«Элис». Я резко обернулась на звук моего имени. Я увидела Лукаса, стоящего немного позади меня. Казалось, он боялся подойти ближе.

«Лукас», - тихо сказала я. «Эдвард – он всего лишь хотел поговорить»

«Я понимаю. Ты в порядке?»

«Да». Подойдя ближе, я взяла его за руку. «Я лишь хотела объяснить ему, что теперь моя любовь принадлежит тебе. Я люблю тебя, Люсьен Малоун».

В ответ, он крепче сжал мои руки. «Я так сильно люблю тебя. Но если ты не уверена, я не стану винить тебя».

«Но я уверена». В доказательство своих слов, я поцеловала его. Забыв обо всем, я полностью отдалась поцелую. Он ответил, и мы стояли так, пока он не отстранился.

«Я подумал, может, съездим в Порт-Анджелес?», он остановился. «Так мы можем пойти на свидание. Настоящее».

«Прямо сейчас?» - удивленно спросила я.

«Да», - смущение чувствовалось в его голосе.

«Хорошо». Я улыбнулась ему, и мы вместе пошли к машине.

Мы сели, и он поехал с нормальной скоростью. Наблюдая за проносящимся пейзажем, я думала о своем первом приезде в Форкс. Как только растительность стала менее зеленой, и стали появляться первые здания, Лукас поехал немного быстрее. Мы доехали до Порт-Анджелеса за сорок минут.

«Чем хочешь заняться?», - полюбопытствовала я.

«Я подумал, может, прогулка по пляжу, а затем хороший обед?» - нервничая, сказал он.

«Звучит неплохо», - с энтузиазмом сказала я и взяла его за руку. Мы шли вниз по тротуару, осознавая, что мы привлекали внимание. Все девушки смотрели на меня с завистью, и я не могла удержаться от хихиканья.

«Они выглядят так, будто хотят убить меня», - в шутку сказала я.

«Ну, это не моя вина, я не влюбился во внешний вид девушки», - посмеялся он.

«Я рада, что ты влюблен в меня»

Он посмотрел на меня и нежно улыбнулся. «Я рад, что могу сказать тебе о своих чувствах».

Сейчас мы гуляли по пляжу, и я была рада тому, что было облачно. В воздухе над нами раздавались громкие крики чаек, а волны приятно омывали песок.

Я наклонилась и взяла горсть песка. Позволив ему струиться сквозь пальцы, я улыбнулась ощущениям. Я так давно не была на пляже.

Солнце почти село, и я поднялась с песка. Стряхнув руки о джинсы, я обратилась к Лукасу.

«Я знаю, ты вампир, и еда легкодоступна…» - я остановилась, «Но так, как я достаточно долго не ела, думаю, мои глаза не очень привлекательны».

Посмотрев на меня, он засмеялся. «Ты права. Выглядишь, как маньяк».

Я ударила его, и он снова засмеялся. «Пойдем», - сказал он, «давай закончим это свидание и пообедаем».

«Хорошо».

Мы пошли обратно, к переполненной туристами части города, и я спросила его о том, куда мы идем обедать.

«В одно итальянское местечко, говорят, там действительно хорошая еда. Но я не могу сказать точно, так как не имею личного опыта».

«Конечно, нет».

Он остановился у знакомой закусочной, и вскоре я поняла, почему она казалась такой привычной. Более восьмидесяти лет назад в этом ресторане Эдвард и я провели наше ‘первое свидание’. Черт, их паста не такая хорошая.

Официантка проводила нас к нашим местам, при этом оказывая особое внимание Лукасу.

«Что Вам принести?» - спросила она Лукаса.

«Ничего для меня», - он посмотрел в мою сторону.

«Хм. Колу», - она едва кивнула мне. Она быстро вернулась, и снова вытащила свой блокнот.

«Могу я предложить Вам что-нибудь поесть?»

«Нет», - вновь сказал Лукас и многозначительно посмотрел на меня.

Она нехотя отвела свой взгляд от Лукаса и коротко спросила меня: «А Вам?»

«Ах, грибные равиоли. Спасибо».

«Конечно», - пробормотала она, и напоследок еще раз кокетливо взглянула на Лукаса.

«Ты скучаешь по еде?»

«Не очень, я так долго не ел настоящую еду, что даже забыл ее вкус».

«Правда?»

«Ну, почти. Изабелла готовила самые изумительные клубничные пироги. Я буду всегда помнить их вкус. Мы собирали ягоды, а потом шли на кухню, чтобы приготовить их. В конце готовки в наших волосах муки было гораздо больше, чем было нужно».

«Но разве ты не был тогда вампиром?» - тихо сказала я.

«Да. Еда ужасна на вкус для нас, но я думаю, я так долго ел их и знал, сколько любви вложено в их приготовление, что они казались восхитительными для меня. Я помню вкус не так хорошо, как запах и вкус из времен, когда я еще не был обращен».

«Очень романтично. Я помню, как Эдвард сказал, что для вас еда на вкус словно земля. Даже хуже».

Лукас посмеялся над этим и начал что-то говорить, когда официантка принесла мой заказ.

«Грибные равиоли», - пробормотала она. Затем она повернулась к Лукасу и одарила его своей самой привлекательной улыбкой, «Вам что-нибудь принести?»

«Нет. Все хорошо. Спасибо», - улыбнувшись, сказал Лукас.

Приступив к еде, я улыбнулась. «Знаешь, ты чуть не довел ее до обморока».

Он вновь засмеялся, а я наслаждалась счастливым моментом. Грибные равиоли были вкусными, но не такими, как я их запомнила. Но, несмотря на это, я быстро их съела и отказалась от десерта. Мы покинули ресторан, и пошли к машине.

В машине мы продолжили говорить о самых повседневных вещах. Мы говорили обо всем. Начиная с его захватывающего прошлого и до нашего многообещающего совместного будущего. Он вел машину, держа меня за руку, а я крепче сжимала ее. Однако, в мыслях, словно яд, меня все еще преследовал голос Элис. Я попыталась избавиться от него, желая сосредоточиться на том, как все хорошо. Когда мы проезжали мимо ночного магазина, я попросила Лукаса остановиться. Нужно было купить немного продуктов и напитков, так как дома были пустые шкафы и буфет. Когда я вышла из машины, я заметила, что глаза Лукаса были черными.

«Иди на охоту», - сказала я. «Я могу сама добраться до дома. Это не так далеко».

«Но…» - начал он, «уже поздно».

«Я теперь большая девочка», - поддразнила я, «Я доберусь до дома. Иди. Поохоться. Прежде, чем ты сделаешь то, о чем пожалеешь».

«Я не могу поверить, что твоя вера в мой самоконтроль так слаба», надулся он. Но я видела, что он отчаянно нуждался в охоте. Я подсчитала в уме, как давно он охотился в последний раз?

Я помахала ему, когда он неохотно отъехал. Я зашла в магазин и быстро купила все, что мне было нужно. Как только я вышла из магазина, мою голову заполнили события прошедшей недели.

Я переходила дорогу и поняла, что уронила буханку хлеба. Я повернулась, чтобы поднять ее, убедившись, что свет еще красный. Когда я наклонилась, чтобы поднять ее, я услышала визг. Я встала, и последнее, что я помнила, был яркий белый свет, ослепляющий меня, прежде чем все стало темным.