- Доброе утро, - произнес Драко таким тоном, что Софи поняла: ничего доброго это утро не принесет.
- И тебе того же, хорек, - не смогла удержаться она, с интересом наблюдая за его реакцией. К сожалению, Малфой шутки не оценил и стал еще мрачнее, если это возможно. Правда, промолчал, за что девушка была ему искренне благодарна. – Не хочешь спросить, откуда я узнала эту историю? – все-таки не выдержала она, вновь ступая на опасный путь.
- Гриффиндорцы, - сказал, как выплюнул Малфой. – Я думал, ты услышишь обо мне намного больше приукрашенных историй еще в первый день своего пребывания в этой башне.

Софи решила благоразумно промолчать ибо продолжать разговор с Драко, когда он сам того не желает, посчитала бессмысленным. И опасным. Скорее второе, но девушка никогда бы не призналась в этом вслух. Причин страха она не понимала, тем более Малфой никогда не давал повода, не то, что его дражайший папочка, способный унизить и растоптать одним только взглядом. Дюпон вспомнила о напутственной речи, которую произнес Малфой – старший перед их отъездом, полную намеков и предостережений на грани угрозы.

Девушка вынырнула из воспоминаний, вновь сосредоточиваясь на Драко. Они сидели за Слизеринским столом, за которым на нее почти перестали недоверчиво коситься, но разговоры велись только шепотом, что вызывало у Софи тщательно скрываемые смешки. Драко был… подавлен. Разбит и уничтожен. Она к этому не имела никакого, отношения, в этом девушка была уверена, а еще понимала, что Малфой вряд ли сейчас примет чью-либо помощь, чтобы у него не произошло, и если вообще когда-нибудь будет способен на это. Дюпон представила его презрительный взгляд и слова, обдающие холодом: «В благотворительности не нуждаюсь», и даже успела придумать свой остроумный ответ, но Драко вдруг обернулся к ней, и Софи поняла по глазам и сжатым в тонкую полоску губам, что случилось что-то действительно страшное. Ведь парень, сидящий рядом с ней, был пустой оболочкой с пустыми глазами и, она была уверена, если дотронуться до его руки, то можно почувствовать лишь отталкивающий холод как от мертвеца.



Длинный коридор был мрачным и пугающим. Окажись в нем одна, Софи бы нервно вздрагивала от каждого шороха. Она и сейчас была готова пугливо оглядываться, если бы не рука Драко, крепко сжимающая ее ладонь. Она должна быть сегодня сильной за них обоих.

Люциус Малфой был арестован в ночь на двадцать четвертое октября, а сейчас должен был состояться его второй после войны суд. Дата заседания постоянно откладывалась, в итоге слушание состоялось только через сорок восемь дней, а все это время отец Драко находился в Азкабане. Зал был забит. Все-таки многие были недовольны, что Люциус вышел сухим из воды, лишившись недвижимости, но живым и с довольно приличной суммой на счету, поэтому люди в основном перешептывались о том, что он должен ответить за все свои злодеяния.

Софи лишь тяжело вздохнула, выпрямляя спину, подпуская холоду во взгляд, ближе прижимаясь к Драко, ни на секунду не отпуская его руку. Она боялась, что он сделает какую-то глупость. Или сама цеплялась за него, чтобы не сорваться. Не суть важно.

Они сидели поодаль, в тени высоких колонн, но так, чтобы Люциус смог видеть их. Нарцисса прийти не смогла, девушка категоричным тоном заявила, что так будет лучше, и, к удивлению Драко и, собственно, самой Софи, Нарцисса согласилась дожидаться новостей в Малфой – мэноре.

Обвинения были сфабрикованы, Драко не сомневался, да и Нарцисса, абсолютно раздавленная, с кристально честными глазами уверяла, что Люциус практически не выходил из Малфой – мэнора, работая над договорами исключительно из кабинета, он не мог руководить еще не отловленными ПСами, участвовать в набегах на семьи волшебников, поддерживающих Орден в смутное время. Драко вдруг крепче сжал ее руку, а зал погрузился в тишину. Через высокий свод открытых дверей вошел Люциус, позвякивая кандалами. Он уже мало напоминал того лощенного аристократа, коим был в их последнюю встречу. Взгляд был затравленным, волосы висели длинными грязными прядями вдоль лица, мантия была потрепанной, а плечи опущены.

- Люциус Малфой, - громкий голос судьи послал мурашки вдоль позвоночника, и Софи невольно вздрогнула. Драко, не отрываясь, смотрел на отца, с каждой секундой плотнее сжимая губы, между бровей залегла складка, а свободная рука крепче сжала деревянный подлокотник кресла. Холодный голос судьи продолжал зачитывать список обвинений, вспоминая и прошлые грехи. – Признаете ли вы себя виновным?
- Да.

Софи удивленно моргнула, во все глаза уставившись на Люциуса. Шепот в зале стал громче: не одну ее поразила эта новость. Драко же, наоборот, словно обмяк в кресле, будто признание его ничем не удивило, словно он был готов к этому. А вот на девушку, как и на сотню присутствующих, эта новость произвела эффект, подобный возрождению Темного Лорда. Из-за поднявшегося через минуту шума слушание прервали, а еще через час объявили о том, что дело Люциуса подлежит пересмотру.

- Что он делает? – тихо спросила девушка. Просторная кабина лифта не располагала к откровенным разговорам, но Софи хотела узнать, что, черт возьми, затеял глава семейства.
- Раскаивается, - пробормотал Драко, закрывая глаза, упираясь затылком в стекло кабинки.

Софи удивленно уставилась на него: слова «Малфой» и «раскаивается» девушка никогда бы не смогла представить в одном предложении.

- Дементоры, - прошептал Драко. – В прошлый раз было то же самое, он долго приходил в себя.
- То есть избавлялся от раскаяния?

Драко ничего не ответил, продолжая стоять неподвижной статуей, а девушка раздумывала над тем, что скажет Нарциссе.

***
В окно монотонно стучал дождь, нагоняя сон. Софи, не отрываясь, смотрела на дорожки воды на стекле.

Нарцисса уснула недавно после нескольких выпитых успокоительных зелий. Девушка не знала, как она сможет пережить подобное, поэтому написала своему отцу с просьбой отпустить маму и сестренок в Малфой – мэнор, Нарциссе нужна была поддержка.

- Я не любила его. – Софи обернулась на голос, встретившись с осмысленным взглядом женщины. – Когда выходила за него замуж, - тихо пояснила она. – Я была молода, как ты, - между тем продолжила Нарцисса, - когда отец познакомил меня с Малфоями. Я всегда была послушной, готовой соответствовать ожиданиям своей семьи. Я научилась любить его. Со временем.
- Зачем вы все это рассказываете мне? – тихо спросила девушка, присаживаясь на край кровати.
- Ты не похожа на меня, для тебя это… груз на шее, но ты тоже научишься его любить.
- Я не хочу учиться, - покачала головой девушка.
- Понимаю, ты хочешь чтобы и тебя накрыло с головой все безумие любви, ты не жаждешь спокойных чувств и привычка для тебя в тягость, но я вижу…
- Не нужно, - покачала головой Софи, - не продолжайте, я поняла, что вы хотите сказать.
- Я просто хочу, чтобы ты перенесла это легче, Драко он…
- О, вот только не нужно нахваливать передо мной сына, я прекрасно знаю, что он из себя представляет. – Девушка тут же пожалела о своих словах, увидев отразившуюся на лице Нарциссы боль. – Я не хотела сказать… - тут же пошла она на попятную, пытаясь объяснить, что имела виду.

Нарцисса крепко сжала ее руку, в молчаливой просьбе замолчать, и девушка послушалась, с грустью глядя на сломленную женщину, которой она сейчас причинила еще больше боли.

***
- Она уснула, - устало сказала Софи, опускаясь на подлокотник кресла, в котором устроился Драко с «Ежедневным пророком» в руке.
- Малфои снова на первой полосе, - усмехнулся он, отбрасывая газету.
- Мама скоро будет, она позаботится о Нарциссе, - отстранено сказала девушка, глядя на язычки пламени в камине. – А нам нужно возвращаться.
- Ты думаешь, я смогу спокойно вернуться в школу? – взорвался Малфой, вскочив с кресла.
- О, ты предпочтешь остаться здесь, слоняясь из угла в угол, не в силах помочь своей матери?
- Я смогу ей помочь, - холодно ответил тот.
- Нет, не сможешь. Прежде чем помогать кому-то, нужно разобраться в себе, - спокойно сказала Софи. Она не могла позволить ему остаться здесь.
- С чего ты решила, что можешь диктовать мне условия? – прорычал Драко.
- На правах твоей будущей супруги, - едко сказала девушка, поднимаясь с кресла.

Она весь день пыталась его растормошить, чтобы он окончательно не потонул в мрачно-подавленном настроении. И, наконец-то, смогла.

Софи спокойно слушала рычание Драко по поводу ее статуса и присутствия в его жизни. Почти с улыбкой смотрела, как он ходит по комнате, размахивая руками, яростно выплескивая все накопившееся. Его очередной круг прервал домовой эльф, с легким поклоном передавая девушке письмо.

- Это от матери, - сказала она через секунду, - вежливо просит открыть доступ к камину. Она прибудет в девять.

Драко достал палочку из кармана, провел горизонтальную линию, что-то прошептав, а потом кивнул головой.

- А тебе сейчас лучше всего немного поспать, - мягко предложила Дюпон.
- Перестань командовать, - огрызнулся Драко, но все же послушно пошел к себе, а Софи осталась в гостиной, ждать прибытия матери, надеясь, что лишь одно ее присутствие в мгновение ока сможет исправить ситуацию, как было в детстве...