Она носилась по квартире целый день, потому что была очень взбудоражена. Боже, не думаю, что она ходила сегодня на работу. Хотя может и ходила, но ей удаётся поддерживать свою активности на одном уровне целый день. Не знаю. Но когда я вернулся с работы, она даже не дала мне возможности отнести кейс в кабинет или ослабить галстук, она весьма оживлённо носилась вокруг.

Я люблю Элис. Я обожаю эту женщину всем сердцем и душой, но иногда мне хочется хотя бы две минуты тишины и покоя, прежде чем мы начнём скакать по комнате от возбуждения. Ладно, мы никогда не скачем по комнате от возбуждения. Обычно я сижу на диване, и наблюдаю, как это делает она.

Но сегодня я просто не в настроении для этого.

Компания теряет деньги. Быстро. Парень, которого мы назначили временным руководитель в промежуток между смертью моего отца и моим вступлением в должность, обворовывал нас. А после проведения аудиторской проверки, я выяснил, что и финансовый директор ему помогал. Я понятия не имел, как это всё теперь наладить. Пропала прорва денег, и компания медленно, но верно становиться банкротом. Мне придётся уволить стольких людей в попытке спасти компанию, на которую моя семья положила свои жизни.

Я сообщил в управление о финансовом директоре и временном президенте, как только обнаружилось, что они присваивали себе биллионы долларов, так что моё имя не припишут ко всему этому бедламу. Я уже работал без зарплаты, пытаясь вернуть нас на прежний курс, но в одиночку мне не справиться. И я понятия не имею, как рассказать обо всём этом Элис.

Её танец и смех прекратился, когда я лёг на диван и накрыл голову одной из многочисленных подушек.

- Что случилось, милый?

- Я пытаюсь себя задушить, но не получается, -- ответил я, хотя мой голос приглушала подушка.

Элис легла на диван сверху на меня, всем телом прижимаясь ко мне. Я обнял её и прижал ближе. Она всегда знала, как сделать, чтобы я почувствовал себя лучше, и прямо сейчас мне просто нужно чувствовать и знать, что она рядом.

Она убрала подушку с моего лица и положила на мою грудь. Затем она упёрлась в неё подбородком и внимательно посмотрела на меня.

- Хочешь поговорить об этом?

Я поднял руку и убрал прядь волос, упавшую ей на глаза. Боже, она такая красивая.

- Может завтра за завтраком? Сегодня нам нужно волноваться о Мейсене и его родителях.

Элис захихикала.

- Они будут сущим кошмаром, правда?

- Наверно. Но это их первая ночь вдали от сына. Поэтому они имеют полное право быть безумцами.

Элис улыбнулась и обхватила моё лицо своими нежными ручками. Она поднесла свои губы к моим для целомудренного поцелуя. А когда она отстранилась, я просто смотрел на неё, пытаясь представить свою жизнь без Элис, но не мог. Где бы я был без неё? Был бы я вообще жив?

- Я очень тебя люблю. Ты это знаешь? – произнёс я.

Она кивнула, совершенно серьёзно.

- Я тоже тебя люблю.

Я приподнялся на локтях и снова поцеловал её. Её губы изогнулись в улыбке, а я не смог удержаться от усмешки. В конце концов, Элис опустила руку на мою грудь и толкнула меня обратно на диван.

Затем он слезла с меня.

- Ты ведь не пойдешь к ним в этом костюме, правда? Не думаю, что это особо впечатлит Мейсена.

У меня вырвался смешок.

- Нет, уверен младенцу будет фиолетово, что этот костюм от Тома Форда, когда он решит срыгнуть на него, -- я ослабил галстук и сел.

Она задохнулась.

- Ты знаешь, что твой костюм от Тома Форда?

Я улыбнулся, увидев её реакцию. Единственная причина, по которой я это знаю – Элис, не переставая, трещала об этом, когда мы его покупали. И это просто впечаталось в мой разум.

- Конечно, детка.

Элис схватила меня за галстук и снова поцеловала, но более грубо, чем в прошлые разы.

- Боже, люблю тебя и твой сексуальный костюм.

- Надеюсь, ты будешь по-прежнему любить меня, если я переоденусь в спортивный костюм, ведь именно в этом я собираюсь идти.

Я поднялся с дивана, и Элис шлёпнула меня по заднице.

- Джаспер, я буду любить тебя независимо от того, что ты носишь. Даже если ты голый. Между прочим, я предпочитаю последний вариант.

Она запрыгнула на мою спину, и я отнёс её в нашу спальню. Я осторожно опустил её на кровать и начал быстро раздеваться. Однако, очевидно не достаточно быстро для неё, поскольку она спрыгнула с кровати, чтобы мне помочь.

***

ЭЛИС

Я была так взбудоражена тем, что мы будем присматривать за Мейсеном в течение нескольких часов. Когда мы прибыли к ним, ни Эдвард, ни тем более Белла ещё не успели собраться. Они, словно одержимые, носились по квартире. Надписывали бутылочки, делали заметки и составляли списки. Они инструктировали Джаспера о том, где что лежит. Где его любимые вещи, во сколько его надо купать, во сколько укладывать спать. И параллельно пытались подготовиться к своему свиданию.

Я тем временем по-тихому смылась в детскую Мейсена. Я состроила ему рожицу и начала разговаривать с ним. Они все суетливо входили и выходили из комнату, но я сосредоточила внимание на своём втором самом любимом мужчине в мире.

Я так обрадовалась за Беллу и Эдварда, когда выяснилось, что у них будет ребёнок. Я любила их обоих, и уже тогда знала, что буду любить их малыша. Затем они попросили нас с Джаспером стать крёстными родителями, на случай если с ними что-то случится. И я, не стану лгать, чуточку сошла с ума от восторга. Быть тётей – это одно, но то что они доверили нам растить их ребёнка – просто изумительно.

Не понимаю, откуда у них столько веры в нас.

Наконец, они оба появились в комнате, на лицах ясно читалась тревога. Я обняла Беллу, сказав ей расслабиться и повеселиться. А затем обняла Эдварда, пообещав, что мы позвоним, если хоть что-нибудь случится.

Они прощались с Мейсеном добрых пять минут, если не больше. Но, в конце концов, нехотя ушли. Как только они скрылись за дверью, я переключила музыку с плаксивого рока, который нравился Эдварду, на что-то более веселое.

Уверена, позже он это очень оценит.

Я подняла своего крестника и принесла его в гостиную к Джасперу. Всё было прекрасно и лёгко… первый час или около того.

А затем он начал плакать.

И я просто застыла.

Я старалась укачать его. Давала ему пустышку. Предлагала бутылочку. Пыталась переодеть его. Ничего не срабатывало. Я просто с ума сходила.

Джаспер лишь протянул к нему руки. Я его тётя, и я ничего не могла с этим поделать. Неужели он думает, что у него получится? Но я в любом случае отдала ему Мейсена.

Джаспер отнёс его в детскую и стал колдовать над айподом, пока не нашёл то, что искал. Из динамиков раздался голос Эдварда, и Джаспер сел в кресло-качалку. Мейсен поплакал ещё, быть может, минутки полторы, а затем совершенно успокоился.

Я изумлённо уставилась на Джаспера.

- Откуда ты знал, что это сработает?

Он слегка пожал плечами.

- Я не знал.

- Тогда, почему ты решил попытаться? – он должен обучить меня своим вуду.

- Эдвард говорил, что когда Мейсен кричит без видимой причины, он качает его в кресле и поёт. А поскольку я не одарён благословенным голосом Каллена, я молился, чтобы сработал айпод.

- Почему не сказал мне, когда он только начал плакать? – немного расстроено спросила я.

- Потому что более вероятно, что он проголодался, или ему требовалось сменить подгузник. А когда ты всё перепробовала, я вспомнил это, -- равнодушно ответил он.

- И как ты можешь быть таким спокойным? Ты ведь даже не хочешь детей.

Именно я хотела детей, кучу маленьких Витлоков, которые будут носиться по нашему дому. И как можно скорее. А он говорил, что мы должны подождать.

Он вздохнул и продолжил качать довольного Мейсена.

- Элис, ты ведь знаешь, что это неправда. Я был бы счастлив, иметь детей с тобой, но не прошло ещё даже года, как мы женаты. И ребёнок – это такая нагрузка в отношениях. В смысле, посмотри на Беллу и Эдварда. Знаю, они не жалеют, что в их жизни появился Мейсен, но это очень, очень тяжело для них. А я хочу как можно больше времени провести наедине с тобой.

Я понимала, что в его слова правдивы. Но всё же это не мешало мне хотеть ребёнка.

- Я не становлюсь моложе, Джаспер, -- отозвалась я.

Он усмехнулся.

- Элис, детка, тебе двадцать четыре. Современная медицина позволяет женщинам, которые в два раза старше тебя, заводить здоровых, счастливых детей.

- Я не собираюсь ждать до сорока восьми лет, чтобы завести ребёнка, -- я закрыла лицо руками и сделала глубокий вдох. Боже, я хотела, чтобы он понял мои мотивы и стремления. И они, безусловно, не связаны с долгим ожиданием.

- А я и не прошу. Всё, о чём тебя прошу – это год. Всего один год.

У меня вырвался вздох.

- Ладно. Один год.

Всем огромное спасибо за комментарии, читала и улыбалась. Очень рада, что вам понравилось!
ФОРУМ