Выплюнула кашицу из грязи и снега. Поднялась на корточки. Каблуки, конечно, сломаны. Потерла лицо ладонью в разорвавшейся перчатке. Размазала помаду и тушь. Красавица! Проходящие мимо прохожие оглядывались. Милая картинка. Сидит девушка на асфальте. В пальто. Драных колготках. Вся в грязи. И волосы дыбом. Хоть что-то в этой жизни не меняется.
Я торопилась домой к Чарли. Рождество мы праздновали вместе. Отец, Билли, Джейкоб, я. Мой старенький форд загнулся на прошлой неделе, а Джейк должен был встретить меня за школой. Но даже такое небольшое расстояние я не могла бы пройти без приключений. Было довольно скользко, ночью вода взялась ледяной коркой, а с утра опять шел дождь со снегом, и от этого пробежки на каблуках для такой неуклюжей коровы, как я, становились опасными для жизни. До банального просто – поскользнулась и растянулась на асфальте посреди дороги. Хорошо хоть движение здесь было не слишком активным.
В кармане зазвонил мобильный. Джейк – кто же еще?
- Белла, ты где? Мы уже опаздываем, в конце концов.
Мне ли не знать, как мы опаздываем! Так, нервы в сторону…
- Милый, я недалеко… но… эээ… у меня проблемы.
- Ты цела? – прожив со мной почти два года, Джейк прекрасно знал, насколько я подвержена травматизму. За это время у меня был перелом руки, нескольких пальцев, ушибы, сотрясение мозга… кажется, ничего не забыла.
- Да, практически… Туфли жалко. Пожалуйста, подбери меня. Я тут за углом сижу.
- Встать-то хоть можешь? – спросил Джейк, и я услышала, как за школой завелся двигатель авто.
- Думаю да, но рисковать не хочется.
Машина показалась из-за угла.
Джейк выскочил из нее и склонился надо мной.
- И опять ты у моих ног, милая, - улыбнулся он.
- Надейся, - хмыкнула я.
Это была наша с ним игра. Он знал, что я люблю его. Но он знал и то, что все далеко не так просто в моей любви к нему – он всегда будет вторым. Да, я отдала ему свое сердце. Точнее, то, что от моего сердца осталось. Он понимал прекрасно, что невозможно что-то изменить, что я сломана, и починить меня может только тот, кто знает, как это сделать. Джейкоб Блэк понятия не имел о том, как это сердце, на самом деле, было устроено прежде. Да я и не уверена, что он захотел бы его чинить. Потому что там был и навсегда останется тот, чье имя я перестала произносить даже в мыслях, из страха снова сойти с ума.
И, тем не менее, при каждой возможности Джейк отпускал шуточки в моей адрес относительно моей якобы безмерной любви к нему. Что ж… я не возражала… Если таким образом, он пытается самому себе доказать что-то.

- Белла! Господи! Выглядишь ужасно! – поприветствовал меня Билли Блэк.
- Я тоже рада видеть тебя, Билли, - улыбнулась я.
Билли сидел на диване перед телевизором (где же ему еще быть?). Я проковыляла до кресла (все-таки подвернула ногу) и устало плюхнулась в него.
- Где Чарли?
- На кухне. Я б тебе советовал пойти посмотреть, что он там творит, а то, боюсь, это рождество будет последним в нашей жизни – кажется, он вознамерился всех отравить своей стряпней. Кстати, что с тобой опять случилось, детка?
- Как всегда, Билли, ты же знаешь мое везение. Ладно. Пойду на кухню.
Я нехотя поднялась с кресла и, хромая, потопала на кухню.
Кухня – это отдельный разговор. Как и мое невезение. Одна из тех вещей, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не меняются. Единственное вечно солнечное место в Форксе. Шкафчики так и остались желтыми, хотя несколько лет назад я уговорила Чарли на ремонт дома, и в нем изменилось многое. Свою кухню на растерзание моим идеям отец отдать так и не решился. Что же… возможно, так и должно быть.
Чарли, немного посопротивлявшись, исключительно вида ради, был выдворен из кухни вместе со сковородой пережаренного и непереносимо острого (перестарался) мяса. Я завязала фартук и принялась доставать продукты из пакетов, закупленные сегодня Джейком. Вечер обещал быть долгим.
Пока подрумянивались отбивные, я выглянула в окно. И (о, чудо!) дождь прекратился. Были даже видны кусочки звездного неба. Впервые за последние месяцы я почувствовала себя почти счастливой. В соседней комнате отец с Билли смотрят телевизор. Джейк устанавливает елку. Да, я была счастлива. Даже несмотря на ноющую ногу. И на то, что изящное платье, купленное специально к празднику, но перепачканное часом ранее, пришлось сменить на старые бриджи и отцовскую рубашку в клетку. Это был мой момент. Он бывает очень редко. Момент тишины, когда я слышу все звуки, происходящие в других комнатах, но они перестают докучать. На душе у меня тихо. Сейчас наступил именно такой момент. Если закрыть теперь глаза, прислониться к холодному стеклу, то я смогла бы представить, что это не стекло вовсе, а…
- Белла, как у тебя тут прекрасно пахнет! – раздался шепот Джейка над моим ухом. Я знала, что этот шепот означает. Джейк был настроен на романтический лад.
- Еще ничего не готово, милый, - заявила я, делая вид, что не поняла назначения его шепота.
Он тихо засмеялся, щекоча своим смехом мою шею:
- Я хотел сказать – как прекрасно тут пахнет тобой.
- Волк, - захихикала я.
- Есть немного, - ответил он, прикусив мочку моего уха. Да, пора возвращаться к действительности.
- Джейк, мне щекотно, - вывернулась я из его объятий.
- Белла… - прохрипел вдруг Джейк, - послушай… я хочу ребенка… Пожалуйста… сейчас
Он снова приблизился ко мне. Я постепенно пятилась к другому углу кухни. Он так же медленно, шаг в шаг, шел за мной. Он улыбался. Я готова была умереть. От смеха.
- Джейк, мы не подростки… В соседней комнате наши милые папочки. Тебя это не смущает? – прошептала я, - дети – это прекрасно, но не настолько, чтобы быть застуканными Чарли на его драгоценном желтом столе.
- Именно потому, что мы не подростки, нам с тобой давно пора перестать бояться папочек, - хихикнул Джейк.
Я обожала его в такие моменты. Он становился похож на того паренька, который учил меня кататься на мотоцикле. Когда еще не был волком. Лицо его смягчилось. Темные глаза наполнились добрым смехом. Я шагнула ему навстречу.
- Джейк, - прошептала я.
- Мы дождемся сегодня праздничного ужина или нет? – Чарли стоял в дверях и улыбался.
Мы с Джейком в мгновение ока оказались в разных углах кухни, и я, пытаясь сдержать рвущийся из груди смех, принялась резать салат.
- Меня больше интересует вопрос, когда мы дождемся внуков! – раздался крик из гостиной. Да, Билли хоть и не оборотень, но слух у него превосходный.
Только теперь вместо смеха на глаза навернулись слезы. Я не хотела иметь детей. Я не хотела рожать волчат. Не могла. Не хотела. Боялась. Об этом не знал никто. Даже Джейкоб. Он не знал в первую очередь – я боялась ему сказать, что тайком пила противозачаточные. Он не заслуживал этого. Черт! Он слишком хорош для меня! Слишком хорош для испорченной куклы!

Билли и Чарли обсуждали с Джейком возможность съездить на рыбалку на выходные. Билли, правда, эта поездка никак не светила – он был простужен. Им было весело. Да, Рождество удалось, несмотря на мое настроение. Хотя все давно привыкли, что иногда я ухожу в себя, потому не обращали внимания на мое молчание за столом. Я же только приветливо улыбалась, делая вид, что просто наслаждаюсь приятным вечером.
Настало время распаковывать подарки. Чарли я купила цепочку для часов. Я не умела выбирать подарки для отца. Это было слишком сложно для меня. Для Билли – запонки (я была очень удивлена, когда узнала, что запонки – его слабость, но почему бы и нет… мало ли какие чудачества у людей бывают… я, например, год общалась с вампирами и вышла замуж за оборотня, так что все нормально). Джейку я подарила свитер. А он мне – жемчужное ожерелье.
В тот момент, когда я распаковывала подарок Чарли, в кармане завибрировал мобильный. Я улыбнулась:
- А вот и поздравления. Наверное, мама. Я отлучусь.
Чарли одобрительно кивнул. Джейк провел меня взглядом до двери. Пока я шла на кухню, вынимала из кармана телефон. Номер был неизвестен. Наверное, Рене опять потеряла мобильник.
- Счастливого Рождества, - весело крикнула я в трубку.
Пауза продлилась буквально секунду. А потом раздался звук голоса, который я узнала бы даже в другой жизни:
- Привет!