Храп. Богатырский храп, с посвистываниями и подвываниями разносился по спальне пятого курса Гриффиндора. Источником этого безобразия, как можно было догадаться, служила рыжая голова, и как думал Гарри, не только голова, Рональда Уизли. Храп был настолько могуч, что немного подпрыгивали и тряслись очки, которые Гарри вечером положил на прикроватную тумбочку. От чередующихся с этими раскатами грома посапываний и повизгиваний тело покрывалось холодным, липким потом, а воображение рисовало адских тварей, явно состоящих в родстве с дементорами.

Конечно, нельзя сказать, что Гарри находился в такой ситуации впервые. Как-никак он делит спальню с рыжим уже не первый год и за это время наслушался всякого. Но, похоже, в этот раз у него было обострение. И это подтверждалось тем, что Гарри поймал себя на мысли, что желает очутится в одном из кошмаров своего прошлого, лишь бы не слышать этого храпа.

А началось всё с того, что в такой прекрасный, светлый и спокойный поттеровский сон пробились раскаты грома. Проснувшись, он было подумал, что это за окном бушует природа, но когда установленные на полог кровати звуковые щиты не продержались и минуты, Гарри заподозрил неладное. Еще через секунду из памяти всплыла одна пренеприятнейшая деталь, которая сопровождала храп рыжего. Стихийная магия. Именно эта необузданная сила превращала не такой уж и назойливый для волшебника недуг в ночной кошмар. А терпения у Поттера с каждой секундой становилось все меньше и меньше.

— Рыжий! — рявкнул уже вконец озверевший Поттер. — Встал и вышел!

Уизли тут же проснулся и неведомая сила, не особо спрашивая его согласия, потащила его к выходу из спальни.

— Спасибо, — послышалось с другого конца спальни и несколько вздохов облегчения вслед за этим.

Взглянув на часы и увидев, что до подъема еще как минимум часа четыре Гарри принялся досматривать свой сон.

Уизли, оказавшись на лестнице практически в чем мать родила и не добившись никаких успехов в возвращении обратно в спальню, зло пнул ногой ближайшую стену и тихо взвыв пополз к дивану в общей гостиной. Кое-как устроившись и вспомнив незлым тихим словом родных Поттера до седьмого колена включительно, он заснул, на этот раз без храпа.

Утро выдалось хмурым и неприветливым. За окном лило как из ведра, и в голове Гарри зародились подозрения по поводу причастности Уизли к этому безобразию.

Спустившись в гостиную, он увидел на диване скрючившегося в позу эмбриона рыжего. Рон дрожал от холода и нервно дергал ногой. Сжалившись, Поттер ткнул его пару раз палочкой, чтобы разбудить и направился к выходу.

— Гарри, — уже в проеме, его догнала Гермиона, — что это с Роном?

— Храпел, — зевая от уха до уха, ответил Поттер.

Содрогнувшись, Гермиона не стала больше ничего спрашивать, и они отправились на завтрак.

— Гарри, я назначила собрание сегодня в половине десятого.

— Нет в жизни покоя, — вздохнул тот, — могла хотя бы предупредить. Суббота, знаешь ли, бывает лишь раз в неделю.

— И что? Это, между прочим, была твоя идея, организовать клуб.

— Ладно, сегодня так сегодня, — махнул рукой Поттер и с видом обреченного зашел в Большой зал.

Поскольку он и Гермиона были в числе первых проснувшихся сегодня, то Большой был заполнен едва ли на треть.

Позавтракав и выждав двадцать минут после назначенного срока, Гарри направился к месту сбора. Как оказалось, он правильно сделал, что опоздал, так как не все в его новой армии уже уяснили, что такое пунктуальность.

— Мы посреди коридора заниматься будем? — спросил какой-то голос из толпы, когда все собрались, и ждать уже было некого.

— Мы будем заниматься в Тайной комнате, — сказал Гарри, и, что-то прошипев на змеином языке, пнул стену, в которой тотчас открылся полутораметровый круглый проем. — Это одна из тех труб, по которым лазил василиск, и вам надо в нее прыгнуть.

— А не разобьемся?

— Хватит задавать идиотские вопросы, — с раздражением в голосе ответил Поттер. — Встали в колонну и прыгнули в трубу с интервалом в полторы секунды.

Гарри отошел от стены и принялся наблюдать, как один за другим они исчезают в проеме.

— Мелкий ублюдок, — прошептал Захария Смит перед прыжком, но Гарри его услышал.

— Гарри, — к нему подошла Гермиона, — а нам обязательно было забираться аж сюда, чтобы попасть в Тайную Комнату?

— Конечно, нет. Я на днях разблокировал вход на втором этаже, и мы могли войти там, но так было бы не интересно.

Съехав по трубе, Поттер оказался в небольшой, всего-то десять метров в диаметре, комнатушке, из которой был единственный выход, не считая еще нескольких труб. Не обнаружив на месте никого из тех, кто спускался по трубе, Гарри сделал единственно правильный вывод — они уже отсюда вышли.

И действительно, все уже были в огромном зале, где он когда-то бился с василиском, и оглядывались по сторонам. От этого было мало пользы, так как свет зеленых факелов на стенах едва создавал полумрак. Гарри что-то прошипел, и комнату залил свет от нескольких искусственных солнц, что парили под потолком.

— Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались, — жизнерадостно сказал Поттер. — Смит, выйди-ка пред мои ясны очи.

— Чего тебе? — с неохотой вышел из толпы Захария.

— Crucio! — почти ласково сказал Поттер и несколько секунд наблюдал, как тот корчится в муках. — Я не мелкий ублюдок, Смит, я крупный ублюдок и если я еще раз услышу неподобающее обращение, то это закончится для кого-то зеленой вспышкой.

Несколько человек, которые слышали, как выглядит смертельное проклятье, побледнели, а остальные, видя их реакцию, как минимум, испугались.

— Так, — сказал Поттер, — теперь нам нужно выбрать название нашей организации.

Сразу послышался гомон — некоторые обсуждали названия. Гарри поднял руку, призывая к тишине.

— Но, я не буду обременять вас иллюзией выбора и сам возьму эту привилегию, — сказал Поттер. — Мы будем называться "Армия Поттера". Гермиона, запиши где-нибудь.

— А не слишком ли пафосно?

— Не, как раз по мне, — отмахнулся он и повернулся к остальным. — При нормальных обстоятельствах я бы заставил вас для начала привести себя в хорошую физическую форму, но…

— А зачем? — выкрикнул кто-то.

— … обломно это делать, — закончил фразу Поттер и решил объяснить, чтобы потом возникало меньше вопросов. — Магия, сила, манна, цы — называйте как хотите, суть не меняется — вырабатывается энергетическим ядром, которое является неотъемлемой частью души мага. За единицу времени ядро вырабатывает строго определенный для каждого объем энергии, и его не всегда достаточно для того, чтобы выполнить какое-либо заклятье. Поэтому энергия накапливается в том куске мяса, которое вы зовете своим телом, и, соответственно, чем лучше развито тело, тем больше энергии оно может накопить.

— Почему мы тогда не будем его развивать?

— Потому что есть способы более эффективные, — ответил Поттер, — и я даю вам на выбор два из них: ритуал и руны. Руны необходимо раскаленной серебряной иглой выжечь на коже в определенных местах и все. Недостаток лишь в том, что останутся шрамы и если чье-то шальное заклятье повредит комбинацию, то вы, скорее всего, превратитесь в пепел из-за выброса избыточной энергии. Ритуал, помимо увеличения запаса хранимой энергии, улучшит силу, скорость и выносливость.

— В чем подвох? — спросил Рон.

— Нужна человеческая жертва, — ответил Гарри таким тоном, будто о погоде говорил, — соответственно по одной жертве на каждого. Я не требую давать ответ немедленно, — продолжил он, — на нашу следующую встречу приносите либо магла либо иголку, это и будет ответом. Магла можно поймать в любом городе и потом, трансфигурировав его во что-то мелкое, пронести в замок.

Повисла напряженная тишина.

— Я сказал, решение будете принимать потом, — рявкнул Поттер, заметив, что все застыли. — А сейчас выстроились в шеренгу и демонстрируем мне, как точно вы можете бросать заклятье.