Догорал летний день. Диск солнца уже коснулся горизонта. На землю потихоньку опускались сумерки. Ещё немного, и на потемневшем небе робко зажгутся первые звёзды.

На опушке леса распластались три облачённых в мантии-невидимки человека. Маскировка была отменной, рядом пройдёшь — не заметишь.

— А они сегодня будут?— шёпотом спросил один из них.

— А то как же, — так же шёпотом ответил старший группы.

Третий в разговор не вступал: он наблюдал за участком мощеной камнем дороги, что вела к большим кованым вратам. По тому, как он это делал, было заметно, что он далеко не новичок, а очень даже опытный.

— Ну что, не видать? — взглянув на часы, спросил его старший группы.

— Сейчас будут, по ним часы сверять можно, педанты...

И точно, спустя несколько секунд, на дорогу перед вратами аппарировали три десятка человек в черных балахонах и белых масках. В них сразу можно было распознать Упивающихся Смертью.

— Они здесь на ночь остановятся, — продолжил третий, — я за ними неделю наблюдаю. А может и дольше, если будут готовиться к крупному рейду. Никогда не знаешь, что в голову взбредет красноглазому ублюдку.

— Боятся, гады, воевать по нормальному, все на маглов кидаются, это у них в крови, — презрительно процедил сквозь зубы старший группы.

Тем временем, прибывшие начали что-то обсуждать, бурно жестикулируя и матюгаясь, как не подобает аристократам, коих в упиванцах было большинство. Это обстоятельство начало было злить старшего группы, но тренированная воля разведчика быстро подавила раздражение. На задании не место эмоциям.

— Когда они затихнут?— спросил он.

— Когда вспомнят о живительном круциатусе от их "милостивого" господина, — фыркнул третий.

— Ты смотри, совсем беспечно себя ведут, — удивился второй, показывая на дорогу, где спор разгорался с новой силой.

— Так привыкли к тому, что здесь тихо, не боятся...

— Ничего, научим бояться, — пообещал старший.

Тем временем сумерки начали переходить в темноту. Упиванцы соизволили-таки скрыться в поместье, и ночную тишину нарушал лишь стрекот насекомых, да комары, которым было начхать на мантии-невидимки.

— Лучшее время через три часа, они тогда совсем бдительность потеряют, — сказал старший группы.

— А что, если я отвлеку их? — предложил молодой боец: ему не терпелось действовать.

— Я тебя отвлеку,— одёрнул его старший. — Забыл приказ? Себя не раскрывать до атаки. А вообще, твоё дело пока наблюдать.

Тот, который второй, хмыкнул:

— Успеешь ещё...

— Прекратить разговоры и смотреть в оба, — дал команду старший группы.

Все послушно затихли. Нужно было выждать время. Тьма уже полностью вступила в свои права, только на западе был светлый кусочек неба. Но вскоре темнота добралась и туда.

Было безоблачно, после недавних дождей воздух был чист, а звезды — особенно ярки. Казалось, что они даже стали ближе. Неожиданно за кронами деревьев начало светлеть, и вскоре над ними взошла полная луна.

— Как некстати эта люстра, — подумал про себя сержант. — Всё как на ладони.

Молодого всё время клонило в сон, но он мужественно боролся. Старший понимал его, сам когда-то был таким.

— На, — он протянул молодому сухарь. — Помогает.

— Ну, что там? — спросил он второго.

— Ждем-с, — подавив зевок, ответил второй. — Сигнал к атаке — три зеленых свистка.

Разговоры снова стихли, и все трое принялись ждать, всматриваясь в пустую дорогу и от скуки считая количество комариных укусов. Когда они уже практически были готовы не ждать никакого сигнала и бросится в атаку самим, ибо даже при наличии согревающих и массажных чар они продрогли и отлежали себе всё что только можно было отлежать, по лесу пронеслось три свистка, от которых всё перед глазами на секунду позеленело.

— Пора, — сказал старшой.

Тихо поднявшись, не снимая мантий и стараясь не наступать на сухие ветки, они двинулись к воротам. Невыразимцы уже пошаманили над защитой особняка, и проникнуть внутрь не составило особого труда.

Вся когорта упиванцев собралась в бальном зале на втором этаже. О бывшем назначении этого некогда величественного помещения теперь напоминал лишь вычищенный до блеска пол. Теперь в зале располагалось несколько диванов, кожаные кресла, что стояли вокруг большого круглого стола, на котором лежали карты Лондона и окрестностей.

В особняк проникли не только группа разведчиков, но и три десятка авроров, по уши накачанных разного рода боевыми зельями, с желанием перебить здесь всех. Пока доблестные авроры месили упиванцев с переменным успехом, трое разведчиков вплотную занялись картами, расположенными на столе.

И всё было бы хорошо, если бы не было так плохо. Когда авроры явно начали побеждать и теснить упиванцев, в темном вихре появился Вольдеморт собственной персоной. Он обвел собравшихся взглядом своих красных глаз, недобро хмыкнул и взмахнул палочкой. Половина авроров и пара упиванцев, что не успели уйти с линии атаки, оказались мелко нашинкованы. Один из упиванцев, что стояли в стороне, при этом одобрительно закивав головой, узнав свое любимое заклятие Sektumsempra, усиленное в сотню раз.

Тёмный Лорд еще одним взмахом палочки скрутил остальных авроров и разведчиков Ордена Феникса, что собирали карты и были незаметны для всех остальных. Через пару минут в зале остался только сам Вольдеморт, который так и застыл с широко раскрытыми глазами, не веря в то, что он видит перед собой.

Когда упиванцы покинули зал с аврорами на плечах и сам Тёмный Лорд уже собирался исчезнуть, в зале появилось около сотни фигур в темных балахонах и косами в руках.

— Значит так, смотрим и запоминаем, второй раз показывать не буду, — зычным голосом провозгласил один из жнецов, отойдя от остальных, чтобы его было видно.

Он склонился над одним из покромсанных тел и легонько прикоснулся к нему пальцами. Из тела выплыл светящийся белый шарик с алой искоркой посредине и замер у него на ладони.

— Всем видно? — спросил он и вытянул руку вперед, чтобы все узрели свежеизвлеченную душу. — Присмотритесь внимательно и вы сможете увидеть алую искру внутри. Ты, — он ткнул косой в одного из жнецов. — Шаг вперед и отвечай, что это значит.

— Алая искра внутри человеческой души означает, что оная душа должна быть доставлена в Ад, товарищ инструктор, — как по учебнику ответил он.

— Именно, — довольным голосом подтвердил инструктор и спрятал душу в висящий на поясе под балахоном мешочек. — Рассредоточится и приступить к сбору урожая.

— Товарищ инструктор, — подошел к нему один из жнецов, — тот тип нас видит.

Все дружно повернулись к всё так же стоящему с широко открытыми глазами Вольдеморту. То, что он может видеть жнецов, Тёмный Лорд заметил еще после четвертого крестража, но в таких количествах одновременно видел их впервые. Хотя — вспомнил Вольдеморт — Долохов клялся, что не только жнецов, но и зеленых чертей видит после четвертой бутылки.

— Все посмотрели туда, — сказал инструктор и ткнул пальцем в красноглазого. — Этого парня местные именуют Вольдемортом и боятся пуще смерти. Вследствие экспериментов с душой и телом он может нас видеть и слышать. Так что поздоровайтесь.

— Здравия желаем, товарищ Вольдеморт! — гаркнуло около сотни глоток.

Считая, что после такого и ему не помешает тяпнуть чего покрепче, Тёмный Лорд беззвучно аппарировал из этого странного места, а жнецы, тихо посмеиваясь, вернулись к работе.

— Поттер! — рявкнул инструктор. — Живо вернулся в сбору душ. Мы не имеем права мочить живых… в этом мире.