Говорят, что ночью все кошки серы. Не верьте им. И ночью эти милые, но невероятно свободолюбивые животные, остаются верны своему природному окрасу, но вот их глаза…
Два огонька, гипнотизирующие почище любых часов на цепочке, заставляющие совершать абсолютно сумасшедшие поступки, и любить этих мурлыкающих существ всем сердцем, отдавая им душу. Ночью, здесь правят кошки…

Это была совершенно ненормальная кошка. Он ненавидела молоко, не сходила с ума от валерьянки, впадала в состояние апатии при виде бантиков на веревочке и падала в обморок, заметив мышь.
Это была необычно-бредовая Маруся. О том, кто дал солнечно-рыжей красавице столь колхозное имя, история могла лишь догадываться, но Мурка,( ещё одна разновидность пролетарского «Маруся») ненавидела его гораздо сильнее молока. Она категорически отказывалась откликаться на идиотскую кличку, и гордо вышагивала к двери, не обращая внимания на истеричное: «Маруся!». Она являлась кем угодно, только не кошкой с именем на букву М.
Это была невероятно теплая крыша. Поверхность будто плавилась, поток солнечных лучей хлынул на неё ещё в полдень, и теперь к раскаленной жести невозможно было прикоснуться. Она прикрыла глаза, чувствуя, как теплая ладонь проводит по бокам. Безбожно голубое небо готово было упасть на эту крышу, но передумало, и решило дождаться ночи, ведь ночью все спят, и того, как небо приляжет отдохнуть, никто не увидит. Никто, кроме кошек.
Это был невероятно терпкий виски. Вы когда-нибудь видели кошку, которая обожает виски? Заберитесь на одну из крыш вашего города ближе к полуночи, и вы увидите её. Это очень выгодно, поменять молоко на виски. Молоко не дает такого успокоения, не согревает изнутри, не обжигает горло. « Виски намного вкуснее молока»- думала она, и смотрела на город сквозь стекло стакана.
Это была невероятно долгая ночь. Почти холодная, потому что лето уже собирало вещи, скидывало их в потрепанный чемодан, расплачивалось с долгами и покупало билет на юга, оставляя ключи от города меланхоличной осени. Кошка не любила осень. Что-то в этом времени года её не устраивало, то ли беспричинная хандра, нападавшая на все население, то ли дожди, начинавшие атаку к концу сентября, не прекращающиеся до первых холодов. Кошка под дождем - это слишком убого и грустно. Так вот, эта ночь была не только холодной, но и одинокой. Кошка не хотела идти домой, там было слишком неуютно. А ещё Он вбил себе в голову идиотскую идею о том, что является хозяином кошки. У кошек нет хозяев! Она может быть верной, любящей, ласковой и нежной, но-свободной. А Он, вот же глупый, совершенно не понимал этого. От мысли о том, что Он никогда этого не поймет, ночь казалась ещё холоднее. И в первый раз за долгое-долгое время кошка почувствовала себя серой. Будто медово-янтарная шкурка вдруг потускнела, и Кошка стала совсем обычной. Она ещё очень долго лежала на крыше, пока небо не намекнуло ей о том, что тоже хочет отдохнуть.
Это было невероятно грустное утро. Кошка должна была уйти. Она спрыгнула с кровати, ещё раз обвела комнату взглядом синих глаз, и проскользнула в открытую дверь. У Кошки начиналась совершенно другая жизнь. Жизнь, где она вынуждена была быть просто человеком с пролетарским именем Маруся…