Soundtrack Hallelujah by K.D. Lang

Я помню, как мы выбирали эти стаканы.

Сразу после свадьбы, смеясь, мы с Джейком ввалились в огромный хозяйственный гипермаркет. Кто-то из друзей порадовал нас подарочным сертификатом этого магазина, и, помнится, муж всё подначивал меня: мол, теперь-то я точно перестану скандалить из-за того, что в доме нет ни одного парного стакана.
Да, у нас в доме не было ни одного парного стакана. Сами по себе стаканы были, но по два и по три из разных наборов, что меня очень расстраивало. Когда мы устраивали вечеринки, я, будучи рачительной хозяйкой, чередовала их на столе или ещё кое-что придумывала, чтобы всё смотрелось более-менее прилично. В последнее Рождество, к примеру, обмотала их фольгой. И вот теперь, зайдя в магазин, первым делом я направилась в отдел с посудой.
Джейк катил за мной тележку и в шутку умолял не торопиться с выбором:
- Дорогая, нам же с тобой из этих стаканов всю жизнь пить! Когда буду помирать, именно в таком стакане ты принесешь мне мой последний глоток воды.
- Вот дурак, - отвечала я ему. - Ты или твои сумасшедшие друзья непременно тюкните их на вашей очередной пьянке. А я буду ругаться. Так что берём много.
- Много? – глаза Джейка округлились.
- Да, много! Две дюжины, думаю, будет достаточно!
- Белла, милая, что нам делать с двадцатью четырьмя стаканами? – Джейк опешил. – Если всё из-за того, что ты боишься, что я их разобью, так я вообще не буду к ним прикасаться! А с ребятами мы и из пластиковых попьём.
- С ребятами вы можете хоть из мисок лакать! Никакой одноразовой посуды в моём новом доме! – отрезала я, потянувшись за коробками на верхней полке.
- Белла, осторожнее! – Джейк перехватил меня. – Давай я. Какие брать?
- Вон те, высокие, с широкими гранями. Нет, Джейк, не эти. Эти с рисунком!
- Ну и что, весёленькие, – Джейк, улыбаясь, крутил в руках коробку.
- Ты хочешь пить виски и любоваться Дональдом Даком?
- А что, прикольно, ребята оценят, - заржал он. – И он оценит, когда вырастет, - Джейк погладил меня по моему ещё совсем плоскому животу.
- А я не оценю. И хватит об этом. Нравится? Разрешаю купить два – тебе и ему. Но мне их на глаза не показывай.
Джейк засмеялся и положил в тележку к коробкам два стакана с утиной мордой.

Макс очень любил пить из него молоко. Иногда Джейк присоединялся к нему, и они чокались стаканами, называя себя молокоголиками. После того, как молоко было выпито, они рукой вытирали друг друга: Джейк одним точным движением стирал молочные усики с довольной физиономии Макса, а он пятернёй размазывал белый след по отцовскому лицу. Я ругалась, пытаясь приучить их к салфеткам, но они упорно делали по-своему, всячески противясь моим попыткам сделать из них культурных людей.

Стаканов осталось штук десять, не больше. За девять лет здесь не то что с посудой - со всем миром много чего произойти может. Сначала я расстраивалась, когда разбивался очередной стакан, ругала Джейка, друзей, себя (чего уж греха таить, парочка была и на моей совести). Но Джейк всё время подходил ко мне, обнимал сзади, целовал в макушку и неизменно шептал на ухо:
- К счастью, Беллз. К ещё большему счастью.
Я улыбалась, а он привычно брал в руки щетку и совок: убирать разбитое стекло было по его части.

Десять штук.
Плюс один, с утёнком.

Второй разбил Макс.
Стакан выпал из его рук, когда в тот день он услышал мой нечеловеческий крик. Я испугала своего мальчика, и он уронил полный стакан молока. Я дикими глазами смотрела на расплывающееся по полу белое озерцо с камушками цветных стеклянных крошек.

- Прости, мамочка, - одними губами прошептал Макс и кинулся ко мне.
- Звони папе, сынок, - сквозь сжатые зубы сказала я, оседая на пол.

- Папа не отвечает, мамочка. Я позвонил тёте Ли, она сказала, что выезжает. Мамочка, тебе очень больно?
Господи, Господи, Господи, дай мне силы успокоить его!
- Немножко, малыш. - Я успокаивающе погладила его по прохладной щёчке и попыталась улыбнуться. - Извини, что напугала тебя. Но, похоже, твоей сестрёнке захотелось прямо сейчас появиться на свет. Ох! – Новый приступ боли скрутил меня. – Макс, солнышко, ты не бойся, мы с тобой справимся. Попробуй ещё раз позвонить папе. И принеси розовую сумку из спальни, пожалуйста.
- Хорошо, мам. – Макс, перепрыгивая через ступеньки, понёсся на второй этаж, а я, оставшись одна, наконец, позволила себе застонать от нечеловеческой боли, раздирающей меня изнутри. Я знала, что что-то пошло не так: до срока, поставленного врачами, оставалось три недели. И с Максом такой боли не было, хотя роды длились почти сутки. Стараясь не поддаваться панике, я сосредоточилась на правильном дыхании. Ли должна быть с минуту на минуту, а Джейкоба когда он появится, я просто-напросто убью.

- Белла, я здесь! – Ли ворвалась в дом, впуская за собой с улицы морозный воздух. – Что, нашей девочке не терпится появиться на свет в канун Рождества?
Она захлопотала вокруг меня, помогая подняться с пола и усаживая на диван.
- Ли, что-то не так. Больно очень. Надо в больницу. Только не знаю, что делать с Макса. Джейкоб, сволочь, куда-то запропастился. Он же должен быть с Полом, где они?
- Белла, не нервничай ты так. Они в Порт-Анджелесе. Пол сказал, что Джейк хочет купить тебе на Рождество что-то особенное, и взял его для присоветования. Хотя, зная своего мужа, предупреждаю: на многое не рассчитывай – вкус у него не очень! – Ли шутками пыталась отвлечь меня, но у неё это не очень получалось.
Я скрипела зубами, переживая очередную болезненную схватку, , пока она надевала на меня сапоги и нахлобучивала на голову шапку. Шапка была Макса, но подруга этого не заметила.

Макс слетел с лестницы, держа в руках мою сумку, собранную в больницу.
- Тётя Ли! – в его голосе послышались плаксивые нотки. – Мама так сильно закричала…
- Макс, - остановила она его, - успокойся. Всё в порядке.
Ли присела рядом с ним на корточки, ловя взглядом его огромные испуганные глазёнки.
- Ты можешь пару минут побыть дома один? Сет уже выехал к тебе, а я пока повезу маму в больницу.
Мой смелый мальчик с тревогой смотрел на меня.
- Мамочка, с тобой всё в порядке?
Я улыбнулась ему, подбадривая:
- Конечно в порядке, родной. Ты только папе звони всё время, ладно? – Капельки пота выступили на моём лбу, боль становилась просто невыносимой. – Не бойся, Сет побудет с тобой до его приезда.
- Хорошо. Ты там аккуратнее, ладно, мам? – Он нахмурился, словно что-то вспоминая: – Не подхвати какую-нибудь заразу.
- Я постараюсь, Макс.

Ли помогла мне подняться и набросила на плечи тёплую аляску Джейка, ни во что другое я уже не помещалась. Ли взяла мою сумку и открыла дверь, пропуская меня вперёд.
Придерживая большой живот, я не шла, а, скорее, осторожно переставляла ноги. Подойдя к машине, я обернулась: мордашка Макса маячила в окне. Тревожные глаза следили за мной, носик прижался к стеклу и стал похож на свиной пятачок. Я помахала ему, он кивнул мне в ответ. «Господи, где этот балбес?! - ругала я Джейка. - Сдался ему тот подарок! Лучше бы ему сейчас приехать, иначе я за себя не ручаюсь!»
Мы сели в машину – хотя села только Ли, я же туда вползла, – и услышали звук подъезжающего автомобиля. Надеюсь, это Джейк.
Из тёмного джипа выскочил брат Ли Сет. Он на ходу, улыбаясь во весь рот, показал мне два больших пальца и направился к дому. Слава Богу, Макс под присмотром. А Джейкоба я всё-таки убью.
- Держись, Беллз. – Старенькая хонда Ли надрывно взвизгнула, когда хозяйка вдавила педаль газа в пол.

Через час на свет появилась наша дочь.

Её отец, как мне сказали позже, умер за пару часов до этого.

Я сидела на кухне и крутила в руках последний оставшийся стакан с Дональдом Даком.
Стакан Джейкоба.
Сейчас в нём был скотч, и я напивалась в одиночестве. Воспоминания о нашей с ним жизни, потом о годах без него, давили на меня. Бутылка почти подходила к концу, а я не чувствовала опьянения. Только ступор. Такой привычный для меня, такой успокаивающий. Такой безопасный.
Не в силах сдержаться, я тихонько завыла. Раскачиваясь на стуле, стоящем перед кухонным столом, обняв себя за плечи, я выла.
Для всех людей я была сильной женщиной, которой выпали тяжелые испытания. Во взгляде каждого я видела ободрение. Но не его я искала. Мне нужна была жалость. Я устала быть сильной. В отличие от всех остальных, твердящих, что жалость убивает, мне она была необходима. Меня не нужно было подбадривать, меня нужно было пожалеть. Я хотела поплакать, повыть, поскулить у кого-нибудь в объятиях. Но даже Ли не могла мне этого дать. Даже родители. Все твердили, что я должна быть сильной. Ради себя. Ради детей. Ради Джейкоба.

И вот я сижу на кухне и напиваюсь. Потому что я, мать вашу, сильная. И от этого же вою. Вою от безысходности, отчаяния, страха, одиночества – всего того, в чём я не могла признаться другим. В том, в чем другие не могли меня заподозрить.

Если тебе когда-нибудь станет плохо, ты будешь в отчаяние, будешь нуждаться в какой-либо помощи, - позвони мне. Я хочу, чтобы у тебя был мой номер.

Эти слова выплыли из глубин моей памяти. Непонятно, каким образом, но я отчётливо услышала бархатный голос, произносящий их.
Сколько прошло времени? Почти три года? С чего ты думаешь, что он вспомнит? Может, он давно уже забыл об этом порыве? Может, ему это ненужно? Да, скорее всего так и есть… Он ведь и номер мог давно изменить. Белла, будь реалисткой, на черта ты ему сдалась? Ты же всё понимаешь…

… но рука уже тянулась к телефону.

Номер его я сохранила в памяти телефона тем же утро. Не знаю, зачем я это сделала? Для чего? Звонить я точно не собиралась, не было нужды: со мной был Джейк, которого я всем сердцем любила. Но эти слова, этот голос, этот мужчина… он тронул меня своей искренностью там, в лобби шикарного отеля, когда говорил мне их почти целую жизнь назад.

Эдвард.

Я нажала клавишу вызова.

Один гудок.

Второй.

Третий.

Белла, ты смешна.

- Алло, я слушаю.

Тёплый бархатный голос окутал меня.
Он.
Воспоминания вызвали во мне новый приступ боли, и я задержала дыхание, справляясь с ней.

- Я слушаю, говорите...

Нет, нельзя. Нельзя вот так. Это неправильно. По отношению к нему, к себе, к Джейку наконец. Господи!

- Белла?

Что?

- Белла, я знаю, что это ты.
…
- Белла, не молчи. Пожалуйста, только не молчи! Я чувствую, что это ты. Белла, любимая, пожалуйста, скажи что-нибудь.

Боже! Рыдания рвались из груди. Как такое возможно? Любимая? Почему? Но ведь...

- Я слышу твоё дыхание, ангел мой. Пожалуйста, ответь.

Я крепко зажмурилась, околдованная этим голосом, этими словами, этими воспоминаниями, и выдохнула в трубку.

- Привет...
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Отредактировано 16.01.2012