Глава 7

"Плотно пообедав, я направился прямиком к директорскому кабинету. Мой путь пролегал через холл. Мой взор остановился на пяти одиноких рубинах, как в последствии оказалось, полученных Люпином, за то, что во вовремя оказался на пути декана Гриффиндора, несшуюся в башню своего факультета и горящую справедливой жаждой мести, ничего не замечая вокруг. То ли лестница свернула не туда, то ли выпала ступенька, то ли она просто споткнулась (не удивлюсь, если об самого Люпина), но этот храбрый гриффиндорец предотвратил падение главы своего факультета, заработав за это жалкие 5 баллов. Начало грифами положено.

Предчувствуя что-то нехорошее, я зашел в кабинет крестного.

— Ну и что мне с тобой делать?— гневно вопрошал директор, глядя из-за своих очков — половинок.

— А что сразу я? — чуть слезы не навернулись от праведного возмущения.— Между прочим, это твои любимые львятки тренируются перед конкурсом "Дебил года", и кстати сказать получается у них отлично. Все первые места займут.

— Довольно. Ты мне лучше расскажи интересную историю про то, как впервые за все существование Хогвартса у какого-либо факультета в середине семестра не осталось ни одного балла?

— Это наглая клевета. Крестный, у тебя устаревшая информация, буквально 5 минут назад я стал свидетелем того, как чья-то добрая душа, видимо из сострадания, начислила целых 5 баллов Гриффиндору. Так глядишь, они к вечеру все 20 заработают. Но это будет только в том случае, — проговорил я задумчиво, — если на меня снова не наткнутся Поттер и Блек. Интересно, а как выглядят часы, если баллы уходят минус?

— Только посмей!!!— закричал Альбус. Причем так закричал, что мирно спящий феникс испуганно встрепенулся на своем насесте.

— Чего посмей?

— Мальчик мой, похоже школа на тебя плохо влияет, ты деградируешь на глазах,— уже более спокойно ответил директор,— в общем так, я придумал, чем занять твое свободное время, которого образовалось, видимо, слишком много. Говорят, труд облагораживает человека, я надеюсь, что он хотя бы вправит тебе мозги. С сегодняшнего дня, на протяжении недели, ты будешь чистить котлы под присмотром Филча.

— Это не честно,— возмущению моему не было границ

— Я тебя предупреждал? Предупреждал. Играть честно я не собираюсь. И видеть, как на беззащитных светлых оттачивается своеобразный черный юмор, я не намерен. Ты хоть представляешь, что сделают с этими двумя сегодня вечером в гостиной их собственного факультета?

— Боюсь, у меня не настолько развитое воображение. Я могу идти, господин Директор?— и юркнул за дверь. Вовремя я это сделал. Мой уход сопровождался криком и ударом чего-то, судя по звуку стеклянного, а по запаху это что-то было наполнено лимонными дольками.

Не знаю, как Филч узнал о моей отработке, но ждал он меня у подножья лестницы. Оттащив меня в класс зельеварения, он отобрал у меня волшебную палочку, сунул в руку сомнительной чистоты тряпку, указал на сваленную в углу кучу котлов и удалился, закрыв за собой дверь на ключ.

Некоторое время я стоял над котлами и рассуждал о несправедливости этой жизни.

Потом я понял, что время идет, а котлы как-то чиститься сами не собираются и, взяв верхний, я честно попытался начать чистить его подручными средствами. Еще через десять минут я пришел к выводу о бесперспективности данного мероприятия. Вдобавок ко всему, я умудрился хорошо порезаться об острые куски налипшей на дно котла какой-то дряни. Это стало последней каплей. Филч запретил мне пользоваться палочкой. Ну нет у меня ее, и что дальше? Разве есть такие законы, гласящее о том, что очистительное заклинание необходимо производить исключительно с палочкой? Сказано-сделано. Меньше чем через минуту котлы сияли ярче, чем в день их продажи.

Пока я разглядывал это сверкающее великолепие, в мою голову проникла подлая мыслишка, что в другой раз такое вряд ли прокатит. С Альбуса станется наложить запрет на магию. Нужно было что-то делать...

Так как до окончания отработки было еще часа 3, а я, как нельзя, кстати, находился в кабинете зельеварения, то решение пришло само собой: нужно просто приготовить очищающее зелье и заныкать его где-нибудь в кабинете. Сказано-сделано. Спустя некоторое время в котле уже булькала основа. И тут в мою голову пришло озарение: а что если с ним немножко поэкспериментировать? Что, если добавить в него сок чемерицы, но тогда оно станет нестабильным. Это элементарно исправить, просто добавляем 10 капель сока лимона и мешаем 2 раза против часовой стрелки. Это уберет взрывоопасный эффект, не повлияв на свойства.

Тут в мою головенку пришло воспоминание о том, как выпросив все—таки вышеупомянутую аргентинскую орхидею, Тобиас работал с ней исключительно в драконьих перчатках. Помню, как однажды, сок из стебля попал на перчатку, причем попала всего одна капля, а перчатки, причем обе стали белыми, как— будто кожа для их изготовления была снята с дракона — альбиноса.

Посчитав в голове, что этот компонент нейтрален, я решил, что можно без опасения добавить его в мое средство. Скажем, капель 15. Так, теперь пусть кипит на медленном огне в течение 13 минут. Остужаем. Готово. Теперь надо его опробовать. Достаем, не выданный Филчем грязный котел, добавляем несколько капель и, вуа-ля! Котел абсолютно чист.

Доставая с полки ложку для помешивания зелья, я случайно уронил ее в котел, в котором проводил эксперимент. И не поверил своим глазам. Даже протер их на всякий случай. Ложка исчезла. В течение 15 минут в котел летело все, что гордо именовалось: "мусор". Последнее, брошенное на 15 минуте перо, осталось лежать в котле. Следовательно, действие зелья сохраняется в течение 14 минут. И, похоже, оно убирает все, что не относится к очищаемому предмету. Интересно, эти действия распространяются только на котел? Капнув пару капель на стол, где проводился эксперимент, я обнаружил, что стол предстал передо мной в первозданном виде. Причем злополучный котел так же бесследно испарился. Следующие 14 минут я провел за заваливанием мусором теперь уже стол. Как и в предыдущем эксперименте, действие зелья закончилось на пятнадцатой минуте.

Нужно срочно показать его профессору Слагхорну.

Переливать его я никуда не решился, но вот при попытке закрыть котел, только на пятой крышке до меня дошло, что котел придется нести открытым. Надеюсь, зелье не прольется на пол, мало ли, вдруг Хогвартс очистится от всего чужеродного, включая всех нас? А все-таки интересно, куда делись все эти вещи?

В это время послышался звук открываемой двери и я гордо прошел мимо остолбеневшего Филча, предварительно забрав у него палочку, осторожно неся котел перед собой.

Ну вот, надо же было у самых покоев Слагхорна повстречаться с кретинами, которые с обреченным видом топали в гриффиндорскую башню с отработки у завхоза. Увидев меня, Блек даже забыл про палочку. Он понесся как взбесившийся носорог, явно, горя желанием задушить меня голыми руками. Увернуться-то я увернулся, даже зелье не пролил, за исключением нескольких капель, попавших на руки Блека. В следующую секунду я имел сомнительное удовольствие находиться рядом с совершенно голым гриффиндорцем. На нем не осталось ни единой ниточки. Вопли, которые издавали Блек с Поттером привлекли внимание как учеников, так и учителей, включая профессора Слагхорна.

— Только не прикасайтесь к Блеку, даже пальцем его не трогайте!— закричал я, мигом бросаясь к профессору скороговоркой объясняя, что произошло. К счастью, крики мои были услышаны, и руками Блека никто не хватал, но мозгов явно не хватило на большее. Три исчезнувшие мантии, свитер и рубашка Поттера и итогом всего — полтора голых дебила. К счастью, четвертая мантия осталась на Блеке. Действие зелья прекратилось. Мои прогнозы не оправдались. С них сняли всего 25 баллов. Это было, к сожалению, все, что грифы успели заработать на тот момент. Ну вот кто, в здравом уме, понесется на человека с открытым котлом в руках, совершенно не зная, что находится внутри? Такая глупость, должна быть наказуема! Надеюсь, уроком для них это послужило.

Следующие два часа я провел у профессора Слагхорна. Мы детально обсудили состав и свойства полученного зелья. Еще целый час я слушал дифирамбы в свою честь. Как же это все-таки приятно. Темные так падки на лесть. Полученные 20 баллов тоже добавляли радости. А через неделю я получил ключ от сейфа в банке Гринготс. Зелье Слагхорн, конечно, запатентовал на свое имя, но 25% честно отписал мне. Это были первые заработанные мною деньги.

Но что творилось в кабинете крестного..."

В зале стояла звенящая тишина. Никто не мог поверить, что одиннадцатилетний мальчик был способен изобрести зелье, на которое до сих пор молились все домохозяйки магической Британии.

Перси не прерываясь, читал дальше.