Такси

Я долго еще стояла у окна и смотрела в никуда. Возможно, даже ждала. Я понимала, что больше никогда не встречусь с Эдвардом, но по неведомым причинам примирилась с этой мыслью. Из-за него меня одолевали противоречивые чувства: инстинктивно я боялась, а с другой стороны, была возбуждена — как будто одно исходило из другого. Присутствие Эдварда, тем более после случившейся близости, держало меня на лезвии ножа, а теперь я, облегченно выдохнув, сошла с него. Отчасти я оплакивала зародившуюся между нами связь, но умом понимала: мы с ним слишком разные, чтобы сосуществовать вместе.
Может, если бы я верила в фатум, то решила бы, что появление Эдварда в моей жизни имело цель пробудить меня. Напомнить, что у меня есть сила воли, что я могу быть храброй и импульсивной (и не совсем глупой тоже).
Я скучала по нему. Наверное, я всегда буду по нему скучать. Но ему, как и дикому животному, нет места в моей жизни. Красивому животному, интригующему… смертельно опасному.
Когда от сияющего белого снега стало резать глаза, я задернула занавески и подключила к сети сотовый, чтобы он зарядился полностью до того, как снова выключат электричество. Пролистывая смс-ки от Роуз, которые с каждым разом становились все истеричнее, я начала испытывать стыд. Надо было позвонить ей как можно скорее, но есть еще Джейкоб. Что бы там ни произошло между нами в прошлом, каким бы ни было его поведение, он не заслуживал, чтобы на него сваливалось столько забот. Я отправила ему сообщение, в котором клятвенно заверила, что со мной все в порядке, а затем, сделав глубокий вдох, позвонила Роуз.
— Белла?!
— Привет! Я получила твои сообщения! — сказала я, сделав голос как можно более радостным. Похоже, я казалась сумасшедшей. — Все хорошо?
— У меня хорошо, Белла, — нетерпеливо ответила она. — А у тебя? Тот парень… еще там? — Она заговорила шепотом, словно боялась, что кто-нибудь ее подслушает.
— Нет, он ушел. — Я сглотнула, закрыв глаза. — Он не навредил мне… Я даже не подозревала, пока не прочитала твои смс-ки… Даже не знаю…
— Но почему же ты мне не позвонила? Как ты прохлопала такие новости?
— Свет постоянно отключался. Кстати, не уверена, что он не вырубится снова. — Я говорила правду, утешаясь осознанием того, что многое могу рассказать, не ухудшив для себя ситуацию.
И для Эдварда.
— Господи Боже, — вскричала она. — Я очень рада, что ты жива-здорова. Элис тут интересуется, ты домой собираешься?
— Конечно, собираюсь, — буркнула я. — Джейкоб уже в пути и бог знает кого еще за собой тащит… Слушай, Роуз.
— А?
— Что именно ты сказала Джейкобу? Судя по его сообщениям, он малость обезумел.
— Я рассказала ему ровно то же, что услышала от тебя. Ты обнаружила возле дома почти мертвого парня, ухаживала за ним… старалась вылечить. А потом пропала, и потому я поставила его в известность. Он понял, что-то случилось. Все мы так решили. Господи. Я знала, что нельзя тебе туда ехать. Знала…
Она продолжала тарахтеть, что было не похоже на Роуз, но я не перебивала. Она одна из моих закадычных подруг, я даже представить себе не могу, что им с Элис пришлось пережить за последние дни.
А что пришлось пережить мне?
Мы еще немного поболтали, а потом попрощались. Через полчаса после нашего разговора накрылось электричество. От Джейкоба ответ так и не пришел, но я знала, что уже скоро он будет со мной.
— Черт возьми, — пробормотала я, смотря на запасы дров. К счастью, Эдвард много оставил, но я продолжала чувствовать шаткость ситуации, в которой очутилась. Я представила, что было бы, не окажись он рядом. Волк. Холод и никакого тебе тепла.
Вдали послышалось какое-то громыхание, пока не показалось, будто небо раскололось надвое. Я вскочила с дивана, подхватила с пола толстовку и натянула ее на себя, подбежав к окну.
Кавалерия прибыла.



Джейк придерживал мой подбородок ладонью, внимательно смотря мне в лицо. Его глубокие карие глаза сияли от искреннего беспокойства.
— Ты в порядке, — пробормотал он, нежно водя кончиками пальцев по моей скуле.
Он явился на несколько минут раньше, ведя за собой ораву из хранителей закона, служебных собак и нескольких внедорожников, как полный решимости герой из фильма Майкла Бэя. Если до сего момента я не понимала, насколько грандиозным был этот розыск, то теперь в полной мере это осознала.
Я тактично отпрянула от слишком интимного касания Джейкоба. Когда-то, давным-давно, я была бы не против такой нежности; не возражала бы и сейчас, если бы он вел себя иначе.
— Я в порядке. Я же тебе говорила: он ничего… ничего мне не сделал. Я даже не подозревала, что этот тип опасен.
— Знаю, знаю. Ш-ш-ш. — Он рывком притянул меня к себе, обволакивая своим крупным телом. От него вкусно пахло.
От него пахло не так.
— Ты уверена, что ничего… — Джейкоб замолчал, снова подавшись назад, чтобы посмотреть мне в лицо. — Ничего не хочешь мне рассказать? Мы можем уединиться…
— Джейкоб…
— Если тебе нужна экспертиза как жертвы изнасилования…
— Джейкоб! — Я яростно отпихнула бывшего, скептически на него глядя. — Ты вообще меня слышишь? Я же сказала: ничего не произошло. — Только по обоюдному согласию. — Остынь. Разбирайся с тем, что он натворил до этого, ладно?
— Прости. — Он поднял руки, выглядя раскаивающимся… но я так долго была с ним знакома, что тут же заподозрила неискренность. Джейкоб в своем деле был мастером: охотился на преступников, добивался от них правды. А сейчас на допросе находилась я, несмотря на то, что, по сути, и была пострадавшей стороной. — Но Белла…. Когда Роуз мне позвонила, в голове вертелась мысль, что с тобой случилось ужасное. Ты понятия не имеешь, как трудно было пережить последние сутки.
Он прав. Я понятия не имела. Вздохнув, я кивнула и погладила его по руке.
— Знаю. Прости за беспокойство.
— Слушай. Ты знаешь, что им как можно быстрее нужно тебя допросить, правда? Каждая деталь… они должны знать все, что здесь произошло. Ты должна быть абсолютно честна с ними.
Я фыркнула, но сердце бешено колотилось.
— Джейкоб, конечно, я буду честна.
— Знаю, детка. Но… — Он оглянулся, а потом наклонился ко мне. — Странно, что этот преступник пробыл здесь столько времени, а ты даже не знала, кто он такой.
— Я же рассказывала тебе: долго не было света. А потом, когда он включился, я пыталась ему помочь. У меня… не было времени смотреть телевизор. — Я говорила правду, которая вместе с тем являлась и ложью.
— Эй. — Он пристально посмотрел на меня. — Я в курсе. Но их тоже надо убедить. Помогать сбежавшим из тюрьмы — преступление.
Теперь мне стало страшно, но по другой причине. Потому что в самом начале я была настоящей простофилей, но потом, под конец, все изменилось. Сглотнув, я кивнула.
— Понимаю.
Я оглянулась, взирая на царящую в хижине суматоху. Яркий контраст по сравнению с безмятежностью последних недель. Сейчас дом был полон полицейских и шерифов, которые делали снимки, фиксировали отпечатки пальцев, и служебных собак, которые обнюхивали каждый дюйм.
Я подумала о волке: интересно, он выжил или убежал?
Ко мне подошел офицер — крупный, внушающий страх мужчина с седеющими волосами.
— Здравствуйте, мисс Свон, я офицер Атеара. Мне нужно задать вам несколько вопросов…



— Пойду соберу вещи, — сообщила я Джейкобу, и он сочувственно сжал мои плечи и отпустил. Вопросы офицера Атеара были предсказуемыми, но отвечать на них все равно оказалось сложно. По мере возможности я рассказала всю правду — например, сколько в общей сложности пробыл у меня Эдвард, но о многих деталях умолчала.
Когда примерно он ушел?
Не знаю. Вчера днем. Уже темнело.
Во что он был одет?
Серые тренировочные штаны. Черный свитер. Куртка.
Как он объяснил свой уход?
Сказал, что хочет наколоть дров, но так и не вернулся.
Было ясно как день, что до этой встречи мы с Эдвардом никогда не были знакомы. К тому же, свет до сих пор не включился, что подтверждало мою историю, объясняющую, почему я оказалась не в курсе последних событий. Задав еще несколько вопросов, меня отпустили. Причин подозревать меня в даче ложных показаний не нашлось.
Устало поднимаясь по лестнице, я мысленно составляла план необходимых действий перед отъездом. Я уже позвонила дяде Филу, который в ужасе от случившегося решил вернуться домой на этой неделе. Услышав последние вести от Роуз, мне позвонила моя мать. Она пребывала в истерике, но, зная, что рядом со мной Джейкоб, немного подуспокоилась.
Поднявшись на второй этаж, я тепло оделась и побросала остальные вещи в сумку. Забрала из ванной зубную щетку и бритвы, вспоминая, как брился перед зеркалом Эдвард. Пошла по узкому коридору к спальне, куда меня тянуло эфемерное присутствие Эдварда. Беспорядок на кровати словно потешался надо мной, поэтому я быстро заправила постель, чувствуя себя худшей в мире племянницей из-за того, что даже не удосужилась постирать простыни. Поежившись, сдернула их с кровати и запихнула в корзину.
Подхватив сумки, бросила напоследок взгляд на комнату, потом — в окно. Внизу на снегу стояло несколько копов — остальное большинство возобновило погоню. Меня передернуло, стоило представить на этом холоде Эдварда, на которого открыта облава. Что станет причиной его смерти? Уязвимость? Волки? Пулевое ранение?
Но теперь это не имело значения, верно?
Уже нет. Для меня — нет.
В этом я пыталась себя убедить, покидая лесную хижину.



Ночь мы провели в мотеле расположившегося рядом городка Ливенворт, а утром Джейкоб посадил меня на поезд до Сиэтла. Он не хотел оставлять меня одну, но объяснил, что ему нужно «вернуться туда». Я не удивилась. Теперь, когда я оказалась в безопасности, он мог заняться розыском, поделившись с местными своим опытом и огромными познаниями в этой области.
Я с радостью его отпустила. Мои чувства к нему только усилили вину: он всегда ставил меня на первое место, любил, а я оказалась неблагодарной сукой. И все же ничего поделать с собой не могла. Джейкоб — хороший человек, но его забота душила меня, и мне нужно время, чтобы восстановиться после пережитого стресса. Я была в пути, когда пришло сообщение от Роуз.
«Ты уже в поезде?»
«Да. Вернусь домой около трех».
«Какая остановка?»
«Кинг-стрит, только не приезжай. Вызову такси».
«Прекращай нести чушь, никакого чертова такси. Мы приедем».
«Пасиб»
«Целую».
Оставалось только вспоминать об Эдварде: его диких зеленых глазах, голосе с хрипотцой, цвете волос при свете камина, беззаботности во время сна. Как он спас меня от волка. Каким беззастенчивым типом он был — не в сравнении со снисходительным Джейкобом, который считал себя во всем правым, а в том, как он добился от меня уважения, данного мной так неохотно. Он не искал оправданий своему образу жизни.
Как он целовал меня, ласкал. Как у меня ломило тело после самого долгого секса в моей жизни. Я действительно переспала с преступником. Не обычным преступником, а опасным уголовником, находящимся в розыске и зарабатывающем на жизнь самым гнусным способом.
Я чуть не расхохоталась. Хотя в душе плакала горькими тихими слезами. Я отвернулась к окну, смотря на бесконечное серое небо и пятнышки зеленой травы, и спрашивала себя, как после пережитого вернуться к обычной жизни.

---