Утро встретило нас на побережье города Дьеп на севере Франции. Над темно-синей гладью воды медленно поднималось холодное солнце; его лучи отражались от волн пролива, оставляя под собой золотистую дорожку.

Элис лежала на скале и, закинув руки за голову, смотрела в далекое небо. О чем она думала в этот момент, мне оставалось только догадываться. Но по ее улыбке, по сияющим в сумерках глазам было видно, что она счастлива, счастлива настолько, что воспарить над землей в этот момент у нее не составило бы никакого труда. Свет отражался от ее кожи и сотнями сверкающих бликов рассыпался по земле, подобно настоящим драгоценным камням из тех, что обычные люди могут видеть только на картинке. Она была прекрасна, как ангел. Даже боги не стали бы завидовать такой красоте.

Точно услышав мои слова, Элис блаженно улыбнулась и закрыла глаза, положив голову мне на колени. Рядом с ней было почти так же уютно, как дома… Но на душе у меня было по-прежнему неспокойно. Я боялся, но не за себя – за нее. Смогу ли я защитить Элис, если ей вдруг понадобится помощь? Имею ли я право увлекать ее за собой, если впереди меня ждет только боль и вечная жажда чужой крови? Влачить жалкое существование, зная, что рядом с тобой – та, о которой ты даже мечтать никогда не смел… Это ли настоящая жизнь?..

Вот черт!

Резкий запах чужой крови напомнил о себе только тогда, когда стало уже слишком поздно отступать... Я чувствовал жажду так отчетливо, как будто она была огненным жалом, вгрызающимся в мое и без того ослабшее сердце. Ужасное чувство... Но только так понимаешь, что ты на самом деле – всего лишь монстр, которому нет места в этой жизни… В ту минуту я был готов принести в жертву все, что было мне дорого – дружбу, любовь, чужие воспоминания. Сладкий запах страха теребил ноздри, вырывая из подсознания забытые звериные инстинкты. Я решил, что проще не думать вовсе, чем разрываться на части от одновременного осознания вечного долга и дикого желания убивать. И, сорвавшись с места, ринулся вниз, на поиски своей жертвы.

Пустынный пляж с камнями, деревьями, поваленными недавним ураганом, был погружен в холодные весенние сумерки. Солнце, не став противиться тучам, ушло прочь, не оставив на прощание даже тонкого лучика света. Ненавидя себя, я шел в тени камней, высматривая свою добычу. Тело болело, как после долгой тренировки, всеми силами сопротивляясь действиям своего хозяина. Чувства же, наоборот, были обострены до предела, и жаждали свободы, не сдерживаемые больше терпеливым голосом разума.

Я сжал руки в кулаки, стараясь не сорваться. Только не сейчас, прошу тебя… Не сейчас…

- Джаспер!

Я обернулся на звук знакомого голоса и в тот же миг едва увернулся от сильного удара.

- Элис?

- Ты что делаешь?! Последнего ума лишился?

- Я…

- Нельзя убивать людей, ты понимаешь? Нельзя! Даже если не можешь сдержаться, если тебя выворачивает наизнанку от одного только запаха, даже если становится больно настолько, что ты можешь только кричать – делай, что хочешь, но убивать не смей, слышишь?

Осознание собственной неправоты только больше вывело меня из себя.

- А какое ты имеешь право мне что-то указывать?! – зло проговорил я. – Как будто сама никого никогда не убивала…

- Почему же, убивала... – сухо ответила Элис. - Хотя ты прав, давай лучше перебьем их всех сейчас – они ведь жизни не заслуживают вовсе, верно?

С минуту я молча смотрел в темные глаза моей собеседницы, а потом, опустив взгляд, прошептал:

- Прости меня, Элис.

Гнев на лице моей спутницы сменился удивлением.

- За что?

- За то, что я такое…чудовище…

- Но Джаспер, я ведь не…

- Ты права, Элис. Права больше, чем ты думаешь… Я не сказал тебе всего – просто побоялся, что, узнав правду, ты уйдешь, исчезнешь из моего мира, испугавшись монстра рядом с тобой… С тех пор, как я стал вампиром, для меня не существовало ничего, кроме убийств и жажды крови. Вся жизнь превратилась для меня в кошмар вечной войны – с самим собой, с людьми, с такими же, как я, порождениями ночи… Ты не знаешь, каково это – когда каждый день похож на предыдущий, не отличается ни вкусом, ни цветом, ни запахом… Когда смотришь на свои ладони, а видишь кровь… Когда пытаешься почувствовать такой родной аромат моря, а чувствуешь кровь… Когда мир превращается для тебя в сплошную бойню, и на протяжении четырех лет вокруг только одно – кровь, кровь, кровь… Бессмысленно, глупо, жестоко… Но я не знал другой жизни, Элис! И вдруг – война заканчивается, и я остаюсь в полном одиночестве – наедине с собственными мыслями, с собственной болью… Наедине с собой… А везде – уже нет такой жестокости и эмоции совершенно другие, чужие … Представь только, что видишь солнце и ненавидишь его только за то, что оно означает продолжение вечности… Это страшно, Элис… Очень страшно…

Сдерживать жажду крови оказалось невыносимо трудно, но я справлялся – по крайней мере, первый месяц… А потом снова встретился со старыми друзьями, и… Впрочем, что тебе рассказывать? Ты и так все прекрасно знаешь…

И вдруг появляешься ты… Еще один вампир, который желает только одного – разрушить мою жизнь, лишить ее всякого смысла, заставить опуститься на самое дно, все ниже и ниже, до тех пор, пока от ненависти к самому себе я не решусь покончить с этим сам, раз и навсегда… Увидев тебя, я едва не начал драку прямо в зале маленького кафе, но нет…

Ты ненормальная, Элис. Заставить меня поверить в то, что жизнь продолжается, может только сумасшедший…

- Джаспер…

- Ты ведь уйдешь сейчас, да? – дрогнувшим голосом спросил я. – Уйдешь?

- Даже не надейся! – грустно улыбнувшись, сказала Элис.

- Но…почему…

- Не задавай лишних вопросов! Скажи честно - я тебе нужна?

- Да, но…

- Тогда в чем дело? Я уже здесь, и это главное…

- Но…

- Слушай, я же тебе не лошадь, чтобы мне постоянно «нокать», - рассмеявшись, заметила Элис. – Есть возражения – так говори сейчас, я же не убью тебя за простые вопросы.

- Элис… - я уже не помнил себя от счастья. Даже теперь она не уходит, а остается, и остается со мной… Неужели я все еще сплю?

- Так, солдат, - девушка подошла ко мне и, скрестив руки на груди, с серьезным видом посмотрела мне в глаза. – У меня к тебе пока всего одна просьба – держись рядом со мной, хорошо? Хотя бы это ты сможешь выполнить?

Я сдержанно кивнул, все еще ожидая какого-то подвоха.

- А зачем?

- Ну а как иначе я смогу тебя защитить?

Я удивленно посмотрел на нее. В глазах девушки, казалось, спряталось исчезнувшее с неба солнце.

- Меня не нужно защищать.

- Правда? – подняв бровь, она легким ударом руки опрокинула меня на землю. Я встал почти сразу же, попытался повторить маневр – но не вышло; Элис как будто знала наперед все шаги, которые я собирался предпринять… Стоп, знала наперед?..

- Элис! – я укоризненно посмотрел на нее. Девушка только руками развела, и, обернувшись, начала взбираться на вершину скалы, с которой я в прошлый раз так удачно спрыгнул. Не собираясь отставать от доброй, но исключительно вредной вампирши, я отправился следом, не забыв, впрочем, осмотреть все вокруг на предмет новой встречи с человеком. Чувство вины во мне все никак не угасало; я никак не мог понять, как Элис может мне помочь, если я даже теперь сдержать себя не в состоянии?..

Забравшись наверх, я с восхищением оглядывал открывшийся перед нами вид. Море с негромким шумом плескалось у подножия, окутывая его пушистыми, как первый снег, волнами. Ветер, свободно гулявший здесь, доносил откуда-то снизу слабый запах диких цветов, опьянявший не хуже абсента. Я с наслаждением вдыхал в себя незнакомые ароматы, точно надеясь сохранить их, как память, на еще очень долгие годы…

- Джаспер, а ты спорим, что, если ты спрыгнешь отсюда в море, то через минуту окажешься в ста метрах от берега, а? – как-то очень странно посмотрев на меня, спросила Элис.

- Знаешь, я думаю, что с тобой спорить просто бесполе…

Последняя часть этой фразы потонула в волнах, куда меня, счастливо хохоча, сбросила моя новая подруга. Кое-как держась на воде, я выкрикивал в адрес Элис что-то неприличное, пока она, вконец не выдержав моего полуглухого состояния, не решилась прыгнуть следом, чтобы лично высказать мне в лицо все, что она обо мне думает. С головой уйдя под воду, Элис некоторое время держалась там, а потом, поняв, что я не обращаю на нее никакого внимания, потянула меня за собой на глубину.

При всем своем желании я не мог ей сопротивляться. И, даже утопи она меня где-нибудь в водах замерзшего океана, я все равно был бы счастлив, зная, что она и в последнюю минуту моей жизни была рядом со мной…

Рядом со мной…