Драко Малфой взглянул на часы. Было только девять часов утра, и он потратил уже добрых десять минут, забавляясь одной из своих любимых игр: разглядывал Гермиону Грейнджер. В другом конце кабинета объект его интереса скрючилась над своим столом и яростно что-то строчила. Сосредоточенная, она немного втянула верхнюю губу. Несколько непослушных завитков выпали из неаккуратно затянутого на ее макушке пучка, лаская безупречную кожу шеи. И хотя Драко никогда бы этого не признал, он все же вырос и ему очень нравилось, как Грейнджер своим излюбленным способом использовала палочку вместо шпильки, работая с бумажками.

— Скажи мне, Грейнджер, ты когда-нибудь задумывалась о том, чтобы действительно оторваться? — спросил он, когда брюнетка решила все же поправить свой пучок.

— Нет, это только отвлекает, — коротко ответила она, не поднимая взгляда от пергамента.

— Серьезно, Грейнджер, я не в буквальном смысле. Ты когда-нибудь отбрасывала работу и давала себе отдых, хотя бы раз?

— Не могу. Нужно подготовиться к совещанию между Отделами, — отрезала Грейнджер своим нетерпящим возражений тоном – словно каждое ее слово, обращенное к нему, замедляло процесс. А на самом же деле, скорость пера, с которой она царапала что-то на пергаменте, заставляла Драко чувствовать головокружение от одного только взгляда на него.

— Рождество в следующий четверг, — небрежно сказал он. — Не думаю, что кто-то обеспокоится тем, чтобы явиться на совещание. В офисе только мы с тобой, посмотри сама.

— Поздравляю, Малфой, ты наконец-то понял, что это офис. Почему бы тебе не заткнуться и не поработать хоть немного?

— Сегодня суббота, помнишь? Для меня нет работы, — ответил Драко, небрежно закидывая ноги на стол.

— Тогда почему ты вообще здесь?

— А как ты думаешь, Грейнджер? Я наслаждаюсь твоей великолепной компанией.

Грейнджер фыркнула, а Драко чувствовал, как ее раздражение возрастает с каждой минутой.

— Если так, то прекрати жаловаться. Я не представляю, кто бы в здравом уме задумался о твоем найме в принципе.

— Ц-ц-ц, Грейнджер. У меня особые отношения с главной Отдела, если хочешь знать.

Только после этого приемчика она наконец посмотрела на него.

— Правда? — спросила она, иронично выгнув бровь. — Почему я не удивлена?

Драко одарил ее своим коронным «лучше не связывайся со мной» взглядом, на что она просто закатила глаза и вернулась к своему отчету.

Взглянув на часы еще чуть позже, он вдруг заявил: — Время.

— Время для чего?

— Время, чтобы сделать тебе приличную прическу, — коротко ответил он и прежде, чем она успела среагировать, нацелил палочку на волосы Грейнджер, бормоча заклинание. Ее палочка незамедлительно сменилась красной в белую полоску сахарной тросточкой, украшенной зеленым бантом.

— Что это? — недоверчиво спросила она, осторожно касаясь своей новой заколки.

— Созданный твоим покорным слугой аксессуар в тему Рождества.

— Верни мою палочку!

— Неа!

— Преврати конфету в нормальную заколку!

— Нет, не когда она делает тебя такой невероятно сексуальной.

— Лестью ты своего не добьешься, Малфой, — насмехалась она, сердито выдергивая конфету и распуская свои волосы, представляя их во всем своем необузданном великолепии.

— Поправочка: я уже добился, — хихикнул Драко, в то время как у Грейнджер глаза вылезли из орбит и она исчезла с громким хлопком. Он достал свой портключ (еще одну сахарную тросточку) и спустя пару секунд очутился на пляже, где застал изрядно раздраженную Гермиону Грейнджер.

— Драко Абраксас Малфой, — закричала она, подбоченившись и молниеносно стреляя в него глазами словно кинжалами, — что, думаешь, ты делаешь?

— Добро пожаловать в Австралию, любимая, — сказал Драко, оборачивая руки вокруг ее талии и сокращая расстояние между ними, чтобы поцеловать ее. — Моя невеста не будет работать в выходные перед Рождеством, — прошептал он, проведя носом вдоль ее ушка.

— Хм-м, твоя правда, — довольно вздохнула она. Его очарование было особенной магией. Срабатывающей каждый раз, самодовольно подумал Драко, прежде чем снова заявить свои права на ее губы. Правда, когда они оторвались друг от друга, его только что появившаяся ухмылка быстро исчезла, когда он увидел свою фирменную ухмылку, играющую на лице Гермионы. Она была столь безупречной, что Драко готов был поклясться, что она практикуется, чтобы довести эту ухмылку до совершенства к их свадьбе.

— Знаешь что, Малфой, — медленно начала она, — ты только что заработал себе на месяц сверхурочной работы после этих праздников.

Переводчик: Shantanel