Бессмертные - смертны, смертные - бессмертны; смерью друг друга они живут, жизнью друг друга они умирают. Гераклит Эфесский

В одно мгновение все переменилось. Эдвард и Стефан пристально смотрели друг на друга. Я словно вдалеке услышала голос, кто-то обращался ко мне. Затем холодные пальцы вцепились в запястье и меня, силой оттащили в сторону. Когда мое сознание прояснилось, я увидела Эммета. Он уже отпустил меня, но от его хватки рука немного болела.

Мы сидели в первом ряду на трибунах. Места были закреплены за семьей Калленов, и за мной, как не забавно это звучало. Смотреть драку вампиров было страшно.

Они кружили вокруг друг друга как в танце, прощальном танце. Все это действие завораживало. Стефан был явно напряжен, это было видно по нему. Эдвард, слыша мысли противника, имел явное преимущество, и пользовался им. Когда Стефан делал движение, Эдвард повторял его. Они переступали синхронно, и выглядело все так, словно они давно это отрепетировали.

Стефан злился. Думаю, он не знал о таланте Эдварда. Мне было интересно, как долго Стефан будет держать себя в руках, пока он не отдастся во власть инстинктов. Драка вампиров обычно всегда начиналась спокойно, но потом их охватывала безумная жажда убивать. Это было в них заложено самой природой. В тот момент, когда человек превращается в вампира, он теряет свои чувства, принципы и все то, что составляло его человеческую сущность.

Все дети ночи на трибунах молчали, заворожено следя за танцем вампиров. Они не хотели упустить момент, когда Эдвард и Стефан перейдут к более активным действиям. На лицах зрителей не было ни грусти, ни сожаления. Они хотели зрелища. Я перевела взгляд на Аро. Он единственный не смотрел на Стефана и Эдварда. Его взгляд скользил по присутствующим, иногда он смотрел на меня. Аро словно кукловод следил за тем, как расставил фигуры, и какое впечатление это произвело. А то, что сквозило в его взгляде, когда он смотрел на меня, я понять не могла. Может это интерес был в его взгляде? Хотя, вероятно это лишь мое воображение разыгралась. Аро едва кивнул, и на его лице появилась улыбка. У его ног лежала волчица. Она смотрела вдаль. Мне было интересно, понимает ли она, что здесь происходит. Рука Аро лежала на ее голове.

Я снова посмотрела на арену. Изменений практически не было. Они двигались с грацией присущей всем вампирам, их взгляды были прикованы друг к другу, но выражения их лиц начали меняться. Черты исказились. Теперь они становились больше похожими на хищников. Даже я видела изменения, а зрение у нас людей хуже, нежели у детей ночи. Их губы были изогнуты, приоткрыв белоснежные зубы, опаснее которых в этом мире ничего нет. В их глазах был мрак, и сейчас они были во власти своего вампирского безумия. В этот момент даже желание вести себя осмотрительно отступало на второй план. Их ярость стремилась вырваться наружу. Эдвард сделал обманный выпад и его губы изогнулись в жестокой улыбке, когда Стефан ударил рукой воздух. Древний вампир, был в бешенстве, еще большем, нежели до этого. Хотя, не думала, что такое возможно.

Тело Стефана было напряжено, он пристально смотрел на Эдварда. Думаю, вампир готовился атаковать. Я угадала. С молниеносной скоростью вампир бросился на Эдварда. От неожиданности я едва не подпрыгнула на месте, но меня крепко держал брат-медведь. Я обернулась, Эммет на меня не смотрел, все его внимание было приковано к происходящему на арене. Кажется, кто-то параллельно присматривал за мной, чтобы я не совершила глупость.

- Сиди тихо. – Мне это показалось, или Эммет действительно беспокоился. Определенно я не понимала эту семейку.

Я вцепилась пальцами в сидение. Так я могла быть уверенной, что буду сидеть спокойно. Пальцы от напряжения болели, но это не особо волновало меня.

Глаза против воли вернулись к Эдварду, хотя было желание зажмуриться и ждать. Бой принимал более жестокий характер. Эдвард откинул от себя Стефана, тот отлетел на несколько метров. Стефан сидел на корточках и рычал, его руки выделывали какие-то непонятные узоры в воздухе. И я услышала самый яростный рык в жизни. Эдвард зарычал в ответ на призыв противника. Их рев разносился над ареной и все заворожено слушали его. Противники снова встали напротив друг друга. Их взгляды скрестились в очередной раз. Хищная улыбка Эдварда внушала ужас, а в его глазах появился какой-то огонек. Он словно все решил, и его тело поменяло положение. На мгновение его голова повернулась в мою сторону, но это не длилось больше секунды. Его внимание снова было сосредоточено на противнике.

Словно в замедленной съемке, я увидела, как Стефан сгруппировался и подобно хищнику прыгнул на Эдварда. Вампир покачнулся и они рухнули. Эдвард был не в самом выгодном положении. Зубы Стефана сомкнулись на плече «моего вампира». Я почувствовала ужас происходящего, хотя и не понимала почему. С одной стороны я должна была переживать, потому что если победит Стефан, я достанусь ему, и тогда моя участь будет ужасна. Но в этот момент, я не думала об этом. Более того, для меня все это отошло на второй план. Я напряженно смотрела на поединок вампиров.

Эдвард! Все мои мысли были сосредоточены на нем. В этот момент его голова повернулась в мою сторону. И я увидела в его глазах то, что меньше всего ожидала увидеть, вначале удивление, а затем торжество. Его взгляд переключился на Стефана. За несколько секунд его лицо снова стало лицом зверя. Он оскалился на Стефана, но тот не заметил перемены настроения противника. Губы Эдварда вцепились в шею Стефана. Раздался скребущий звук, и затем я увидела удивление на лице древнего вампира. Он смотрел на Эдварда с раскрытыми глазами. Недоверие сквозило в его взгляде. Его зубы уже не были на плече Эдварда. Затем я услышала, как раздался треск, подобный расколу огромного камня, и голова Стефана покатилась по арене. Она откатилась от тела на несколько метров и, судя по лицу, Стефан все еще находился в сознании. Эдвард встал и медленно подошел вместе с телом к голове. Во взгляде Стефана была обреченность. Он знал, что спасения ждать неоткуда.

Эдвард медленно разрывал тело на кусочки. Иногда он помогал себе зубами, но думаю, это было лишь для того, чтобы произвести больший эффект. Все это он проделывал так, чтобы голова противника видела все его действия.

Тело Стефана было уже не собрать. Эдвард развел костер и по частям закидывал туда тело вампира. Голову противника он оставил на конец. Потом, когда бросать уже ничего не было кроме головы, он поднял ее и что-то прошептал Стефану. Не думаю, что для того это имело какое-то значение. Эдвард сдавил голову противника и закинул ее в костер. В момент, когда в костре исчезла последняя часть древнего вампира, трибуны буквально взорвались от криков. Потом, раздалось рычание с центра арены. Эдварда довольный собой стоял по центру. Его рык был рыком победителя.

Только сейчас я поняла, что мой организм уже не выдерживал напряжения. Сегодняшний день меня порядком измотал, в плане эмоций. Я смотрела, как Эдвард медленно приближается к Аро. Он встал напротив древнего вампира и спокойно посмотрел на него.

- Ты победил. Игрушка остается у тебя. – На губах Аро была улыбка. Он словно радовался победе Эдварда, но думаю, это маловероятно. – А сейчас начнется веселье. Все приглашаются в наш замок. Там вас ждет угощение!

- Спасибо. – Эдвард кивнул Аро и направился к нам. Он медленно передвигался. Его рубашка была разорвана и практически не прикрывала тело. На его плече виднелся шрам от зубов Стефана. Белая тонкая линия. Шрамы от зубов вампиров не заживают. Но это не портило его, скорее наоборот. Шрам на мускулистом теле смотрелся подтверждением силы. – Я же говорил, что не люблю делиться своими игрушками.

Тема на форуме для отзывов)