Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1675]
Из жизни актеров [1623]
Мини-фанфики [2531]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [3]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4770]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2391]
Все люди [15066]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14277]
Альтернатива [8973]
СЛЭШ и НЦ [8855]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4346]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
С Днем рождения!

Поздравляем команду сайта!

Tamita_92
Горячие новости
Топ новостей февраля
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (12.18-01.19)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Тюльпановое дерево
Существует ли противостояние между тремя совершенно разными личностями?

И настанет время свободы/There Will Be Freedom
Сиквел истории «И прольется кровь». Прошло два года. Эдвард и Белла находятся в полной безопасности на своем острове, но затянет ли их обратно омут преступного мира?
Перевод возобновлен!

Психологическая помощь
- Алло, психологическая помощь, Изабелла Свон.
- Здравствуйте, Изабелла. Меня Эдвард зовут.

Английская терция
Там, где нет места именам, есть лишь тени и свет. Кто она, утомленная испанским многословием незнакомка? Кто он, таинственный тореро, сын Севильи? Прекрасное имеет свой жизненный срок. Может ли тот, кому имя «собственность», ощущать боль, страсть, смерть, испытывать любовь к своему обладателю? Ни одной лишней мысли. Ни одного лишнего чувства. Только три терции…

Любовь в Сопротивлении
Дания, 1944 год. Молодая датчанка и пилот ВВС Великобритании встречаются при опасных обстоятельствах, когда его самолет сбивают над вражеской территорией.
«Мне хочется верить, что все происходит не просто так, что я влюбилась в него, чтобы творить добро и, возможно, изменить жизнь к лучшему. Эдвард сказал, что я храбрая, такой я и буду. Ради него».

Проклятый навечно
Эдвард - родоначальник расы вампиров. Столь могущественный, что его существование внушает страх даже клану Вольтури, беспрекословно исполняющему любые его желания. Навеянное озабоченностью трех братьев, чем обернется решение Эдварда нанести визит тихому клану Калленов?

Задай вопрос специалисту
Авторы! Если по ходу сюжета у вас возникает вопрос, а специалиста, способного дать консультацию, нет среди знакомых, вы всегда можете обратиться в тему, где вам помогут профессионалы!
Профессионалы и специалисты всех профессий, нужна ваша помощь, авторы ждут ответов на вопросы!

Глубокие реки текут неслышно
Никто не знает, что таится на дне глубочайших рек. Мало кому известно, на чем стоит система человеческого мироздания. Корпорации скрывают свои темные ценности, как реки молчат о своих забытых тайнах. Не-святые запамятовали, что не являются истинными богами. И направление одной незначительной жизни способно привести в движение громадный механизм негласных законов, которые существуют еще выше.



А вы знаете?

...что видеоролик к Вашему фанфику может появиться на главной странице сайта?
Достаточно оставить заявку в этой теме.




...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в ЭТОЙ теме? Условия вхождения в группу указаны в шапке темы.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Самый ожидаемый проект Кристен Стюарт?
1. Белоснежка и охотник 2
2. Зильс-Мария
3. Лагерь «Рентген»
4. Still Alice
Всего ответов: 265
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

Онлайн всего: 45
Гостей: 34
Пользователей: 11
avolty, l_a_v, Nysna, pavllen_94_nusya_06, nomadinka, sofamochilina, anastasiva2006, kristinavashchenko1991, ShiSho, kfgjxrf1990


QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

Джек на Луне. Найти Немо

2019-3-19
18
0
Найти Немо


Оставшиеся от отпуска Себастиана недели мы почти не были дома. Отчим таскал нас по музеям, окрестным достопримечательностям, паркам развлечений и просто красивым местам – показывал, как он выразился, «незнакомую Данию». Если честно, от всех этих поездок впечатление у меня осталось очень смазанное. Уже тогда я начал выпадать. Конечно, в то время я едва ли замечал, что со мной происходит что-то странное. И уж, ясно дело, никак по-особенному это не называл. Название возникло позже, когда выпадение стало для меня состоянием привычным, вроде повторяющихся припадков у эпилептика.

Оно могло длиться днями, а могло – неделями и наступало внезапно и непредсказуемо. Реальность выцветала и распадалась на пиксели, как компьютерная игра с плохой графикой. Люди вокруг казались топорно прописанными персонажами, плоскими и похожими друг на друга. Я механически двигался среди них, стараясь прикинуться нарисованным и тоже плоским, но, на самом деле, все больше уходил в себя. Внешние события и пейзажи становились неважными, зато внутри рос чужой враждебный ландшафт, по которому я блуждал, руководствуясь вместо карты нечеткими знаками.

Если бы Мемету довелось это прочитать, в чем я глубоко сомневаюсь (Мемет не читает ничего, кроме комиксов, а в моей писанине нет ни одной картинки с Дональдом Даком), то он, наверное, сказал бы: «Я ж гворил тебе, мэн! Не мешай траву с ДХМ, башню сорвет». Цимес в том, что все время после приезда в Брюруп я оставался чист, как стеклышко. Да и эффект только отчасти похож на тот, когда от дури пробивает.

Все это трудно объяснить тому, кто никогда не испытывал подобного. Поэтому я просто расскажу, как вышло, что я выпал в первый раз.

После поездки в Орхус я был все время настороже. У меня развилось шестое чувство: детектор Себастиана. Я кожей ощущал его взгляд, улавливал каждое относящееся ко мне слово, а от его прикосновений – даже легких и случайных – меня било током, будто между нами все время накапливалось статическое напряжение. И все это – взгляды, слова, прикосновения – приобретали двойное значение, словно у каждого была выстланная черным бархатом тайная подкладка – тайная для всех, кроме нас двоих.

Наверное, я чувствовал себя тогда, как промысловое животное, вроде вездесущей в Дании косули. Самец косули знает, что по весне открывается охотничий сезон, и начинает осторожничать, держась вне расстояния выстрела от людей, которые всю зиму подкармливали его сеном и соломой. Ему трудно понять, как человек, который помог выжить в тяжелое время, может наставить на него ружье. Но косуля слышит гром далеких выстрелов, и инстинкт толкает ее в укрытие, откуда она чутко наблюдает за возможной угрозой. Об этом рассказывал мне Бо, когда по пьяни хвастался добытыми в молодости трофеями. Потому что даже самые осторожные самцы кончают на стене в виде вываренного черепа с рогами.

Помню, как мы впервые поехали на море – мама, Себастиан и я. Жара стояла жуткая, в тени доходило до тридцати градусов, что для Дании полный апокалипсец. Я вышел из кондиционированной прохлады дома, таща сумку-холодильник. Гравий обжег пятки через тонкие подошвы сланцев, а солнце – голые руки. Я пожалел, что напялил майку, - плечи теперь точно обгорят. Себастиан топал сзади, нагруженный пляжным тентом и полотенцами. Ма в соломенной шляпе и с полосатой корзинкой через локоток замыкала процессию.

Мерс уже стоял у крыльца. Себастиан распахнул багажник, и, хотя машина была только что из гаража, на меня пахнуло горячим воздухом, как из духовки.

- Поставь холодильник туда, к самой стенке, - велел он. - А провод воткни в розетку.

Мне пришлось засунуться в автомобильное нутро до пояса, чтобы задвинуть сумку на место – багажник в минивэне был такой, что я мог бы там спать, вытянувшись в полный рост. Розетка все никак не находилась, наверное, тоже пряталась за какой-то панелью.

- Ну что ты возишься, Жень? – донесся снаружи капризный голос ма. – Я тут спекусь совсем.

Я встал одной коленкой на край багажника, шаря пальцами по обитой серой шерстью задней стенке и держа вилку в другой руке, как вдруг почувствовал движение сзади.

- Давай я тебе помогу, - Себастиан навалился, прижимая меня к коврику своим телом. Ладонь провела по предплечью от локтя, взяла из ослабевших пальцев провод и ловко воткнула в обнаружившееся под неприметной крышечкой отверстие. – Вот так это делается, - шепнул он на ухо и чуть надавил пахом на мой зад, прежде чем отпустить.

Сказать, что я охренел, значило ничего не сказать. Мать стояла рядом, нетерпеливо подскакивая на месте, как девчонка, и ела Себастиана влюбленным взглядом. Все, что она видела - ее замечательный муженек помог сыну. Я машинально стал запихивать чехол с тентом в багажник, но тот не лез, как я его ни поворачивал. Руки словно онемели и стали неуклюжими, так что под конец я вывалил на гравий пляжные полотенца.

- Растяпа! – сокрушенно покачала шляпой ма. – Садись лучше в машину, мы сами справимся.

Пока ехали к морю, я размышлял над тем, что произошло, иногда ловя на себе взгляд отчима в зеркальце. Нормальный такой взгляд, теплый и немного смешливый. Может, я все себе напридумывал? Может, я просто на измене, и паранойя крепчает? Потом мы выехали на побережье, за окном стало интересно, и я немного успокоился. Пялился на крутые дюны, поросшие белесой травой, и похожие на горбы спящих верблюдов. Трава колыхалась волнами, будто море началось уже здесь, омывая аккуратные дачные домики с шезлонгами и висящими для просушки полотенцами.

Домиков становилось все больше, чем ближе мы подъезжали к морю. Мимо промелькнули несколько кемпингов, потом крошечный городок с кафешками и магазинчиками для туристов. Наконец, бибикая и распугивая ленивых немцев, обвешанных сопливыми отпрысками, толстыми женами и сумками с пивом, мы выехали по узкой дороге на песок.

Раньше я никогда не бывал на пляже, куда можно заезжать прямо в тачках. Белая, слепящая, мелкозернистая полоса тянулась от дюн до моря метров на триста. У самых дюн песок был более рыхлым и неровным, потом становился утрамбованным и накатанным многочисленными колесами, а ближе к воде размягчался снова, и тут кишело отдыхающими. Пестрели яркие пляжные тенты и зонтики от солнца, плясали в бездонном небе бумажные змеи, а дальше, над морем, парашюты кайтсерфингистов, иногда неотличимые от парусов далеких яхт. Тела различной степени поджаренности заполняли пространство между запаркованными тачками и серо-стальными волнами, лениво лижущими берег.

- Поздно приехали, - разочарованно вздохнула ма, поправляя темные очки. – Тут яблоку негде упасть.

- Яблоку? – Нахмурился Себастиан, пытаясь вникнуть в смысл выражения, которое мама перевела на датский буквально. – А-а, не волнуйся, - вспыхнул он улыбкой понимания. – Мы проедем дальше, там будет свободно.

Ма воспряла духом, а я прилип к окну, глазея на парней, рассекающих на бич-багги, девчонок, играющих в волейбол, тряся упругими сиськами, и внедорожник, вытаскивающий завязший по пузо в песке «гольф».

Отчим оказался прав. Чем дальше в лес, то есть вдоль пляжа, тем он становился безлюднее. Расстояние между запаркованными тачками увеличилось от полуметра до дюжины шагов. Места тут было – хоть отбавляй, а море – все то же. Мимо нашего тихо крадущегося по песку мерса прошли, спокойно болтая, две чиксы с голыми сиськами; на одной, гладко выбритой снизу, не было труселей. Тут я залип: мы что, приехали в рай?

- Ну как? Здесь остановимся? – Весело спросил Себастиан и притормозил.

- Дорогой, - осторожно начала мама, приспуская темные очки на кончик носа и озирая окрестности, - а почему тут все без одежды?

- Это же пляж, - рассмеялся отчим.

- Ты знаешь, что я имею в виду, - она укоризненно сморщила губы.

Я подобрал слюни и распахнул глаза. Точно. Без труселей тут щеголяли не только девчонки и дамочки с обвисшим выменем, но и дядьки, включая бодрых пенсионеров.

- Это что, нудисты? – Не выдержал я и тюкнулся носом в стекло.

Отчим заржал:

- Это люди в своем первозданном виде. Не понимаю, Джек, ты разве никогда не мылся в общественном душе? Даже после физкультуры?

- Что ты сравниваешь, Сева, - так мама окрестила Себастиана. – Они же не моются в школе вместе с девочками!

Блин, много ты понимаешь, мам. Как раз против голеньких загорелых девочек я ничего не имею. Просто после выходки в багажнике трясти перед отчимом своим хозяйством мне было как-то западло.
- Так что, остаемся или едем домой? – отчим насмешливо наблюдал за ма, с тоской уставившейся на волны чистейшего песка и манящие свежестью волны. – Учти, вам с Джеком снимать купальник и плавки совсем не обязательно.

- Правда? – ожила мама.

- Конечно, - Себастиан нежно коснулся ее щеки, поправив выбившийся локон. – Тут все добровольно.

Фух! Я облегченно вывалился из машины и стал помогать разгружаться, на всякий случай держась подальше и от отчима, и от багажника. Но «Сева» по ходу был больше заинтересован матерью.
- Дорогая, - нежно бормотал он, обняв ее сзади и теребя лямку новенького бикини, - неужели ты стесняешься своего прекрасного тела? Посмотри вокруг: ты выглядишь гораздо лучше этих глупеньких молоденьких девчонок.

Ма нервно хихикала, отчим, из солидарности с нами оставшийся в плавках, нес лабуду, а мне стало тошно. Я попер к морю, скинул у кромки прибоя майку с шортами и бросился в набегающую волну. Плавал я, пока не посинел, а произошло это быстро – море-то Северное, даже в жару вода тут едва нагревается до 22 градусов, а обычно и вовсе 18. Пришлось выползать на берег, стуча коленками. Я плюхнулся пузом на горячий песочек, но не тут-то было.

- Женька! Быстро сюда вытираться! – это ма. Все еще думает, что мне четыре года. Я решил было не реагировать, но она орала на весь пляж, голые тетки и дядьки стали обращать на нас внимание. Пришлось сбрызнуться и возвращаться.

В меня полетело полотенце, а я удовлетворенно отметил, что купальник мать не сдала. Только лямочки с плеч спустила, чтоб белых следов не осталось.

- Сядь, согрейся, - она похлопала по пляжному пледу. – У тебя зуб на зуб не попадает. И кремом намажься. Спина вся белая, сгорит.

Загар у меня, и правда, был деревенский. Морда, шея и руки черные. Ноги тоже – ниже колена. А все остальное на озере «обветрилось» только, как называла это ма. Не то, что у Себастиана, - южный лук, приобретенный в солярии, а может, и на Испанском пляже, валлах.

Я покорно взял крем – иначе мать ни в какую не отстанет. Тюбик пернул на плечо белой жирной лужицей.

- Натереть тебе спину? – невинно предложил отчим.

Ага, щас. Нашел лоха.

- Мама натрет, - говорю и отползаю в ее сторону.

- Не обращай внимания, Севочка, - засмеялась ма и взъерошила мне волосы. – Он у меня дикий.
Потом я лежал на пузе, от нечего делать наблюдая за коллекцией ближайших сисек-жоп и раздавая им звезды. Блондинка в полосатом шезлонге получила десять из десяти возможных за шикарные буфера. Зад ее, к сожалению, оценить не получилось. Поэтому в этой категории победительницей стала мускулистая дама в панаме и без всего остального: усевшись на корточки, она помогала маленькому сынишке строить песчаный замок. Я так увлекся своим занятием, что, когда Себастиан предложил пойти купаться, вяло отмахнулся. Наплавался, мол. Отчим согнал с лежбища маму и, невзирая на ее протесты, потащил к воде. Обычная семья в отпуске. Пусть и на нудистском пляже.

Мимо меня тихо прокатился серебристый вольво и встал неподалеку. Чикса в крошечных шортиках, выскочившая с места водителя, могла претендовать на десять звезд в категории попок – мамаша в панаме получила только восемь. Я напрягся, ожидая момента истины, и тут спину окатило чем-то ледяным. Я взвился с пледа, вскинув пятками песок и матерясь. Чикса выронила шортики, но мне уже было не до того. Этот змей Себастиан сделал из бутылки из-под минералки брызгалку и нещадно поливал меня морской водой. Рядом обмахивалась шляпой хохочущая мама.

Глупо, конечно, но я поддался на провокацию. Бросился за обидчиком, на ходу прихватив свою пустую бутылку. Отчим скакал по пляжу, выбрасывая длинные ноги, как лось, и иногда отстреливаясь через плечо. Я мчался за ним с угрожающими воплями. Притормозил только у полосатого шезлонга:
- Фрёкен, - говорю, - можно занять ваш ножик?

На складном столике лежал один с острым концом, для фруктов.

Блондинка захлопала глазами, удивленно переводя взгляд с моей морды на плавки и обратно, но потом кивнула.

- Спасибо.

Я быстро проткнул дырку в пластиковом колпачке и рванул за боеприпасами. Себастиан поздно расчухал, что нельзя подпускать меня к воде. Он получил, что ему причиталось, и в нос, и в уши. Бутылка у него опустела, и теперь отчим стал прорываться к морю. Я перепрыгнул через чье-то жирное пузо, метнув песком. Мне вслед заорали по-немецки, но я уже несся Себастиану наперерез.

Столкнулись мы у кромки прибоя. Удар сбил меня с ног, мы покатились, подминая дохлых медуз и ракушки. Неожиданно я оказался снизу, на животе. Отчим вдавил меня в песок, заламывая руки, вбивая колено между ног. Я дергался под ним, как пойманная лягушка, и едва не орал в голос. Да даже если бы и орал – разве за шумом волн кто-то разобрал бы, что я кричу? И даже если бы мой зов о помощи услышали, кто бы догадался, что это уже не игра?

Казалось, это длилось вечность – туша отчима на мне, тяжелое дыхание над ухом, влага между ног, гораздо теплее, чем накрывшие нас брызги. Потом он отпустил меня и пошел купаться. Я немного посидел спиной к пляжу. Полил себя из бутылки. И побрел к нашему месту. Мама приветливо помахала мне и уткнулась в захваченную с собой книжку в мягкой обложке. «Секрет», стояло на ней русскими буквами. Я наклонился и выблевал на плед.

По официальной версии я наглотался морской воды. Мать сначала решила, что у меня солнечный удар, заставила отчима заехать по пути домой к врачу, что он и сделал, несмотря на мое сопротивление. Дежурный, конечно, ничего у меня не нашел, и, так как больше меня не рвало, отпустил с миром.
Пока мы ждали своей очереди в приемной, я тупо смотрел на большой аквариум с тропическими рыбками – он стоял прямо напротив кресел для посетителей. Мать сидела справа, нервно тиская мою руку. Себастиан – слева, спокойный и самоуверенный, как всегда.

- Видишь эту рыбку, Джек? – внезапно указал он на одного из пестрых обитателей аквариума. – Знаешь, как она называется?

Несколько секунд я дебильно моргал, но потом сообразил, о чем он спрашивает.

- Немо? Нет... Это такой мультик был.

- Это рыба-клоун, - пояснил Себастиан, улыбаясь маме, которая немного расслабилась. – Она живет в симбиозе с морскими анемонами или актиниями. Видишь эти красивые разноцветные цветы на дне? На самом деле, это животные, хищные, опасные и очень ядовитые. Ты знаешь, что такое симбиоз, Джек?
В башке шумело, но откуда-то вылезло бледное воспоминание, что-то с уроков биологии:

- Это типа, когда разные животные или там растения живут за счет друг друга?

- Взаимовыгодные отношения организмов разных видов, - кивнул Себастиан. – Очень хорошо, Джек. Понимаешь, в природе рыба-клоун не сможет выжить без помощи анемона. Ее просто сожрут, - он приобнял меня за плечи, так по-отечески. Мать по-прежнему держала меня за руку, и я даже дернуться не смел. Оцепенел просто, а внутри росло то самое чувство нереальности окружающего, которое скоро станет мне таким знакомым.

- Наш маленький Немо, - продолжал Себастиан, - вынужден жить между ядовитыми стрекалами актинии, которая уничтожает угрожающих ему хищников. Более того, он питается отбросами со стола своего хозяина и даже отказывается вырастать, чтобы не быть изгнанным из своего убежища, - пальцы отчима горели на моем плече так, что казалось, сейчас начнет плавиться кожа. Я думал только об одном – как бы снова не блевануть. – И знаешь, что? – заговорчески спросил он, наклоняясь к моему уху.

- Что? – повторил я чуть слышно.

- У рыбки-клоуна нет врожденного иммунитета к яду актинии. Наш юный Немо подплывает к анемону и нежно касается его щупалец, чтобы выяснить состав защитного вещества, которое предохраняет хищника от своего собственного яда, а потом имитирует его, - пальцы Себастиана едва заметно поглаживали мою воспаленную кожу. Мать этого не видела, потому что сидела, чуть наклонившись вперед. – Поэтому прикосновение анемона для Немо не страшно. Но если, - пятерня отчима сжала плечо, я едва не вскрикнул, - покров защитной слизи на боках рыбки будет поврежден, то анемон парализует его и сожрет. Не правда ли, любопытный факт из жизни природы, Джек?

Я заторможено кивнул, не в силах оторвать глаз от полосатого малыша, снующего между «лепестками» цветка-убийцы.

- И вот еще что я вспомнил, Джек, - отчим наконец отпустил мое плечо. Мама поднялась, чтобы принести стакан воды, и он задумчиво посмотрел ей вслед. – Рыбки-клоуны могут менять пол. Самцы становятся самками, если главная женская особь-производительница умирает.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/304-38191-1
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: verocks (15.03.2019) | Автор: Татьяна Русуберг
Просмотров: 96 | Комментарии: 3


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 3
0
3 Саня-Босаня   (15.03.2019 19:41)
Ну, блин, и намеки у этого так называемого отчима - про рыбку-клоуна. wacko Короче, попал наш русский Женька (Ванька)/Джек как кур в ощип! surprised Себ показал ему, кто в доме хозяин. wink

0
2 Gracie_Lou   (15.03.2019 18:29)
Мдяяяя.... Если у мужика в доме слишком явный порядок, то с ним стопроцентно не всё чисто. biggrin

0
1 робокашка   (15.03.2019 16:36)
ахренеть!

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями