Конец учебного года подкрался незаметно. Подготовка и проведение экзаменов всегда отнимали много времени, так же как упаковка вещей из класса и прощание с учениками. В какой-то момент я осознала, что уже наступило двадцатое июня, и я иду вместе с остальными преподавателями на вручение дипломов.

Нас проинструктировали облачиться в собственные мантии и шапочки выпускников, оставшиеся после окончания колледжей или магистратур. Учитывая, что я преподавала первый год, это казалось мне уморительным. В этот день, когда, предположительно, всё внимание должно быть устремлено на выпускников, преподавательский состав пытается превзойти друг друга, хвастаясь своими учёными степенями – одна престижней другой. Я же просто взяла обычную чёрную мантию из кладовки хора и встала позади всех, шутливо говоря, что не хочу портить причёску академической шапочкой.

Усевшись на своё место, я чуть не заснула. Я преподавала совсем недолго, так что моих учеников среди выпускников не было. Если бы моё присутствие не было обязательным, я бы с удовольствием пропустила эту церемонию. Наверное, я должна была гореть желанием увидеть, как Эдвард получит диплом, но очередное напоминание о его возрасте заставляло чувствовать себя более чем неуютно. Так что я мечтала о лете, пока очень знакомый голос не вернул меня к реальности.

Эдвард говорил в микрофон. Не знаю, почему я оказалась неподготовлена к тому, что именно он будет произносить речь. В конце концов, у него же был самый высокий балл на курсе.

Его речь была краткой и скромной. Он выразил благодарность учителям и пожелал всего наилучшего одноклассников. Всё длилось не более двух минут, и я задумалась, ощущали ли остальные присутствующие его дискомфорт так же чётко, как я.

Вскоре всё закончилось, и я направилась на приём для выпускников и их семей. Помогла персоналу кафетерия подготовить прохладительные напитки, пытаясь занять себя чем-то, пока автобусы не отправятся на спонсированную школой вечеринку. Там будет бассейн, еда, танцы и прочие вещи, типичные для подростков вечеринок под присмотром взрослых. Всё это закончится около шести утра – как предполагается, к этому времени Выпуск 2009 будет слишком уставшим, чтобы влипнуть в неприятности. Мне казалось, что школьный комитет знатно недооценил выносливость молодёжи, но я решила оставить своё мнение при себе.

Когда я доливала газировку, за спиной раздался чей-то голос.

- Никакой магистратуры, госпожа Свон? Я почему-то ждал от вас большего.

В такие моменты я ненавидела преподавание в престижном районе. Некоторые ученики были такими засранцами-снобами.

Я ответила, не задумываясь:

- Я отдавала должно Вирджинии Вульф. Может, летом тебе стоит прочесть «Три гинеи» - с удовольствием обсужу это с тобой, когда снова начнутся занятия.

Последующий смех поселил во мне ощущение, что я только что жёстко налажала. Медленно обернувшись, я увидела мужчину, который, несмотря на поразительную внешность, очевидно, был слишком взрослым для высшей школы.

Вот дерьмо.

- Простите. Я подумала…

- Не беспокойтесь на этот счёт, госпожа Свон. – Он всё ещё смеялся. – Хотя теперь я вижу, почему вы так нравитесь Эдварду. Я Карлайл Каллен, его отец.

Двойное дерьмо.

Блин.

Сделав глубокий вдох, я попыталась успокоиться. Доктор Каллен не знал, что у меня были непристойные мысли об Эдварде. Чёрт, сам Эдвард не знал о них. Я справлюсь.

Его отец обратился ко мне по имени, значит, Эдвард рассказывал обо мне. Это имело смысл; Эдвард говорил, что отец – его лучший друг. Притворяться, что я не знаю его, будет подозрительнее, чем признать очевидное, верно?

- Доктор Каллен. – Я протянула ему руку, которую он с готовностью пожал. – Рада встрече; пожалуйста, зовите меня Белла.

- В таком случае, зовите меня Карлайлом. Кроме того, любой друг моего сына – мой друг.

- Вы, должно быть, очень им гордитесь.

Спасибо, Капитан Очевидность.

- Да. Сегодня его день рождения, так что этот вечер особенный. Кстати, думаю, пора найти его. Был рад встрече, Белла. Уверен, наши дороги ещё пересекутся. – И он улыбнулся, после чего растворился в толпе людей.

Я понимала, что оказавшись дома буду часами анализировать наш разговор, но сейчас мне было чем заняться. Закончив с помощью в организации приёма, я села в один из школьных автобусов, заполненных учениками и преподавателями, которые направлялись на вечеринку в Y.M.C.A. (организация по обеспечению досуга молодёжи – прим.пер.)

Когда мы приехали, все переоделись в менее формальные наряды. Под заимствованной мантией на мне было простое открытое чёрное платье, и оно было достаточно удобным, чтобы мне не нужно было переодеваться, даже несмотря на то, что ночь эта будет очень долгой. И учителям было, в общем-то, почти нечем заняться. Так что я нашла стол у стены спортзала, заполненного танцующими детьми, и присела за него.

- Как они тебя в это втянули?

Подняв голову, я увидела Джо, одного из учителей биологии, сидящего напротив.

Улыбнувшись, я пожала плечами.

- Выбора не было. Мне предложили либо пойти сюда, либо отправиться вместе с выпускниками во Флориду, либо присматривать за учениками на выпускном. Учитывая, что от одного упоминания Флориды на мне появляются солнечные ожоги, и я пропустила даже свой собственный выпускной, выбор был очевиден. Но в следующем году будет веселее. К тому времени у меня, по крайней мере, будут ученики из выпускного класса. И провести с ними вечер, прежде чем они выйдут в люди, будет неплохо.

Он понимающе кивнул.

- Так и будет всю ночь? Мы будем просто сидеть здесь, наблюдая, чтобы никто не протащил алкоголь? – спросила я.

- Или занялся сексом на танцполе. Это тоже запрещено, - проинформировал меня Джо.

- Это хорошо.

Осмотрев помещение, он закатил глаза.

- Что не так?

- Видишь ли, в этих вечеринках есть одна вещь, которая выводит меня из себя. Видишь, вон там? – Он указал на скамейки в противоположном конце зала, на одной из которых в одиночестве сидел Эдвард.

- Эдвард Каллен? – Я пыталась быть равнодушной.

- Да. Вы знакомы?

Видимо, не получилось.

- Немного. Мы несколько раз случайно встречались в городе.

- Тогда ты знаешь, что он отличный парень. Они с родителями близки. Его приняли в Лигу Плюща, и он никогда не поставит под угрозу своё будущее, сделав в ночь выпускного что-то глупое. И вот он здесь. Вынужденный проводить время рядом с теми, кто относился к нему как к изгою на протяжении последних трёх лет, потому что таковы требования школы. В следующем году всё будет лучше, надеюсь, он наконец отправится к людям, которые оценят его способности. Но до этого ему придётся провести восемь часов в изоляции. Нелепо.

Я согласно кивнула, не зная, что сказать. Но когда зазвучала медленная песня, я поняла, что должна сделать.

- Я отойду. – Поднявшись из-за стола, я направилась к скамейкам, на которых расположился Эдвард.

- Привет. – Я надеялась, что в моём голосе не чувствуется нервозность. – Потанцуем?

- Да. – Вскочив на ноги, он протянул мне руку.

Я вложила в неё свою, и он повёл меня на танцпол. Вдруг осознав, что я не продумала свои действия, я отступила на шаг и покачала головой, смущённо улыбаясь.

- Стоило предупредить тебя. Я не танцую.

- Вообще?

- Нет. То есть, очевидно, я танцевала. Просто у меня это получается не очень хорошо.

- Зато ко мне это не относится. Я поведу; просто следуй за мной. – Положив мою ладонь на своё плечо, он приобнял меня за талию.

И прежде чем я поняла, что происходит, мы уже кружились на собственной орбите, пока я мысленно отсчитывала такты.

- Я на самом деле вальсирую? – спросила я недоверчиво.

- Верно. И довольно хорошо.

Песня закончилась слишком быстро. Когда наступила тишина, я опустила руки и отошла на пару шагов. Мне столько хотелось ему сказать, но ничто не подходило под нынешние обстоятельства. После неловкой паузы я наконец произнесла:

- С днём рождения.

- Откуда ты узнала?

- Твой отец упомянул.

Эдвард покраснел, явно смущённый и более чем раздражённый.

- Стоило догадаться, что он тебя выследит. Прости, если это доставило тебе неудобства.

- Всё в порядке; я не против. Но теперь пора возвращаться к работе. Спасибо за танец.

Вернувшись за стол, я снова опустилась на стул рядом с Джо, к которому за моё отсутствие присоединились трое учителей.

- Это было мило, - сказал он. – Кстати, я не пытался вызвать у тебя чувство вины и заставить флиртовать с парнем.

- Я знаю. Кроме того, это было неплохо. Я никогда раньше не танцевала вальс.

Джо хохотнул.

- Думаю, ты только что сделала его воспоминания о высшей школе не такими уж и плохими.

- О, это мелочи. Вот если бы я прочитала ему свою лекцию на тему «Кантерберийских историй» - что ж, это могло перевернуть его жизнь.

На меня посмотрел один из учителей.

- Разве это часть программы девятого класса?

- Нет, но я использую отрывки, чтобы показать развитие английского языка, - объяснила я.

Завязался разговор, тема которого, к счастью, не касалась Эдварда. После приемлемого промежутка времени я извинилась и покинула их общество. Остаток вечера прошёл мучительно медленно. Добравшись до дома и забравшись в кровать я была слишком утомлена, чтобы осознать, сколь многое изменилось за последние сутки. Едва закрыв глаза я погрузилась в дрёму, лишённую сновидений.