Я надела пиджак и тихо выскользнула из дома, следуя за Лукасом. Не зная точно, куда он отправился, я решила продолжать идти, пока не увижу машину. К счастью, идти далеко не пришлось: я быстро нашла автомобиль, припаркованный рядом с кладбищем.
Любопытная, я заглянула в машину, чтобы увидеть, был ли Лукас внутри. Она оказалась пуста, но капот все еще был теплый. Лукас ушел недавно. Я осмотрела плоское пространство кладбища, пытаясь отыскать его.
Глаза напряглись в темноте, вдруг проблеск белого привлек мое внимание. Я увидела Лукаса, присевшего у надгробия высотой чуть больше фута. Деревья у камня частично закрывали его, и я силилась понять, что он делает. Рискуя быть замеченной, задержав дыхание, я подкралась немного ближе. На расстоянии нескольких метров от него, тихий выдох сорвался с моих губ.
Была безветренная ночь, и я надеялась, что из-за этого запах не выдаст моего присутствия Лукасу. Я могла различить лишь тихое бормотание, и искушение подойти ближе овладело мной. Вина за подслушивание терзала, но что он скрывает?
А затем я мысленно вернулась к своему собственному визиту сюда день назад. Я решила, что каждый вправе иметь свои секреты, и это было нечестно с моей стороны подглядывать за тем, что было, очевидно, очень личным для Лукаса. Я отвернулась, чтобы уйти, когда услышала свое имя.
- Изабелла.
Я повернулась, уличенная. Но Лукас не смотрел в мою сторону. Его взгляд все еще был прикован к надгробию.
- Это длилось так долго. Я старался, моя дорогая. Я так старался…
Я задержала дыхание, наклоняясь ближе. Это девушка, которую он любил? До меня доносились его тихие рыдания, в то время как его руки прижимались к камню. Он продолжал говорить, будто она была здесь, с ним. Быстро, едва ли вкладывая смысл в свои слова.
- Я встретил девушку. Ладно, я спас девушку. Ее зовут так же, как и тебя, Изабелла. Я спас ее так, как не сумел спасти тебя. Белла, она любит, когда ее так называют, прекрасная Белла. Я не хотел спасать ее. Честно, не хотел. Но она выглядела такой маленькой, такой хрупкой. И она страдала так же, как и я. Она страдала так же, как и я, разве ты не видишь? Она любила кого-то так сильно, что даже после трансформации ее сердце, которое должно было остановиться, продолжало биться. Она любила сильнее, чем я когда-либо. О, Изабелла, как мы дошли до этого? Ты могла бы быть здесь. Здесь, со мной.
Я почувствовала, как глаза защипало от слез. Я увидела достаточно, мне нужно уйти. Я поняла, что успела услышать слишком много. Если бы Лукас хотел, чтобы я знала об этом, он бы уже рассказал все сам. Я медленно развернулась, но в спешке наступила на упавшую ветку. Раздался лишь тихий треск, но, казалось, в темноте он прозвучал намного громче. Голова Лукаса поспешно приподнялась, и я поняла, что была поймана.
Он долго смотрел на меня, а затем вздохнул и поманил к себе. Я шла к нему, чувствуя, как извинения готовы сорваться с языка.
Он приложил палец к моим губам, прося молчать. Еще один вздох, и он мягко произнес:
- Я давно должен был сказать тебе.
- Нет, не должен. Я вторглась в твое личное…
- Нет. Ты рассказала мне свою историю. Будет честно, если я расскажу свою.
Все еще смущенная тем, что была поймана, я настаивала на том, что он не должен ничего говорить. Это было его воспоминание, и только его.
Но он остановил мой бессмысленный поток слов.
- Ты уже услышала кое-что. Почему бы мне не рассказать тебе всю историю целиком?
Он сел, посадив меня рядом с собой.
Я еще раз попыталась сказать: не нужно. Но он не обратил внимания на мои слова и начал говорить.