Ярость и злость на саму себя овладевали мной. Они высвобождали животные инстинкты, которые вели меня вперед в поисках крови. Ветер бил мне в лицо, принося запах и звук биения сердца моей жертвы.
Лес как будто замер, когда я в нем появилась. Мои способности позволяли видеть каждую мелочь: каждый пожелтевший листочек, сорванный ветром, каждую букашку, живущую в этих местах, но все это как бы зависло в воздухе, замерло.
Скорость моего движения замедлилась, как только я увидела свою жертву. Рот моментально наполнился ядом.
Расправившись с молодым оленем, я начла приходить в себя. Ночь уже завладела лесом, а вокруг не было ни души, даже луна спряталась за облаками, которые не предвещали ничего хорошего. Я начала подумывать о возвращении домой, но мне не хватало смелости посмотреть в глаза своей семье. Я проклинала себя за все, что наговорила там, я не должна была упоминать об этих вещах при Эсме. Ведь она жертвует не только своим мужем, она жертвует и сыном.
- Белла, ты самая большая эгоистка, - вынесла приговор я сама себе.
Я не могла просто так вернуться. Мне нужна была гарантия, что я больше так не сорвусь. Я пыталась успокоиться, получалось прескверно. Как только я закрывала глаза, я вспоминала разговоры двух недельной давности.
Тогда к нам приехал Аро. Он рассказал, что его клану угрожают румыны, которые когда-то свидетельствовали за нас перед Волтури.
- Они собрали не малую армию против нас, - объяснял Аро.
- Сочувствую, - прозвучал ответ Карлайла, на тот момент никто не понимал смысла рассказа главы столь значительного клана, - но зачем ты решил посветить нас в эту историю.
Эдвард заскрипел зубами, и сжал мою руку. Я отчетливо помню его реакцию в тот момент, если бы я была человеком, то костей бы у меня уже не осталось.
- Я сам, - сказал Аро, переведя взгляд на Каллена младшего,- дорогой друг, дело в том что, когда моя семья узнала о предстоящей войне, многие испугались и покинули наши ряды. Ты же знаешь, что я никого никогда не удерживаю силой.
- И Челси тебе в этом не помогает, - перебил его Эммет, за что получил подзатыльник от Розали.
Аро сделал глубокий вдох и продолжил:
-Сейчас речь идет не об этом. Я пришел просить помощи у вас, но конечно я понимаю, что после определенных событий, - из моей груди вырвался рык, я вспомнила сцену на поле, когда я прощалась не только с жизнью, но и со своей любимой дочкой. Я помню как усаживала ее на спину огромному рыжему волку, как целовала ее на прощанье. Никогда и ни за что на свете, я не прощу Волтури за месяцы, проведенные в страхе за ее жизнь, за каждую слезинку моего сокровища, упавшую из-за них!
- Так вот, - Аро пытался быстрее закончить, видимо время было не в его пользу, - я предлагаю вам неприкосновенность.
Все семья была поражена такой наглостью, как он мог прийти в наш дом и еще предлагать свободу взамен на помощь. Если бы Эдвард не держал меня за руку, клянусь, я бы разорвала этого наглеца на кусочки, чего бы мне это не стоило.
- Хочу вам кое-что объяснить. Румыны уже были у власти и дважды одних и тех же ошибок они не совершат, они уничтожат все сильнейшие кланы вампиров. Поэтому они и начинают с нас, надеюсь, вы догадались, кто будет следующим.
- Да как ты смеешь?! – Эммет был вне себя.
- Она прав, - мрачно согласилась Элис, тем самым остановила вспыльчивого брата, - он не врет, если мы не поможем, то в скором времени помощь понадобится нам.
- Какой помощи ты хочешь? – голос Карлайла был тих и осторожен.
- Минимум ваше присутствие на поле боя в роли свидетелей, максимум участие в битве.
- Ты понимаешь, что первое в данный момент подразумевает второе? – Эдвард пытался понять, что Аро задумал на самом деле.
- Конечно, поэтому я не прошу ехать вас всех, хотя ваши таланты нам бы очень помогли, я прошу все двух, трех друзей.
- Я согласен, - ответил Эдвард и устремил свой взгляд в сторону своего отца.
- Вот и отлично, через неделю, мы с Эдвардом приедем в назначенное место.
После этих слов Аро встал и молча, удалился, как ни в чем не бывало. В комнате повисла мертвая тишина. Я не могла осознать, почему тот без кого я не могу жить, тот, кто клянется мне в вечной любви, принимает такие решения, не спросив меня.
«Ты не поедешь один, я еду с тобой! И это не обсуждается», - я выкрикивала эти слово без остановки в своей голове.
- Даже не думай! – грозно и очень жестко ответил Эдвард, - ты останешься тут с семьей и проследишь, что бы Ренесми была в безопасности, пойми, если она в такой момент останется одна, то лучше от этого никому не будет!
Эту тему мы с Эдвардом обсуждали каждую свободную минуту, мы ругались и мирились, но не переставали засыпать друг друга аргументами. Но и эта размолвка в нашей семье недолго длилась. В тот день я охотилась, а когда вернулась, то вместо Эдварда нашла на своей кровати записку: «Мне пора, я тебя очень люблю. Обещаю, что скоро вернусь. Поцелуй за меня Несси. Эдвард ».