Уже на подъезде к особняку меня встретил Хоган, любезно предложивший отвезти мотоцикл в гараж, а на пороге ждал Пеппер.

- Мистер Роджерс, рад вас видеть, сэр, – широко улыбнулся молодой человек.

- Я тоже рад, друг. Тони у себя?

Пеппер приподнял бровь, и его улыбка сменилась серьезным выражением лица.

– Ну ладно, что она снова натворила?

- О, нет-нет, сэр. Просто Тони в последнее время вся в работе.

- В работе ли?

- Точно неизвестно…

- У тебя ведь доступ в лабораторию.

- Увы, сэр, с недавних пор мой доступ действенен только в периоды хорошего настроения мисс. – Мы прошли в гостиную - Выпьете? – Пеппер прошел к бару и налил мне водку с клюквенным соком. – Тони…

Он подал мне стакан. Я снял куртку и присел на диван. Пеппер сел рядом, налив себе бренди со льдом.

– Я ее три дня не видел. Заперлась у себя в лаборатории, никого опять знать не хочет. Знаете, Капитан, последние месяцев восемь, подобные скачки настроения для нее стали весьма привычными. Это невероятно утомляет, учитывая то, что управление компанией высасывает из меня жизнь. А мне ведь тридцать четыре всего, мистер Роджерс! Тридцать четыре, а я скоро выглядеть буду лет на шестьдесят. – Мужчина потер морщинки на лбу и тяжело вздохнул. – Я правда не знаю, что с ней делать, мистер Роджерс.

- Понимаю, Пеппер… - Я покрутил стакан, согревая жидкость. - Ты ведь все равно ее любишь…

- Никого ближе у меня нет, сэр… - тоскливо улыбнулся помощник Старк. – Да и к тому же, у Тони Старк свои способы показывать людям, что они ей небезразличны.

- Рассказывай… - улыбнулся я в ответ, а Пеппер вдруг вскочил.

- Сэр! Я ведь совсем забыл! Тут для вас есть кое-что. – Он закопошился в своем кожаном портфеле и достал коробочку в подарочной упаковке. – Я уж хотел с Хэппи отсылать! Мисс Старк распорядилась лично в руки и как можно скорее.

Я недоверчиво взглянул на подарок и отставил напиток.

– Я, пожалуй, вас покину, мне уже пора быть в аэропорту. Совет директоров в Нью-Йорке собирается, будем решать вопрос о постройке второй башни Старк. В Остине.

Пеппер второпях застегнул пряжки на портфеле и закинул его на плечо.

- Почему в Остине, а не в городе побольше вроде Лос-Анджелеса или того же Далласа?

- Земля дешевле, – сказал, как отрезал, Пеппер и, распрощавшись, покинул гостиную.

Наедине с самим собой мне стало еще страшнее открывать коробку. Не подлости, но чего-то не совсем приятного я ждал от того, что увижу. Подарки Тони имели обыкновение нести в себе противоречивые чувства. Я аккуратно разорвал кремовую подарочную упаковку, из-под которой виднелась синяя шероховатая поверхность плоской коробочки. Я открыл крышку, так же аккуратно отложив ее на стеклянный кофейный столик. Внутри нашел бусы из пивных пробок, разрисованные наподобие моего щита, и фото Говарда с девчушкой лет пяти у него на плечах. Они чему-то задорно хохотали, а на шее девочки висели эти самые бусы. Я сразу узнал в ней Старк. С годами она, конечно же, изменилась, но на детских фотографиях ее все равно узнать было легко. На обороте было выведено почерком Говарда: «Я старался, Тони». Под фото лежало письмо, аккуратно сложенное в квадрат. Раскрыв его, я понял, что аккуратность сохранялась только в упаковке, потому что само письмо хранило в себе воистину душу Старк, запятнанную маслом и чернилами, пахнущее гарью и металлической стружкой. Как видно, писала она его в мастерской.

«Дорогой Стивен,

Иногда может создаться впечатление, что я испытываю к тебе ненависть, но это не так. Ты должен понять, что мне тяжело воспринимать тебя таким, какой ты есть – живым. До этого момента, мне хотелось задушить тебя подушкой, тем более что доступ к твоему телу у меня имелся. Моё детство было потеряно по причине того, что отец был чересчур увлечен поисками погибшего друга, нежели подрастающей дочерью. Тем не менее, лучшие моменты в моей жизни произошли и благодаря тебе. Отец много о тебе рассказывал. Мы вместе смотрели кино о Капитане Америка и играли, изображая тебя и твоих врагов. Порой он засыпал со мной, зачитываясь перед сном. Наверное, традиция фондю пошла с тех времен, не знаю, так ли это, но если да, то…

Быть может, оно и глупо писать это. Я могла бы сказать всё при личной встрече. Сегодня Фьюри рассказал мне о твоем пробуждении. Сначала я испытала ярость, считая тебя камнем преткновения на моем пути, но хорошенько успокоившись - не спрашивай каким образом - я всё же решилась на это письмо. Если я наговорю тебе глупостей и колкой херни, не обращай внимания – это защитный механизм. На самом деле, я думаю, мы обязательно сработаемся. Звучит по-детски, да? У каждого свои недостатки. В общем… если что нужно, я буду рада помочь, но если кто-то узнает об этом письме, я натяну тебе твои колготы так, что анус треснет.

П.С. Подпиши карточки Коулсону, он твой фанат №1. Филипп Коулсон, ты его сразу узнаешь, он весьма навязчив, но мил».

Я закончил читать это короткое письмо с улыбкой на лице. Стало дико смешно от того, что когда-то маленькой девочкой, Тони бредила мной. Нужно было это обсудить как можно скорее. Я спрятал фотографию во внутренний карман, валявшейся на диване куртки и, сжав бусы в кулак, проследовал к лестнице, ведущей в лабораторию.

- Мистер Роджерс, вам отказано в доступе, – пробурчал Джарвис, но минутой позже, дверь лаборатории открылась. – Доступ пересмотрен.

- Тони?

Я огляделся по сторонам. Внутри было темно, лишь из дальнего угла доносились голоса и мелькали тени слабого освещения. Старк развалилась в Форде с открытым верхом и, попивая что-то из высокого стакана, смотрела вперед, заплаканными глазами.

– Тони…

Она заметила меня, слегка сощурившись, и подозвала жестом. Я приблизился к автомобилю и понял, откуда знакомые голоса.

- Ну, давай, Говард! Оторвись от него и скажи что-нибудь будущему поколению Старков.
- Отвали, Роджерс, мне нужно закончить это до шести часов! – Молодой Говард скривился и согнулся обратно к какой-то машине.
- Говард, на тебя смотрят твои дети.
- Ребенок, Стив, только один.
- А что если их будет девять?
- Будет только один! Или одна! В отличие от некоторых я способен контролировать свою жизнь.
- И ты подаришь ему или ей всю свою чуткость и любовь!
- Ты сейчас обо мне?
- Говард, пообещай своему ребенку…
- Хорошо! Сын или дочь, я подарю тебе всю свою чуткость и любовь. Как бы сложно мне не было, я уделю тебе всё внимание мира и научу всему, что умею! – Говард послал воздушный поцелуй в камеру.
- Как ты назовешь его или ее?
- Независимо от пола - Тони. Мой ребенок должен иметь всю крутость планеты, начиная с имени.
- Главное твой характер не имел бы…
- Грубо Стивен, очень грубо! – засмеялся Говард, и пленка оборвалась.

- Запрыгивай, попутчик, – похлопала по сиденью Тони. – Коктейльчик?

- Спасибо, Тони, я уже выпил водку с клюквой.

- Это молочный коктейль, параноик. Я пять дней ни-ни. Мигрени! – Тони покрутила пальцем у виска, очерчивая воображаемый торнадо. Я покорно сел на пассажирское сиденье. – Он был крут, да, Стив?

- Говард?

- Ну да…

- Да… - повисло неловкое молчание, и Тони отхлебнула большой глоток молочного коктейля.

- Я голодна. Хочу бургер. – Она бросила стакан рядом с авто и завела мотор. – Прокатишься, или тебе уже пора по делам?

- Пожалуй, составлю тебе компанию, – улыбнулся я.

Она, кивнув, резко ударила по газам. Со свистом и скрежетом, мы выехали на грунтовую дорожку.

- Пеппер уже уехал? – не отрываясь от дороги, спросила Тони на выезде из ворот.

- Минут двадцать назад.

- Супер, – закусила губу она и разогналась до девяноста километров в час. – Не боись, здоровяк, всё под контролем!

Она похлопала меня по плечу, прочитав немое волнение в моем поведении. Мы остановились у ничем не приметной забегаловки на окраине Малибу. Старк заказала три бургера и большой стакан колы. Я смотрел на нее как на сумасшедшую.

– Чего? Ты какой-то напряженный сегодня, – приподняла бровь Старк, едва прожевав второй бургер.

- Да нет… завтра твой день рождения.

- Я помню, Роджерс. И?

- Ну, не знаю…

- Если печешься из-за подарка, то перестань. Считай свое появление на вечеринке уже подарком.

- Ты устраиваешь вечеринку? – Старк улыбнулась, откусывая внушительный кусок булки. – Мог и не спрашивать…

Я оглянулся по сторонам.

- Так ты придешь? Полштата точно будет.

Тони ухмыльнулась в своей обычной манере и бросила остатки бургера на тарелку.

- Я буду, – уверенно ответил я.

- Супер! – вскинула вверх руки Тони. – Тебе есть, где остановиться в Малибу?

- Да я и не планировал задерживаться, но раз завтра ты…

- Ни слова, Роджерс! Можешь занять любую гостевую в особняке, места хватит. Но придется тебе поспешить с выбором, скоро прибудет «звезданутая команда».

- Мстители собираются?

- О, да! У меня ведь сегодня репетиция праздника, ты думал, от чего я пятый день глушу пресные коктейли?

Старк встала, потянулась и жестом пригласила меня покинуть помещение. Потом, будто вспомнив, залезла в карман и вытрясла на столик кучу смятых купюр крупного номинала. Когда мы сели в авто, Старк величественно выпрямилась и завела мотор. Казалось, она забыла о подарке, переданном мне с такой срочностью, записи, которую мы буквально час назад смотрели, слезах, пролитых на обивку Форда. Старк была большой загадкой. Ее самоконтроль порой сбивал с толку, настолько резко она менялась.

– Ты мою мать знал, Роджерс?

- Что, прости? – я опешил.

- Ну, маму мою… Ты ведь всё обо мне знаешь, видел файлы.

- Допустим… Но не так близко, как ты можешь себе представить.

- Что это значит?

- Я не думал, что Говард когда-нибудь станет воспринимать ее…

Старк резко затормозила, подняв пыль и вынув ключи из замка зажигания, развернулась ко мне всем телом.

– Ладно, вот теперь мне слегка не по себе.

- Продолжай, – приказала Старк.

- Мария была его ассистенткой. Их отношения были похожи на ваши с Пеппер, только… Мария была без ума от него. Терпения ей было не занимать, а Говард… Он любил поразвлечься. Мария в его интересы не входила. Он хранил ее ближе к сердцу, боялся потерять, ведь дружба с ней была дороже всех его изобретений. Видимо, пока я томился во льдах, он все же понял, какой шаг ему следует сделать.

- Значит, он ее правда любил… - отвернулась Старк.

- Тони… - Я попытался обнять ее, но Старк отпрянула. – К чему эти вопросы?

- Мой отец прошел войну без единой царапины. Шмякался об стены, вследствие взрывов в собственной лаборатории. Падал с пятиэтажной высоты, пытаясь наладить проводку в мастерской, а погиб самым банальнейшим образом – в автокатастрофе. Он ведь любил выпить, и я долгое время винила его в том, что произошло, хотя он и сам канул в то чертово озеро.

- Ты была близка с матерью?

- Черта с два. При наличии обоих родителей я росла сиротой, Стив. Но ведь женская солидарность дороже чувства собственного достоинства, коим я обладала уже будучи соплячкой. Мне всегда казалось, что отцу и на нее плевать. – Она вытерла слезы и вставила ключ в замок. – Забей, - буркнула она и завела мотор. – Хотела бы я уметь прощать, – прошептала она уже в пути.

- Это просто.

- Научи.

- Может когда-нибудь и научу.

Мы улыбнулись друг другу. Впервые за долгое время я ощутил, что мы снова те же, что и были раньше. Только с большим опытом. Я взглянул на часы.

- Половина второго… С днем рождения, Старк!

- Кошмарное окончание путешествия! – засмеялась Тони, захлопывая дверь Форда.

- Тридцать два - не конец жизни!

- Ага, сказал девяностолетний старикан в теле молодого мужчины.

Смеясь, мы поднялись в гостиную, где нас уже ждали Тор, Бартон и Романова.

- С днем рождения! – Мстители подняли стаканы и весело заулюлюкали.

- Ой, да я вас прошу! – манерно смутилась Старк.