Я почувствовала, что он укутал нас в одеяло. Я засыпала в объятиях парня, которого я встретила девять часов назад, в которого влюбилась, и буду любить вечно.

- Вставай, вставай… штанишки одевай, умойся, причешись и все будет зашибись! - пел Джаспер, подпрыгивая на кровати Эдварда.

- Черт, Джаз, что за хрень! - жаловался Эдвард, укрывая себя от яркого утреннего солнца, которое пробивалось через окно. Джаспер только посмеялся и скрестил руки на груди, прижав указательный палец к подбородку.

- Интересно, что происходило здесь вчера вечером, что наша дорогая Белла осталась полностью одетой, а Факвард - голым?

Эдвард сел и потянул за одежду Джаспера. Тот пошатнулся и рухнул на кровать, приземлившись на спину. Эдвард ткнул Джасперу в грудь.

- Это не твое сраное дело, жопошник. А ну-ка свали на хер отсюда, - Джаспер послал Эдварду воздушный поцелуй.

- Я бы с радостью, но я пришел к вам, ребята, чтобы сказать кое-то. Я отвозил Элис домой этим утром и прежде, чем поехать на работу, она забирала свою униформу. Пока мы были в ее доме, звонил отец Беллы и спросил, сможет ли Белла остаться еще на одну ночь у Элис. Он собирался поехать на рыбалку и планировал остаться ночь в Ла Пуш, - я обняла Эдварда.

- Похоже, тебе придется терпеть меня еще одну ночь.

Он поцеловал меня в макушку, явно восхищенный идеей еще одной возможности провести ночь вместе. Джаспер закатил глаза.

- Как я уже сказал, Элис заставила меня заехать к тебе и взяла для тебя это, - он бросил мне сумку. Я открыла ее и нашла сменное белье, одежду, туалетные принадлежности и зубную щетку. Я схватила свою зубную щетку и вздохнула.

- О, Слава Богу! - затем выбралась из кровати, прямиком побежав в ванную. Больше всего на свете я ненавижу несвежее утреннее дыхание. Джаспер захихикал.

- Да, Элис подумала, что тебе бы очень захотелось отчистить свой рот от Эдварда.

Я показала ему язык и зашла в ванную. Я чистила зубы и прополоскала рот, так как будто вся моя жизнь зависела от этого. Я должна была удостовериться, чтобы каждый уголок рта был чист.

Я вернулась в спальню, Джаспер уже ушел, а Эдвард растянулся на кровати. Он надел пижамные штаны, пока меня не было. Будь я проклята, он был самым сексуальным существом на земле. Я легла рядом с ним, но прежде, чем я собиралась прижаться к нему, он подскочил.

- Моя очередь! - и затем убежал в ванную. Он вернулся через мгновение и навис надо мной.

- Итак, где мой утренний поцелуй?

Я обернула руки вокруг его шеи и притянула его к себе. Я нежно поцеловала его губы и пробормотала ему в рот.

- Доброе утро, - Эдвард поднял свою голову.

- Тебе хорошо спалось, любимая? - я немного потянулась.

- Ммм, даже слишком.

Когда я потягивалась, моя кофточка задралась, открывая вид на мой живот. Эдвард уставился на открытый участок кожи.

- Агрх, - стонал он, отстраняясь от меня, - Пойдем, Белла. Поищем что-нибудь из еды, прежде чем я сделаю что-то глупое и нападу на тебя вместо завтрака.

После того, как я съела полную тарелку блинов, которые Эдвард приготовил для меня на завтрак, мы возвратились в его комнату.

Он возился в своей гардеробной, пока я копалась в своей сумке. Я вынула пару темно-синих зауженных джинсов, темно-синюю с V – образным вырезом кофту и белую майку под низ. Также я вынула пару трусиков-шортиков белого цвета и завернула их в мою кофту, чтобы Эдвард не увидел.

Я вытащила свой шампунь, гель для душа и лосьон для тела. Эдвард подошел ко мне сзади и взял каждую бутылку, открывая крышку и вдыхая аромат.

- Ну, это объясняет все. Земляничный шампунь, гель для душа с ароматом лаванды и лосьон для тела с ароматом фрезии. Отдельно они все пахнут невероятно, но их комбинация на твоей коже... аромат просто божественный, - ворковал он, уткнувшись носом мне в шею и целуя чувствительную кожу. Я наклонила голову назад и зарылась пальцами в его волосы и, удерживая его, чтобы он продолжал.

- Ммм, как великолепно, - мурлыкала я.

Его руки обвили мою талию, теребя мой живот, в местах где кофта задралась и образовался участок голой кожи.

- Любимая, чем бы ты хотела заняться сегодня? - я думала в течение секунды.

- Хм, как насчет того, чтобы поехать в Порт-Анджелес и погулять там некоторое время, пока Элис на работе? Возможно, мы могли бы пообедать или сходить в кино или еще что-нибудь, - Эдвард простонал, продолжая целовать мою шею.

- Я надеялся, что ты скажешь ничем. Думал, что ты захочешь остаться со мной здесь в моей комнате на весь день, - я засмеялась.

- Звучит заманчиво, но, я думаю, что мы должны немного прогуляться сегодня. Сегодня солнечно и тепло. Это необычно для Форкса. Мы должны ловить момент. Плюс ко всему в понедельник снова начнутся занятия в школе. Мы должны оторваться в последние дни лета.

- Хм, да, я думаю, ты права, - шептал Эдвард в мое ухо, мягко посасывая мочку, - Я думаю, прогуляться - хорошая идея. Почему бы тебе не принять душ здесь, а я воспользуюсь гостевой ванной?

Я повернулась к нему лицом. Положив руки ему на грудь, я мягко прошлась пальцами по темно бронзовым волосам.

- Хммм, ты, конечно же, не разделишь душ со мной?

- Ох, Белла, - простонал Эдвард, - Ты убиваешь меня, - он провел рукой по волосам, - Это звучит так здорово, но я могу пообещать тебе, что, если мы сходим в душ вместе... мы не покинем эту комнату сегодня, - и затем он подмигнул мне.

Я подарила ему целомудренный поцелуй и отстранилась. Затем, взяв свою одежду, я направилась в ванную. Прямо прежде, чем я исчезла за дверью, я оглянулась.

- Хорошо, Эдвард. Но не говори потом, что я не предлагала, - и посылала ему воздушный поцелуй. Он громко простонал.

- Беллллаааа, - и затем свалился на кровать.

Я улыбнулась и закрыла дверь... он, очевидно, не знал, что я тоже могу быть хитрой.

Пятнадцать минут спустя я стояла под душем, и все одиннадцать струй в стене душа массажировали мое тело... это было удивительно.

Я выдавила шампунь на ладонь и начала промывать волосы. Когда я намылила их, я начала напевать песню, которая крутилась у меня в голове. Это песня навсегда запомнилась мне. За год до того, как уехала мама, Линн Раймс спела ее, и это была любимая песня мамы. Она всегда напевала ее. Я до сих пор помню, как она говорила: "Белла, любовь должна быть такой же, как в этой песне. Простой, легкой и естественной. Тебе должно быть так же просто любить, как дышать воздухом".

Конечно, мне было только шесть лет в то время, но ее слова запомнились мне, как и песня. И вот, стоя в душе Эдварда, я напевала песню, которая воплощала любовь. Массируя свою голову, я закрыла глаза и забылась. Я видела лишь красивого парня, которого я любила, так что, особо не обращала внимания на свой голос.

Мне много не нужно,
Я могу довольствоваться малым.
Из всех благ, что приносила мне жизнь,
Мне всегда чего-то не хватало.
Но теперь у меня есть всё, что я хочу,
Ведь ты появился в моей жизни....
Ты - моя единственная причина,
Ты - моя единственная истина....

Ты нужен мне, как вода,
Как дыхание, как дождь.
Ты нужен мне, как милость,
Ниспосланная свыше...
Свобода в твоих руках,
Ведет меня по жизни...
Ты нужен мне...

Ты надежда, подталкивающая
меня к храбрости.
Ты любовь, которая спасает меня
От холодных ветров...
И это всё так потрясающе,
Так же, как и ты сам,
И я уже не смогу повернуть обратно,
Потому что ты унёс меня слишком далеко...

Ты нужен мне, как вода,
Как дыхание, как дождь.
Ты нужен мне, как милость,
Ниспосланная свыше...
Свобода в твоих руках,
Ведет меня по жизни...
Ты нужен мне...

I need you

К тому времени, когда я закончила напевать, я была чистая, и мои волосы были вымыты. Я выключила воду и завернулась в белое пушистое полотенце. Только я успела прикрыться, как открылась дверь, и Эдвард вошел, мгновенно подлетев ко мне, обнял за талию.

- Эдвард? Что... - но меня прервали его губы, страстно впившиеся в мои. Я застыла, когда он отстранился от меня.

- Белла, что за песню ты только что пела? - спросил он.

- О, хм, да так ничего особенного. Мы часто вместе с мамой пели ее. Мне жаль, я забыла, что я не дома. Я надеюсь, это не было слишком ужасно, - я покраснела. Эдвард посмотрел на меня так, будто я сумасшедшая.

- Ужасно? Белла, у тебя удивительный голос. Тебе что никто не говорил об этом?

Я обдумывала его вопрос в течение минуты, и мне пришло в голову, что мой старый учитель музыки был действительно удивлен моим голосом, но тогда государство сократило финансирование школ, таким образом, музыкальная программа была сокращена из учебного плана, и мне было поручено самостоятельно изучать программу в течение семестра. Эдвард вытянул меня из моих мыслей нежным поцелуем.

- Как называется эта песня, Белла? Я должен знать.

- Эм, ее название «Ты нужен мне» Линн Раймс... а что? – спросила я. Я бы никогда не подумала, что Эдварду могла бы понравится эта песня. Он закатил глаза.

- Потому что она красивая, Белла, и ее слова абсолютно точно передают то, что я чувствую к тебе. Любовь тебя легкая, такая естественная.... как дыхание.

Я был шокирована. Я что разговаривала вслух, когда вспоминала, что мама говорила об этой песне?

- Эдвард, почему ты так сказал? – спросила я. Он смутился.

- Потому это то, как я чувствую. А что?

Слезы покатились по моему лицу прежде, чем у меня был шанс остановить их. Эдвард повернулся, посадил меня на туалетный столик и начал отчаянно вытирать слезы, извиняясь.

- О, Боже, Белла, прости. Что бы я ни сказал, мне жаль, что это расстроило тебя. Это просто то, как я чувствую любовь, и затем я услышал тебя, ты так красиво пела. Это словно было написано для нас.

Я замахала руками перед лицом, отклоняя его извинение и пытаясь взять себя в руки.

- Нет, Эдвард, - я фыркнула, - Дело вообще не в этом. Это просто почти те же самые слова, которые моя мать сказала мне прежде, чем уехала. Она сказала, что любовь должна походить на то, как в этой песне... простая, легкая, естественная. Что любить должно быть так же просто, как дышать воздухом.

- О, я понял, - он улыбнулся и поцеловал мою щеку, смахивая слезинку.

- Я всегда думала, что моя мать была неправа. Так как, она ничего не знала о любви, - бормотала я, поскольку глубокое рыдание вырвалось из моей груди, - Но оказывается, она была права, Эдвард. Я действительно чувствую так же. Любить тебя – это самая легкая вещь, которую я когда-либо делала, - и затем я обвила его шею руками и сдалась.

Эдвард ничего не говорил. Он только поднял меня на руки и понес к его кровати. Он осторожно положил меня на подушки и растянулся около меня. Я свернулась возле него и сжала его футболку.

Я плакала из-за себя, я плакала из-за матери, я плакала из-за наших сломанных отношений, я плакала из-за своего отца и сестры. Десять лет я подавляла в себе эмоции, а сейчас они бурлили на поверхности, вырвавшись из пузыря, в котором я их закрыла, и впитывались в футболку Эдварда. Он гладил мою спину и мягко поцеловал мою макушку.

- Любить тебя – это самая легкая вещь, которую я тоже когда-либо делал, любимая. Всегда.