив худощавую фигуру. Он стоял спиной ко мне, поэтому я воспользовалась возможностью и бесстыдно рассматривала его тело: взгляд задержался на его широких плечах… изогнутой линии позвоночника… кусочке светлой кожи ниже линии талии. Эдвард восстановил большую часть веса, потерянного из-за болезни, и это тешило самым приятным образом. Мышцы на его спине растянулись, когда он расстегнул брюки.
— Да, я это понимаю, — сказал он мне, смеясь, — но это всё равно… — Эдвард осекся, когда повернул голову и застал меня за разглядыванием его довольно впечатляющей задницы. Его губы медленно растянулись в ухмылке, а глаза потемнели. — На что ты смотришь, Изабелла? — тихо спросил он.
Эдвард знал, как я ненавижу свое полное имя, но недавно обнаружил, что если произнесет его довольно конкретным тоном и в конкретной ситуации, то я ненавижу его не так сильно.
Ладно, оно мне нравится. Очень.
Я замялась на своем месте, когда Эдвард медленно повернулся ко мне лицом. Он уже успел расстегнуть несколько пуговиц на брюках, но не все, поэтому штаны болтались, оставаясь висеть на бедрах.
— Ни на что, — ответила я, густо краснея и заставляя себя отвести взгляд от искушающих костей внизу его живота, чтобы посмотреть ему в лицо. Усмешка Эдварда стала шире, и он лениво провел руками по ребрам, привлекая мое внимание.
Мэйсен абсолютно точно знал, что делает. Зная, что я наблюдаю за каждым его движением, он провел пальцами дальше вниз и запустил их за пояс брюк. Он снова взялся расстегивать пуговицы — те несколько, которые остались, — и я с трудом сглотнула, во рту пересохло, а сердце забилось в дикой скачке. Ширинка разошлась под натиском его эрекции, скрытой «боксерами», а я ждала, когда же она появится. Вместо этого Эдвард запустил руку в брюки и медленно погладил себя через хлопчатобумажную ткань.
Я нетерпеливо захныкала, даже не осознавая этого, и Эдвард засмеялся. Я резко подняла глаза и увидела его дразнящую улыбку, хотя неистовое желание в его взгляде изобличало обычное выражение его лица.
Он был так же возбужден, как и я.
Не говоря ни слова, я поднялась, подошла к нему, положила ладони на его грудь и толкнула назад. Эдвард упал на кровать, и я, слегка приподняв юбки, начала взбираться вверх, чтобы оседлать его.
— Ты. Меня. Дразнишь, — сказала я, после каждого слова тыкая пальцем в его крепкую грудь.
Его руки сразу же оказались на моих бедрах, сжимая и притягивая ближе к нему.
— Нет, не дразню, Изабелла, — пробормотал он, запрокидывая голову, чтобы нежно пососать кожу моей шеи. — Я просто рад, что на этот раз ботинок на другой ноге.
Я слегка отодвинулась назад, затаив дыхание, и посмотрела ему в глаза.
— Что ты имеешь в виду?
Он скользнул руками вниз по моим бедрам, а затем мучительно медленно повторил это движение обратно, забираясь под мои юбки.
— Белла, ты — мое бесконечное мучение, — простонал он. — Это чудо, что я вообще могу что-то делать. Девяносто процентов моего времени занято мыслями о том, как мне заманить тебя в эту постель.
Я игриво надула губки в притворной обиде.
— А как насчет оставшихся десяти процентов?
Эдвард ухмыльнулся.
— Еда.
Я ущипнула его за бок, и Эдвард дернулся, заставив стон сорваться с моих губ, когда его эрекция соблазнительно задела меня. Я наклонилась вперед, когда он прижался ко мне, — на этот раз более целенаправленно, — но перехватил меня, прежде чем наши головы столкнулись, и я уперлась руками в кровать по обе стороны от его лица. Я наклонилась, слегка задевая его губы своими.
— Лучше быть осторожными, — предупредила я. — Не хотелось бы навредить тебе.
Эдвард ухмыльнулся, а потом сделал нечто совершенно неожиданное. Он слегка приподнял голову, втянул в рот мою нижнюю губу…
…и укусил меня.
Господи. Волна жара дрожью пронеслась по моему телу от головы до кончиков пальцев.
Эдвард отпустил мою губу с дьявольской ухмылкой.
— Иногда немного боли приносит удовольствие, — пробормотал он, прежде чем запустить пальцы в мои волосы, распуская шпильки и увлекая меня в глубокий горячий поцелуй. Моя нижняя губа слегка пульсировала, но Эдвард провел языком по углублениям, которые оставил зубами, облегчая жжение.
— Иногда, — произнес он, голос его был низким и слегка хриплым, когда он оставлял дорожку поцелуев на моей шее, — когда мы занимаемся любовью, и ты… теряешься… — Его рука скользит под моей юбкой вверх, к моей заднице, а затем забирается под мое нижнее белье. Он сжимает мою плоть, теснее прижимая к себе. Я захныкала, не в состоянии сдержаться, чтобы не начать тереться об Эдварда. — Вот так, — прошептал он, прижимаясь ко мне. Я чувствовала, что краснею, но не смогла скрыть от него свой отклик. С нашей брачной ночи мы становились всё ближе и ближе, и когда я уже думала, что наши физические отношения не могут стать лучше, Эдвард удивляет меня, поднимая на новые высоты. С тех пор как он был на волосок от смерти, наша связь иногда становилась отчаянной и навязчивой, словно мы оба осознавали, чего едва не лишились, и должны были избавиться от остатков того ужасного времени.
Иногда мы двигались медленно и плавно… страстно и любяще. Я никогда не знала, чего ожидать, но это всегда было потрясающе.
Скорее всего, до нашей женитьбы Эдвард был девственником, но, боже, он быстро понял, что да как.
— Иногда я буду подминать тебя под себя, — соблазнительно проговорил он, продолжая медленно вращать бедрами, имитируя соитие, зная, как это сводит меня с ума, шепча на ухо: — Ты будешь кричать и царапать ногтями мою спину. Иногда у меня от этого будут оставаться раны.
— О Боже… — пробормотала я, смущенно пряча лицо в изгибе его шеи. — Прости… я не хотела.
— Нет, — твердо сказал Эдвард. — Не извиняйся. Мне понравилось.
Я подняла голову, всё еще безумно смущенная.
— Понравилось?
Эдвард скользнул рукой между нашими телами, стягивая с себя брюки и нижнее белье, чтобы освободить свою эрекцию. Медленно скользнув по мне, он заглянул мне в глаза, издав низкое грудное рычание.
— Знать, что ты так же теряешь контроль, как и я… что ты так же увлечена удовольствием, что не знаешь, что делать. Это… это…
— Заводит? — предложила я, закрывая глаза, пока Эдвард снова и снова терся своей твердостью, сводя меня с ума.
— Заводит? — переспросил он.
Я пыталась думать, но это была очень сложная задача, учитывая, что Эдвард толкался в меня бедрами.
— Ну знаешь… это заводит тебя? — сказала я, пока всё сильнее терлась о мужа. — Заводит твой двигатель? Возбуждает тебя?
— А-а-а!.. — понимающе протянул Эдвард, массируя пальцами мою попку, а затем запустив их между моих ног. Я застонала от этих ощущений, а он слегка усмехнулся. — Это определенно возбуждает меня.
Прежде чем я поняла, что происходит, Эдвард слегка изменил нашу позицию и вошел в меня одним долгим, медленным, невероятным толчком. Мы стонали в унисон, и я в сотый раз вознесла молитву благодарности за то, что спальня его матери располагалась на другом конце дома.
— Вопрос в том, — проговорил Эдвард сквозь сжатые зубы, массируя мою попку, а затем сильнее входя в меня, — понравится ли тебе это?
Он отвел ладонь и слегка шлепнул меня со смачным хлопком, эхом прокатившемся по комнате. Мои мышцы невольно сжались, и я сдавленно вскрикнула от удивления.
Кто бы мог подумать, что у моего викторианского Эдварда есть такая сторона?
Видимо, у меня тоже, потому что как только схлынуло удивление от того, что он сделал, я почувствовала, что даже стала непристойно… влажной. Эдвард с осторожностью наблюдал за мной сквозь полуприкрытые веки, очевидно, оценивая мою реакцию. Я наклонилась и лизнула его в ухо.
— Сделай так еще раз, — прошептала я.
Со сдавленный стоном Эдвард поднял руку и снова шлепнул меня, сначала с одной стороны, затем с другой. Его холодные ладони мягко прикасались к теплой коже, и я обнаружила, что уклоняюсь от его прикосновений, и это имеет дополнительное преимущество, позволяя более полно встречать его толчки.
— Белла… — Эдвард задыхался, когда внезапно схватил меня за бедра и перевернул на кровати, меняя нас местами. Его губы путешествовали по моей шее, засасывая нежную кожу так сильно, что (я знала) останутся засосы.
И мне это нравилось.
Я обхватила его ногами за талию, рассеянно отметив, что мы оба всё еще полностью одеты. Это не имело значения. Эдвард жестко проникал в меня, кусая и посасывая мою шею — немного боли только усиливало волны удовольствия. Он отчаянно распахнул мою блузу и нижнюю сорочку, выпуская груди и уделяя свое внимание налившейся плоти и набухшим соскам. Я изгибалась под мужем, когда он втянул в рот один сосок, сначала обведя его языком, а затем прошелся по коже зубами, задержавшись на затвердевшей горошине.
Без предупреждения или нарастания мое тело внезапно сжалось в тугой шар из предвкушения… всего на мгновение задержавшись на обрыве между потребностью и удовлетворением. Затем шар взорвался, разлетевшись разрушительной волной экстаза… дрожи… трепета… сжимаясь в судорожных спазмах вокруг набухшей эрекции Эдварда. Он вошел в меня в момент кульминации, встречая меня там, в ослепительной дезориентации всепоглощающего удовольствия… а затем присоединился ко мне в сладком падении в блаженное расслабление.
В комнате звучало наше тяжелое дыхание, когда Эдвард рухнул на меня, а затем скатился на бок; на его ногах всё еще болтались брюки.
— Ух ты, — наконец, произнесла я.
Эдвард усмехнулся.
— Как думаешь, так будет всегда? — спросил он.
Я повернула голову, чтобы посмотреть на него.
— Не знаю. Это может убить нас, когда мы станем старыми и седыми.
Взгляд Эдварда смягчился, и он поднял руку, чтобы погладить меня по щеке.
— Мне нравится эта мысль… постареть и поседеть рядом с тобой.
Я прижалась к его ладони, а затем нежно поцеловала.
— Мне тоже.
Его усмешка внезапно стала дьявольской.
— Конечно, я не знаю, что бы сказали наши внуки, если бы услышали, как ты умоляешь меня отшлепать тебя.
Я игриво ударила его руке, но его слова послали толику волнения, несущегося через меня.
— Ну, — медленно протянула я, — прежде чем у нас появятся внуки, принято начинать с детей.
Эдвард переплел наши пальцы, поднес их к губам и поцеловал мои костяшки.
— На это предостаточно времени.
Я закусила губу.
— Быть может, не так много, как ты думаешь.
Потребовалось целых десять секунд, чтобы он понял.
Глаза Эдварда расширились. Он открыл рот, но заговорил не сразу.
— Ты?.. — нерешительно спросил он с таким взглядом, что у меня желудок сжался.
Я улыбнулась.
— Я так думаю. Я еще не ходила к доктору, но… да, думаю, да.
Эдвард сел и повернулся ко мне с таким трепетным выражением на лице, которое было таким милым, что у меня перехватило дыхание. Муж положил ладонь на мой живот.
— Ты… носишь под сердцем моего ребенка?
Он встретился со мной взглядом, и я была потрясена, обнаружив, что его глаза полны слез.
Я положила свою ладонь поверх его.
— Ну, это и мой ребенок тоже, — пошутила я; мои глаза тоже наполнились слезами.
— Погоди! — внезапно сказал Эдвард. На его лбу отразились морщинки беспокойства, когда он вскочил на ноги и натянул штаны. — Я навредил ему? Нам не следовало… мне не следовало…
Я села, протянув к нему руки.
— Эдвард, всё в порядке. Ничего из того, что мы сделали, не навредит ребенку.
— Ты уверена? — спросил он в отчаянии. — Как ты можешь знать? Он такой крошечный… а я такой… — Муж махнул рукой на свою промежность. Я боролась с желанием подразнить его, потому что Мэйсен действительно был очень напуган. Он отошел от кровати, расхаживая по комнате, запустив руки в волосы. — Может, нам не стоит… больше… делать… — он рассеянно замахал на кровать, — это.
— Тихо-ша! — прервала его я, потому что эта идея мне ни капли не нравилась. — Давай немного отмотаем назад. Мы, определенно, не собираемся прекращать делать… это, — сказала я.
— Но что, если это плохо для ребенка…
— Эдвард, это не плохо для ребенка. Честно. — Я пересекла комнату и обняла его за шею. — Я бы никогда не сделала ничего такого, что навредило бы ребенку. Ты мне веришь?
— Ну… да…
— Говорю тебе, для нас абсолютно безопасно заниматься сексом, пока я беременна, — сказала я ему. — если тебе нужно услышать мнение специалиста, то я с радостью позову Карлайла…
— В этом нет необходимости, — жестко перебил меня Эдвард. Хотя они с Карлайлом ладили, я была уверена, что мужу не понравилась идея о том, что доктор Каллен окажется в моей зоне зачатия детей.
Он наклонился и коснулся своим лбом моего.
— Ты абсолютно уверена, что это безопасно? — спросил он.
— Совершенно.
Улыбка мужа стала по-волчьи голодной.
— Ну, рад это слышать. Я не знаю, смогу ли прожить девять дней, не прикасаясь к тебе, не говоря уже о девяти месяцах.
Мы раздевались и готовились ко сну, и я всё время ловила на себе взгляд Эдварда. По крайне мере, на моем животе. Он просто застенчиво улыбнулся, когда я поймала его на горячем, и забрался в постель, приподняв простыни, чтобы я могла присоединится к нему.
Я легла рядом с мужем, устроившись на спине, и он наклонился, чтобы нежно поцеловать меня.
— Спасибо, — прошептал он.
— За что?
Эдвард благоговейно потер ладонью мой живот.
— За это… за него… или нее, — добавил он с усмешкой.
— Ну, я пока еще ничего не сделала, — сказала я, пожав плечами. — Прибереги благодарности на потом, когда я проведу несколько часов, рожая его.
Эдварда передернуло от этой мысли, его глаза потемнели. Я понимала, потому что знала Эдварда, что мысль о том, что я рожаю, заставляет его чувствовать беспокойство. Сожалея, что заставила мужа думать об этом, я попыталась отвлечь его.
— Ты хочешь мальчика или девочку? — спросила я.
Эдвард ухмыльнулся, и его глаза засияли, мысли о трудных родах на время были отброшены.
— Обоих, — твердо произнес он.
— О Боже, — застонала я, закрывая лицо руками.
Эдвард усмехнулся и медленно опустил голову, устроившись щекой на моем животе и закрыв глаза. Через мгновение я услышала тихие звуки и поняла, что он напевает ребенку. Я подняла руку и погладила его по волосам.
Муж посмотрел на меня.
— Я люблю тебя, Белла. Больше, чем ты можешь себе представить.
Я улыбнулась, чувствуя слезы, колющие глаза.
— Я тоже тебя люблю.
Позже ночью, когда Эдвард уже уснул, я лежала без сна, поглаживая рукой живот и представляла, как стану матерью.
Ну, по крайней мере, я не стану матерью в восемнадцать, как опасалась когда-то. К тому моменту, когда родится ребенок, мне будет почти двадцать. Практически старуха.
Я фыркнула, и Эдвард зашевелился во сне.
Вздрогнув, я тихо выбралась из постели, пересекла комнату, взяла дневник и отправилась на кухню. Включив маленькую лампу, я села за столик для завтрака и открыла тетрадь на том месте, где остановилась. Сделав глубокий вдох и тщательно подбирая слова, я начала писать.

…Но мне придется внести свой вклад. Полагаю, в конце концов, для этого я и завела этот дневник. Мне нужно убедиться, что, когда придет время, Карлайл сможет убедить меня в том, что должно сделать.
Поэтому я пишу это для тебя, Белла. Беллы, которой я была… Беллы, которой ты являешься.
Моя судьба… или следует сказать НАША судьба… в твоих руках.


Нежно улыбнувшись, я последовала совету Эдварда и начала с самого начала.

Я никогда особо не задумывалась над тем, как умру…

Карлайл
5 марта 2010 года


За неделю до проведения ритуала квилетов. Форкс, штат Вашингтон

Я отодвинул занавеску и снова выглянул в окно, сканируя дорогу и темнеющий за ней лес. Я столетиями оттачивал свое терпение, поэтому было странно чувствовать себя таким расшатанным, испытывать что-то наподобие тревоги.
Элис, сидящая на диване, тяжело вздохнула, отвлекая меня от созерцания двора.
— Карлайл, он будет здесь примерно через десять минут, — рассеянно проговорила она, листая журнал мод. — Ты не ускоришь его приход тем, что смотришь в окно.
— Я в курсе, — ответил я, быстро подходя к ней. Сначала я сел, затем подумал еще и выпрямился. Элис с ухмылкой наблюдала за моей нервозностью. — Просто… мы так долго ждали этого момента… и от этого зависит так много всего. Если дела пойдут не так…
— Расслабься, Карлайл, — сказала Элис, откладывая в сторону журнал и протянув ко мне руку. — Всё получится.
— Я переживаю, что он может вообще не прийти.
— Он чуть не сделал это. — Элис изменила позу, закинув ногу на ногу. — Он так и не решил наверняка, пока не сел в самолет.
Я рассеянно кивнул, а взгляд невольно возвращался ко входной двери.
— Еще долго?
— Около семи минут, — рассмеялась Элис.
Я улыбнулся, радуясь тому, что Элис рядом. Остальных членов семьи я попросил покинуть дом, не желая шокировать нашего гостя. Отпустить Джаспера было сложным решением, ведь его дар потенциально мог помочь встрече пройти более гладко. Но Элис успокоила меня (как делала это на протяжении часов, даже дней) и сказала, что в таланте Джаспера нет необходимости.
Я подошел к книжной полке и стал рассматривать знакомую фотографию в старинной серебряной рамке. Эдвард и Белла широко улыбаются, их сияющие глаза вызывают яркие воспоминания о свадьбе, сыгранной почти сто лет назад. Они оба были так важны для меня на протяжении многих лет, и мысль, что Белла настолько доверяла мне, тяготила камнем на моём сердце.
Если я провалюсь…
Что ж, я просто не мог потерпеть неудачу. Этот вариант не подходит.

Из дневника Изабеллы Мэйсен
22 мая 1932 года


Амелия Эрхарт сделала это. Первая женщина, в одиночку перелетевшая Атлантический океан. Я не отходила от радио в течение двух дней, слушая новости о ее прогрессе. Я не могла точно вспомнить, когда она исчезла, поэтому вздохнула только тогда, когда объявили о том, что она приземлилась.
Она сделала это. Независимо от того, как много исторических моментов происходит на моих глазах, каждый из них по-прежнему наполняет меня чувством благоговения.
Мы всё еще в разгаре Великой Депрессии. Я не много помню об этом времени. Белла, если вынесешь из этой ситуации какой-нибудь урок, то изучай историю. Поверь мне, это пригодится.
В любом случае, я знала достаточно о падении фондовой биржи, чтобы предупредить Эдварда, а также наших близких. В начале двадцатых мы экономили, как ненормальные, в то время как остальные кутили напропалую. И поскольку я не знала, какие банки выйдут из Депрессии невредимыми, Эдвард мудро отозвал все наши деньги до падения. Мэгги, Саманта и Том тоже были в безопасности, последовав моему небольшому совету. К сожалению, Лиза переехала из штата, когда Джаред умер от гриппа, и я потеряла с ней связь. Последний раз я слышала, что она где-то в Теннесси. Надеюсь, с ней все хорошо.
Мы с Самантой устроились волонтерами в местную столовую, и у меня сердце кровью обливается, когда вижу семьи, которые так бедствуют. Мы стараемся помочь им, но проблема слишком серьезная. Это ошеломляет. Насколько я помню, это продлится вплоть до начала Второй Мировой. Кажется, что это так долго.
Но цель этого дневника не в том, чтобы преподать урок истории. Ты можешь загуглить всё это сама. Как я уже говорила тебе, моя задача в том, чтобы рассказать тебе о своей жизни… твоей жизни… чтобы увидеть, что это путешествие действительно стоит того пути, который тебе нужно будет пройти.
Сейчас мне почти тридцать два, и, несмотря на печальное состояние окружающего меня мира, я каждый день благодарю Господа, что отправил меня сюда. Среди страданий и боли, которые я вижу на улицах Чикаго, есть и много радости.
На днях мы с Эдвардом сидели на заднем дворе и наблюдали за Эдвардом-младшим (я отказываюсь называть его Эдвардом Третьим, это же смешно!), играющим с близнецами. Ему уже тринадцать. Я с трудом верю, как летит время.. Он высокий и худой, его волосы темнее, чем у Эдварда, но его глаза такие же ярко-зеленые. Говорят, что у него моя улыбка и форма носа, хотя я считаю, что он красивее, чем я была когда-либо. Еще он умен и говорит, что собирается стать ученым, или доктором, как дядюшка Карлайл.
Да, он зовет его «дядюшка Карлайл».
Чарли с Хелен в следующем месяце исполнится десять. Они такие разные, что порой я забываю, что они близнецы. Так бывает, пока они не решат что-то скрыть от меня, и тогда общаются тем странным, молчаливым способом, свойственным близнецам, а мне хочется биться об стену. Тем не менее, они милые дети, озорные, но отзывчивые, и очень меня радуют.
Наблюдая за их игрой, я чувствую знакомое замирание сердца, когда вспоминаю дочь, которую мы потеряли. Малышка Рене, которая должна была заполнить пробел между старшим и близнецами, но не прожила и нескольких дней. Она пришла в нашу жизнь слишком рано. В мое время, вероятно, была бы возможность спасти ее, но здесь… сейчас… у нее не было надежды.
Жизнь может быть суровой, Белла. Я не собираюсь приукрашивать. У тебя должна быть полная картина.
Тем не менее, когда я смотрю, как мой сын заканчивает еще один бросок, я не могу сдержать улыбку. Дует теплый ветерок, и я могу слышать, как на кухне звенят кастрюли и сковородки. Мать Эдварда что-то печет, поэтому выпроводила нас из дома, чтобы не мешались под ногами. Поглощённая чувством удовлетворенности, я наклонился к Эдварду, когда мы сидели рядом на крыльце.
— Не скучаешь по нему?
— Что? — переспросила я, отвлеченная тем, что Чарли пропустил мяч и теперь должен бежать за ним.
— По будущему, — тихо проговорил муж, протягивая руку, чтобы коснуться моих волос. — По миру, который ты оставила.
По тому, как он задал этот вопрос, я понимаю, что он не ждет легкомысленного, рационального ответа. Пришлось ненадолго задуматься.
— Я скучаю по родителям, — призналась я. — Трудно представить, что они не знают о случившемся со мной, поэтому я переживаю за них. Иногда это тяжело.
Эдвард понимающе кивнул, вновь глядя на детей.
— А если бы ты могла вернуться?..
— Не думаю, что это когда-либо зависело от меня, — ответила я. Выпрямившись, я взяла Эдварда за руку, заставляя посмотреть на меня. — Но, даже если бы я могла вернуться, я бы не стала, Эдвард. Теперь моя жизнь здесь, с тобой и детьми. Теперь ты моя семья.
Я говорю это тебе, Белла, потому что хочу, чтобы ты понимала, что твое путешествие не будет простым. Твой выбор будет иметь последствия, и с ними нелегко будет справиться.
Но я также говорю тебе, что это того стоит. Эта жизнь даст тебе больше, чем ты можешь себе представить. Тебе просто нужно набраться смелости, чтобы принять это.


Карлайл

Элис резко встала, щелчком закрыв журнал и отложив его на стол.
— Он здесь, — сообщила она. — Будет через тридцать секунд.
Я рванул к окнам, не в силах удержаться, чтобы не выглянуть во двор еще раз.
— Вот его машина.
Я выпрямился, нервно проведя пальцами по волосам.
Элис хохотнула.
— Можно подумать, что ты идешь на первое свидание.
Я криво улыбнулся.
— Я просто не хочу отпугнуть бедного мальчика.
Элис подошла ко мне и взяла за руку.
— Всё будет хорошо, Карлайл. Доверься мне.
Она нежно сжала мою руку, когда мы услышали приближающиеся шаги, — по гравию на подъездной дорожке и вверх по крыльцу, — затем тихий, учтивый стук.

Из дневника Изабеллы Мэйсен
4 августа 1956 года


Сегодня я встретила Элис… снова.
Карлайл позвонил, чтобы сказать, что они зайдут после заката, а я невероятно нервничала весь день. Я распахнула дверь и когда увидела ее улыбающееся лицо, то у меня буквально зачесались руки крепко обнять ее.
Я так сильно скучала по ней.
Но я сдержалась, зная, что у нас с Элис еще нет той общей истории, которую я помню. Я отошла от двери, вежливо приглашая их войти, когда из комнаты выглянул Эдвард.
К моему удивлению, Элис обняла меня.
— Я ждала встречи с тобой, — сказала она, нежно обнимая своими мраморными руками. — Это уже который раз, третий?
— Для меня — да, — рассмеялась я.
Она отстранилась, пожимая плечами.
— Ну, до сих пор я лишь предвидела эту встречу… но, Белла, у меня такое чувство, что мы станем отличными подругами!
Ирония ее слов ускользнула от меня, так как я уже знала, что она станет моей подругой две жизни спустя… мою и твою.


Карлайл

Я потянулся к дверной ручке, потянул за нее и заставил себя выдавить расслабленную улыбку.
— Здравствуй, Мэйсен, — сказал я, отступая назад. — Рад видеть тебя снова. Прошу, входи.
Парень нервным жестом провел по волосам, так напоминая Эдварда, что я едва не рассмеялся.
— Снова? — переспросил он.
Язык мой — враг мой. Конечно, я наблюдал за ним издалека. В последнее время Волтури проявляли к моей семье особый интерес, поэтому я не мог рисковать, чтобы установить контакт до того, как наступит правильный момент.
Мэйсен усмехнулся, глядя на мою нерешительность.
— Всё в порядке. Белла написала в своем дневнике о том, как вы… следите за людьми.
Я усмехнулся, когда он пожал мне руку и зашел в дом.
— Если я не ошибаюсь, кажется, она назвала это «тенденцией к выслеживанию».
Мэйсен широко улыбнулся.
— Вы не ошибаетесь, — он пробежался взглядом по комнате и заметил Элис. — А вы, должно быть, Элис, — сказал он, протягивая ей руку. Элис осторожно взяла его ладонь в свою.
— Ты так похож на нее, — изрекла она. — в смысле, я видела это… но познакомиться с тобой лично… — Ее голос надломился.
Мэйсен кивнул.
— Знаю… кроме глаз.
— Да… они определенно от Эдварда, — пробормотала Элис.
— Для меня это тоже странно, — ответил парень. — Конечно, я читал о вас в дневнике… снова и снова. И вот наконец познакомиться с вами… наконец увидеть, что всё, о чем она писала, правда. — Он повернулся ко мне, внимательно присматриваясь ко мне. — Это же так, верно? Это всё правда?
Я сделал глубокий вдох.
— Каждое слово.

Из дневника Изабеллы Мэйсен
25 февраля 1964 года

Сегодня родилась моя праправнучка.
Ее назвали в честь меня: Изабелла Мари.
Когда я узнала, что маленькая девочка будет носить мое имя, то не смогла сдержать слез. Эдвард просто нежно обнимал меня, понимая, как много это значит для меня.
Элис предвидела это. Она сказала мне, что у малышки Изабеллы родится сын… и что мальчик станет тем, кто расставит всё на свои места.


Карлайл

— Итак, — произнес Мэйсен, усаживаясь на диване и ставя свою сумку рядом на пол, — что теперь? Каков план?
Мы оба с нетерпением уставились на Элис. Она добродушно закатила глаза.
— Что ж, полагаю, план в том, чтобы ты встретился с Беллой.
Я нахмурился.
— И это план? Элис, это даже близко не похоже на план.
Я услышал, как Мэйсен давится смехом.
Элис ухмыльнулась.
— Я уже сказала ей, что приду и приведу друга, с которым хочу познакомить ее. Она считает, что я пытаюсь свести ее с кем-то.
Я застонал, когда Элис брезгливо сморщила свой носик.
— Да… жутковато, — согласилась она.
Элис верна своим обещаниям и была для Беллы хорошим другом… для обеих Белл, которых я знал, и одна из них приехала в Форкс всего несколько месяцев назад. Они были достаточно близки, но Белла не знала о нашем секрете. По крайней мере, пока еще не знала.
— Как бы то ни было, — продолжала Элис, — я заверила ее, что не собираюсь ни с кем ее сводить… и она ответила, что ты можешь прийти в любое время. Чарли на работе, так что она дома одна.
Мэйсен побледнел.
— В смысле, сейчас?
— Сейчас самый подходящий момент, — весело ответила она, поднимая и натягивая свою замшевую курточку.
— Но… но что я скажу? — немного запинаясь, спросил парень. — Я думал, у меня будет немного времени подготовиться.
Я положил руку ему на плечо.
— Расслабься, Мэйсен, — успокаивающе сказал я. — Когда придет время, ты будешь знать, что сказать. Вы оба будете знать. У тебя же есть дневник, верно?
Парень похлопал по сумке.
— Всё здесь.
— Хорошо. — Когда он нервно сглотнул, я добавил: — С вами всё будет в порядке.
Мэйсен нерешительно посмотрел на нас с Элис, прежде чем сказать:
— Надеюсь, вы правы.

Из дневника Изабеллы Мэйсен
13 сентября 1986 года


Сегодня мой восемьдесят шестой день рождения. Не могу поверить, как быстро летит время.
Эдвард по-прежнему рядом. У него некоторые проблемы с артритом, но в остальном всё хорошо. Когда ему сделали шунтирование, я заставила его делать упражнения и скорректировала диету. Он ворчит, выпрашивая стейки и мороженое, но делает это беззлобно.
Я знаю, что он ценит то время, которое нам осталось провести вместе так же, как и я.
Наши часики тикают, приближая развязку, но я благодарна за то, что нам выпала возможность провести долгую и счастливую семейную жизнь. Мы пережили две мировые войны, бесчисленные потасовки, финансовый крах и восстановление…
Мы видели чудо полета, как первый человек ступил на Луну, создание лекарств от болезней, даже Битлз на стадионе «Шей Стадиум». (Да, мы были там самыми взрослыми, и нет, меня это ни капли не заботило!)
Родив троих детей, имея девять внуков, двадцать три правнука и четырнадцать праправнуков (и еще один на подходе), я могу покинуть этот мир, зная, что наш род не оборвется… что любовь, зародившаяся между мной и Эдвардом, будет продолжаться в следующих поколениях.
Через пять лет я появлюсь на свет.
И тогда же уйду в мир иной.
Не могу объяснить, откуда, но я это знаю. Просто я так чувствую: что время или судьба не позволят нам сосуществовать в этом мире одновременно.
Но всё в порядке. Я готова. Если бы не Эдвард, то меня бы уже давно не стало.
Звучит мелодраматично, но это правда. Он — мой якорь на этом свете, и, полагаю, я для него — то же самое. Не удивлюсь, если мы закончим, как в каком-нибудь безвкусном романе… испустим наш последний вздох, держась за руки.
Или еще какое-нибудь клише в этом же духе.
Я только надеюсь, что познакомлюсь с Мэйсеном. Элис сказала мне его имя, и что она более чем уверена, что он поможет мне… поможет тебе. Он родится только через несколько лет, так что, я не знаю, доживу ли.
На всякий случай я написала ему письмо и внесла правки в завещание, чтобы быть уверенной, что он получит его в свой двадцатый день рождения. Это должно дать ему достаточно времени, чтобы понять, что я не сбрендила. По крайней мере, я на это рассчитываю!
В письме будет запечатан ключ от депозитной ячейки, в которую я положу этот дневник и еще несколько вещиц, которые мне бы хотелось тебе передать.
Не знаю, выпадет ли мне еще шанс написать что-нибудь тебе, Белла. Я буду молиться, чтобы этого оказалось достаточно.
Эдвард просит передать тебе, что он будет ждать…


Карлайл
По дороге к дому Беллы я заметил, что Мэйсен время от времени достает что-то из кармана, смотрит на него, прежде чем поспешно затолкать обратно.
— Что ты делаешь? — поинтересовался я.
— Ничего… это… это глупо, — ответил он, краснея.

Так похоже на Беллу.

— Уверен, что это не так уж глупо, — сказал я, сворачивая на главную улицу.
На мгновение он замешкался, затем вытащил предмет из кармана и показал мне. Это был снимок, на котором он запечатлен с некой пожилой женщиной, которую я посчитал его матерью.
Я вопросительно посмотрел на Мэйсена, и он поспешил ответить.
— Я просто подумал… если совершу ошибку или что-то вроде того, что снимок исчезнет… я начну исчезать…
Элис, сидевшая на заднем сидении, наклонилась вперед к нам, устроив подбородок на сложенных руках.
— Как в фильме «Назад в будущее»?
Мэйсен покраснел еще гуще.
— Я же сказал, что это глупо. Но если я облажаюсь, то рискую никогда не родиться, поэтому…
Элис похлопала его по плечу.
— Ты не потерпишь неудачу.
Парень посмотрел на нее.
— Уверены?
Она утвердительно кивнула.
— Ты отлично справишься. Но если тебе станет легче, то продолжай погладывать на снимок.
Мэйсен застенчиво улыбнулся и сделал глубокий вдох, когда мы свернули на подъездную дорожку у дома Беллы.

_**_


29 октября 1988 года


Дорогой Мэйсен,
я начинаю писать это письме тебе уже в десятый раз. Предыдущие варианты скомканы и покоятся в корзине для мусора. Не могу подобрать правильных слов, но, опять же, я не знаю способа, как сказать то, что прозвучит совершенно безумно.
Итак, перейдем сразу к делу. Прежде чем я вышла замуж за твоего прапрадеда, меня звали Белла Свон. Я жила в небольшом городке под названием Форкс в штате Вашингтон.
Я родилась тринадцатого сентября тысяча девятьсот девяносто первого года.
Да, ты всё верно прочитал.
Не могу объяснить тебе, как так вышло, но каким-то образом вышло. И ты должен убедиться, что это повторится.
В конверте ты найдешь ключ от депозитной ячейки. В ней ты обнаружишь дневник… мою историю… твою историю.
Всё зависит от тебя, Мэйсен. Ты должен убедить меня, — ее, — что ей следует пройти ритуал и отправиться в тысяча девятьсот восемнадцатый год. Моя жизнь в твоих руках… так же, как и твоя. Потому что (как бы мрачно и пессимистично это ни звучало), если ты не преуспеешь, то никогда не родишься.
Карлайл поможет тебе… и Элис, конечно же. Ты всё узнаешь о них из дневника. У меня мелькала мысль оставить всё это им, но, на самом деле, полагаю, Белле нужно встретиться с тобой, чтобы действительно поверить в эту невероятную историю.
Элис сказала, что у тебя будут его глаза, глаза Эдварда. Полагаю, это будет ключом. Так или иначе, но она должна увидеть правду в твоих глазах… потому что я всегда видела.
Запомни эту дату: двенадцатое марта две тысячи десятого года. Это день, когда я отправилась в прошлое. Это твой крайний срок.
Можешь списать это на бредни ополоумевшей старушки, пока не прочтешь дневник. В нем ты найдешь нужные доказательства, чтобы убедиться, что я говорю тебе правду. И я буду молиться, чтобы этого оказалось достаточно.
Прочитай дневник, Мэйсен. Затем найди Карлайла. Под обложку я положила карту. Он знает, что ты приедешь.
Странно писать тебе, когда ты еще не родился. Я как раз узнала, что твоя мать в положении, но не думаю, что доживу, чтобы увидеть твое личико.
Я чуть не спросила об этом Элис, но решила, что не хочу это знать.
Жизнь — странная штука, Мэйсен… странная и волшебная, полная сюрпризов. Сейчас ты начинаешь свое путешествие в будущее, которое покажет тебе, насколько это правда.
О, и сохрани это письмо и дневник при себе. Особенно дневник. Не показывай его никому. Секреты, которые он хранит, должны оставаться сокрытыми, иначе твоя жизнь окажется под угрозой. Без шуток. Никому не говори.
Во всяком случае, я надеюсь, что заинтересовала тебя достаточно, чтобы хотеть узнать больше. Я сделала всё, что могла… теперь всё зависит от тебя. Мои мысли и молитвы с тобой, даже если я не могу быть рядом лично.
Удачи. Прости, сынок, но тебе это понадобится.

С любовью,
Белла


Карлайл

Подходя к дому Беллы, Элис шла впереди, а мы с Мэйсоном следом за ней. Без колебаний, Элис постучала в дверь, и через мгновение я услышал шаги Беллы, пересекающей комнату, чтобы открыть дверь. Как всегда, видеть Беллу было так потрясающе. Я часто ловил себя на том, что хочу пошутить с ней, как с давним другом… но это была не она. По крайней мере, пока что.
— Привет, Белла, — радостно проговорила Элис.
Белла улыбнулась.
— Привет, Элис… доктор Каллен.
Казалось, девушка была немного удивлена моим присутствием, но хорошо это скрыла, переведя взгляд на нашего гостя. Ее глаза расширились, так как она, определенно, заметила семейное сходство.
— Это Мэйсен, — спокойно представила его Элис.
— Здравствуй, — проговорила она, прежде чем пригласить нас войти. Девушка пыталась быть вежливой, но всё время косилась на Мэйсена с явным вопросом на лице: Кто он такой?
— Могу я предложить вам что-нибудь? — вежливо спросила она, проводив нас в гостиную.
Мы с Элис, конечно, отказались, но Мэйсен нервно прочистил горло и попросил стакан воды.
Белла вышла из комнаты, а Элис села на диван с другого конца от Мэйсена. Я же сел в кресло, которое обычно занимал Чарли, оставив для Беллы место рядом с Мэйсеном.
Девушка вернулась и вручила Мэйсену стакан, нервно пробежавшись взглядом по комнате. Она села посередине дивана, на самом краю подушки.
Тишина в комнате была осязаемой, и каждый из нас ждал, что начнет другой. Наконец, Белла сделала глубокий вдох.
— Итак, о чем разговор? — спросила она, обращаясь к Мэйсену. — Кто ты на самом деле?
Мэйсен слегка усмехнулся.
— Не любишь ходить вокруг да около, верно?
Белла покраснела, но глаз не отвела.
Мэйсен потянулся к своей сумке, вытащил дневник и положил себе на колени. Протянув руку, он погладил ладонью изношенный переплет.
— Меня зовут Мэйсен Эдвард Армстронг, — наконец, проговорил он. — Мою мать звали Изабелла Мари Армстронг.
У Беллы перехватило дыхание.
— Это же мое имя! А мы… мы родственники?
Мэйсен ехидно поджал губы.
— Дальние. — Он глубоко вздохнул и продолжил: — Мою прабабушку звали Энн Мари Робертс. Ее отца, моего прапрадеда, звали Энтони Мейсен. А его отца — Эдвард Мейсен III.
— Дай угадаю, — прервала его Белла с ироничной улыбкой, — его отца звали Эдвард Мейсен II?
Мэйсен кивнул, а я увидел, как шевельнулся его кадык, когда он сглотнул. Мы с Элис сидели молча, не отрывая взглядов от Беллы.
— Эдвард был женат на Изабелле, — медленно проговорил Мэйсен. — Изабелле Мари Свон.
— Это так странно! — воскликнула Белла, смеясь. — Но для людей не редкость носить одинаковые имена, особенно, когда они из одной семьи. Я не знала, что меня назвали в чью-то честь, но…
— Нет, — тихо перебил ее Мэйсен. — Я не это имею в виду.
Белла нахмурилась в замешательстве.
— Я не понимаю. О чём ты говоришь? — девушка повернулась к Элис. — Что всё это значит?
— Просто выслушай его, Белла… прошу, — ответила Элис.
Мэйсен еще порылся в сумке и вытащил карманные часы, в которых я узнал часы Эдварда, обычно лежавшие на кофейном столике, и вручил медальон Белле. Я, конечно же, сразу всё понял. Она никогда его не снимала.
Белла открыла медальон и пробежалась пальцами по выцветшему локону волос, лежащему внутри.
— Это локон волос Эдварда, — пояснил Мэйсен. — А медальон… он твой.
Белла чуть не выронила вещицу, глядя на него широко раскрытыми от удивления глазами.
— Что?
Мэйсен протянул ей дневник.
— Всё написано здесь.
Белла вскочила на ноги, отходя от парня.
— Кто ты такой? — нервно спросила она. — Что тебе от меня нужно?
— Белла, всё в порядке, — успокаивающим тоном произнес я.
— Нет, всё не в порядке, — огрызнулась она. — Зачем вы привели его сюда? Очевидно, что он сумасшедший… или мошенник какой-нибудь, или чего похуже. — Девушка расправила плечи. — Ты выбрал не ту цель, приятель. Мой отец — полицейский, а ты недостаточно хорошо провел свое исследование, потому что у нас нет денег…
— Белла! — резко перебила ее Элис. — Он не мошенник. И он не сумасшедший.
— Что ж, тогда, быть может, это вы сумасшедшие! — воскликнула она, метнув в меня взгляд. — Может быть, вы все сумасшедшие!
— Пожалуйста, — тихо произнес Мэйсен. Он поднялся, положил дневник на диван и осторожно направился к Белле, словно та была напуганным олененком. — Белла… прошу. Я не сумасшедший. Я пришел сюда, потому что тебе нужно кое-что узнать. Кое-что, что тебе нужно сделать.
— Но это же лишено всякого смысла…
— Знаю, что лишено, — согласился Мэйсен, наконец подойдя к Белле и проникновенно глядя ей в глаза. — Это лишено совершенно всякого смысла, но это правда. В дневнике всё написано. Просто… просто подойди и загляни в него. Это всё, о чём я прошу. Прочти его, а затем уже сама решай.
Белла долго смотрела на него. Я почти мог слышать, как крутятся шестеренки в ее голове. Независимо от того, что она едва знала меня, я определенно знал ее. Я видел, как она изучает лицо Мэйсена… лицо, так похожее на ее собственное… его глаза… так похожие на глаза Эдварда. Я понимал, что она в замешательстве… даже немного напугана.
Но я так же знал, что ей любопытно… и она не выгонит нас, пока ее любопытство не будет удовлетворено.
Однако, Мэйсен не знал ее так, как я. Я видел, как он нервничает, как умоляет ее взглядом своих зеленых глаз дать ему шанс. У него подергивались пальцы, и мне стало интересно, не хочет ли он взглянуть на снимок, чтобы узнать, не исчезает ли.
— Ладно, — произнесла, наконец, Белла, подходя к дивану, чтобы присесть. Она закусила губу, а затем протянула руку к дневнику, положила его на колени, открыла первую страницу и удивленно подняла глаза.
— Это мой почерк, — озадаченно проговорила она.
Мэйсен лишь кивнул и подошел, чтобы присесть рядом с девушкой. Она еще раз внимательно посмотрела на него, прежде чем начать читать.
Я ощетинился, когда ощутил некое покалывание, словно кто-то прикасается ко мне. Кто-то был рядом. Я взглянул на Элис, удивленный тем, что она не предвидела его появление. Она лишь пожала плечами, очевидно тоже чувствуя его присутствие, но никак не объясняя, почему дар предвидения ничего не подсказал.
Я медленно поднялся со своего места.
— Мне нужно выйти на минутку, — сказал я. — Сейчас вернусь.
Белла была полностью поглощена дневником, накручивая на палец прядь волос, пока читала. Мэйсен коротко кивнул, давая понять, что услышал меня, а Элис вопросительно посмотрела на меня, явно гадая, нужно ли присоединиться ко мне. Я покачал головой, заверяя ее в том, что буду в порядке.
Я вышел из дома, просканировал взглядом лес и, наконец, заметил рядом с большой сосной притаившуюся фигуру. Подходя ближе, я замедлил шаг. Я не знал этого человека, но каким-то образом я почти… узнал его. Не самое приятное чувство дежа вю… чувство, которое я не испытывал три столетия.
Мужчина был высоким и статным, его коричневая кожа с возрастом покрылась морщинами, обветрившись на солнце. Очевидно, он принадлежал к коренным американцам. У него были пронзительные темные глаза, контрастирующие с белыми развевающимися волосами. На нем была джинсовая рубашка, джинсы, которые давно вылиняли, и сапоги, а на плечи накинуто цветастое покрывало, защищающее от весенней прохлады. Он улыбнулся, когда я подошел ближе, и меня снова накрыло мучительной волной узнавания.
А еще у меня сложилось четкое впечатление, что он был не совсем человек. Он не был вампиром… не был оборотнем… но он определенно был… непрост.
— Здравствуйте, — неуверенно произнес я. — Меня зовут Карлайл Каллен.
Улыбка мужчины стала шире.
— Я знаю, кто ты такой, хладный, — сказал он.
Я сморгнул, услышав это обращение.
— Прошу прощения?
— Не беспокойся. Я сохраню твой секрет, — сказал мужчина далее. — Будь уверен, я храню множество секретов.
Смущенный, я отступил на шаг.
— Мы встречались ранее? Вы кажетесь… знакомым.
Мужчина рассмеялся; звук его смеха разлетелся между деревьев.
— В некотором роде, — сказал он. — Хотя, сомневаюсь, чтобы ты помнишь.
— Я помню всё, — немного опешив, выпалил я.
Мужчина хохотнул.
— Не всё, хладный.
— Кто вы?
Игнорируя мой вопрос, он посмотрел в сторону дома.
— У нее впереди сложный путь, — проговорил мужчина. — Но этот путь должен быть пройден.
У меня по спине пробежал холодок.
— Вы знаете… о Белле?
— Я много что знаю.
— А вы знаете… получится ли у нее? — спросил я, колеблясь. — Сможем ли мы убедить ее уйти?
Мужчина посмотрел на меня своими ясными глазами, и я едва не ахнул, увидев в их глубинах всю мудрость древности.
— Ты сможешь, — просто ответил он.
Я тяжко вздохнул, хоть и с облегчением.
— Зачем вы здесь? Вы собираетесь помочь ей?
Мужчина снова улыбнулся, от чего в уголках его глаз собрались морщинки.
— Не сейчас. Пока я лишь наблюдаю.
— Но вы… поможете ей?
— Когда придет время.
На мгновение я замер.
— Могу я задать вам еще один вопрос? — мужчина наклонил голову, поэтому я продолжил: — Что происходит… потом? Для тех из нас, кто остается. Она просто… исчезнет? А как же ее семья? Они будут искать ее.
— Это больше, чем один вопрос, хладный, — сказал мужчина, сверкая взглядом. Видя мой расстроенный взгляд, он добавил, натягивая покрывало на плечи: — Но я отвечу. Время — как ревнивая женщина. Она не станет делиться своим любовником с кем-то еще.
Я потер руками лицо, раздраженный этим загадочным ответом.
— Вы говорите, что когда она уйдет, то прекратит существовать в этом времени?
— Не… прекратит, — ответил он.
— Невозможно, — сказал я, рассуждая теоретически, — потому что она не может быть одновременно и там, и здесь… ее здесь никогда не будет. Изначально, она может никогда не появиться здесь.
Мужчина слегка кивнул.
— Значит, это будет выглядеть так, словно она никогда не рождалась? — спросил я. — мы все просто… забудем ее, словно никогда не знали?
Мужчина вновь улыбнулся.
— Не все из нас. Создания, подобные нам с тобой, хладный, живут вне границ времени.
— Так значит, я буду помнить ее, — проговорил я, — и Элис. Но ее родители… ее друзья… никто из них вообще не будет помнить о ней?
— Так должно быть, — ответил он. — Она сделала свой выбор. И не может жить двумя жизнями.
— Хотите сказать, что ей еще только предстоит сделать выбор… что она еще ничего не решила? — я бросил на дом нервный взгляд.
— А разве нет? — с усмешкой спросил мужчина. — Как же тогда вы встретили ее столько лет спустя?
Я рассмеялся, припоминая несметное число подобных разговоров у нас с Беллой.
— Ладно, не буду с вами спорить. Но что с письменными свидетельствами? Свидетельство о ее рождении… школьные записи?
— Их никогда не существовало.
— А дневник?
Он вдумчиво посмотрел на меня.
— Ответственность за него будет на тебе. Безделушки — семейные ценности, поэтому они должны остаться у мальчика, но дневник нужно уничтожить.
Он заметил, что я колеблюсь еще до того, как сам понял, что чувствую. Дневник — это всё, что осталось у меня от Беллы… Я надеялся, что иметь рядом ее слова… написанные на бумаге ее рукой, это лучше, чем пустеющие страницы памяти.
— Он не может существовать, — твердо сказал мужчина, почти пугая меня своей настойчивостью.
Я понимающе кивнул.
— Я позабочусь об этом.
Как и прежде, его взгляд смягчился.
— Знаю, что позаботишься, хладный. В конце концов, ты уже поступил так, — он подмигнул мне, развернулся и удалился вглубь леса.
Я наблюдал, как он уходит, а затем медленно вернулся к дому, прислушиваясь к происходящему внутри разговору.

— Это абсолютное безумие, — сказала Белла. — Не могу поверить, что вы ждете, будто я поверю, что живу в городе, где есть вампиры и оборотни… а через неделю еще и должна отправиться в прошлое.
— Ты видела снимки, Белла, — отметила Элис.
— Да. Я видела снимки, — фыркнула Белла. — Так значит, это Эдвард, да?
— Да, это он, — ответил Мэйсен.
— Ха! — проговорила Белла. — У тебя его глаза, хотя снимок черно-белый, поэтому я не могу сказать наверняка.
— Они зеленые, — сказал парень.
— Он… милый, так сказать, — отметила она. — Довольно симпатичный парень.
Элис рассмеялась.
— Ох, Белла. Ты уже практически влюблена в него.
— А вот и нет.
— Прочти дневник, — продолжила вампирша. — Ты влюбишься.


Я ухмыльнулся, когда открыл дверь и вошел в дом, впервые уверенный в том, что всё пройдет так, как должно.
В конце концов, таков был перст судьбы.

_**_


Позже вечером, после того как Карлайл, Элис и Мэйсен ушли, Белла лежала в своей постели, уставившись в потолок. Сон не шел, но это и не удивительно, учитывая откровения этого дня.
Наконец, с тяжелым вздохом, она повернулась, включила лампу на прикроватной тумбочке и взяла дневник. Сидя, облокотившись на изголовье кровати, она раскрыла задний форзац, извлекая пожелтевший конверт, затем отложила дневник в сторону.
Открыв клапан, она осторожно извлекла из него один-единственный листок бумаги. Сгиб был сильно замят, а края обтрепаны, что говорило о том, что страницу читали и перечитывали много раз.
Белла не винила за это свое альтер-эго. Она сама перечитала его уже с полдюжины раз.
Аккуратно раскрыв страницу, она перечитала еще раз.

17 июля 1919 года


Дражайшая Белла,
Когда я пишу это, ты спишь в нашей постели. В последнее время ты сильно устаешь, что, полагаю, вполне ожидаемо, учитывая твое положение. Менее чем через месяц ты родишь нашего первенца… эта мысль приводит меня в восторг и одновременно пугает. Меня ужасает идея, что ты будешь испытывать такую боль, но другая мысль о том, что ребенок… наш ребенок… скоро появится на свет…
Я преисполнен трепета, Белла. Не могу подобрать слова лучше, чтобы описать мои чувства.
Через несколько дней мы отметим нашу первую годовщину. Сложно поверить, что с нашей свадьбы прошел всего год… на несколько месяцев больше, чем, когда мы встретились в первый раз. Не припоминаю, чтобы говорил тебе, как невероятно красива ты была в тот день… или что почувствовал, когда впервые прикоснулся к тебе. В тот момент я не в полной мере понимал это, но было ощущение, словно на место встал недостающий кусочек головоломки… словно, наконец, я стал цельным.
Конечно, мне потребовалось время, чтобы признать, что нам суждено быть вместе. Я знаю, ты считала меня самоуверенным упрямцем, но, Белла, я был сбит с толку. Я думал, что знаю многое на свете, но ты бросила мне вызов, так что я был разгневан и заинтригован.
Я никогда прежде не влюблялся, но с самого первого мига — я был весь твой.
И вот теперь мы здесь. Есть те, кто утверждает, что мы слишком молоды, чтобы знать, что такое жизнь, но Белла, ты мне показала. Ты показала мне любовь… и сострадание. Ты показала мне жертвенность… и радость. Ты показала мне, что в мире есть магия… и что любовь, подобная нашей, не может быть связана такими вещами как время и судьба.
Я вижу, как ты делаешь записи в дневнике, как беспокоишься, чтобы написать правильные слова. Ты веришь, что несешь ответственность за то, чтобы гарантировать, что события произойдут так, как должны. И переживаешь, что этого может не случиться. Ты пытаешься скрыть это от меня, но я знаю, что это самый большой твой страх.
Любимая, я верю, что бояться нечего.
Верю, что независимо от того, что произойдет в будущем, наши души связаны друг с другом. Верю, что если ты отправишься в прошлое, или я умру от гриппа, или мы оба отправимся в Древний Египет, то будем вместе.
Так все и должно быть.
Мы предназначены друг для друга.
Конечно, я знаю, что ты будешь продолжать писать в своем дневнике… строить планы. Это твой путь, и я не собираюсь сбивать тебя с него.
Но, Белла, будь уверена, я всегда найду тебя.
В этом мире или любом другом, я найду тебя.
И я всегда… всегда… буду любить тебя.
Ты моя, Белла, а я твой… навсегда.
Эдвард.


Вытирая слезы, Белла осторожно сложила листок и спрятала обратно в конверт, заправив последний на место в форзаце дневника.
Девушка выключила свет и скользнула под одеяло…
…и ей снились сны о том, чему еще только предстоит случиться.

Автор: tkegl
Переводчик: Deruddy
Бета: LanaLuna11
Почтовый голубь: Nicole__R


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/112-16853-14
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: Deruddy (20.05.2018) | Автор: Перевод Deruddy
Просмотров: 735 | Комментарии: 28


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 28
+2
28 Alin@   (02.06.2018 16:33)
А вот и дети. Жизнь так все расставила по местам. И у Карлайла с Беллой получилось спасти их. Вполне неплохое развитие событий, могло бы быть хуже...

+2
14 natik359   (27.05.2018 16:58)
интересная такая получилась альтернатива конца. Но все таки вечная жизнь мне больше по душе. Хотя и так и так они счастливы!

0
27 LanaLuna11   (27.05.2018 22:44)
Ага happy

+1
13 Schumina   (25.05.2018 19:04)
Спасибо за главу!

0
26 LanaLuna11   (27.05.2018 22:44)
Муррр)) smile

+1
12 Alice_Ad   (23.05.2018 23:24)
Спасибо) но почему то альтернатива кажется лишней хотя и интересно)

0
25 LanaLuna11   (27.05.2018 22:43)
Прочитать можно cool

+2
10 pola_gre   (22.05.2018 20:11)
Странно отправлять ее "добровольно" неизвестно куда и неизвестно к кому... dry
Хотя... если это неизбежно, независимо от ее желаний, то очень даже мило с их стороны, дать ей возможность подготовиться smile

Спасибо за продолжение перевода!

0
24 LanaLuna11   (27.05.2018 22:42)
Ну, я бы не отправилась в 18 год, наверное. wacko

+2
9 kaktus6126   (22.05.2018 17:36)
Ну тоже интересно! Но ещё больше запутано, на мой взгляд. И этот посланник -будущего, вечного? - эта ми тическая сила кажется чересчур. Но, впрочем , в фантазиях все позволено.
Спасибо большое и жду ещё глав!))/

0
23 LanaLuna11   (27.05.2018 22:42)
Действительно, Белла этого Эдварда не знает... и я бы ни в какое прошлое не отправилась, всего лишь прочитав журнал.

+1
8 Veronicka   (22.05.2018 01:49)
Спасибо за перевод!
Лично у меня альтернативный конец "не пошел".
Придерживаюсь мнения, что уж если считать возможными перемещения во времени, то события в прошлом должны происходить по принципу "что бы мы не делали, все приведет к уже имеющемуся результату". Поэтому для меня абсолютно логичен первый конец истории.
А здесь, хотя задумка автора в целом понятна, возникают большие сомнения в дальнейшем решении Беллы: Эдварда она совершенно не знает, убеждающих ее людей в целом тоже не знает. Девушка она не глупая и в мистику изначально не верит. Да и в случае, если она решит отправиться в прошлое, не сложно представить, какая ужасная жизнь ее ждет! Всю жизнь делать то, что уже написано в дневнике, и все время бояться, что сделаешь что-то не так, и чья-нибудь судьба пойдет по другому пути, кто-нибудь не родится и т.п. Я бы точно отказалась!

0
11 Al_Luck   (23.05.2018 03:57)
Согласна с вами. Этот эпилог лишний, н логичный и притянутый за уши. Белла не знает Эдварда здесь, но любит свою семью. А это куда-то в прошлое отправляться...зачем? В общем, первый вариант естественный и логичный.

0
22 LanaLuna11   (27.05.2018 22:41)
Согласна.

+1
7 Svetlana♥Z   (21.05.2018 22:24)
И ещё одна глава, спасибо!) happy wink

+1
21 LanaLuna11   (27.05.2018 22:41)
Не за что) Осталось два эпилога.

+1
6 MissElen   (21.05.2018 19:26)
Цитата eezhova1982 ()
этот альтернативный конец, по-моему, придуман только для тех читателей, кто мечтал, чтобы главные герои могли состариться вместе и родить детей


Абсолютно согласна с таким выводом и несмотря на то, что все это фантастика, она должна быть логичной, а альтернатива, где Белла сама себя послала в прошлое при помощи дневника и старых фотографий человека, который должен стать её мужем, а затем "стерла" себя из 21 века, кажется немного сумасшедшей wacko

0
20 LanaLuna11   (27.05.2018 22:41)
Меня это тоже покоробило sad

+2
5 Маш7386   (21.05.2018 08:53)
Запуталась я немного. Большое спасибо за замечательный перевод!

0
19 LanaLuna11   (27.05.2018 22:40)
wink wink

+2
4 galina_rouz   (21.05.2018 08:39)
Спасибо большое за Ваш труд в переводе замечательной истории

0
18 LanaLuna11   (27.05.2018 22:40)
Пожалуйста wink

+1
3 prokofieva   (21.05.2018 08:13)
История потрясающая , очень оригинальный альтернативный конец .
Только непонятно , что Карлайл один остался ? Почему , о Эсми нет не слова ?

0
17 LanaLuna11   (27.05.2018 22:40)
Вопрос к автору. Наверное, она просто умолчала об этом моменте.

+4
2 eezhova1982   (21.05.2018 01:48)
Я удивляюсь, как автору данного произведения пришло в голову сделать такой закрученный сюжет. Лично я окончательно запуталась, когда пыталась разобраться в хитросплетениях временных линий, а также родственных связях потомков семьи Эдварда и Беллы. Меня полностью устраивала предыдущая глава, где всё было объяснено и выглядело вполне логично, а этот альтернативный конец, по-моему, придуман только для тех читателей, кто мечтал, чтобы главные герои могли состариться вместе и родить детей. Но для меня кажется нелогичным,что девушка, не познакомившись с Эдвардом и не влюбившись в него, ничего не зная о сверхъестественных существах, будет готова отправиться в прошлое (где войны, болезни и отсутствие многих бытовых вещей), основываясь лишь на записях из дневника. Это выглядело обоснованным, когда Белла была уже влюблена в бросившего её вампира и мечтала как-то с ним увидеться, но в изменившейся реальности в такое сложно поверить.
К тому же я привыкла, что при вмешательстве в прошлое всегда возникает "эффект бабочки", а в данном произведении этого нет.
P.S. Спасибо за перевод! Он как всегда на высоте.

0
16 LanaLuna11   (27.05.2018 22:39)
А запутаться тут - очень просто, согласна biggrin

+2
1 Korsak   (21.05.2018 00:52)
Спасибо огромное за перевод!!!
Не могу сказать, что альтернативная глава мне пришлась по душе, но это действительно возможный вариант развития событий!
Но для меня лично -это грустный вариант(( и наимее осуществимый... Столько всего пришлось сделать, чтобы отправить Беллу в прошлое! И Карлайл... похоже он остался только с Элис. Нет упоминания об Эсми и остальных членах семьи. Хотя возможно все эти года Белла и ее семья заменили семью ему, но Эсми, жены- главного лучика нет((
Спасибо, Спасибо, спасибо за перевод такого интересного, содержательного фанфа!!!

0
15 LanaLuna11   (27.05.2018 22:39)
Пожалуйста. И правда, логики мало в таком конце.

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями