Софи была из тех людей, кто никогда не мог найти слов, чтобы поддержать человека в его горе. Она могла поднять боевой дух, выведя его из себя, обозвать тряпкой, пригрозить соплохвостом, а нежность считала бесполезной, но лишь только потому, что не могла увидеть результата. Да и какой толк в бесполезных объятьях и банальнейшей фразе, что все будет хорошо? Но, глядя на Драко, вытянувшегося на постели, хотелось именно обнять и прошептать эти ничего не значащие слова.

Сдержав порыв, девушка забралась на подоконник, слушая дождь. Ветви яблони, что росла под окнами, под сильными порывами ветра почти касались земли. Вот так и она, склоняется под всеми напастями судьбы, воображая, что справится, вот только надолго ли ее хватит? «Ты слишком много на себя берешь, девочка», - вспомнились ей слова отца. Пора бы начать напоминать себе, что она не в ответе за весь мир.

- Софи, - тихо позвал Драко.
- М? – неопределенно отозвалась девушка, не отняв лба от приятно холодившего разгоряченную кожу стекла.
- Мне холодно, - еще тише прошептал Малфой.

И вместо того, чтобы послать с помощью чар теплую волну или трансфигурировать одеяло, она подошла к нему, забираясь рядом, обнимая.

- Все будет хорошо, - уверенно сказала она, уткнувшись ему в плечо. – Все будет хорошо.


Софи проснулась от легкого прикосновения к своей щеке. Теплая ладонь скользнула по шее, опускаясь на плечо, еле ощутимо скользнула по кромке широкой бретели платья, в котором она вчера уснула, переместилась к изумрудной капле подвески, очерчивая идеальные грани, еле касаясь кожи.
Девушка вздрогнула, открывая глаза, встречаясь с задумчивыми глазами Драко.

- Привет, - собственный хриплый голос показался чужим, во взгляд прибавилась настороженность, когда его рука скользнула в опасной близости от ее груди по слишком низко сидящему вырезу. – Что ты делаешь? – голос опустился до шепота.

Драко ничего не ответил, склонившись ниже, опаляя дыханием кожу, замер на несколько секунд, а потом прикоснулся к ее губам, тут же отпрянув, но Софи потянулась за ним сама, крепко ухватив его за отвороты пиджака, не давая себе времени передумать.

Как же это сладко, черт подери! Как же сладко кидаться во что-то как в омут: с головой, не задумываясь о последствиях, живя лишь этой минутой. Все вопросы, недомолвки, подозрения, страхи ушли, остались лишь тепло его губ и руки, что так ласково держали ее лицо в ладонях. Он не торопил ее, позволяя решать самой, как далеко они могут зайти и это нравилось девушке, удивляло и радовало.

- Открой глаза, - прошептал Драко ей в губы, и Софи подчинилась. Он несколько секунд вглядывался в них, словно искал что-то, и девушка кивнула головой, начиная расстегивать вереницу мелких пуговиц, скрывающих тело, что так манило прикоснуться губами к открывшемуся треугольнику груди, попробовать на вкус.
- Драко, - прошептала она, и Малфой, поняв так и не высказанную просьбу, сбросил рубашку с плеч, возвращаясь к мудреной шнуровке ее платья. Довольно простонав, когда руки девушки пустились изучать его спину, он с силой рванул шнур, прихватывая зубами горошину соска, продолжая освобождать ее от одежды. – Прости, невинности для тебя не сберегла, - пробормотала она, теребя пряжку его ремня.
- Ричард, - прошипел Драко сквозь стиснутые зубы.

Злость и упрямство, промелькнувшие в глазах, очень напоминали ревность, но исчезли также быстро, как и появились. Руки, скользнувшие по плечам, избавляя от остатков платья, стали осторожней и нежнее, губы невесомо скользнули по животу, и по телу Софи прошла горячая волна дрожи.

- Софи! – сорвавшийся заплаканный голос ее младшей сестры Марии, и стук резко открывшейся двери, врезавшейся в стену, заставили Драко и Софи вздрогнуть. Малфой разочарованно выругался, а девушка спешно приводила одежду в порядок, правда, Мари, ничего не заметила, слишком поглощенная своим горем.
- Что случилось? – обреченно спросила Софи, переведя взгляд на часы, которые показывали три минуты десятого. Ее семья в Малфой – мэноре лишь три минуты, а она уже вовлечена в разгребание проблем.


- Она его убьет, - услышала Софи надломленный голос сестры, прежде чем исчезнуть в пламени камина, появляясь через секунду в огромной просторной зале фамильного особняка.
- Убью, - прошипела девушка, разозленной фурией взлетев на второй этаж, где располагался кабинет отца. – Что ты делаешь? – с порога начала она, стоило распахнуть дверь и увидеть отца, сидящего в огромном кожаном кресле. – У нас был договор, помнишь?
- Мари согласилась, - как можно мягче сказал отец, поднимаясь из-за стола.
- Потому что у нее не было выбора! Чем ты ей угрожал? Ссылкой? Тем, что она больше никогда не увидит семью? Тем, что отречешься от нее? Не смей так поступать с ней, слышишь? Или я устрою такой скандал, что опозорю семью Дюпон на ближайшее десятилетие.

Она почувствовала сплетенное заклинание отца раньше, чем тот подумал о нем. Не почувствовала, знала. Она отбила его, посылая свое, отбрасывая отца на книжные шкафы. На раздавшийся грохот появились домовики, но тут же исчезли, увидев, что это не незваные гости, лишь злая дочка хозяина.

- Я хочу, чтобы ты расторгнул ее помолвку, отец. Денег Малфоя тебе хватит с лихвой, - холодно сказала Софи. – А еще ты будешь передавать мои письма маме и сестрам и разрешишь писать им, а если нет, я разнесу по миру столько сплетен о себе, что позавидует сам Темный Лорд, я обещаю тебе, - сказала Софи, полоснув себя по руке осколком стекла, что усыпали пол в большом количестве после разбитых шкафов. Несколько строк произнесенного заклинания подтвердили ее слова. – Я надеюсь, ты сделаешь правильный выбор, - бросила она напоследок, захлопывая дверь.

Девушка посмотрела на свои дрожащие руки, потом перевела взгляд на длинный светлый коридор и, тяжело вздохнув, пошла в сторону своей комнаты. Все здесь казалось ей чужим, даже стены, где она раньше чувствовала себя защищенной. Как же быстро все изменилось.

Присев на кровать, она огляделась. Все в ее комнате осталось на своих местах, словно Софи просто вышла на минуту, а сейчас вернулась. Рука скользнула по обивке спинки, нащупывая пакет. Несколько фотографий, что она бережно хранила когда-то, сейчас представляли маленькую ценность, просто горстка воспоминаний, напоминающие колющей болью о том, какой дурой она была когда-то.

Улыбающееся лицо Ричарда, что смотрело на нее с каждого снимка, обещало счастливое будущее, а она сама, смотрящая на него в немом обожании, лишь раздражала. Свернувшись клубочком на кровати, она смахнула со щеки набежавшие слезы. Сейчас она хотела оказаться кем угодно, но не Софи Дюпон, не по своей воле получившей статус старшей сестры. А еще к своему ужасу, она поняла, что больше не чувствует себя жертвой, ведь ей могла достаться судьба намного горше, чем будущая жена Драко Малфоя.


- Ты долго, - резюмировал Драко, стоило девушке выйти из камина в особняке Малфоев. – Как все прошло?
- Чудесно, - проворчала девушка, падая в соседнее кресло.
- Как тебе удалось уговорить отца? – вежливо поинтересовался Драко, переворачивая очередную страничку Ежедневного Пророка, казалось, он полностью занят чтением, даже не поднимая взгляда на Софи.
- Я ему угрожала, - спокойно сказала девушка. – Правда, сейчас я сомневаюсь, способна ли была претворить в жизнь свои угрозы, поэтому сожгла все мосты, заключив сделку с самой собой.

Драко ничего не ответил, лишь хмыкнул, переворачивая очередной листок, и Софи, решив, что ей пренебрегают, поднялась с места, решив пойти в комнату.

- Софи, - позвал Малфой тихим напряженным голосом.

Девушка остановилась, оборачиваясь, тут же сбившись с дыхания, встретившись с ним взглядом. В воздухе разлилось напряжение темное и густое. Закусив губу, она смотрела, как медленно Драко поднимается с места.

- Софи, как хорошо, что ты вернулась! – раздался с лестницы голос Дениз, которая, проворно сбежав с лестницы, обняла дочь.

«Позже», - пообещали глаза Драко. Он еще несколько секунд не сводил с девушки многообещающего взгляда, а потом вернулся в кресло.

Софи понимала, что секс может испортить ту зыбкую почти дружбу, что удалось установить, а, может, и нет. В конце концов, замуж ей выйти придется, прежде чем воплощать свой план в жизнь.


Вечером того же дня Софи и Драко прощались с семьей. Бледная измученная Нарцисса крепко прижала к себе сына, словно боялась отпускать от себя, но мужественно разжала объятия, сделав несколько шагов назад.

- Берегите друг друга, - тихо сказала она.
- Позаботься о ней, - тихо шепнула Софи матери, обнимая на прощанье.

Их путь через сад был тихим, оба были погружены с свои мысли, девушка лишь на секунду замерла, разглядывая упавшую, видимо ночью, яблоню. Похоже, казавшийся крепким ствол, не выдержал испытания непогоды, а может, он просто устал бороться.