Снова и снова её кулачки колотили его в грудь. Она царапалась и кричала. Ругалась и вопила.
И он всё понимал.
Наконец, её крики гнева сменились криками боли, а из карих глаз потекли слёзы.
Она задрожала и упала ему на грудь. Его руки обхватили её, такую маленькую и испуганную. Он крепко держал ее, как если бы это помогло убрать всё плохое, и оставить только хорошее.

Если там вообще осталось хоть что-то хорошее.

Он перебирал пальцами её вьющиеся каштановые волосы, а когда она посмотрела на него, то чуть не задохнулся от крика.
Её обычно яркие, горящие глаза, были почти совершенно пусты. Лишь одна эмоция отражалась в них, и это была боль. Боль. Он надеялся, что она могла увидеть в его серебряных омутах заботу, сочувствие и просьбу о прощении.

Ранее этим вечером её родители были убиты в их магловском доме. Его отцом и его дружками Пожирателями смерти.
Когда профессор Макгонагалл сообщила ей об этом в пустом классе Трансфигурации, девушка вежливо извинилась и вышла из помещения. Как только дверь класса закрылась, она помчалась в подземелья.
После, достигнув общей гостиной Слизерена (у должности старосты есть свои преимущества), она ждала в тени тускло освещенного коридора. Она знала, что он будет один, когда придет, потому что всегда покидал Большой зал в одиночестве. И раньше, чем кто-либо.

Ей не пришлось ждать слишком долго, прежде чем он напыщенно зашагал по коридору.

Она схватила его руку и потащила в тень. Едва он успел вырваться из ее захвата, как оба тут же наставили друга на друга палочки.
Он увидел её совершенно пустые глаза, и это напугало юношу достаточно, чтобы опустить свою палочку. Девушка тоже опустила свою, так как сил на дуэль с ним у нее все равно не было.

И вот тогда она начала кричать, проклинать и бить его. Он знал, что заслужил это, поэтому не возражал.

Когда её дыхание почти восстановилось, он смахнул с глаз свои платиновые волосы, и опустил взгляд в пол.
Она сидела между его вытянутыми ногами, его руки бережно её обнимали, а она прижималась к его рукам и груди, словно он был её спасательным кругом, а не кем-то, кого она должна ненавидеть.
И в этот момент, он был её спасителем.