Длинные стройные сосны сливались передо мной в одну сплошную полосу безликой, шумящей тревогой зеленую сеть листьев.
И сейчас мне кажется, что моя ненависть была достаточной в своей силе, чтобы разорвать на куски Беллу Свон и ее несчастного ребенка.
Я была пустой и бездушной машиной, мое сердце осталось там - в руках Карлайла Каллена, оно бьется в руках моих детей, охраняя их. Оно готово принести любую жертву за их жизнь, раствориться и потечь новым ядом в их тела...
Я была словно отделена от своей жизни, я существовала вне нее, я не умела сочувствовать и помогать с таким же рвением, как делала это раньше.
Делала только для него.
Сейчас я была готова отстаивать право обладать им, отстаивать до конца. Но все же какой-то омертвевший край моего сознания понимал, что это невозможно, что я стала бесконечно далека от него, и никогда мне больше не вернуть его холодных страстных прикосновений, глубокой улыбки, с которой он встречал меня каждое утро, не получить назад его очаровывающего мое сознание, голоса.
Я потеряла его. И эта мысль все еще держала меня в этом мире, не давала возможности снова попробовать уйти, теперь уже навсегда, навечно.
Я знала, какую участь он, возможно, уготовил для себя.
Я знала, насколько болезненной будет его смерть, как он будет мучиться, вспоминая ту, ради кого пожертвовал всем, что имел.
Я могла бы ненавидеть его, желать его смерти. Но этого не было. Я не удерживала свою душу, рвущуюся к нему, потому что это было невозможно.
Она оторвана от глыбы льда, в котором течет теперь не яд. Оно питается безнадежностью, оно жаждет пасть, пасть от чьей угодно руки. Лишь бы поскорее встретить близкую смерть.
Я знаю, что мне осталось недолго засорять безразличный мир моей страстью, моей безграничной любовью к тебе, Карлайл.
Я бы прошла сколько угодно миль и претерпела бы сколько угодно страданий, лишь бы только знать, что ты по-прежнему любишь меня, желаешь быть со мной, нуждаешься во мне, хочешь овладеть моим телом.
Я была бы для тебя кем угодно. Тем, кем захочешь: рабыней, женой, любовницей, другом, сестрой.
Лишь бы быть рядом с тобой и чувствовать себя твоей частью.
Я знаю, что это невозможно.
Но есть другая возможность оставить след в твоей жизни.
Пусть после этого я уже никогда не буду с тобой.
Пусть!
Я знаю, что ты примешь эту жертву.
Не сможешь не принять.
Примешь ради той, которую любишь.

... Вот и она. Она так бледна, так беззащитна и слаба сейчас. Я бы могла легко сломить ее новорожденную сущность. Пусть она сильнее меня физически, но дух ее сломлен живущим внутри ребенком. В ее глазах я явственно вижу мучительное ожидание. Она ждет смерти.
Она истекает кровью, она не может пить ее и почти не может или же не желает вдохнуть жаркий плотный воздух.
- Эсми... Помоги...
Карлайл, она просит моей помощи. Слышишь? Она просит помочь ту, у кого украла смысл жизни, то, ради чего никчемная человеческая женщина Эсми жила все последние дни, недели, месяцы, годы, столетия!
- Он не услышит тебя, Белла. Он слишком далеко. Тебе плохо? Ты желаешь смерти, верно? Лишь бы прекратились все эти мучения, да? - я улыбнулась одними губами, слабо моргнув. - А ты красавица. И не жаль Карлайлу было обрывать такую молодую и цветущую жизнь?
- Я сама...я сама пошла на это... - слабо отвечаешь ты и стонешь от боли. - Я ... я люблю его...
- И я любила. - я откинулась на подушки и оценивающе осмотрела Беллу. - Знаешь, как я любила его? Он был для меня всем: и светом, и воздухом, и теплом, хотя сам был холоден. И я охладела ради него. Я нашла новый смысл жизни, новую цель, Белла. Эта цель - он. Он ей и останется. Но ты оказалась сильнее. Твое страдание показалось ему предпочтительнее моего. Оно дралось с моей болью, с моей горечью. И победило. Сейчас я могу распороть твое тело буквально на кусочки, и убить твою девочку. Тебе страшно, да? Я знаю. Но ты была бы уже мертва к тому моменту, когда бы ее маленькое сердечко перестало биться.
Кровь перестала стучать в висках, и я посмотрела на Беллу. Ее лицо было безжизненно, она лишь прикрывала руками живот, зная, что это бесполезно.
- Я... я люблю его...
- Я знаю, Белла. Я недавно узнала, как это, - потерять все. И не хочу, чтобы подобное испытала и ты. Я могла бы ненавидеть тебя, и одна часть моей души стонет от боли и бессилия. Но я знаю, что без тебя ему не жить. Я считаю его слезы о тебе по ударам сердце, моего сердца, которое оставлено у него в груди. И поэтому, только поэтому, я не способна причинить тебе вреда. Его дни будут сочтены, если я сделаю твою смерть возможной. Дай мне руку. Я чувствую, как бегут по твоим венам частицы его души.
И за них, только за них я буду бороться.
Бороться до самого конца.