Нет сомнений – Рональд Уизли был такой же бесчувственный, как стол. Гермиона никак не могла понять, почему она его любит. Почему? Да, он хороший человек. Возможно, иногда забавный и не урод. На самом деле – он очень красив. А ещё – хороший друг и всегда поднимает ей настроение своими глупыми комментариями.
Шестой сын своих родителей и всегда находился в тени братьев и младшей сестры. А в Хогвартсе всё внимание достается его лучшему другу – Гарри Поттеру. И даже в её тени. Или она так думала раньше… пока по её венам не потекла ревность. Интересно, Рон понимает, настолько ей плохо, когда он целуется с Лавандой перед всем честным народом в Общей гостиной? Гермиона подумала, что он отвратительный … и бесчувственный. Если бы рыжий поцеловал, как эту, её саму… хорошо… она бы смутилась. Ей очень хотелось быть на месте Лаванды.
Но, казалось, та не понимает, что раз за разом ранит чувства Гермионы. Браун целовала Рона, так ласково пробегая пальцами по его рукам и груди, что Гермиона снова и снова чувствовала желание сбежать на край света и забиться в какую-нибудь маленькую каморку, чтобы её никто не видел. И было ощущение, что Лаванда ведёт себя всё бесстыднее. Тьфу, она выглядит распутной дев...
Как бы то ни было, Гермиона не понимала своё сердце. Конечно, Рон очень красивый… возможно, добрый… и забавный. Ох, кого она обманывает? Она его любит. Она любит абсолютно всё в этом парне: его огненно-рыжие волосы, его очаровательные веснушки, его улыбку… даже его манеру летать и без конца говорить о квиддиче. Как он пишет, нервно покусывая кончик пера... его большие руки, которые могут с лёгкостью обернуться вокруг её талии. Его голубые глаза, сияющие всякий раз, когда она серьезно с ним разговаривает или сердится на него. Девушка думала… думала – этот взгляд означает, что она ему нравится. Возможно, она причинила ему боль, когда перестала с ним разговаривать…. Мерлин, всё было совсем не так. Пока она мечтала о Роне, тот думал только о Лаванде.
Гермиона упорно пыталась справиться с отчаянием, но без особого успеха. Она даже хотела заставить его ревновать… только сомневалась, что это сработает. Возможно, он будет рад её роману… кто знает? Ей нужен совет. Она больше не может этого терпеть – не может опять видеть их вместе. Она должна с кем-нибудь поговорить.
Как-то вечером, когда Рон с Лавандой куда-то ушли, Гермиона подошла к креслу, где сидел её лучший друг и, закусив нижнюю губу, что-то быстро писал на пергаменте. Он с отчаянием посмотрел на левое запястье, где были часы – такие же, как те, которые сломались на четвёртом курсе, во время второго задания турнира Трёх Волшебников– насколько помнила Гермиона.
- Гарри… - позвала девушка.
Тот резко подскочил, а его рука метнулась к карману, чтобы достать палочку. Он быстро повернулся и посмотрел на неё.
- Мерлин, Гермиона! Ты меня напугала, – воскликнул парень, делая глубокий вдох и опуская палочку.
- Прости.
- Что случилось? Ты в порядке? - спросил Гарри, пристально вглядываясь в лицо подруги. Она, наверно, выглядит ужасно: не спала, всю ночь плакала, никакой косметики.
- Д-да.. всё хорошо, - она заикалась.
Гермиона никогда не была хорошей лгуньей. На глаза уже навернулись слёзы и тут же стали медленно течь по щекам – она опять плакала, и это ужасно. Девушка громко рыдала, едва успевая вдохнуть. Она закрыла лицо руками и всхлипывала, ругая себя, что позволяет Гарри видеть её слабость.
Тот смотрел на неё с тревогой. Мгновение, и он уже обнимал её, что-то шепча на ухо. Гермиона не прислушивалась, но уловила слова «милая» и «не делать»… Это её потрясло. Гарри никогда не называл её «милая». Парень продолжал шептать ей успокаивающие слова, пока она не перестала плакать, но из объятий не выпустил. Он сильно и нежно прижимал её к груди, которая по ощущениям была весьма мускулистой. От этой мысли на щеках Гермионы вспыхнул румянец.
Когда девушка немного отстранилась, то попала в плен внимательных зелёных глаз. Лучший друг был взволнован, но больше всего её поразило, что он выглядел сердитым – почти разъярённым.
- Гарри, - она не знала, что сказать, и смущённо замолчала.
- Это из-за Рона, да?
- Я…
- Ты можешь ничего не говорить. Я знаю, что это из-за него. – Он сжал кулаки и посмотрел за спину Гермионы – на чёрное небо, усыпанное звёздами. Та оглянулась.
«Как красиво!», - подумала девушка. - «Просто завораживает». Она сделала несколько шагов, пока не остановилась перед окном, восхищаясь великолепием звёздной ночи.
- Я не знаю, о чём он думает, - спокойно сказал Гарри. – Но уверен, что он тебя любит.
Девушка ему не поверила, и, похоже, он правильно понял её молчание.
- Это правда, Гермиона! Он действительно тебя любит.
- Ты не должен мне этого говорить, Гарри, - её голос звучал слабо. – Спасибо, но не надо.
- Почему ты не веришь? – удивился парень, а потом подошёл к ней, внимательно посмотрел в глаза и взял за руку. – Почему так сложно представить, что кто-то может тебя любить?
- Я не красивая. И не весёлая. Да и поболтать со мной не о чем. – Гермиона пожала плечами. – Вокруг много девушек... Лаванда, Парвати, Чжоу... все они куда красивее и интереснее меня и действительно заслуживают внимания.
Гарри посмотрёл на нее с удивлением.
- Ты серьёзно думаешь, что некрасива? – спросил он скептически. – Почему же тогда Крам до сих пор жаждет твоего внимания?
Она отвела взгляд.
- Не знаю… мне кажется, что это был спор, – призналась Гермиона, чувствуя, что в уголках глаз опять начали собираться слёзы.
Из горла парня вырвался нервный всхлип.
- Спор?! Гермиона, этот парень был влюблён в тебя до безумия! Он даже подходил ко мне, чтобы выяснить, какие у нас отношения, и не встречаемся ли мы! Он любил тебя, великий Мерлин!
- Он... подходил к тебе? – спросила девушка, внезапно смутившись. – Почему?
- Я не знаю… он сказал, что ты постоянно обо мне говорила или что-то в этом роде, – ответил Гарри. Его сердце стало биться чуточку чаще.
- О, но ведь это нормально! Ты – мой лучший друг, не так ли? Так что ничего удивительного, что я часто о тебе говорю и переживаю за тебя! – воскликнула Гермиона, тронутая его словами. Возможно, Крам действительно был в неё влюблен, если даже задавал Гарри вопросы об их отношениях.
- Да… это нормально, - сказал парень. Ей показалось, что в его глазах промелькнуло разочарование, но это произошло так быстро, что она не была уверена.
- И ещё, Гермиона… ты не симпатичная. Ты – красивая. – Гарри почувствовал, что это были самые искренние слова, которые он когда-либо произносил. Из всех девушек, которых Поттер встречал в жизни, лучшая подруга была самой красивой, и был уверен, что даже если проживёт сто лет, никто этот титул у неё не отнимет. Конечно, он не станет ей этого говорить.
Гермиона покраснела.
- Гарри…
- Рон – идиот, – внезапно сказал парень. - И очень глуп, если этого не видит.
У неё не было слов. Что происходит? Сначала он назвал её «милая». Потом сказал, что она красива. А теперь ещё и это…
- Ты – красивая, умная, интеллигентная, замечательная, забавная, невероятная, удивительная… и я не могу понять, почему он не с тобой. Он такой идиот…
Гермиону бросило в жар. Это было странно, но очень приятно.
Гарри замолчал и уставился на её губы. А потом шагнул к ней и ласково провёл пальцами по щеке. Когда он к ней прикоснулся, она почувствовала, что её лицо буквально вспыхнуло.
- Ты – самая красивая девушка на свете, – прошептал Гарри и, наклонившись, поцеловал её. Это ощущение нельзя описать словами. Он нашёл её мягкие губы и начал медленно и чувственно их ласкать. Парень притянул её за талию, а Гермиона обернула руки вокруг его шеи. От этих прикосновений они оба таяли. Девушка запустила пальцы в его непослушные волосы, увеличивая беспорядок на голове. Мерлин, она всегда хотела это сделать!
Когда Гарри почувствовал её пальцы в своих волосах, то начал задыхаться, но поцелуй не прервал. Он хотел, чтобы этот поцелуй длился вечно.
Гермиона остановилась первая, и они ещё долго стояли и смотрели друг на друга, пытаясь восстановить дыхание.
- Я... мне жаль, - печально сказал Поттер. – Я знаю, что ты любишь Рона, и не должен был…
- Шшш… - прервала его девушка. – Думаю, что у нас с Роном никогда так не получится. Гарри, этот поцелуй…
- Что? – переспросил тот с тревогой. – Этот поцелуй что?
- Был самой удивительной вещью в моей жизни, - закончила Гермиона, радостно улыбаясь.
Парень тоже улыбнулся и снова её поцеловал – на этот раз неистово и страстно. У девушки вырвался стон, а Гарри начал хихикать.
- Что? Мои поцелуи так хороши? – с лукавой улыбкой спросил он.
- О, они просто великолепны, мистер Поттер. – Гермиона закусила губу, стараясь не рассмеяться.
- Ничего себе!
- Что? - вздрогнула она.
- Ничего, только… хорошо, ты потрясающе сексуальна, - рассмеялся парень.
Девушка покраснела, и Гарри поцеловал её в нос, вызвав счастливую улыбку.
- Ты не представляешь, как долго я хотел это сделать … - сказал он.
- Правда? – удивлённо спросила Гермиона. – И как давно?
- Ты мне не веришь, - вздохнул Поттер, - но я знаю, что делать! – Он хитро улыбнулся и начал её щекотать.
- Хахахаха… Гарри…хахахаха... Гарри… прекрати! – смеялась девушка. – Если … ты…. хахаха… остановишься, то я….. хахаха… поцелую…. хахаха… тебя!
Парень в тот же момент остановился. Гермиона весело рассмеялась.
- Похоже, Вы в моей власти, мистер Поттер.
- О да! – сказал тот с улыбкой. – Ты великолепна!
Она снова покраснела.
- Знаете, мисс, Вы кое-что мне обещали, – напомнил Гарри.
- Ой, у меня такая плохая память…. И что же это было? - поддразнила его девушка с обольстительной улыбкой.
Гарри больше не стал ждать и снова её поцеловал. Гермиона чувствовала себя настолько счастливой, что совершенно не обратила внимания на удушливые хрипы одного рыжего парня, который только что вошёл в гостиную. И так увлеклась поцелуем, что не слышала смешков Невилла Лонгботтома, Дина Томаса и Симуса Финнигана, и не видела, какое неописуемое выражение было на лице у Рона.