Глава 20

Остался последний вопрос. Испытав очередное разочарование, я начинаю возвращаться к привычной апатии и все отчетливее ощущаю тяжесть каждой минуты, уходящей в прошлое. Словно это не минуты, а танки, и каждый из них проезжает по мне, перед тем как скрыться за горизонтом. Как никогда я понимаю, что в окружающем воздухе слишком много слов. Чрезмерно. Они давят, толкаются и сплетаются в неряшливый клубок. Я не в силах вытащить нужные. Просто пару слогов, из которых я могла бы составить вопрос. Что угодно! Не так важно, что я спрошу, и еще менее важно, о чем он будет лгать.

- У тебя нет вопросов? Забавно, – но он, как и всегда, не улыбается. Допивает второй бокал вина, и мне невольно приходится задуматься о том, как он сядет за руль. И о том, как далеко мы сможем доехать и доедем ли в принципе.
- Неужели ни одного вопроса?

- О чем ты мечтал в детстве? – вопрос рождается спонтанно, но слов не вернуть, и как бы глупо они ни звучали, они уже произнесены, и я жду.
- Что конкретно ты понимаешь под детством? О каком возрасте мне тебе рассказать?

- О любом. На твой выбор, - я не боюсь, что он, воспользовавшись поблажкой, уйдет от ответа, ведь если ему не захочется отвечать, он все равно этого не сделает. Потому что он умеет говорить туманно. Потому что он для меня все равно никто. Потому что я устала. Потому что надо закончить вечер и лучше завершить его милым ничего незначащим диалогом.

- Когда мне было шесть лет, я мечтал о собаке. И это единственная моя мечта, которая не сбылась.
И что тут скажешь? Я нашла человека, который говорит, что у него все мечты сбылись. Да таких людей даже в рекламных роликах не бывает. Потому что в рекламных роликах у людей хоть и сбываются мечты, но по одной зараз. Здоровые зубы, путешествие на тропический остров, крутая машина, чистая посуда без усилий, безболезненные месячные и запах экзотических цветов в спальне.
- Это очередная попытка выглядеть человеком?

- Мне незачем пытаться выглядеть человеком, я и так человек.

С этим я могла бы поспорить, но не решаюсь. Если мистер Садист хочет быть и казаться человеком, то пусть будет и кажется. Я лишь пожимаю плечами, давая ему понять, что он меня не убедил и практически остался для меня чудовищем из ночного кошмара. А все эти его образы и маски, что он примеривает для меня, так и останутся хоть и качественной, но подделкой. Если честно, то я устала от образов, которыми он меня окружает. Иногда он слишком человечен и нравится мне, но стоит вспомнить, что рядом воплощенный идеал лицемерия, как все светлые чувства смывает десятиметровой волной злости. И все же эта трогательная детская мечта о собаке западает в самую душу. Я почему-то вижу его – маленького мальчика, несчастного, стоящего в углу, наказанного строгими родителями – и комок встает в горле. Сукин сын, манипулятор. Я не должна ему поддаваться и позволять подменить истину симпатичной, но лживой картинкой. Я не должна подпускать его ближе, не имею права впустить в свои чувства. Он – совсем не тот образ, что рисует. Что возникает в моей голове. Он монстр, и рано опускать щит.

Давая мне вариться в бульоне из собственных противоречивых мыслей, мистер Садист молчит до тех пор, пока мы не выходим на улицу. Он молчал бы и дольше, не встреть мы вынырнувшую из мрака Джесс Стенли. Неестественно яркая и шумная она хватает меня за руку. Я инстинктивно делаю шаг назад и прижимаюсь к Эдварду. Меня буквально сносит волной запаха от дорогих духов и той энергии, что источает Джесс.

- О, Белла, как давно мы не виделись?

Меня так и подмывает сказать, что я бы предпочла не видеться с ней столько же и даже дольше. Если и есть в мире человек, которого я хочу видеть так же часто, как мистера Садиста, так этот человек именно Стенли. Мне вполне хватило трех лет, проведенных в стенах одной школы. Мне хватило злых шуток, тычков, пинков, насмешек, порванных учебников и подножек в столовой. Я никогда не пользовалась популярностью, но Джесс сделала из меня просто королеву лохушек. Она лично преподнесла мне склеенную из картона корону с надписью «неудачница», сделанную красным маркером и посыпанную блестками. Поэтому я могла утешать себя мыслью о том, что Джесс старалась, вкладывая в свою неряшливую поделку всю душу. Мы не виделись около пяти лет, и от нашей случайной встречи, произошедшей два года назад в парке, я не ждала ничего хорошего. Конечно, я не думала, что Джесс влепит мне пощечину или станет пинать у всех на глазах – она ведь стала респектабельной леди. Но я и не предполагала, что она с энтузиазмом примется изображать мою лучшую подругу. Спустя некоторое время я поняла, что подобное случается у «золотых девочек», кидающихся из крайности в крайность и почитающих своим долгом помогать несчастным лохушкам вроде меня. Это неплохо чистит карму и повышает рейтинг в глазах окружающих. Обращаясь со мной по-человечески, Стенли заработала пару баллов и возможность родиться в следующей жизни не камнем, а по меньшей мере мыслящим существом. У меня не хватало решимости отшить Джесс и сказать, что я не подручное средство, не молоток и не диск, к которым она может обратиться по мере необходимости и в любое время. И днем, и ночью. Когда только ей понадобится. Поплакать.
Пожаловаться на своего бойфренда, на ужасно дорогую сумочку, на неудобные туфли и сломанные каблуки, порвавшееся любимое платье и злобную начальницу, на спустившее посреди загородной трассы колесо и забившийся дымоход в камине. Я чувствовала себя мусорным ведром, в которое швыряют ненужные мысли только для того, чтобы от них избавиться. В те моменты, когда я не чувствовала себя все той же лохушкой с картонной короной на голове. Потому что хоть Джесс меня больше не оскорбляла и не подстраивала пакостей, она умела одним словом или жестом унизить. Ее наигранное дружелюбие, политое липким, как растаявшее мороженое, сочувствием, давно скрипит у меня на зубах. Я уже начинаю ощущать приторный вкус, обволакивающий нёбо. Но тут вступает мистер Садист, и вместо тошнотворной сладости во рту разливается приятная миндальная горечь.

Автор: Bad_Day_48; бета: tatyana-gr