Смирить свой страх она пыталась,

Так больно не было давно.

Она расплакаться боялась,

Боялась выпрыгнуть в окно.

Хотела закричать, что любит

И умолять её простить,

Молчаньем тишина погубит.

Ей больше не для кого жить.

Она рыдала, стиснув зубы,

И сжав до боли кулаки,

И вспоминала его губы,

И нежность ласковой руки.

Она, застыв в окне, молчала.

Слеза сбегала по щеке.

Она за все его прощала,

Вскрывая вены на руке.

Душа тихонько отдыхала,

Ведь с каждой каплею крови,

Она всё меньше ощущала

Боль от утраченной любви.

Я уже не помню, как дошла домой… как открыла дверь и поднялась в свою спальню… Дома действительно никого не было.
Так тихо…
Гробовую тишину нарушали только мои всхлипывания и звук тяжёлых капель моих слёз, ударяющихся о пол.
Так больно…
Все эти три месяца пока не было Эдварда, я была уверенна, что он меня бросил. Все эти три месяца я ломала голову, почему. Все эти три месяца я страдала и винила его… А потом сдалась… Захотела стать счастливой и… сказала «да» Джейку… А он… воспользовался… он знал…
Сердце просто вырывалось из груди. Никогда в жизни не чувствовала такой невыносимой боли. Когда стынет кровь, когда сводит зубы, когда ты ничего не видишь перед глазами, когда ты ненавидишь весь мир, когда по телу разливается жар и кажется, что ты вот-вот взорвёшься, а слёзы разъедают кожу, словно кислота…
Я не выдержала и начала кричать. Я кричала так громко, как только могла. Ладони болели от кровоточащих следов от ногтей, впившихся в кожу, голос садился, губы болели, а я всё ещё кричала…
Когда у меня уже совсем не осталось сил, и я вынуждена была замолчать, я устало свалилась на пол, рыдая, стуча кулаками по стене напротив, сбивая костяшки в кровь…
Это моя вина… Он ни в чём не виновен… Эдвард меня не бросал…
Я лишь одним своим поступком, одним словом разрушила всё, что между нами было, уничтожила всё то, за что мы боролись…. за что в основном боролся он, а я……, я всегда лишь пряталась у него за спиной. «Это время определиться, кто тебе нужен»… Господи, он подумал, что я выбрала Джейка, он не знал, что я не прочла письмо…
Мысленно я прокручивала наши странные диалоги, когда я пыталась говорить о том, почему он уехал и, что произошло. Я думала, ему было стыдно за то, что он меня бросил, за то, что оставил одну…
Я думала, что я его простила, а на самом деле, это он меня простил…
Письмо, которое передала Тила – финальная точка.
Возврата нет.
Шансов нет.
Он не простит.
Он не поверит.
Я со всей силы ударила кулаком в стену. Что-то хрустнуло, должно быть палец сломала. Странно, но никакой физической боли… Только сердце горит и плавится душа.
Я устремила свой взгляд в окно, то самое окно, в которое влезал Эдвард вечерами…
Я открыла створку и моё лицо сразу окатил холодный ветер. Я залезла на подоконник и посмотрела вниз. Слишком низко… Хотя… если я упаду вниз головой… А если нет? Если я всего лишь сломаю ногу?
Я разочарованно повернулась и спрыгнула. Я практически ничего не видела из-за опухших глаз и пелены слёз, непрерывно стекавших по моему лицу. Я подошла к столу и села, оперев голову на руки.
Так больно. Что делать? Как жить? Зачем?
Посмотрев прямо перед собой, я увидела свой старый дневник, несколько ручек и ножницы.
Ножницы… Последние солнечные лучи били в окно и отражались в идеальном лезвии, пуская зайчик на стену.
Словно в тумане я взяла в руки ножницы и села на пол.
Близится закат…
Лезвие блестит и обещает спасение. Вокруг никого…
Словно в тумане я сбросила куртку и закатила рукава батника…
Словно в тумане я со всей силы надавила на лезвие ножниц, врезавшееся в кожу запястья до самой кости и провела глубокую линию вдоль вены до самого локтя… Сначала на одной руке, затем на другой…
Словно в тумане я услышала звук метала, упавшего на пол…
Словно в тумане, я чувствовала, как из глаз непрерывно льются слёзы, а из вен жгучим потоком льётся кровь…
Странно… Постепенно всё начало плыть перед глазами… Душа тихонько отдыхала, успокоившись, но не перестав болеть…
Я устремила свой взгляд в окно, то самое окно, в которое влезал Эдвард вечерами…
Как красиво… Я видела это раньше… Яркое солнце залило горизонт всеми оттенками красного. Плавно переходящая палитра поражала яркостью и насыщенностью. Деревья, небо – всё покрылось багровой пеленой.
Алый закат – удивительное зрелище для наших глаз. Он словно заливает небо кровью и окрашивает горизонт багровыми красками.
Последний раз взглянув на эту красоту, я почувствовала, как мои веки медленно опускаются…

ОСТАВЛЯЙТЕ КОММЕНТАРИИ НА ФОРУМЕ

Дорогие читатели! Я прекрасно знаю, что сейчас вы ненавидите меня всей своей душой, но всё равно прошу комментировать, так как на эту главу я потратила все свои нервы и слёзы! Вам тяжело это читать, а вы представьте, как тяжело это писать!