Утром нас всех разбудил крик:
- Пятьдесят килограмм! Пятьдесят килограмм! Возвращаемся к здоровому питанию!
Когда я спустился в гостиную, Элис просто сияла от счастья...
- Элис что за вопли, сейчас девять часов, у меня выходной, я хочу выспаться! - возмущался я.
- Эммет, я похудела теперь! Пятьдесят килограмм! - прям сияя от счастья, сказала она.
- Поздравляю, но это не повод орать на весь дом…
- Эммет, ты что, за меня не рад?
- Да рад, очень рад, я пошел спать…
Да блин, не семейка, а дурдом какой-то, с вами фиг выспишься...
Зайдя в комнату, я включил ноут и написал своему другу письмо с таким содержанием: «Ради, друг, спасибо за идею! Еле я эту стрелку на цифре "Пятьдесят" нарисовал. Но вышла как настоящая, и главное Элис поверила… Эх, не зря я не спал почти всю ночь… Спасибки… На холодильнике нарисован торт и рядом пиво. А в ванной на всякий случай снято зеркало…»
Отправив письмо, я стер его, а то мало ли что…
Кажется, назревает буря. Элис достала из шкафа те самые треклятые джинсы.
И – джинсы застегнулись на ней легко. Странно. Я мог бы поклясться, что ни на один сантиметр моя любимая сестренка не похудела (вот ведь парадокс – все похудели, а она – нет. Закон подлости, однако, никто не отменял). Мама и папа хитро переглядываются. И тут меня озаряет – да здравствует швейная машинка и мамины умелые руки! А совершенно счастливая Элис устроилась у меня на руках с тарелкой, на которой лежал огромный кусок торта, и, надеюсь, надолго оставила эту дурацкую затею. Я ведь её люблю, а не эти пресловутые сантиметры…
А "эталонные" джинсы я спрятал подальше. Куда – видел только Плинтус. Но он меня не выдаст…

Конец