Плохая идея.

Просто чертовски плохая идея.

Да, он знает это. Правда знает, но он же Касл, и этого объяснения вполне достаточно.

Он берет чёрный фломастер из кабинета и крадучись подходит к ней, спящей на диване. Сейчас только восемь, но после целой недели работы над трудным делом, полной бесонных и изматывающих ночей, Гейтс дала напарникам выходной, и его детектив предпочла сон другим более интересным делам вместе с ним. Ну и зря, то будет ее вина, потому что ему просто-непросто скучно.

Он молчаливо ухмыляется, когда садится перед ней на колени, держа открытый фломастер. Он склоняет голову вправо, и его губы изгибаются в тёплой улыбке, пока он смотрит на неё. Она бесконечно очаровательна, когда спит: порой морщит носик, брови слегка нахмурены. Но вскоре она вздыхает и ещё сильнее вжимается в диван. Возможно, ему не стоит этого делать. Возможно, лучше дать ей поспать.

Нет, то, что он задумал, куда веселее.

Он поднимает руку, осторожно касается кончиком фломастера ее кожи и рисует три толстые линии на каждой щеке, которые «исходят» от ее носа, на котором он рисует чёрную точку.

«Ты труп», — кричат голоса в его голове. — «Настоящий покойник».

Вот уж точно. Он мертвец.

Самая сложная часть сделана, теперь осталось дождаться, пока она проснётся. Лёгкий толчок в плечо - и она шевелится, медленно открывает глаза. Видит его так близко к себе.

— Привет, — шепчет она, потирая глаза.

— Привет, — просто говорит он, пряча фломастер под диван.

— Сколько времени? — садясь, спрашивает она.

Он смотрит на часы на запястье.

— Почти девять, — сообщает он. — Ты уснула в четыре, и я предположил, что ты захочешь перекусить.

Она кивнула.

— Умираю с голоду.

— Я приготовил пасту.

Он ведёт ее на кухню и закусывает губу, чтобы сдержать смех. Она пока ничего не заметила.

Пускай начнётся веселье.

— Кейт, — начинает он, когда передаёт ей тарелку полную еды. Ее живот урчит от этого запаха, и он использует это как предлог улыбнуться, как идиот. — Не окажешь мне одолжение?

Она смотрит на него с подозрением.

— Что ещё за одолжение?

— Да так, пустячок.

— Скажи мне.

Он даёт ей минутку, чтобы она прожевала.

— Можешь мяукнуть?

Наступает длинная пауза, прежде чем она поднимает взгляд.

— Что? — она хмурится.

— Мяукни. Ну, знаешь, как котёнок. Мяу-мяу, — объясняет он, и наглая улыбка все никак не сходит с его лица.

— Я знаю, что значит мяукнуть. Только зачем?

— Потому что я прошу тебя.

Она щурится: что-то не так.

— Нет.

— Ну, пожалуйста.

— Нет.

— Кейт.

— Касл, я же сказала — нет.

— Прошу, всего один разочек? — дуется он. — Я буду помогать тебе с бумажной работой целый месяц, — тут же предлагает он.

— Два месяца.

— Хорошо, — сдаётся он.

— Мяу.

Она совсем не ожидала, что он согнётся в пополам от смеха и по лицу скатится несколько слез.

— Спасибо, — он снова смеётся. — Спасибо, — задыхаясь, благодарит он.

Она закатывает глаза.

— Господи, какой ты странный.

Когда он наконец-то успокаивается, и сердечный ритм приходит в норму, он помогает ей помыть посуду. Она все еще смотрит на него, пытаясь понять, что происходит, и, несомненно, она скоро во всем разберётся, но пока он просто сжимает губы в линию и ничего не объясняет.

— Все в порядке, Касл? — спрашивает она, складывая руки на груди.

Ой-ей.

— Все отлично, — он с трудом сглатывает. — А что?

— Просто спросила.

Ещё не поняла, прекрасно. Вторая часть его плана — заставить ее мяукнуть — выполнена; третья часть — сделать фото. И это фото с усами на ее лице будет отлично смотреться на белой доске в участке рядом с ее столом.

Ну что за засранец, разве нет?

Конечно.

— Ты как-то слишком много спишь в последнее время? — он следует за ней в кабинет.

— Полагаю, я устала, — отвечает она. Он мычит в ответ, пока она пробегается пальцами по корешкам книг. Ее глаза быстро исследуют названия, ведь она их уже знает, и вскоре достаёт одну из книг.

— Снова «Невыносимая Жара»?

— Она мне нравится.

— А точнее тебе нравятся те горячие сцены. — Она разворачивается к нему, и он не может сдержать улыбку при виде ее лица.

— Замолчи.

Он пытается, но все равно смеётся. И слышит «идиот», шёпотом срывающееся с ее губ.



Она сидит на диване, скрестив ноги, и читает выбранную книгу, хоть и читала ее множество раз до этого. Первая книга, которую он написал про неё, самые первые слова, и каждый раз, когда она видит посвящение и обводит его кончиками пальцев, по ее спине бежит дрожь.

Она переворачивает страницу и чувствует это - его взгляд.

— Касл. — Она опускает книгу, чтобы зыркнуть на него.

— Да? — слишком невинно отзывается он.

— Ты пялишься.

— И?

Как всегда.

— Это жутко.

— Но мне нравится это.

— Тогда сделай фото, хватит на дольше.

Бедняжка Кейт, ведь он хочет именно этого.

— Если ты так настаиваешь. — Он выхватывает мобильный из кармана и быстро делает фотографию. Участок завтра от души повеселится. Не каждый день можно увидеть Беккет с усами, да?

Через полчаса они слышат стук в дверь. А Касл все ещё наблюдает за ней, когда она встаёт, чтобы посмотреть, кто пришёл. Она снова закатывает глаза.

— Эспозито?

— Беккет? — детектив наклоняет голову.

— Мяукни-ка, братец, — в поле зрения появляется Райан, и они с Эспо стукаются кулаками.

— Что?

— Привет, парни! — Касл оказывается позади Беккет и прикладывает палец к губам.

Не смейте ничего испортить.

Парни обмениваются взглядом и смеются.

— В общем, ты забыла мобильный в участке вчера, — говорит Райан, отдавая ей телефон.

— Спасибо.

— Да брось. И кстати, Касл. Ты самый настоящий труп.

Он захлопывает дверь перед их лицом.

— Касл, что ты сделал? — настойчиво спрашивает Беккет.

— Ничего!

— Касл, — предостерегает она.

— Да ничего же, — повторяет он.

И тогда все летит в тартарары.

Она смотрит на мобильник в руке. Экран отражает ее лицо, и, о боже, она видит усы, чернила на своей коже.

Если бы взглядом можно было убить...

— Касл, бедный Касл, — спокойно произносит она. — Ты покойник.

Он сглатывает.

И тут же убегает, чтобы спрятаться.

Кейт Беккет ещё отомстит.