Листы 26 – 27

Лист 26

Дорогой Дневник!

Только сейчас заметила и не могу припомнить подобного в прошлом – я безотчетно улыбаюсь.

Улыбаюсь, проснувшись в его объятьях, разминаю затекшие руки и снова тянусь к нему, потому что пока спала – соскучилась. Обнимаю любимого, уткнувшись в местечко у основания шеи, и опять улыбаюсь – прижимаюсь так сильно, как могу. И чувствую, как трепетно он отвечает на мои объятья, сильнее стискивая меня.

Улыбаясь, я осыпаю его лицо и шею нежными поцелуями, а затем, так же улыбаясь, пробираюсь на кухню включить плитку, чтобы сварить кофе.

Улыбаясь, я наблюдаю, как мой сонный любимый бредет за мной, потирая кулаками заспанные глаза, словно ребенок.

Он говорит: «Доброе утро, любимая». И нежно целует в губы.

Улыбаясь, я льну к нему, и он, так же как и я, улыбаясь, шепчет мне нежные слова. Мы с минуту смотрим друг на друга, а затем приступаем к завтраку.

По будням – это кукурузные хлопья или бутерброды, а на уик энд я стряпаю блинчики или румяные оладьи и вообще стараюсь приготовить как можно больше вкусностей. Да, по выходным мы объедаемся – неудивительно, что я набрала вес. Прибавила еще два килограмма! Это меня убивает.

Я пыталась усиленно заниматься в тренажерном зале, но после первой часовой тренировки простыла. Теперь Эдвард смотрит на тренажеры так, как будто это какие-то «беллаубийцы» или, по крайней мере, враги.

Так как я не могу тренироваться, пока болею, то делаю лишь зарядку и ограничиваю себя в еде, но как на зло здесь моей военной выдержки не хватает.

Я боюсь, что Эдвард узнает о моей идее и отшлепает меня как непослушного ребенка. По его словам, я стала теперь еще соблазнительней. Но когда я не влезла в любимую юбку… Я не хочу толстеть! Не до такой степени, чтоб обновлять гардероб.

Так или иначе я улыбаюсь.

Даже если злюсь на него, когда он задерживается на работе. И все же, ожидая Эдварда возле центрального входа в колледж, расцветаю, когда замечаю счастливую улыбку, пока он идет мне на встречу.

Иногда он подхватывает меня на руки и начинает кружить – я от души смеюсь и понимаю: то, что пишут в романах и показывают в кино, действительно, бывает.

Улыбаюсь, когда он отталкивает меня бедром от раковины с посудой, целуя мои руки и приговаривая, что эти ручки должны напрягаться только на клавиатуре, и отправляет меня работать над очередной статьей. Он знает, как я люблю писать и как редко мне удается дома сосредоточиться на работе, когда любимый так соблазнительно разваливается на диване.

Улыбаюсь, когда он пробирается ко мне в душ, а потом просто смотрит, как я моюсь, и если в этот момент я поймаю его взгляд, он стеснительно отведет глаза, словно видит меня обнаженной впервые.

А самые незабываемые ощущения – когда я вижу, как он неподдельно счастливо, так открыто улыбается мне.

Я просто зажмуриваюсь от блаженства, когда замечаю, как он восторженно смотрит на меня. Неважно, по какому поводу: будь то – налила кофе в чашку или легонько коснулась щеки губами.

Он так смотрит на меня, что хочется жить.

Начала замечать за собой, что мои стереотипы рушатся, а принципы кардинально меняются. Он всегда говорит: «Попробуй». И я понимаю: а почему бы и нет? Почему быть предвзятой в том, чего не знаешь? Примерить платье, которое смущает. Не бояться сделать новую стрижку. Прочитать книгу в нелюбимом жанре. Сходить на рыбалку. Столько всего нового, чего я не понимала, стало таким интересным. И это все он.
***
К сожалению, из-за повседневной работы с компьютером и огромной любви к чтению мне пришлось прибегнуть к услугам офтальмолога. Я очень переживала из-за очков и была настроена категорично против линз. Врач объяснила, что мое зрение не до такой степени испортилось, чтобы носить очки постоянно – достаточно работать в них за компьютером. Это уменьшит утомляемость глаз и, надеюсь, предотвратит дальнейшее ухудшение зрения.
Доктор была невероятно терпелива и очень удачно подобрала оправу для будущих очков.

Эдвард говорит, что в очках я выгляжу очень сексуально.

Видимо, комментарии любимого загибают извилины в нужном направлении, и сама себе я в очках стала очень нравиться. Теперь даже на занятиях в колледже не стесняюсь надеть очки, когда это требуется.

Вот она любовь, призванная направлять любимых в нужное русло и беречь их порой от самих себя.

Лист 27

Дорогой Дневник!

Как же долго мы не виделись… Я так увлеклась, что у меня даже пропала привычка записывать свои мысли, пока не наткнулась на тебя… Мне немного стыдно и грустно.

Бедный, бедный мой, Дорогой Дневник, как я могла забыть про тебя и не рассказать тебе всего того, что произошло в моей жизни?!!

А ведь жизнь стала такой сочной и вкусной, такой богатой на события, такой восхитительно ароматной, что я в полной растерянности от несправедливого упущения с моей стороны.

Ведь когда-то я вносила в эту тетрадь не только свои бурлящие эмоции, но и досконально описывала весь день – в полных подробностях. Так, мне казалось, я смогу пережить его вновь.

Сейчас, перечитывая твои страницы, я несказанно рада своим подробным отчетам – они заставили меня вспомнить все.

А все началось с переезда в Форкс.

Этот дождливый город, несмотря на мою явную неприязнь, – теперь бы я сказала, «наигранную неприязнь» – воспринимаю совершенно по-другому. Все же я редко бывала в нем, пока не переехала, поэтому раньше не могла вкусить всю его прелесть. Он стал для меня светлее и ярче, чем вся Аризона с ее вечно палящим солнцем.

Конечно, в Финиксе у меня остались друзья, но после моего переселения к отцу они быстро переквалифицировались в хороших знакомых, с которыми можно перекинуться парой строк в социальных сетях. А Форкс подарил мне истинных друзей – искренних, преданных, настоящих.

И я всегда буду безмерно благодарна этому городу за то, что он подарил мне мою первую, мою единственную, мою настоящую любовь.

Когда-то ко всему тому, что так яро описываю, я относилась скептически, потому раньше в моей жизни такого не было. Я понимаю, что еще слишком молода, чтобы делать серьезные выводы. Возможно, лет через пять-десять мои сегодняшние слова покажутся мне слишком наивными, но точно знаю, что сейчас я беспредельно счастлива.

Конечно, не всё в моей жизни безоблачно. Бывают слезные скандалы с Эдвардом, мамой и даже Элис. На то мы и есть родственные души, что понимаем: скандалы скандалами, а друг от друга мы никуда не денемся.

Эдвард также будет моей любовью, мать – матерью, а Элис – лучшей подругой. Нельзя же сломать все из-за сиюминутного порыва, поддаться эмоциям и перечеркнуть смысл своей жизни. Вероятно, кто-то может так поступить, а кто-то и находит ту или иную причину веской для серьезного конфликта, но мы трезво понимаем свое значение в жизни друг друга и не позволим никому и ничему разрушать наши узы.

По сути, я неконфликтный человек, очень не люблю ссориться – злости больше, чем на пять минут, уже не хватает.

Слава богу, Эдвард понимает это и беспрекословно тушит мой негатив на корню нежными словами, жаркими поцелуями, волнующими прикосновениями…

Господи, благодарю тебя за то неимоверное терпение и мудрость, что ты подарил моему мужчине!

Дорогой Дневник, возможно, я перестала с тобой делиться событиями из-за того, что они как водопад обрушиваются на меня. И сейчас уже нет того скучающего одиночества, которое позволяло мне обрисовать тебе ситуацию.

Я как заводная кручусь целый день в водовороте событий, и знаешь что, Дорогой Дневник, совсем не устаю. Скорее, наслаждаюсь полетом, словно жизнь моя – веселый аттракцион, а ведь от блаженства не устаешь.

И все-таки немного грустно… Неужели я никогда не расскажу тебе, как закончу колледж, сделаю карьеру, выйду замуж, рожу детей…

Нет! Это ведь такие памятные моменты, которые, несомненно, захочу запечатлеть в своей памяти.

Так что…

Я не прощаюсь!

Я говорю: «До свидания, Дорогой Дневник!»

Искренне, твоя Белла.