– Я хочу больше знать о тебе, расскажи.

– Что именно?

– Расскажи, что тебе нравится.

– Мне нравишься ты, – губы мягко коснулись изгиба моей шеи, и я наклонила голову к плечу, приглашая его продолжать.

Мы сидели на уступе невысокой скалы, склонившейся над мелким ручьём, бегущим среди серых, гранитных камней. Последние дни тёплого мая таяли неторопливо, как поздний снег в горах.

– Это я знаю, что ещё? – игриво спросила я.

– Мне нравится тебя целовать, – добавил он и тут же подтвердил это делом.

Оторвавшись от моих губ, он улыбнулся. Показались так любимые мной ямочки. Не удержавшись, я кончиком указательного пальца дотронулась до правой. Эмметт улыбнулся ещё шире, его глаза смеялись.

Я вернулась в прежнее положение: спиной откинулась ему на грудь, его руки, соединённые в замок, лежали на моей талии.

Развивающиеся отношения между нами были чем–то новым для меня. Вначале я пыталась сопоставить их с самыми первыми встречами с Ройсом. Но, разозлившись на саму себя за подобные сравнения, увы, неизбежные, пыталась вытравить эти мысли из головы.

Опыт моих человеческих отношений имел плачевный конец. В своей новой ипостаси я не имела их вовсе. Не так то много подобных себе мужчин встречала я на своём пути. А люди меня не интересовали. До встречи с Эмметтом.

Пару лет назад мы гостили у Денали, дружественного клана, придерживающегося тех же принципов жизни, что проповедовал Карлайл. Но, как я узнала, не всегда девушки были столь безобидны; невинными их можно было назвать с большой натяжкой. Когда–то они предпочитали иные отношения: соблазняя мужчин и проводя с ними ночи, наутро они убивали своих незадачливых любовников, насыщаясь их кровью... Кровью, обладающей привкусом страсти и страха – двух чувств, усиливающих её аромат и доставляющих неземное наслаждение.

Меня не шокировали подробности их прошлой жизни. Мне было всё равно, но примерить такое поведение на себя я не могла по нескольким причинам. Одна из них – близость.

Эта тема волновала меня ещё потому, что я ощущала растущее желание Эмметта и взаимную потребность перевести наши "отношения" на иной, более интимный уровень. Но была ли я способна к этому, после того, как надо мной надругались? До сих пор я слишком чётко помнила ту ночь, когда моя жизнь, как человека и, возможно, как женщины, прекратила своё существование.

Кому мне открыться? Кто поймёт меня? Эсме? Почему–то я не представляла нашего разговора на эту тему. Хотя знаю, заведи я его, она не оттолкнёт, выслушает и поможет.

А Эмметт? Измениться ли его отношения, когда он узнает? Если уже не узнал. От Эдварда. Впрочем, навряд ли мой брат будет говорить с кем–либо на подобные темы. Тем более, он наверняка "слышит", как сильно это мучает меня.

Ох, уж эти его сочувствующие взгляды!

Не сдержавшись, я тихо зарычала.

Эмметт тут же развернул меня, удивлённо посмотрев на недовольное выражение моего лица.

– Что такое? Я сказал неудачный комплимент? – попытался пошутить он.

Я легонько толкнула его в грудь, но он, поддавшись, сделал вид, что завалился на бок и, подперев голову локтём, повержено посмотрел на меня.

– Я не настолько тщеславна.

– Ты можешь себе это позволить, Роза, ты – прекрасна.

– Я знаю.

– Мне нравится твоя уверенность в себе.

– Не во всём я столь уверена, – поколебавшись, всё же добавила я.

Он просто приподнял брови, ожидая продолжения, но я закрылась, не чувствуя, что этот разговор должна начинать именно я.

Мы просто смотрели друг на друга и молчали некоторое время, пока Эмметт не сказал мне то, чего не говорил ранее.

– Я люблю тебя, – его пальцы нашли мою ладонь и положили ему на грудь, туда, где должно было бы биться сердце. – В этом можешь быть уверенной.

По телу пробежала приятная дрожь; из–за этих слов мне стало по особому тепло и радостно, но что–то беспокоило, что–то, оставшееся без ответа.

– Почему? Это из–за благодарности? – спросила я тихо.

– Я не смог бы полюбить только лишь из–за чувства признательности.

– Тогда как ты можешь быть уверен, что это любовь?

– Я чувствую это, вот здесь, – он легонько ударил себя по груди. – И я знаю, это всегда будет со мной. Может, даже и было. Просто я ждал нашей встречи.

Я закатила глаза. – Когда ты встретишь других девушек, вдруг станется так, что ты изменишь своё мнение.

– Я не был святым в своей человеческой жизни. Пусть она была недолгой, но... – он задумался, подбирая правильное слово, – ... насыщенной.

– Ну, вот, а говорил, что ничего не помнишь, – подколола я.

Эмметт засмеялся, переворачиваясь на спину и увлекая меня за собой. Я легла щекой ему на грудь, его руки играли с моими волосами, ласковое, почти летнее солнце дарило нам своё тепло.

– Я люблю тебя, – наконец, прошептала я.

– Спасибо, я хоть и мужчина, но мне тоже надо это слышать.

Ничего не сказав, я просто улыбнулась, чувствуя себя защищённой и счастливой в кольце его надёжных рук.

Мне было и хорошо, и тревожно. Тревожно, потому что этот мужчина делал меня, Розали Хейл, слишком уязвимой.