Бонус третий.
Братья молча кивнули и вышли за дверь. Белла неподвижно лежала на кровати и смотрела в одну точку. Казалось, что она даже не заметила, что ее увезли из больницы. Я подошел к ней и взял за руку, она даже не пошевелилась. Запястье было таким тонким, что мне казалось, что я могу его сломать. Когда я нес ее в комнату, она в моих руках была, словно пушинка, казалось, что она похудела как минимум на двадцать фунтов. Я заглянул в ее глаза и, в который раз, провалился в их безнадежную, непроглядную темноту. Сердце болезненно сжалось. Я сделал над собой усилие, присел на кровать и мои губы коснулись ее шеи. Но тут же отпрянул. Сделал пару кругов по комнате. Я представлял, что мне надо вонзить зубы в ее тонкую кожу, доставить ей нестерпимую боль. Но глядя в ее пустые глаза я понимал, что другого выхода нет. Я вновь присел к ней на кровать и наклонился к ее шее, аромат окутал меня плотным облаком, в горле нестерпимо горел огонь. А что если монстр вновь возобладает надо мной, как тогда в больнице? Я вновь отошел от нее. Не слишком ли много я о себе возомнил? С чего я вообще решил что смогу? Может, стоит попросить Карлайла сделать это? Я уже потянулся к дверной ручке, но тут же отдернул себя. Только я во всем виноват и должен сам все исправить. Не знаю почему, но я был уверен, что ей бы хотелось, чтобы я обратил ее. Один раз я смог остановится и в этот раз смогу… Воспоминания нахлынули на меня … Я вспомнил дурманящий вкус и аромат ее крови… Горло нещадно жгло, но я не сдавался… Вновь и вновь я вспоминал ее сладкий вкус, то необыкновенное чувство, когда каждый глоток был неземным наслаждением…
Спустя пару минут жажда стихла, и я решительно подошел к ней. Теперь я был готов. Чел рядом с ней, наклонился к ее шеи, сначала нежно поцеловал, а потом мои зубы легко прокусили ее кожу… Она даже не вскрикнула…
Глоток… И самая желанная жидкость на свете полилась в мое горло… Глоток… Я не должен, я люблю ее… Глоток… И я спиной ударяюсь об стену… Она по прежнему лежит на кровати и сердце ее бьется…
Я смог, я сделал это…