День свадьбы стал для Гермионы сплошным кошмаром. Она была на ногах с раннего утра, и всем постоянно что-то было от неё нужно. Джинни нервничала по всем поводам сразу, Молли разрывалась между кухней и садом, где ставили стол, старшие Уизли мешались под ногами.

Свадьба Гарри и Джинни почти не отличалась от свадьбы Билла и Флер, за исключением того, что им больше не надо было бояться нападения Упивающихся. А сам факт присутствия одного из них на торжестве, видимо, был проблемой только для Гермионы.

Драко появился одним из последних. Преподнести себя он всегда умел. Затеряться в толпе других приглашенных? Еще чего! В одиночестве вступить в сад, убедиться, что взгляды всех обращены на него, помахать рукой Гарри и провокационно-мило улыбнуться Рону и Гермионе, проверяя нервы Уизли на крепость — совсем другое дело!
По правде говоря, Гермиона была бы рада, если бы он вообще не смотрел в её сторону. За то время, что они не виделись, к нему вернулась прежняя красота. Вернулась — и приумножилась. Драко поправился и перестал походить на скелет, и весь он был словно соткан из жемчужно-белых теней — молочно-матовая кожа, отливающие серебром волосы, вернувшиеся к привычной со школы длине, кипельно-белая рубашка. Только на глаза иногда набегала тень, еще больше подчеркивая их глубину.

В какой-то мере Гермиона была очень благодарна Рону за то, что он вцепился в неё мертвой хваткой и не отпускал от себя ни на шаг. Сначала она испытывала неудобство и пыталась сбежать на другой конец сада, но потом смирилась — и вовремя. Драко дважды приглашал её на танец, но Гермиона не успевала даже рта открыть, как Рон кидал на Малфоя озлобленный взгляд и тащил её в самый центр танцующих пар, оставляя Драко хмуриться им вслед. Танцевал Рон ужасно, но это было даже хорошо — не было времени отвлечься. В какой-то момент Гермиона поняла, что больше не чувствует на себе пристального недовольного взгляда, и неосознанно стала искать его. Ох, Драко был страшно занят, когда она, наконец, увидела его. По всей видимости, он решил выполнить её просьбу быть милым или просто решил развлечься — это ведь свадьба, в конце-то концов. Лаванда Браун с завитой в мелкие кудряшки копной светлых волос и в открытом серебристо-голубом платье что-то шептала Драко на ухо, привстав и вцепившись одной рукой в его рубашку, а второй обнимая за шею. Гермиона видела отрешенную, расслабленную улыбку на его губах и полуприкрытые глаза. Она чуть не задохнулась от злости и поспешно отвернулась. Возможно, посмотри она чуть дольше, Драко бы почувствовал её взгляд. Гермиона бы не удивилась, если бы та безумная ревность, что кипела сейчас в ней, попросту сбила его с ног.

- Я устала, Рон. Пойдем присядем?

Она потянула его к самому концу стола, как можно дальше от гостей. Два бокала шампанского на пустой желудок развязали ей язык.

- Ты не знаешь, что здесь делает Малфой?

- Когда я задал этот вопрос, Гарри понес какую-то чушь. Наверное, он и сам не понимает, зачем пригласил его.

- Какую чушь? Что он сказал?

Рон прикрыл глаза, вспоминая.

- «Хочу устроить кое-кому сюрприз». Что бы это могло значить?

- А ты не спросил у Гарри?

- Спросил! А он принял жутко таинственный вид и сказал, что я сам все увижу. Я думаю, для нас для всех сюрприз, что он такой тихий, ты заметила?

- Заметила. Но с чего бы ему перестать быть высокомерной язвой, хотела бы я знать.

Рон согласно кивнул и подлил ей шампанского. Себе плеснул огневиски.

… если ты напьешься, я брошу тебя здесь...

Вечер длился, растягивал время, расшатывая нервы. Рон методично накачивался огневиски, Гермиона разрывалась между желанием сбежать, и хмельным порывом влить в себя еще бокал и пойти оторвать Малфоя от очередной девицы. Как бы далеко она не сидела, он будто специально попадался ей на глаза, дразня своим довольным видом.

Гермиона не понимала, что за игру ведет Драко. Она узнала его достаточно, чтобы понимать, как ненавистно должно ему быть это скопище людей, веселящихся и беспечных. В конце концов, ведь она была точно такой же, как он сам. И ей было легче сбежать и смотреть на толпу издалека, наблюдая за чьими-нибудь неуклюжими действиями и тихонько посмеиваясь. Понять, какой силы буря сейчас рвет на части его сущность, не составляло труда, но вопрос «Зачем ты это делаешь?» оставался без ответа.

Уйти так рано было бы невежливо, и Гермиона сходила с ума от скуки и беснующихся в голове мыслей. Чтобы немного упорядочить их, она призвала из дома чернила и перо и стала бездумно выводить на салфетке замысловатые узоры. Гермиону отвлек звон стекла. Это Рон, отключившись, опрокинул пустую бутылку. Выругавшись, она поспешно вскочила и заклинанием подняла его со стула. Даже не пытаясь разбудить, отлевитировала за дом, чтобы спокойно аппарировать в Поместье. Конечно, через камин было бы безопаснее, но тащить Рона в дом… Нет уж.

Гермиона обняла Рона покрепче, стараясь удержать, и уже приготовилась аппарировать, когда ей на плечо опустилась рука. Вздрогнув, она разомкнула руки, и Рон мешком осел к её ногам.

- Ты что творишь?! – зашипел ей в ухо знакомый голос.

По коже побежали мурашки, и она обернулась. Драко стоял перед ней и разве что не плевался огнем, так он был зол. Резким движением сорвал серебряную запонку и создал портал. Поднял Рона, обхватил покрепче, второй рукой притянул к себе онемевшую Гермиону, и её затянуло в воронку трансгрессии.

Как только они оказались в мэноре, Драко отпустил Гермиону и, подняв Рона Мобиликорпусом, скрылся в глубине дома, не сказав ни слова. Когда он вернулся и нашел её в гостиной, Гермиона подождала, пока он подойдет, потом вскочила и с силой толкнула его в кресло.

- Что происходит?!

- Рехнулась?! – воскликнули они в один голос.

Гермиона присела на подлокотник и направила на него палочку.

- Отвечай!

Драко хотелось сказать что-нибудь резкое, чтобы поставить её на место, но у неё в голосе была такая сумасшедшая смесь злости и растерянности, а палочка все еще была направлена ему прямо в сердце, так что он не стал рисковать.

- Я устал.

Гермиона изумленно выдохнула и опустила палочку. Она ожидала чего угодно, только не такого признания. Ей было очень хорошо понятно, о какой усталости он говорит. Они оба не выносили глупости, а она была повсюду. И её след копился и копился в них, пока однажды они не взрывались осознанием того, что больше не вынесут так ни минуты. Единственный способ обнулить счетчик – на некоторое время перестать думать, анализировать. Гермиона в таких случаях встречалась с знакомыми, убивала вечер за бессмысленной болтовней. А Драко очень удачно использовал свадьбу.

Гермиона присмотрелась к нему повнимательнее и узнала все признаки новой усталости, неизменно следующей за пресыщением от общения с людьми, так знакомые ей самой.

- Хочешь остаться здесь на ночь?

Она увидела, как в его глазах вспыхнула радость. О, как ей это было понятно…

- Ты можешь занять свою комнату.

- Как это абсурдно звучит, ты чувствуешь? – голос был безумно уставший.

Гермиона вымученно улыбнулась.

- Я не могу это исправить.

- Конечно, можешь.

Утром, когда она спустилась в столовую, Драко уже был там. Гермиона села напротив, поприветствовав его кивком головы. Он ответил сонной улыбкой.

Холодное утреннее солнце заливало все вокруг голубоватым светом, и его белая кожа, казалось, светится изнутри. Слегка влажные после душа волосы немного вились. Драко выглядел так по-домашнему просто, что у неё перехватило дыхание. Гермиона была удивлена тем, что он позволил ей увидеть себя таким.
Но, когда он заговорил, голос был привычно-спокойным и ровным.

- Я всегда был избалованным ребенком с миллионом желаний. А сейчас у меня их только два. Уверен, ты с первой попытки угадаешь, какие.

- Я думаю, ты хочешь вернуть Поместье, - предположила Гермиона, уже зная, что права.

- Это было несложно, верно? Ну, а второе?

- Вернуть былое величие? Связи? Состояние? – она правда не знала, и боялась услышать ответ.

- Это все неважно – то, что ты перечислила.

- Неважно?!

- Абсолютно, - спокойно подтвердил он. – Ты знаешь ответ, просто боишься его осознать, хотя и очень хочешь.

- Я не знаю, Драко, я сдаюсь.

Он подался вперед, внимательно глядя ей в глаза.

- Когда я получу Поместье, я хочу, чтобы в нем была ты.