Я вышел из дома, оставляя ее там, убитую. У меня теперь в голове не крутится вопрос: «Как теперь жить?». Я знал ответ – никак. Это был логический выход из ситуации, как я его называл. Вот только как это сделать, чтобы я как можно скорее ушел из этого мира, перестал представлять угрозу для окружающих, неудобство для своей семьи. Здесь, в этом мире, я стал лишним без нее…
***************************
Мне теперь некуда было спешить. Зачем?
Я взобрался на моторную лодку, хотя было большое желание поплыть самому. Еще вчера я был так счастлив, вез ее сюда на этой самой лодке. А теперь я уплываю отсюда один. Погода была явно на моей стороне. Шел ливень, и тяжелые капли воды капали мне на лицо, умывая от крови мою безобразную рожу. Я отсюда не торопился, но и оставаться здесь было просто невыносимо, видеть, как она лежит, не открывая своих прекрасных карих глаз… я невольно встряхнул головой, пытаясь отогнать от себя душераздирающие мысли, но зря надеялся: воспоминания нахлынули с новой силой, не давая удержаться на ногах.

Здесь, посреди океана, почему я не мог утопиться? Почему все так сложно у монстров? Они и так не люди, почему бы им не дать шанс уйти из жизни быстро? Как я хотел броситься в воду и остаться там на веки. Но это мне не помогло бы… я бы все – равно жил и осознавал… все должно быть точно… я хочу умереть.

Пока я плыл на лодке, только одна вещь не давала мне сойти с ума от мучений – я обдумывал, как уйти из жизни. Меня даже радовало, что большая часть моих мыслей занята этой задачей – это помогало хоть немного отвлечься от терзаний, хоть им и не могло быть конца…

Что же предпринять? Опять ехать к Волтури? Нет… они точно меня обманут. А если даже и не обманут, то такой радости я им все равно не предоставлю… нет… только не к ним. При мысли о том, что меня заставят служить им, оставив в живых, - нет уж - я туда не поеду.

Но тогда куда еще? – спрашиваю сам себя. Действительно, найти другой выход сложно, но оставаться здесь я хочу меньше всего. Но неожиданно, ответ нашелся: я знаю, что в Форксе еще остались вампиры – кочевники. Они не так опасны, как Джеймс или Виктория, поэтому разобраться с ними надлежало после… медового месяца. Главное – найти новообращенного – такими управлять легче всего. Сейчас мне это было на руку: их легко спровоцировать, и сил у них больше – то, что нужно.

Я остановился в порту, откуда в прошлый раз мы с моей любимой спешили поскорее уплыть на уединенный остров, где нам никто не смог бы помешать… Эти мысли не принесли в мой рассудок ничего, кроме новой порции осознания… Стараясь об этом не думать, я спрыгнул с лодки и решительным шагом пошел по своему маршруту. К счастью для людей, вид теперь у меня был похож на человеческий больше, чем несколько часов назад: я был более спокойнее, а кровь уже давно смыл ливень.

Так я шел к густому Форкскому лесу. На пути все человеческие выражения лица стали сливаться в одно – непонимающее, но любопытное, в равнодушное и в лицемерное…
Одно я запомнил точно. От похотливого взгляда какой то девки, мне стало еще хуже на «душе», если, конечно, мою «душу» можно так назвать…
Я прекрасно прочел ее мысли. Да и догадаться в них было не трудно. Надо было ее отвести за угол и убить, как бы тогда она на меня посмотрела? Какое у нее было бы выражение лица, если бы я пил ее кровь, а потом зверски растерзал? Я бы оставил ее, всю изуродованную, лежать на том месте. Ее бы нашли ее родственники, оплакивали ее…
«Ну как тебе такой конец, красавица?» - спросил я у нее мысленно. Но, к счастью она прошла мимо, не предлагая познакомиться – это для ее же блага, потому что я бы не стал сдерживаться – просто преспокойно убил бы ее.
Уже виднелся лес. Прохожих не было, поэтому я решил пробежаться. Даже несясь через дорогу, я различал каждый лист на дереве.

«Было так спокойно и даже радостно – осознавать, что умру… наконец – то. Я делаю это ради тебя, моя малышка… Ты простила, но это меня не оправдывает. Я сделал это с тобой и теперь ничего не исправишь. Представляю, как ты лежишь там окровавленная, мертвая, но все еще прекрасная. Ты все равно такая же как и была – милая, веселая, немного неуклюжая – моя Белла…
Ветер щиплет мне глаза или я опять вспоминаю нас с тобой, но мне хочется плакать. О, как я этого хочу! Больше всего на свете мне хочется громко зарыдать, но глаза не влажнеют, слезы не стекают по моим щекам…
«Ты – моя единственная причина, по которой я все еще живу, если это конечно можно назвать жизнью…»
Прощай, жизнь. »

Я добежал до леса. Мне предстояло искать жертву, поэтому я торопился. Воспользоваться своим нюхом было простым выходом – вампиры чувствовали себе подобных так же хорошо, как и людей. Я бродил по лесу достаточно долго, пока не почувствовал знакомый запах – то, что надо, - подумал я. Нашелся кто – то. Даже несколько: вампир – новообращенный, и его девушка. Но от нее исходил другой запах – очень приятный, аппетитный. Естественно, она была человеком. Я был достаточно на большом расстоянии от них, но отодвинув сухую ветку дерева, смог хорошо их увидеть. Вампир – новообращенный стоял напротив девушки. Одет он был по – обычному – никаких отклонений от человеческой моды – синяя рубашка, джинсы, кроссовки. Он был все – таки не кочевник, но его тоже можно разозлить. На вид, парню можно было дать лет 17 – 18. Девушка, стоящая напротив него, была одета тоже по - простому: джинсы, кроссовки, сиреневая кофта.

Я прекрасно расслышал, о чем они говорят, хоть и стоял за несколько десятков метров от них.

- Я знаю, ты меня не убьешь, - сказала девушка, - ты хороший.

Что – то это мне напоминало…

- Почему ты меня не боишься? Я убивал людей! – произнес парень.

- Мне это безразлично!

Я вздрогнул. Это мне казалось таким знакомым – ей было безразлично – влюбилась в вампира…
Опять мне стало больно, но я не издавал никаких звуков, тем самым подтверждая, что меня здесь нет.

- Главное, то что ты рядом со мной. И я боюсь потерять тебя, боюсь того, что ты вдруг исчезнешь…

- Я так тебя ждал, - сказал он.

Мне стало окончательно не по себе. Это уже слишком. Не хочу ничего больше слушать! Но я слушал.

- Только я не знаю, смогу ли я себя сдерживать…

- Я знаю, что ты сможешь – ты сильный!
Парень ничего не ответил. Он прикоснулся к ее щеке, и у нее чаще забилось сердце, кровь пульсировала по венам. Я чувствовал это, хоть и стоял далеко.
Почему бы не вступить в эту процессию сейчас? Что если мне выпрыгнуть, наброситься на девушку и убить ее? Я, наверное, даже не успею подойти к ней, как ее парень разорвет меня на куски. Но я об этом не беспокоюсь. Главное – что я наконец погибну.

Но почему – то я замер, как вкопанный и ничего не смог с этим поделать…