Вдохнув чарующий аромат свежезаваренного чая, я устремил свой взор в окно на мостовую. Дождь мелкой моросью оседал на тротуар и торопящихся куда-то прохожих. Но, несмотря на хмурую погоду, на моем лице сияла легкая улыбка. Я расположился в уютной кофейне, куда заходил почти каждый день за чашечкой вкусного чая. Здесь заваривали лучший чай в Лондоне. Стоило мне сделать хотя бы один глоток, как я забывал обо всех своих проблемах, о хмуром, как сегодняшняя погода, настроении. Чай всегда творил со мной чудеса.

Я уже было хотел подать знак официанту, чтобы он налил мне еще одну чашку чая, как он уже нес мне фарфоровый чайник и кусок яблочного пирога. Они действительно меня хорошо знали. Хотя неудивительно – я уже почти полгода хожу сюда.

Стоило мне приступить к пирогу, как телефон, завибрировав, оповестил меня о полученном сообщении. Нажав на экран и увидев имя, мое сердце стало биться быстрее, а губы снова растянулись в улыбке.

Тереза.

Сообщение было небольшим: она спрашивала, как у меня дела и что я делаю. Немного помедлив, я отправил ответное сообщение.

Хотя бы что-то. Мне оставалось лишь это – как и телефонные звонки. Пока ждал ответа, мысли увели меня в события полугодичной давности, в тот день, когда я только прибыл в Лондон.

У меня было отвратительно настроение, но Лондон смог хоть немного скрасить его. Всегда очень любил этот город, он буквально дышал прошлыми столетиями и событиями, которые смогли навеки оставить свой след в анналах мировой истории. Несмотря на шумиху и толпы народа на улицах, здесь было спокойно. Я чувствовал себя как дома. Конечно, я думал о том, чтобы уехать в какой-нибудь маленький городок, где будет не так много людей, но все же легче было затеряться в большом городе – да и вся эта шумиха действовала на меня успокаивающе. Но даже этот город навряд ли смог бы залатать все мои раны и помочь мне исцелится. Ведь я был тут один. Ее не было рядом и, увы, наверняка не будет.

Как ни старался, я так и не смог уговорить Терезу покинуть Бюро после убийства Веги. Хотя в душе я понимал, что она не сможет оставить свою работу, которой так дорожила и которую так любила. Она была ее вторым «Я». И даже для меня она не сделала исключения. Это ударило по мне и нашим отношениям. Я был уязвлен и уехал. Фактически «нас» больше не было. Была она, и был я. Полгода я ездил со своим трейлером по стране в поисках непонятно чего, но в один момент мне это надоело, а может, я просто устал, и потому просто пошел и купил билет на самолет, оставив свой дом на колесах на платной парковке.

Мне нужна была смена обстановки, нужно было что-то новое, что не напоминало бы мне о Терезе и о том, что мы были вместе. Полностью вычеркнуть из жизни – это был единственный, на мой взгляд, способ забыть ее и избавиться от боли, которая плотно засела у меня в груди.

Но, как оказалось, все не так просто. В первые дни в Англии я наконец-то смог отвлечься от прошлого, здесь даже дышалось легче. Тяжесть в груди вернулась, стоило моему телефону подать сигнал о приеме sms.

Тереза.

Это было маленькое и простое сообщение. Первое после того дня, когда я уехал. Она спрашивала меня, как мои дела, где я и чем занимаюсь. Вроде бы совершенно рядовые вопросы, которые не таят в себе никаких подвохов, но внутренний голос не переставая твердил мне, что в них есть скрытый мотив. Возможно, она жалеет о нашем расставании, возможно, хочет помириться – и еще десятки таких «возможно» всплывали у меня в голове.

Несколько часов я не отвечал и не знал, стоит ли вообще это делать. Но, в конце концов, пальцы, не повинуясь разуму, напечатали письмо. Ответ не заставил себя долго ждать – было ощущение, что Тереза сидела и неотрывно ждала моего сообщения. Это принесло мне некоторое удовлетворение. Так и завязалась наша переписка. Мы общались почти каждый день. Даже созванивались иногда. Раз в неделю так точно. Было так приятно снова слышать ее нежный голос. В первые секунды он меня даже ошеломил – я и не подозревал, как сильно соскучился по нему.

Мы разговаривали обо всем на свете. Не затрагивали лишь одну тему. Нас. Это было негласным правилом, которого мы, не сговариваясь, придерживались с самого начала. Я знал, что у нее никого не было, как и она знала, что я один. Росток надежды робко прорастал в моей душе. Я мечтал, чтобы она приехала сюда, мечтал поговорить с ней с глазу на глаз, выложить все, что накопилось у меня на душе, обнять, снова прикоснуться к ее губам в поцелуе. По большей части она игнорировала мои намеки на ее приезд сюда, но иногда в ее письмах и голосе я улавливал грусть, которую она не могла сдерживать.

Звук вибрации вернул меня в настоящее время. Тереза писала о том, как устала на работе и что мечтает о скором отпуске. Я не решался вновь писать о ее приезде в Лондон, да и зачем мусолить эту тему вновь – лишь только если хотел новую порцию глухой боли, что отзывалась в сердце, стоило увидеть ее очередной отказ. Да и наверняка в отпуск она захочет отправиться к своей семье, навестить братьев и племянников.

Последние пару недель я так мечтал сорваться отсюда, наплевать на все, надавить на горло своей гордости и взять билет на самолет до Хьюстона.

Вздохнув, я допил чай, расплатился и вышел на улицу. На моем лице сразу же осели капли дождя. Они освежали и успокаивали. Решив прогуляться, я отправился в центр города. Ноги мерно вышагивали по тротуару, в то время как мои мысли были далеко отсюда. Они были рядом с ней. Все это сводило меня с ума, и я совершенно не знал, что мне делать.

Очнулся я, когда увидел перед своим лицом стойку бронирования билетов. Какова ирония. Совершенно неосознанно я сам пришел к месту, где мог заказать себе билет к Терезе. В голове было пусто, и я не знал, что мне сделать. Может, все-таки стоит решиться и отправиться за ней? Целый год ничего мне не дал, я не смог забыть ее и навряд ли уже смогу. Так к чему все эти страдания?

Пока не успел передумать, я протянул улыбающейся девушке за стойкой свой паспорт и попросил билет до Хьюстона на ближайший рейс. Стоило мне услышать слова о том, что мой билет забронирован, и я могу получить его в аэропорту, у меня с души как будто какой-то груз свалился. И быстрым шагом я направился на улицу в поисках такси.

Уже на подъезде к Хитроу я вспомнил, что ничего с собой не взял – никаких вещей. Но мне было все равно. Возможно, я смогу уговорить Терезу приехать сюда со мной. Может, ей тут так понравится, что она захочет остаться со мной. Хотя мне было все равно где – лишь бы она снова была рядом. Правда я не представлял, как она воспримет мой приезд, и надеялся, что положительно.

Расплатившись с таксистом, я направился в здание аэропорта. Получив свой билет, я решил выпить чашку чая – до самолета все равно оставалось еще часа полтора. Да и мне нужно было морально себя настроить на длительный перелет.

Чай, если эту бурду, конечно, можно так назвать, был почти безвкусным, но за неимением лучшего приходилось пить, что было. Я медленно осматривал толпу людей, снующих по всему огромному залу. Каждый из них куда-то торопился, у каждого были свои дела. Странно, но тут было даже чересчур много людей для буднего дня – может быть, был какой-то туристический сезон.

Народу стало еще больше, стоило отвориться дверям терминала, пропуская прилетевших людей. На лице каждого из них был отпечаток усталости.

Я уже было хотел отвернуться, но тут увидел знакомую копну каштановых волос. Наверное, мне показалось. А может быть, это мираж? Встряхнув головой, в попытке избавиться от посетившего меня видения, я вновь открыл глаза, но картинка не пропала, а, наоборот, стала более четкой.

Она стояла рядом со скамьей и рылась в своей сумке. Мое сердце даже на секунду прекратило свой бег. И тут мой телефон вновь завибрировал, принимая вызов. Это была она. Нажав на кнопку, я поднес телефон к уху. Откуда сразу раздался ее прекрасный, но чуть взволнованный голос.

— Патрик, привет. Чем занимаешься?

— Здравствуй. Ничем. Пью чай, который, если честно, не совсем дотягивает до данного понятия.

— Ну да, ты же у нас настоящий ценитель.

Я смотрел, как она улыбается в трубку, и улыбался вместе с ней.

— А ты чем занимаешься?

— Да так, совершенно ничем. Гуляю. Правда, погода не очень уж радует – дождь.

— Да? Я сегодня тоже гулял под дождем.

Она направилась к выходу, и, поднявшись, я направился за ней.

— Ты в своей любимой кофейне? Вроде бы говорил, что там подают отменный чай.

— Нет, я в обычном кафе, здесь, увы, чай не так хорош. В это место я точно больше не пойду в поисках чашки чая.

— Понятно. А когда планируешь отправиться домой? Я думала позвонить тебе по видеосвязи. Показать новую прическу.

— Скоро отправлюсь. Но я сейчас на другом конце города, поэтому навряд ли быстро доберусь.

Она вышла на улицу и отошла чуть в сторону от большой очереди на такси. Решив, что пора бы раскрыть свое присутствие, я подошел к стеклянной двери.

— Тереза, ты не могла бы обернуться?

Я слышал, как на том конце трубки на секунду остановилось дыхание, и наблюдал, как она поворачивает голову в мою сторону. Стоило нашим глазам встретиться, я несмело поднял руку в приветствии. Она была ошарашена, но все же тоже подняла руку.

Именно так – с телефоном, приложенным к уху – я и вышел на улицу и направился к ней. Лишь подойдя вплотную к Терезе, я отключил его и убрал в карман. Все это время мои глаза неотрывно смотрели в ее, как и ее – в мои.

На мое тихое «Привет!» я получил ответное приветствие и робкую улыбку. Несколько минут мы стояли в тишине, просто смотря друг другу в глаза и не решаясь заговорить и разрушить момент.

— Тебе идет новая прическа, — решился я хоть на какие-то слова.

— Спасибо…

Только я хотел сказать еще что-нибудь, как Тереза бросилась вперед и крепко сжала меня в объятиях. Протянув руки, я крепко обнял ее за талию и зарылся лицом в волосы.

— Я так скучала!

— И я…

Вдыхая чудесный запах ее волос, я дал себе обещание, что больше не потеряю ее и сделаю все, чтобы мы снова были вместе.