Увидишь истину в любви… 氏

1 Часть

POV Джейк
Прошёл уже месяц. Долбаный месяц без моего ангела. Я стараюсь, честно стараюсь, но у меня не получается жить, как ни в чём ни бывало! Я так не могу…
Вернувшись в дом Калленов, вызвал Майка с Тессой, чтобы те рассказали всю историю. Я просто не мог себя заставить. Не мог…
Естественно я рассказал заключительную часть истории. Во время рассказа мой голос был странно безжизненным равнодушным.
Как ни странно кровососы меня не прибил, даже наоборот. Не знаю что хуже: их полные сочувствия взгляды или облегчённые вздохи стаи? Так или иначе, я отделился от стаи Сэма. Выносить его мысли о моём ангеле было очень трудно, практически невозможно. Теперь я понимал Беллу: Когда Эдвард ушел, она не могла дышать, не могла жить. Но она хотя бы старалась, а я не могу…

POV Белла
Джейк просто таял на глазах: уход Ренесми ударил по всем нам, но эпицентр пришёлся на оборотня. Карли стала для него чем-то большим, чем просто его вторая половинка. Я не знала, что нужно было делать, чтобы он очнулся, стал жить. Все мы понимали его состояние: Розали даже перестала с ним ссориться, боялась сделать ещё хуже.
Джаспер тоже ни чем не мог помочь: общая атмосфера унынья действовала на него так угнетающе, что Эллис увезла его проветриться в Лондон на месяц.

2 Часть

POV Ренесми
Вот уже месяц, как я живу на Небесах. Вот уже месяц, как я научилась летать. Вот уже месяц, как я забыла свою прошлую жизнь. Дело в том, что, попадая на Небо, забываешь прошлую жизнь, чтобы не грустить о ней. Ведь на Небесах нет места отрицательным эмоциям…
Но что-то не даёт мне покоя: в груди будто образовалась чёрная дыра, сердце с каждым днём болит всё больше – мне уже начинает казаться, что некто рвёт моё сердце когтями, каждый день, отрывая маленький кусочек. Я не могла дышать – каждый вдох отдавался жуткой болью. Я не могла улыбаться – скулы сводило болью. Каждую ночь мне снился один и тот же сон: парень с глазами, в которых был довольно таки странный водоворот чувств, превращался в огромного красно-коричневого волка и убегал от меня в пустоту. Каждую ночь я просыпалась ровно в два часа тридцать минут в холодном поту. Я не знаю, что со мной происходит, но это как-то связано с моей прошлой жизнью. Чтобы всё это прекратилось, я должна была вспомнить свою прошлую жизнь. Проблема в том, что за любое воспоминание приходится платить жуткой головной болью, но кажется, у меня совсем нет выбора…

Как же больно! Кажется, что мне делают ампутацию всех частей тела без наркоза. Но это того стоило – моя прошлая жизнь стала постепенно возвращаться в мою память. Только легче мне не стало, скорее наоборот – моё состояние лишь ухудшилось. Теперь я знаю, почему я не могу спокойно жить, теперь я знаю, за что мне всё это, теперь я знаю, что я заслужила более строгое наказание…
Я продержалась неделю – больше не смогла. Я пошла к Отцу.
- Прошу, отпусти меня на Землю… снова, - обратилась я к Нему.
- Ты уверена, что именно этого ты хочешь? – мягко спросил ОН.
- Да, я не смыслю своей жизни без Него.
- Хорошо, я отпущу тебя, - начал Отец, - но ты должна знать кое-что:
Через семнадцать лет, после того дня, как ты спустишься на Землю, Великое зло вырвется на волю. Великое пророчество начнёт сбываться, но будет оно не о тебе, а о детях Луны и Солнца, детях Света и Тьмы, детях, рождённых в один день и час, но совершенно разных, противоположных друг другу: ОНА станет истинным Светом, пройдя Тьму, ОН станет истинной Тьмой, пройдя Свет. Лишь вместе они смогут остановить ЕЁ – Великое чудовище, заточённое в глубинах преисподней, которое вырвется из своей темницы в день, когда День станет позади Ночи, а Луна впереди Солнца на 13 минут и 13 секунд… В день, когда Свет и Тьма пересекутся… Воспитай ЕЁ правильно, РенеЭсми…
- Да, Отец… - прошептала я, как громом поражённая.