Элис Брэндон, зима, 2004

Весь день шел дождь, но, так как это был Город Грехов, выглядеть чище он не стал. Я промокла и от меня несло сырым асфальтом. Вздохнув, я закрыла дверь и бросила сумку на диван.
Запястье ныло. Наверное я его потянула.
Долбаный ублюдок! Я же сказала ему, я сегодня не работаю!
Я прошла по коридору в спальню. Роуз лежала на кровати, читая журнал.
- Привет, - сказала она, обеспокоенно посмотрев на меня.
- Привет, - ответила я, не утруждаясь рассказом о том, что произошло, так как она тут же пришла бы в ярость, да и вообще-то это было обычным случаем.
По крайней мере, на этот раз он хотя бы заплатил.
Расстегнув сапоги, я бросила их на пол и скинула пиджак. Я долго стояла под душем, моясь тщательно и медленно. Намылившись, я два раза ополоснулась, просто чтобы быть уверенной. Я знала, что преувеличиваю. Но переживала за Пантеру.
Я ненавидела, когда от меня пахло другим мужчиной рядом с ним.
Я знала, все дело во мне. Он постоянно говорил мне, что это моя профессиональная необходимость, и ему плевать. И постоянно при этих слова на его лице играла милая улыбочка. Он был спокойным человеком. Не спеша ходил, не спеша говорил, не спеша трахался. Убивал еще спокойнее. Пантера был гребаной легендой в Городе Грехов. Неприкосновенным. Неуловимым.
Я вытерлась полотенцем, надела белое хлопковое белье, красную рубаху и рваные джинсы. Мне хотелось быть нормальной, когда Пантера был рядом. Словно я была одной из тех обыкновенных девчонок, с которыми он проводил ночи. Меня убивало то, что он спал только со мной. Я обожала это, этот факт просто разрывал меня на части.
Ко всему прочему, он был добрым.
Я села на диван и стала переключать каналы по телевизору, хотела посмотреть какой-нибудь фильм, ожидая его возвращения домой. Показывали «Реальную любовь», и я решила остановиться на нем. Мне действительно нравиться это кино.
Шлюхам, конечно же не разрешалось иметь парней. Мой сутенер – Лоран - пытался напугать Пантеру, чтобы тот отвалил от меня. Пантера отнесся к этому спокойно – превратил его в кровавое месиво, после чего тот потерял глаз и два пальца – и все равно остался спокоен.
Никто не имеет права указывать Пантере, что делать.
Я знала, он смог бы вытащить меня из такой дерьмовой жизни, если бы я только позволила, но... меня постоянно что-то останавливало. Всегда, когда я пыталась любить его также просто, также открыто, как он любил меня, на моем пути вырастала стена, на которую я неизбежно натыкалась. Это случалось не потому что он убийца – кто я такая, чтобы осуждать кого-то? – было что-то еще. Мне с ним нечего было делать. И это была я. Я улыбнулась сама себе, наблюдая, как маленький мальчик несется по аэропорту в надежде остановить маленькую девочку, которая была смыслом его жизни. Так мило....
В дверь постучали. Я вскочила, чувствуя, как волна счастья накатывает на меня, как только я подумаю о нем. Он был таким милым, таким заботливым!
Я распахнула дверь и, наконец-то, увидела его... с девушкой на руках. Он выглядел обеспокоенным.
- Элис, мне нужна твоя помощь.
Я немедленно освободила проход. На девушке и на его рубашке была кровь. Пантера никогда не пачкал одежду.
Он вошел и направился к дивану, положив ее туда. Он нежно придерживал ее голову, обращался с ней так, будто она была фарфоровая. Ей было не больше пятнадцати.
- Что с ней случилось? Кто она? – спросила я, достав из под раковины аптечку. Из комнаты вышла Розали и уставилась на девочку.
- Пантера, какого черта? – зло спросила она.
- Ее зовут Мари Бишоп, - сказал он, снимая пальто и пиджак. – Я нашел ее в доках. Эдварда Каллена больше нет.
Розали резко повернула голову в его направлении, и, вытаращив глаза, спросила:
- Что? Он мертв? Что случилось?
Он медленно потряс головой, запустив пятерню в волосы. Я никогда не видела, чтобы он испытывал такие эмоции. Что-то было не так. Мне все это не нравилось.
- Если еще не мертв, то скоро точно будет, - сказал он, вздыхая и пытаясь ослабить узел на галстуке. Его костюмы были всегда красивы и превосходно сшиты. Его растрепанный вид немного меня настораживал.
- В этом гребанном городе только из-за копов столько проблем, и он позволит им себя поймать!? – заорала Розали.
- Ради нее, - сказал Пантера, смотря на Мари Бишоп своими широкими, прозрачными глазами. Он медленно встал и наклонился через меня ближе к девушке. Очень аккуратно, будто она хрустальная, он убрал прядь каштановых волос с ее лица.
- Он бросил все ради нее. Я все отдам за ее безопасность.
Он снова встал, схватил пальто и поспешно надел его.
- Я пойду за ее документами и вещами, которые ей понадобятся для удостоверения ее новой личности.
Он сел на диван, коснулся моей щеки и нежно поцеловал меня в губы. А затем он встал и вышел из квартиры.

Дорогие читатели! У нашего фика появился новый переводчик - Eva_666. Я очень надеюсь, что вы сможете подбодрить ее в таком нелегком деле, как перевод этого фанфика. Ждем ваших отзывов!